Этот взрослый детский мир. 1-я часть: 2,5… 3 года

Дата: 15-02-2016 | 11:33:56

Этот взрослый детский мир. 1-я часть: 2,5… 3 года

Всегда завораживает и умиляет детское поведение с его парадоксальной логикой. Но я как-то поймал себя на мысли, что замечаю там нечто очень знакомое – упрямство и такт, недоверие, соперничество и общительность, заботливость и тщеславие, рисковой азарт и, наконец, метафизические страхи… В общем, это вполне взрослый мир.

Здесь моей дочке Оксане – 2,5… 3 года.



***
  Не сразу, что тем более дорого, благополучно купили букетики фиалок и мимоз. Оксана сначала не хотела расставаться с ними, нюхала и улыбалась, давала нюхать всем желающим в метро и автобусе. 


***
  Маленький мальчик, заметив, как Оксана приминала снег, отойдя несколько шагов от неё, явно демонстративно стал футболить снег. Оксана неуклюже повторила, - "У тебя не получится. Ты просто ещё маленькая" и отойдя ещё несколько шагов: "А мне уже пять, пять с половиной" и снова стал футболить снег.

***
   Оксана: Это чё?
   Я: Ворона.
   Оксана: Птичка Ворона?

***

   Взрослый привык не замечать окружающий фон. Оксана же вдруг слышит плач ребёнка где-то в дому, мимо которого проходим - "Ребёночек плачет!" - и видит пугающую глубину лифтовой шахты в щели на выходе на выходе из лифта, долго не решаясь переступить её.
А - нелогичность её поведения: вчера, когда она, держа в пальцах толстую зелёную гусеницу, плакала - "Мама, боюсь!" - и сегодня, когда азартно звала собачек - "Собаки, собаки!" - и с непритворным криком забегала за меня, прижимаясь, когда к нам приближалась длинная коротконогая чёрная шавка.

***
   Оксана, зная цену взрослым с их коварством, не позволила мне снимать туфли...
  ... Я рассчитывал, что мы погуляем, взял с собой толстый том Б.Шоу, идя забирать Оксану из сада. Но она после обыкновенного "Не хочу домой!" вдруг задрыгала: "Писать хочу". Под нескончаемое хныканье, как я ни уверял, что вернёмся, помчались домой. Здесь я и услышал от неё строгое "Папа, не раздевайся", и сама не соглашалась раздеваться, как ни хотела кушать, и как я ни уверял её, что, покушав, тотчас отправимся гулять. И была совершенно права, - она знала цену взрослым с их коварством и не обманывалась на мои уговоры и лицемерное поведение, когда я носил ей жареных грибов на ложечке. Грибы съедала, но соблазнить ими её не удалось, и тотчас вышли снова, уже с ведёрком и скибкой булки с маслом, которую ела аккуратно, оглядывая со всех сторон.

***

   И ещё одно: иногда трогает проявление мира Оксаны - незлобивого, очень хрупкого, где составляющие расставлены прихотливо и, рушась, доставляют ей ощущение болезненного диссонанса.
   И я этот мир часто безжалостно разрушаю из-за какого-то непроизвольного, непостижимого для самого себя, язвительного деспотизма. И это страшно - мой смех или изоляция, когда она безнадёжно просит, или бьётся в истерике, или бессильно сжимает кулачки. Тот ужасный сон, где Оксана вроде маленького червячка, с которым я что-то неосторожно сделал и, не думая о ней, не испытывая жалости, чувствовал только страшное ощущение непоправимости, - что-то как будто физиологическое.

***

   На площадке, желая покачаться, Оксана всегда ведёт себя терпеливо, глядя, как будто с интересом, когда качаются другие. Иногда она просит: "Девочка, дай покачаться", и часто случается, что более старшие дети уступают ей и сами качают. Я стою в стороне и стараюсь поменьше участвовать, чтобы не нарушать гармонию их очень естественных отношений, - разве что слежу, чтобы качели её не задели. Сегодня, когда подошли, у качелей было много детей, несколько поодаль стоял усатый папа, держа двумя руками полноватого мальчика постарше Оксаны. Я отошёл, доверившись такту Оксаны, которого у детей всегда больше, чем у взрослых, и наблюдал в стороне. Скоро качели освободились, и на них полезла Оксана. Но тут явился усатый папа. Со словами "Дети, соблюдайте очередь!" он навёл порядок - долго усаживал своего мальчика, а после сильными одинаковыми движениями качал его. Дети почти сразу разошлись, и отец с сыном остались вдвоём; Оксана тоже пошла с какой-то девочкой и, забыв про качели, занялась куличами.

***

   Оксана настойчиво отправляла меня спать. Я сдался, прилёг на диван - она принесла подушку и одеяло, которым накрыла меня, после даже подоткнув в одном месте. Я спать не хотел и стал шалить, и тогда услышал строгое: "Папа, ещё не будешь спать, получишь по попке".

***

   На банкетке остались чашки, тарелки с косточками из-под слив. Оксана, упираясь в диван, тянула ноги на банкетку. Я снимал - она упрямилась, я начал сбрасывать, раздражившись. Но пересилил себя, разъяснив Оксане, чтобы она унесла чашки и тарелки на кухню, - Людмила с интересом оборотилась к нам. Оксана отнесла одну порцию. Вернувшись, сложила оставшиеся тарелки, на них две чашки, ложечку и отнесла враз. Подумал, что сам я, пожалуй, сходил бы трижды.

***

   В поезде Оксана познакомилась со всеми детьми, а через неё - я с некоторыми из взрослых, проявивших к этому инициативу - сам я держался в стороне, следя, чтоб вовремя сдержать детскую непосредственность Оксаны, нарушающую взрослые нормы суверенности покоя и собственности. Один, оказавшийся военным из Мурманска, здоровая человеческая особь с длинными русыми усами, ехал с женой и двумя дочками 4-5 лет в отдельном купе. Он, предложив мне пива, усадил "поговорить". Налил по символической рюмке коньяка. Я отказался от дальнейших возлияний, сославшись, что один с ребёнком. Тот удивился. Коньяк и пиво оказали действие - я стал болтлив, выворотив перед ним несколько затверженных историй о себе, которые выставляли меня в гротескно-традиционном масочном виде. Почему-то заговорил о его возрасте, кажется, задев его: он гораздо старше выглядел при оказавшихся у него 27 годах. Он предложил детям бананы. "И я хочу", сказала Оксана. "Оксана, а чем мы можем угостить девочек - виноградом", - я потащил Оксану в своё купе. Пока я собирал по портфелю виноград в пакет, те дети бананы съели, оставив Оксане кусочек от одной из девочек - Виктор стал упрекать другую...
   Наутро наши отношения при короткой встрече были самыми внешними: мы как будто немножко стыдились друг друга - обыкновенное дело, когда слегка приоткроешь себя.


***

  Оксана: У бабушки такие есть кроватки (показывая на прозрачную крышку коробочки с серьгами).
 -------------------------------------------

  Оксана (настойчиво поправляет): Да не конфетка, а кафетка.
 -------------------------------------------
      Людмила разлила суп в три тарелки. 

      Оксана: Мама, давай я посчитаю сколько тарелочек: два, четыре и... восемь. 

 
***

 Оксана: Давай я спою песенку...
                         Молочко даёт коровка
                         Кричит коровка Му
 - Кто тебя научил?
 Оксана: Я научила.
 (Я предположил, что воспитательница)
 Оксана: Нет - я.

У произведения нет ни одного комментария, вы можете стать первым!