Роберт Фрост После сбора яблок и др.

Дата: 10-12-2013 | 21:13:31

Роберт Фрост После сбора яблок
(С английского).

Хоть лестница у дерева торчала
и можно было вверх забраться без труда,
но там висело лишь два-три плода.
В последней бочке яблок было мало.
Хватало и того, что снял я до сих пор.
На том и порешил закончить сбор.
Дух зимней спячки посетил меня в ночи.
Плодовый аромат гнал в сон.
В глазах мелькали странные лучи,
просеянные сквозь пластинку изо льда
и седоватый травяной узор,
что в кадке выплела студёная вода.
Пластинка таяла в руках, с неё стекали слёзы,
и - шасть ! -
намерилась упасть.
Вот тут и сон вошёл во власть.
Я оказался в мире грёзы.
Большие яблоки катились взад-вперёд;
их ветки, их цветы, их завязь.
В багряных пятнах красовался каждый плод.
Касаясь шатких жёстких перекладин,
мои ступни болели, стоило шагнуть.
Увы ! Я там качался не забавясь.
При этом грохотало из подвала -
терзала жуть -
туда лавина яблок залетала.
Я делал дело, не жалея рук.
Собрал мой урожай. Дышу устало.
Тех яблок, как душа желала -
должно быть, десять миллионов штук.
Лелею каждый плод, не дай бог упадёт
на землю или лёд.
Тогда ему одна дорога.
Пусть не пронзён стернёй, пусть внешне цел,
годится лишь на сидр, как всякий брак.
Слежу за этим строго.
Такую муть я посмотрел.
Такой вот мучился горячкой.
Она и нынче не прошла.
Сурок её сравнил бы с зимней спячкой,
но, видимо, ночная мгла
внушила мне обычный смутный сон.

After Apple Picking

My long two-pointed ladder's sticking through a tree
Toward heaven still.
And there's a barrel that I didn't fill
Beside it, and there may be two or three
Apples I didn't pick upon some bough.
But I am done with apple-picking now.
Essence of winter sleep is on the night,
The scent of apples; I am drowsing off.
I cannot shake the shimmer from my sight
I got from looking through a pane of glass
I skimmed this morning from the water-trough,
And held against the world of hoary grass.
It melted, and I let it fall and break.
But I was well
Upon my way to sleep before it fell,
And I could tell
What form my dreaming was about to take.
Magnified apples appear and reappear,
Stem end and blossom end,
And every fleck of russet showing clear.
My instep arch not only keeps the ache,
It keeps the pressure of a ladder-round.
And I keep hearing from the cellar-bin
That rumbling sound
Of load on load of apples coming in.
For I have had too much
Of apple-picking; I am overtired
Of the great harvest I myself desired.
There were ten thousand thousand fruit to touch,
Cherish in hand, lift down, and not let fall,
For all
That struck the earth,
No matter if not bruised, or spiked with stubble,
Went surely to the cider-apple heap
As of no worth.
One can see what will trouble
This sleep of mine, whatever sleep it is.
Were he not gone,
The woodchuck could say whether it's like his
Long sleep, as I describe its coming on,
Or just some human sleep.
1914 "North of Boston".

Примечание.
Стихотворение After Apple-Picking было неоднократно переведено на русский язык, в том
числе М.Зеньковским, Борисом Зверевым, Николаем Кружковым и другими.

Роберт Фрост Песня под шум шторма.
(С английского).

Рваные тучи несутся стремглав.
Тропы под слоем воды.
Вихри песчинок летят, засверкав.
Стёрты любые следы.
Пчёлы не лепятся к мокрым цветам.
Все их приманки напрасны.
Но не беги от меня по холмам -
ты и под ливнем прекрасна.

Птицам в ненастье уж не о чем петь.
В полном отчаянье лес.
Нет больше эльфов, не будет и впредь.
Весь их мирок исчез.
Запахам розы уже не витать -
все лепестки облетели.
Я в нетерпенье тебя повстречать
под перестук капели.

Над мелководьем проносится шквал.
Всюду его вытьё.
Он платье с деревьев уже сорвал -
станет сдирать твоё.
Нынче не важно, куда ты пойдёшь -
вымокнешь с пят до мозга.
К влажной груди у тебя, как брошь,
льнёт золотая розга.

Ветер с востока взъярился опять -
гонит волну в карьер,
вместе с отливом стал нам возвращать
ракушки прошедших эр.
После сомнений былая страсть
стала ещё призывней.
Наша любовь отвергает власть
мрачных штормов и ливней.

Robert Frost A Line-Storm Song

The line-storm clouds fly tattered and swift.
The road is forlorn all day,
Where a myriad snowy quartz stones lift,
And the hoof-prints vanish away.
The roadside flowers, too wet for the bee,
Expend their bloom in vain.
Come over the hills and far with me,
And be my love in the rain.

The birds have less to say for themselves
In the wood-world's torn despair
Than now these numberless years the elves,
Although they are no less there:
All song of the woods is crushed like some
Wild, earily shattered rose.
Come, be my love in the wet woods, come,
Where the boughs rain when it blows.

There is the gale to urge behind
And bruit our singing down,
And the shallow waters aflutter with wind
From which to gather your gown.
What matter if we go clear to the west,
And come not through dry-shod?
For wilding brooch shall wet your breast
The rain-fresh goldenrod.

Oh, never this whelming east wind swells
But it seems like the sea's return
To the ancient lands where it left the shells
Before the age of the fern;
And it seems like the time when after doubt
Our love came back amain.
Oh, come forth into the storm and rout
And be my love in the rain.
1913 "A Boy's Will".


Примечание.
Стихотворение A Line-Storm Song неоднократно переводилось на русский язык под разными названиями, в числе авторов Алёна Алексеева ("Песня грозового дождя"), Вячеслав Толстов ("Песня осеннего шторма"), Николай Кружков ("Песня во время бури"), Василий Бетаки ("Песня в бурю"), Виктор Топоров ("Песня в ливень") и другие.


Роберт Фрост Плен и свобода
(С английского).

Любовь с земною былью
желает быть всегда в ладах
и гонит всякий лишний страх.
А Мысль, пресытясь горькой пылью,
живёт с надеждою на крылья.

Любовь идёт в снегу по полю
печатая свой чёткий шаг,
меж тесных стен почти никак
не чувствуя своей недоли,
а Мысль стремится к полной воле.

Мысль мчит в неукротимом раже,
чтоб ночью вырваться в Зенит,
туда, где Сириус блестит,
и утром сквозь небесные пейзажи
вернуться вспять в обугленном плюмаже.

Мысль видит горние красоты.
Любовь землёю пленена,
но, говорят, сама наделена
всем тем, чем славятся высоты,
и к странствиям в ней нет охоты.

Robert Frost Bond and Free

Love has earth to which she clings
With hills and circling arms about—
Wall within wall to shut fear out.
But Thought has need of no such things,
For Thought has a pair of dauntless wings.

On snow and sand and turf, I see
Where Love has left a printed trace
With straining in the world’s embrace.
And such is Love and glad to be.
But Thought has shaken his ankles free.

Thought cleaves the interstellar gloom
And sits in Sirius’ disc all night,
Till day makes him retrace his flight,
With smell of burning on every plume,
Back past the sun to an earthly room.

His gains in heaven are what they are.
Yet some say Love by being thrall
And simply staying possesses all
In several beauty that Thought fares far
To find fused in another star.
1916 "Mountain Interval".

Примечания.
Стихотворение Bond and Free широко известно в блестящем переводе Григория Кружкова
("Пленная и свободная"). В Интернете есть также переводы Вадима Белякова ("Узы и свобода") и Глеба Сошникова ("Зависимость и свобода").


Роберт Фрост Пространство
(С английского).

Даль картинна,
не коварна:
мир и тишина,
жалко, что пустынна,
больше популярна,
чем населена.

***
Шутливые переводы:

Пространство,
что от нас вдали -
объект большой науки,
дающий шансы
мудрецам земли
прожить без скуки.

***

Пространство -
внешний мир,
где запахи cкудей,
образчик дисбаланса.
Он крайне сир,
поскольку без людей.

***

Всё внешнее пространство,
куда и ротозей
всё смотрит, рыща, -
для нас источник транса:
там нет друзей,
подруг, вина и пищи.

***

Нам зов простора
не престижен -
не для борцов.
Там нет ни хижин,
ни дворцов.
Совсем не та Аврора.

***

Дальний космос,
пленяя взоры,
пугает нудью -
там холод косный,
и нет кагора -
одно безлюдье.

Robert Frost But outer Space

But outer Space,
At least this far,
For all the fuss
Of the populace
Stays more popular
Than populous
1962 "In the Clearing".

Примечание.
Серьёзные попытки перевести стхотворение But outer Space проделали Андрей Пустогаров, Максим Советов, Глеб Сошников.


Роберт Фрост Canis Major
(С аглийского).

На небе злой Сверхпёс.
Заместо глаз у зверя
есть две звезды враскос.
Он скачет, пасть ощеря.

Он вышел в дальний путь,
подобный тяжким глыбам.
Не хочет отдохнуть
и корпус держит дыбом.

А я - щенок-плюгавка,
но гляну в небеса
и в полный голос гавкну,
уставясь на сверхпса.

Robert Frost Canis Major

The great Overdog
That heavenly beast
With a star in one eye
Gives a leap in the east.
He dances upright
All the way to the west
And never once drops
On his forefeet to rest.
I'm a poor underdog,
But to-night I will bark
With the great Overdog
That romps through the dark.
1928 "West-Running Brook".

Стихотворение Canis Major много раз переведено на русский язык, в том числе
Алёной Алексеевой, Василием Бетаки, Максимом Советовым, Виктором Топоровым.


Роберт Фрост Рождественские ёлки.
(Письмо-оповещение в разные адреса).
(С английского).

Связь с городом сейчас затруднена:
осталась от деревни до деревни.
Нет останова долгой снежной вьюге,
не улеглась опавшая листва,
но к нам во двор нагрянул незнакомец,
из городских, и будто бы он местный,
присел и ждал, чтоб кто-нибудь оделся
да вышел и спросил, кто он таков.
Он, оказалось, возвращался в город,
а у меня он высмотрел такое,
что очень нужно было к Рождеству:
мой лес, мои рождественские ёлки -
клин юных пихт, на вид почти как город,
где все дома - как церкви и при шпилях.
Продать их к Рождеству я и не думал.
Я даже и на миг не соблазнился б
продать их, чтоб срубили и свезли.
Тогда б весь склон за домом обнажился -
где нынче тень - и солнце не печёт.
Меня страшили речи о продаже.
Но так же страшно было отказаться,
поскольку знал, что лес растят с расчётом,
чтоб вовремя и выгодно продать.
Мы все находимся под гнётом рынка.
И вот я стал лелеять мысль о сделке.
И то ли от того, что слишком вежлив,
не то боясь закончить разговор,
не то, чтоб он мог похвалить мой лес,
так я сказал: "А как их оценить ?"

"Смотря как много мы их тут нарубим,
позвольте мне их посчитать".
"Смотрите.
Но не надейтесь их заполучить".
Здесь пастбище, все ёлки тесно сбились,
и ветки в тесноте короче, но есть
немало и уединённых, пышных.
Смотря на них, он молвил: "Хороши".
А после, помолчав и став любезней,
как покупатель заявил: "Годятся !"
И я так думал; ждал, что скажет дальше.
Мы пастбищем поднялись кверху, к югу,
спустились вниз. Вдруг слышу: "Тысяча !"

"По счёту - тысяча, почём за ёлку ?"
Ему хотелось сообщить помягче:
"Выходит тридцать долларов за все".
Всё стало ясно. Нет ! Не вздумаю вовек
ему их уступить. Каков сюрприз !
За жалкую тридцатку обнажить
всё пастбище, за мелкие три цента !
(Так мало причиталось мне за штуку).
Три цента против доллара, что мне
дадут сейчас любые из друзей
кому ни предложу хотя бы ёлку
для украшения воскресных школ,
пусть праздуют - а ёлок хватит всем.
Есть тысяча рождественских деревьев !
Я сам не ведал о своём богатстве.
Чем сбыть их по три цента - мудрей раздать.
Простой расчёт покажет, как я прав.
Жаль, в письма не могу вложить по ёлке.
А всем бы, если мог, послал бы по одной,
и поздравляю вас с Весёлым Рождеством.


Rodert Frost Christmas Trees
A Christmas Circular Letter

The city had withdrawn into itself
And left at last the country to the country;
When between whirls of snow not come to lie
And whirls of foliage not yet laid, there drove
A stranger to our yard, who looked the city,
Yet did in country fashion in that there
He sat and waited till he drew us out
A-buttoning coats to ask him who he was.
He proved to be the city come again
To look for something it had left behind
And could not do without and keep its Christmas.
He asked if I would sell my Christmas trees;
My woods—the young fir balsams like a place
Where houses all are churches and have spires.
I hadn’t thought of them as Christmas Trees.
I doubt if I was tempted for a moment
To sell them off their feet to go in cars
And leave the slope behind the house all bare,
Where the sun shines now no warmer than the moon.
I’d hate to have them know it if I was.
Yet more I’d hate to hold my trees except
As others hold theirs or refuse for them,
Beyond the time of profitable growth,
The trial by market everything must come to.
I dallied so much with the thought of selling.
Then whether from mistaken courtesy
And fear of seeming short of speech, or whether
From hope of hearing good of what was mine,
I said, “There aren’t enough to be worth while.”
“I could soon tell how many they would cut,
You let me look them over.”
“You could look.
But don’t expect I’m going to let you have them.”
Pasture they spring in, some in clumps too close
That lop each other of boughs, but not a few
Quite solitary and having equal boughs
All round and round. The latter he nodded “Yes” to,
Or paused to say beneath some lovelier one,
With a buyer’s moderation, “That would do.”
I thought so too, but wasn’t there to say so.
We climbed the pasture on the south, crossed over,
And came down on the north.
He said, “A thousand.”
“A thousand Christmas trees!—at what apiece?”
He felt some need of softening that to me:
“A thousand trees would come to thirty dollars.”
Then I was certain I had never meant
To let him have them. Never show surprise!
But thirty dollars seemed so small beside
The extent of pasture I should strip, three cents
(For that was all they figured out apiece),
Three cents so small beside the dollar friends
I should be writing to within the hour
Would pay in cities for good trees like those,
Regular vestry-trees whole Sunday Schools
Could hang enough on to pick off enough.
A thousand Christmas trees I didn’t know I had!
Worth three cents more to give away than sell,
As may be shown by a simple calculation.
Too bad I couldn’t lay one in a letter.
I can’t help wishing I could send you one,
In wishing you herewith a Merry Christmas.
1916 "Mountain Interval".

Примечание.
В Интернете опубликован перевод этого стихотворения, выполненный Николаем
Кружковым.


Роберт Фрост Сбор цветов
(С английского).

Когда ушёл я утром,
был ярок небосвод.
Я с грустью брёл по тропке
сквозь пёстрый хоровод.
Вы видели меня, бывало,
под вечер, шедшего устало.
Что ж были немы, как с чужим ?
Должно быть знали, кто идёт.

В венках, что я себе плести,
бродяжа здесь, охоч
я выгляжу одним из вас,
когда настанет ночь.
Цветы ! Ваш блеск и бренность -
пленительная ценность.
Пусть станут мерою всего,
когда уйду я прочь.

Robert Frost Flower-gathering

I left you in the morning,
And in the morning glow,
You walked a way beside me
To make me sad to go.
Do you know me in the gloaming,
Gaunt and dusty grey with roaming?
Are you dumb because you know me not,
Or dumb because you know?

All for me? And not a question
For the faded flowers gay
That could take me from beside you
For the ages of a day?
They are yours, and be the measure
Of their worth for you to treasure,
The measure of the little while
That I’ve been long away.

Примечание.
Стихотворение Flower-Gathering (из книги стихов Роберта Фроста "A Boy's Will", 1913) - популярно на родине поэта. В содержании стихотворения отразилась любовь поэта к пешим прогулкам, к собиранию диких цветов, к изучению ботаники. В Интернете переводов этого стихотворения на русский язык мало. Есть, например, перевод Вадима Белякова. Иногда в переводе это стихотворение называется "Цветосбор".
1913 "A Boy's Will".

Роберт Фрост В своей душе.
(С английского).

Перенося погодные капризы,
наш лес не закачается от бриза.
Хочу, чтоб эти крепкие дубы
означили рубеж моей судьбы.

В конце концов, в лихую ночь
я в их сени осюда двинусь прочь
без страха - хоть пред вырытою ямой,
хоть пыльною дорожной панорамой.

Меня ничто не возвратит домой,
но будут те, что кинутся за мной,
душевным побуждением томимы -
узнать, как крепко мной они любимы:

я буду прежним до последних дней,
лишь в верных мне уверуюсь сильней.

Robert Frost Into My Own

One of my wishes is that those dark trees,
So old and firm they scarcely show the breeze,
Were not, as ’twere, the merest mask of gloom,
But stretched away unto the edge of doom.

I should not be withheld but that some day
Into their vastness I should steal away,
Fearless of ever finding open land,
Or highway where the slow wheel pours the sand.

I do not see why I should e’er turn back,
Or those should not set forth upon my track
To overtake me, who should miss me here
And long to know if still I held them dear.

They would not find me changed from him they knew—
Only more sure of all I thought was true.
1913 "A Boy's Will".

Примечание.
Стихотворение Into my Own взято из книги "A Boy's Will", 1913. Переведено на русский
под названием "Путь к себе" Б.Хлебниковым и Жанной Жаровой. Другие переводы этого стихотворения на русский язык можно найти в "Самиздате".


Роберт Фрост Дом призраков
(С английского).

Моё жилище - старый дом
с густым малинником кругом:
подвал открыт дневному свету,
всё рушится от лета к лету.
Куда ни глянешь - там разгром.

На изгородях - шапки лоз.
Лес, ширясь, поглотил покос,
а сад, дичая, стал подлеском,
и дятел всё долбит там с треском.
Подход колодцу весь зарос.

И боль грызёт меня внутри:
везде тоска - хоть не смотри.
Туда не въедешь по ухабам,
там ночью на потеху жабам
охотятся нетопыри.

Примчит крикливый козодой,
трещит в кустах и над водой,
трясёт плюмажем бестолково,
кудахчет, подбирает слово,
делясь, не то грозясь бедой.

Моя душа здесь не одна.
Нет ! Не видна и не слышна,
толпа других ютится в доме.
Я чую их, бывая в дрёме.
Под мхом на плитах - имена.

Они - неутомимый люд,
хотя грустны и не поют.
Но есть там парень и девица.
Я с ними смог бы подружиться.
Нам стало б веселее тут.

Robert Frost Ghost House

I Dwell in a lonely house I know
That vanished many a summer ago,
And left no trace but the cellar walls,
And a cellar in which the daylight falls,
And the purple-stemmed wild raspberries grow.

O'er ruined fences the grape-vines shield
The woods come back to the mowing field;
The orchard tree has grown one copse
Of new wood and old where the woodpecker chops;
The footpath down to the well is healed.

I dwell with a strangely aching heart
In that vanished abode there far apart
On that disused and forgotten road
That has no dust-bath now for the toad.
Night comes; the black bats tumble and dart;

The whippoorwill is coming to shout
And hush and cluck and flutter about:
I hear him begin far enough away
Full many a time to say his say
Before he arrives to say it out.

It is under the small, dim, summer star.
I know not who these mute folk are
Who share the unlit place with me--
Those stones out under the low-limbed tree
Doubtless bear names that the mosses mar.

They are tireless folk, but slow and sad,
Though two, close-keeping, are lass and lad,--
With none among them that ever sings,
And yet, in view of how many things,
As sweet companions as might be had.
1913 "A Boy's Will".

Примечание.
Стихотворение Ghost House переведено на русский язык многими авторами, в том числе под названием "Дом призраков" Василием Бетаки; "Дом-призрак" -
Вячеславом Чистяковым и С.Степановым; "Призрак дома" - В.М.Михайлиным; "Дом
привидений" - Жанной Жаровой; "Призрачныйи дом" - Вадимом Беляковым, Максимом
Советовым, Вячеславом Толстовым, Б.Хлебниковым.


Роберт Фрост Моя ноябрьская гостья
(С английского).

Моя печаль стоит горой,
считая дни осенних ливней
великолепною порой;
и голый лес со скользкою корой
влечёт её - нельзя призывней.

Не позволяет засидеться.
Зовёт в простор лесных полян,
где, без пернатого соседства,
нам можно пристально вглядеться
в засеребрившийся туман.

Унылый и пустынный лес,
нависшее над пашней небо -
для гостьи - дивный дом чудес.
Она свой странный интерес
развить хотела и во мне бы.

Но убеждать меня не надо.
Хвалы звучали не зазря.
Пока до встречи снегопада
стоит дождливая пора,
я сам - поклонник ноября.

Robert Frost My November Guest

My sorrow, when she’s here with me,
Thinks these dark days of autumn rain
Are beautiful as days can be;
She loves the bare, the withered tree;
She walks the sodden pasture lane.

Her pleasure will not let me stay.
She talks and I am fain to list:
She’s glad the birds are gone away,
She’s glad her simple worsted gray
Is silver now with clinging mist.

The desolate, deserted trees,
The faded earth, the heavy sky,
The beauties she so truly sees,
She thinks I have no eye for these,
And vexes me for reason why.

Not yesterday I learned to know
The love of bare November days
Before the coming of the snow,
But it were vain to tell her so,
And they are better for her praise.
1913 "A Boy's Will".

Примечание. Стихотворение My November Guest переведено на русский язык
несколькими авторами, в основном любовно и хорошо. В Интернете можно найти
переводы Василия Бетаки, Н.Работнова, Вячеслава Толстова, Виктора Топорова и
других.

У произведения нет ни одного комментария, вы можете стать первым!