Александр Барклай, отрывок из поэмы "Корабль дураков" (2)

Дата: 23-06-2017 | 18:31:55

Читатель! Будь со мною до финала.

Молюсь, чтоб ты меня услышать мог,
Чтоб правда о тебе тебе предстала:
Узнай себя и изгони порок.
Сон – грех. Очнись, пока он не глубок.
Исправь свой путь, дух верой исцеля –
И убеги навеки с корабля.

…..

Средь дураков я первый. У штурвала
Стою и правлю, важно разодет,
О деле сём я книг прочёл немало,
Люблю число их и обложек цвет –
Постичь их глубину мне мочи нет,
Я глуп, я их подальше отодвину
И натяну премудрости личину.


Alexander Barclay
Shyp of fools

But ye that shal rede this boke: I you exhorte.
And you that ar herars therof also I pray
Where as ye knowe that ye be of this sorte:
Amende your lyfe and expelle that vyce away.
Slomber nat in syn. Amende you whyle ye may.
And yf ye so do and ensue Vertue and grace.
Wythin my Shyp ye get no rowme ne place.

….

I am the first fole of all the hole nauy
To kepe the pompe, the helme and eke the sayle
For this is my mynde, this one pleasoure haue I
Of bokes, to haue grete plenty and aparayle
I take no wysdome by them : nor yet auayle
Nor them preceyue nat: And then I them despyse
Thus am I a foole and all that sewe that guyse

Отлично, Дмитрий! 

Но для меня загадка: почему Вы опубликовали именно этот отрывок?

Удачи!

С БУ,

СШ

Благодарю, Сергей!

Загадки тут особой нет, я перевожу эту поэму постепенно, отрывок за отрывком. 

Не знаю, хватит ли меня на всю книгу целиком, но какую-то часть книги я переведу.

Это уже второй отрывок из поэмы, который я выложил здесь.

Первый вот - http://www.poezia.ru/works/127128

Второй отрывок просто продолжение первого, только и всего))).


Хотя я подсократил, конечно, вступление, оствавив только эти четыре строфы, которые мне кажутся принципиальными.

Хорошо звучит. Переводить новое - это и задача переводчика, а не в десятый раз уже переведённое, да ещё плохо, как у нас любят. Хотя эта поэма всё же частично перевод Корабля дураков Брандта. 

Благодарю, Александр!

Да, совершенно верно, эта поэма Александра Барклая в какой-то мере основана на поэме Брандта, хотя переводом, даже частичным, я бы работу Барклая не назвал, несмотря на то, что в различных справочниках она именно так и обозначена.

На мой взгляд это, скорее, переделка, переосмысление, где перевод сочетается с его собственными домыслами, очень неплохими и остроумными, но это не совсем уже Корабль Дураков Брандта. То есть похоже, но всё же нет.
Например, отличие в форме. У Брандта в оригинале как правило простые лёгкие смежные рифмы - ааббввгг, а Барклая более сложная и изыскнная рифмовка, у него всё состоит из строф, рифмующихся так: абаббвв, то есть стиль выходит иной, чем у Брандта.

А в англоязычных изданиях мне часто встречались публикации, где Барклай и Брандт обозначаются как соавторы англоязычного варианта "Корабля дураков".

Думаю, это справедливо, поскольку "Корабль дураков" Барклая вышел произведением не вторичным, а всё же оригинальным и самодостаточным, хоть и под влиянием Брандта.

Моё личное мнение)))


 я читал русский перевод Брандта. Он в стиле немецкой народной средневековой поэзии, такой разухабистый. А Барклай (или Бэркли) пишет в литературном стиле, классическим 5-стопным ямбом. Мне тоже так нравится. Идея, конечно, хорошо, но ведь поэзия заключена ещё и в стиле, и в форме, и в ритме. 

Совершенно с Вами согласен, Александр!

В этой связи интересно отметить, что и сама идея - дураки на корабле - это в общем-то не идея Брандта, он и сам её позаимствовал.

Впервые, насколько мне известно, этот образ появился у Платона, в его "Государстве":


"...Так вот, представь себе такого человека, оказавшегося кормчим одного или нескольких кораблей. Кормчий и ростом, и силой превосходит на корабле всех, но он глуховат, а также близорук и мало смыслит в мореходстве, а среди моряков идет распря из‑за управления кораблем: каждый считает, что именно он должен править, хотя никогда не учился этому искусству, не может указать своего учителя и в какое время он обучался.
Вдобавок они заявляют, что учиться этому нечего, и готовы разорвать на части того, кто скажет, что надо. Они осаждают кормчего просьбами и всячески добиваются, чтобы он передал им кормило. Иные его совсем не слушают, кое‑кто – отчасти, и тогда те начинают убивать этих и бросать их за борт. Одолев благородного кормчего с помощью мандрагоры, вина или какого‑либо иного средства, они захватывают власть на корабле, начинают распоряжаться всем, что на нем есть, бражничают, пируют и, разумеется, направляют ход корабля именно так, как естественно для подобных людей.
Вдобавок они восхваляют и называют знающим моряком, кормчим, сведущим в кораблевождении того, кто способен захватить власть силой или же уговорив кормчего, а кто не таков, того они бранят, считая его никчемным. Они понятия не имеют о подлинном кормчем, который должен учитывать времена года, небо, звезды, ветры – все, что причастно его искусству, если он действительно намерен осуществлять управление кораблем независимо от того, соответствует ли это чьим‑либо желаниям или нет. Они думают, что невозможно приобрести такое умение, опытность и вместе с тем власть кормчего.
Итак, раз подобные вещи наблюдаются на кораблях, не находишь ли ты, что при таком положении дел моряки назовут высокопарным болтуном и никудышником именно того, кто подлинно способен управлять?"  (Перевод А. Н. Егунова) 


Поэтому, на мой взгляд, Барклай (Беркли) создал свой вариант Платоновского образа, а Брандт выступил инициатором и вдохновителем, но никак не оригиналом, с которого только переводили, или из которого только заимствовали.


Плюс, как Вы совершенно справедливо заметили, у Барклая хорошая поэзия, и его пятистопный ямб действительно приятно читать.