Верткое вихрение

Дата: 28-11-2005 | 17:38:44

ВЁРТКОЕ ВИХРЕНИЕ

Бимагистральный акровенок сонетов

Difficile est saturam non scribere
(лат.) Трудно не писать сатир. (Ювенал).


Акростихи


Великое и мелкое,
ехидство и задор.
Разбита кафедра -
амвонят по углам.

Молва навязчива,
а слову нужен вес.
Среди всех трасс
ступаем в никуда.

Авгурствуя, юлим.
Мечта - что сказка,
а манит, вперекор

рассудку да хуле,
евангелием снов
в сени колоколов.



1

Всегда всё та же незадача.
Едва начав распознавать
лазурь небес, речную гладь,
индиго глаз и синьку прачек,

купаюсь в синем и горячем,
обижен, если в непроглядь
естественная благодать
иконный лик за тучи спрячет.

Мифический, как дар Ярилы,
единственный святой и милый
лавинный выплеск свысока!

Когда стихает эта сила,
одна забота и тоска:
ещё та синь не так крепка.

2

Ещё та синь не так крепка.
Хлипка бывает кочегарка,
источник всякого приварка
для приземлённого мирка.

Спешит поток издалека,
тем часом звёзды-перестарки
выбрасывают вон огарки
остуженного огонька.

Извечных тайностей глашатай
застопоренно ждёт заката -
астролог слеп до вечерка,

дождавшись звёзд, сверяет даты.
Основа поисков четка -
родное небо знатока.

3

Родное небо знатока
арестных дел и стрельных вышек
заглядывает в жизнь людишек
без дальнобойного глазка.

Искал покрова, и пока
тоска умела выть потише,
абстрактная святая крыша
казалась ласковей ЧеКа.

Архангел трубно возвещал
феноменальнейший финал,
епархию без слёз и драчек,

духовный горний идеал.
Рачитель не боялся пачек
атеистических подначек.

4

Атеистических подначек
мастак подвесит на прищеп
вагон и маленький прицеп.
Они зубасты и кусачи.

Научный курс без них невзрачен,
ядрёнейший словарь - не в хлеб.
Теолог - дайте в руки цеп -
помолотив, перетолмачит.

Однако споры от азов -
увы! - пустая трата слов.
Главней и много больше значит

лихой делёж земных даров,
а не Паскаль, не Фибоначчи...
Мечусь, напрасно время трачу.

5

Мечусь, напрасно время трачу.
Открыл тома и распознал
лимит логических начал.
Всему предел, уму - тем паче.

Агностик враз переиначит
накопленный материал.
Астрологический запал
востребован в рекламе скачек.

Ярившихся без пут и меры
забыли в бурях новой эры.
Чу! Спор у книжного лотка,

и снова речь во славу веры.
Возможно, и не с кондачка.
Алкая, тереблю века.

6

Алкая, тереблю века.
Светла восторженность дерзаний,
лавина пошлости и брани
ошеломляюще мерзка.

Вникаю в опус чудака,
утопию пустых мечтаний.
Набрёл на спрятанный в спецхране
упрямый вздор еретика.

Жрецы крепят своим уставом
единомыслие во славу
национального божка.

Все толки, бред любой оравы,
елей псалма и кондака
сгребаю впрок, как в торока.

7

Сгребаю впрок, как в торока,
разнообразные манатки,
едва влезающий в тетрадки
дурман духовного ларька.

Идеи бренного мирка
всегда менялись - как облатки,
сюжеты, нравы и порядки,
евангелия и шелка.

Хоть новый век, хоть прежний строй,
там род в чести, а тут - герой.
Рассудок - бодрый доезжачий,

а нюх ведёт иной тропой.
Системный сбой, и в недостаче
советы слышащих и зрячих.

8

Советы слышащих и зрячих -
товар вне перечня сортов.
Упорным гением творцов
передовой форпост захвачен,

а результат едва оплачен.
Естествоведы - без чинов.
Малейший босс всегда готов
вручить им груз рудничных тачек.

Но, если вдруг дойдёт до рати,
их кликнут: "Спец! Изобретатель!
К работе! Нужен агрегат.

Уран найдётся. Денег - нате!
Дрожи, Восход! Услышь, Закат,
астральный грохот канонад".

9

Астральный грохот канонад,
вторженье молний с божьим громом,
горнило гнева над Содомом.
Уйди ж, не то за лишний взгляд

расплатишься и станешь в ряд
спалённым в пламени изломом.
Тлетворный дух. Страшащий гомон.
Вошедший в силу термояд.

У края ёмкой горней печи
я ставлю памятные свечи
юркнувшим в горький звездопад.

Лазурный свет не обеспечен.
И снова тени. Бег громад
меняет слаженный расклад.

10

Меняет слаженный расклад
единоборство крайних мнений.
Чеканим мелочь положений.
Тревожим бубенцы цитат.

А вслушаемся наугад -
чуть развлечёмся в ходе прений.
Теолог - краснобай, офеня.
Остёр. На притчи тороват.

Суровый материалист
куда как менее речист.
Апломба нет, но скажет фразу -

звенят полтинники монист,
кустятся розы, блещут стразы,
антенный зуд буравит разум.

11

Антенный зуд буравит разум.
Минуем резкий поворот.
Алгоритмический просчёт
нарушил цепь и ток по фазам.

Искали сбыт для нефти с газом,
теперь себе недостаёт.
Во все лазейки в огород
ползёт заморская зараза.

Елейно крестится эклектик.
Растерян осторожный скептик.
Ехидный антидемократ

кричит, что нужен антисептик.
Обобран люд. Реформы злят.
Разорван мир. Расстроен лад.

12

Разорван мир. Расстроен лад.
Аршинники возобладали.
Смотрю, разбитые скрижали
сверхмодной музыкой звучат.

Усох былой комаппарат.
До коммунизма не домчали.
Коней восторга в эти дали
уже не скоро снарядят.

Дорвавшись, сели по местам:
арбитром - враль, министром - хам.
Халтурщик служит богомазом.

Уставщики сквозных программ,
ликуя, приняли за базу
елецкий танец вкупе с джазом.

13

Елецкий танец вкупе с джазом
влекут в опившийся бедлам.
Авантюристский тарарам
на фоне зикра и намаза.

Гонец из жаркого Xиджаза,
едва покинув мирный храм,
легко ступает по горам
и тащит "Стингер", вместо саза.

Ещё и солнце не взойдёт,
мулла и поп зовут в поход.
Стрельба, зачистки, стон Кавказа.

Не вера - стимул и оплот!
Отчаянность и звук приказа
вплетают ноты в марш спецназа.

14

Вплетают ноты в марш спецназа
сигналы с пульта на запал.
Ершистый враг залютовал.
Наёмный изверг рад заказу.

Иной со всхлипами экстаза
корёжит камень и металл...
Однако правят весь тот бал
ловкач, прагматик и пролаза.

Они орудуют гурьбой.
Кипит хватательный настрой.
Отвага с честью не контачат.

Лихие игрища с судьбой!
Отравный дух трибунных жвачек.
Всегда всё та же незадача!

15

Всегда всё та же незадача:
ещё та синь не так крепка -
родное небо знатока
атеистических подначек.

Мечусь, напрасно время трачу.
Алкая, тереблю века.
Сгребаю впрок, как в торока,
советы слышащих и зрячих.

Астральный голос канонад
меняет слаженный расклад,
антенный зуд буравит разум.

Разорван мир. Расстроен лад.
Елецкий танец вкупе с джазом
вплетают ноты в марш спецназа.


Декабрь 2000 г. - Апрель 2005 г.

У произведения нет ни одного комментария, вы можете стать первым!