Джулиан Грэнфелл "В сражении"

Обнаженность земли тепла весной
Ласково льющимся солнечным светом,
Цветением яблонь, зелёной травой,
Ветром, проснувшимся вместе с рассветом.
Жизнь так многоцветна,теплА и светлА,
Что за неё не грех и сразится.
Тот мёртв, кто покорен безумию зла,
Кто умер сражаясь, вновь возродится.

Солнце бойцу дарует тепло,
Жизнь дарует земля в весеннем цвету,
Ветер, тугое подставив крыло,
Дарует ногам бойца быстроту.
Пусть война – нелёгкое ремесло,
Сладкий отдых чувствам даёт полноту.

Он, хлебнувший тягот войны через край,
Робко ступает на Млечный путь -
Звёздную дорогу в желанный Рай,
Где сможет к погибшим друзьям примкнуть.

Качая кронами, лес шелестит.
Ему в нём каждое дерево – друг,
Нежный ветер с приветом спешит
За холмы, за цветами оживший луг.

Быстрый сокол крылом режет день,
Сова уханьем будит ночь.
Они словно просят: «Будь как кремень,
Будь пронзителен, быстр, сомнения прочь.»

Чёрный дрозд негромко поёт: «Брат, брат,
Если жизнь кончается с этой песней,
Пропой её так, чтобы глянув назад,
Ничего не услышать её чудесней.»

В час, когда Он всё подвергнет сомнениям,
Под звёздных небес бронзовым взглядом,
Лошади научат его терпению.
Они в сражениях были с ним рядом.

А когда мир взорвётся новой войной
И всё остальное станет неважным,
Радость схвавтки за горло, схватив рукой,
Его сделает снова слепым и отважным.

И сквозь схватки восторг и слепоту,
Когда дрожь азарта уже не унять,
Он поверит: снарядам, что рвут красоту,
Ни свинцом, ни железом его не достать.

Бой вспышками молний уходит прочь.
В воздухе – стонов предсмертные звуки.
И прохладой погибших укроет ночь,
И живым день подставит крепкие руки.



Into battle by Julian Grenfell

THE NAKED earth is warm with Spring,
And with green grass and bursting trees
Leans to the sun’s gaze glorying,
And quivers in the sunny breeze;
And Life is Colour and Warmth and Light,
And a striving evermore for these;
And he is dead who will not fight;
And who dies fighting has increase.

The fighting man shall from the sun
Take warmth, and life from the glowing earth;
Speed with the light-foot winds to run,
And with the trees to newer birth;
And find, when fighting shall be done,
Great rest, and fullness after dearth.

All the bright company of Heaven
Hold him in their high comradeship,
The Dog-Star, and the Sisters Seven,
Orion’s Belt and sworded hip.

The woodland trees that stand together,
They stand to him each one a friend;
They gently speak in the windy weather;
They guide to valley and ridges’ end.

The kestrel hovering by day,
And the little owls that call by night,
Bid him be swift and keen as they,
As keen of ear, as swift of sight.

The blackbird sings to him, “Brother, brother,
If this be the last song you shall sing,
Sing well, for you may not sing another;
Brother, sing.”

In dreary, doubtful, waiting hours,
Before the brazen frenzy starts,
The horses show him nobler powers;
O patient eyes, courageous hearts!

And when the burning moment breaks,
And all things else are out of mind,
And only Joy-of-Battle takes
Him by the throat, and makes him blind,

Through joy and blindness he shall know,
Not caring much to know, that still
Nor lead nor steel shall reach him, so
That it be not the Destined Will.

The thundering line of battle stands,
And in the air Death moans and sings;
But Day shall clasp him with strong hands,
And Night shall fold him in soft wings.



У произведения нет ни одного комментария, вы можете стать первым!