Сезариу Верде Обломки кораблекрушения

Когда б любовь моя взглянула нежно,

Очами смелыми, острей навахи,

Я укротил бы океан безбрежный,

Взлетел на облака, забыв о страхе.

 

Когда б она позволила мне кротко

Согреть ей пальцы тонкие богини,

Могучим выдохом я в миг короткий

Задул бы свечи звёзд в небесной сини.

 

Когда б моя пресветлая отрада

Развеяла моих несчастий тучи,

Я победить бы смог сияньем взгляда

Свет молний, ослепляющий, колючий.

 

Когда б она решила стать моею,

И боль свою с моими обвенчала,

Я б уничтожил солнце, как развею

Пузырь из мыла, хрупкий изначала.

 

Когда бы Лáура моих безумий

Гордыни лёд умерила нежданно,

Прервал бы рек я бурных ток угрюмый,

Потряс бы землю, точно вздох вулкана.  

 

Когда бы та, из-за кого сгораю,

Свои объятья ласково раскрыла,

Вознёсся б я к садам цветущим рая,

Луну бы задушил, исполнен пыла.

 

Когда б она вдруг услыхала стоны,

Моей несмелой цитры звук открытый,

Вознёс бы я долин глубоких лоно,

И снёс бы гор базальты и граниты.

 

Когда бы та, чья грудь – волна и пена,

Меня обняв, очей пленила синью,

Не сел бы никогда я, несомненно,

За те столы зеркальные Мартинью.

Лиссабон, «Диариу де Нотисиаш, 22 марта 1874 г.

Arrojos

 

Se a minha amada um longo olhar me desse
Dos seus olhos que ferem como espadas,
Eu domaria o mar que se enfurece
E escalaria as nuvens rendilhadas.

Se ela deixasse, extático e suspenso
Tomar-lhe as mãos mignonnes e aquecê-las,
Eu com um sopro enorme, um sopro imenso
Apagaria o lume das estrelas.

Se aquela que amo mais que a luz do dia,
Me aniquilasse os males taciturnos,
O brilho dos meus olhos venceria
O clarão dos relâmpagos nocturnos.

Se ela quisesse amar, no azul do espaço,
Casando as suas penas com as minhas,
Eu desfaria o Sol como desfaço
As bolas de sabão das criancinhas.

Se a Laura dos meus loucos desvarios
Fosse menos soberba e menos fria,
Eu pararia o curso aos grandes rios
E a terra sob os pés abalaria.

Se aquela por quem já não tenho risos
Me concedesse apenas dois abraços,
Eu subiria aos róseos paraísos
E a Lua afogaria nos meus braços.

Se ela ouvisse os meus cantos moribundos
E os lamentos das cítaras estranhas,
Eu ergueria os vales mais profundos
E abateria as sólidas montanhas.

E se aquela visão da fantasia
Me estreitasse ao peito alvo como arminho,
Eu nunca, nunca mais me sentaria
As mesas espelhentas do Martinho.


У произведения нет ни одного комментария, вы можете стать первым!