Вильям Шекспир. Венецианский купец. Акт 1

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
ВЕНЕЦИАНСКИЙ ДОЖ
МАРОККАНСКИЙ ПРИНЦ
АРАГОНСКИЙ ПРИНЦ
АНТОНИО — венецианский купец.
БАССАНИО — его друг, поклонник Порции.
САЛАНИО
САЛАРИНО
ГРАЦИАНО
САЛЕРИО
ЛОРЕНЦО — возлюбленный Джессики.
ШЕЙЛОК — богатый еврей.
ТУБАЛ — еврей, друг Шейлока.
ЛАНЧЕЛОТ ГОББО — слуга Шейлока.
СТАРЫЙ ГОББО — отец Ланчелота.
ЛЕОНАРДО — слуга Бассанио.
БАЛЬТАЗАР
СТЕФАНО
ПОРЦИЯ — богатая наследница.
НЕРИССА — камеристка.
ДЖЕССИКА — дочь Шейлока.
СЛУГА
ПИСАРЬ
ВЕЛЬМОЖИ, ПРИДВОРНЫЕ, СУДЕЙСКИЕ, ТЮРЕМЩИК,
СЛУГИ и др.
Место действия — ВЕНЕЦИЯ и БЕЛЬМОНТ, поместье Порции.


АКТ ПЕРВЫЙ

Сцена 1.

Венеция. Улица.

Входят

АНТОНИО, САЛАРИНО и САЛАНИО.

АНТОНИО

Не знаю, что за грусть меня грызёт.

Я весь издёрган, да и вас издёргал.

Хотелось бы найти тоски исток

И смысл её понять. Но я подавлен

И самого себя не узнаю.

САЛАРИНО

Вы заблудились в океане мысли,

А в это время ваши корабли

В могучем настоящем океане

Процессиею царственной летят

На зависть парусникам неприметным

Каких-нибудь убогих торгашей.

САЛАНИО

Когда б я вверился морской стихии,

Душою был бы в море. Например,

По колебаниям травы следил бы

За направленьем ветра, я бы все

По карте выявлял пути морские,

Заливы, бухты, дамбы, маяки…

Всё, что для дела может быть опасным,

Тревогу вызывало б у меня.

САЛАРИНО

Или, подув на свой бульон горячий,

Внезапно мог бы я похолодеть

От мысли о тайфунах в океане.

А, увидав песочные часы,

Я с содроганьем думал бы о мели,

Где вязнет мой богатый галеон,

Вперёд склоняясь, будто бы желая

Отдать своей могиле поцелуй.

Или в соборе каменные стены,

Что выражают прочность и покой,

Напомнили бы мне о страшных рифах:

О них разбитый в щепы, мой корабль

Излакомил бы пряностями волны

И нарядил в роскошные шелка,

Чтоб океан всё это обесценил.

Когда об этом мыслить я могу,

То как не думать мне о разоренье,

Которое ведь не исключено!

АНТОНИО

Да будет вам! Я, слава провиденью,

Не на один корабль сложил свой груз.

И капитал не весь запущен в дело.

Причина беспокойства моего

Не в предприятии.

САЛАРИНО

В любви, быть может?

АНТОНИО

Да что вы!

САЛАНИО

Неужели не в любви?

Грустны вы оттого, что не в веселье.

А лучше было бы наоборот —

Чтоб веселились вы и говорили:

Я весел оттого, что не грущу.

Могу двуликим Янусом поклясться:

Природа так порою отчудит!

Творит существ, подобных попугаям.

Таким лишь только палец покажи —

Они, как одержимые, хохочут,

Но супятся упорно, услыхав

Историю действительно смешную,

Хоть мудрый Нестор расскажи её.

Сюда идут Бассанио, Лоренцо

И Грациано — лучшие мужи

Венеции. Поговорите с ними.

Мы по делам покамест отойдём.

Входят БАССАНИО, ЛОРЕНЦО и ГРАЦИАНО.

САЛАРИНО

Я попытался б вашу грусть рассеять,

Но лучшим собеседникам сейчас

Безропотно я уступаю место.

АНТОНИО

Нет, оба вы мне дороги, друзья.

Но, видимо, для вас дела важнее,

Вот вы и рады поводу уйти.

САЛАРИНО

Привет вам, господа.

БАССАНИО

И вам, синьоры.

Когда ж повеселимся вместе мы?

Вы уклоняетесь от развлечений.

САЛАРИНО

Мы на досуге рады вам служить.

САЛАРИНО и САЛАНИО уходят.

ЛОРЕНЦО

Поскольку вы Антоньо разыскали,

Бассанио, то мы вам не нужны.

Но вместе мы обедаем.

БАССАНИО

Конечно.

ГРАЦИАНО

Антоньо, вы угрюмы — отчего?

Должно быть, этот мир вам слишком дорог.

Ведь тот, кто много тратит на него,

Останется в убытке неизбежно.

Вы изменились, как по волшебству.

АНТОНИО

А что такое мир? Он только сцена,

Где роли мы играть принуждены,

Так, я — меланхолический философ.

ГРАЦИАНО

А я предпочитаю роль шута.

[Пояснение. Это явная отсылка к комедии "Как вам это понравится?". — А. Ф.]

Пускай лицо морщинится от смеха.

Вином я лучше печень разожгу,

Чем буду сердце угашать слезами.

Когда во мне живая кровь кипит,

Зачем сидеть в недвижности надменной,

Подобно гипсовому старику?

Зачем травить людей своею жёлчью?

Антонио, я говорю любя:

Бывают люди, у которых лица

Похожи на поверхности болот.

Такие существа хранят молчанье,

Дабы считали их за мудрецов,

Но после мы договорим. Сейчас же

Скажу, что на такой унылый вид,

Как рыба на наживку, может клюнуть

Дурное впечатленье о тебе.

Лоренцо, нам пора. Я поученье

Могу, и отобедав, завершить.

ЛОРЕНЦО

Прощаемся мы с вами до обеда.

А мне, я вижу, впору принести

Обет молчанья: мне ведь, Грациано,

Не подобает умничать при вас.

ГРАЦИАНО

Со мною года два поговорите —

И речь свою забудете совсем.

АНТОНИО

Тогда придётся мне разговориться.

ГРАЦИАНО

И ладно. Ведь молчание идёт

Девичьим язычкам или копчёным

Бычачьим язычищам.

ГРАЦИАНО и ЛОРЕНЦО уходят.

АНТОНИО

Для чего

Они тут изощрялись в острословье?

БАССАНИО

Грациано, как всегда, читал лекцию об абстрактных предметах. В этой философии ему нет равных во всей Венеции. У него случаются зернистые мысли,

[Пояснение. Выражение Достоевского из "Села Степанчикова". Но встречается изредка и у других авторов. — А. Ф.]

но это всё равно что два зерна в мешке половы. Потратишь целый день на их поиски, а потом оказывается, что искать было незачем.

АНТОНИО

Бассанио, вы, слово пилигрим,

Отправиться хотите к некой даме.

Могу ли я спросить вас, кто она?

БАССАНИО

Вы знаете, что жил я не по средствам

И состоянье скоро промотал.

Однако я не жалуюсь. Теперь

Мне нужно сократить свои расходы

И погасить главнейшие долги,

Что из-за легкомыслия возникли.

Антоньо, вам я должен больше всех:

Ведь вы мне дали дружбу, кроме денег.

И я готов признаться вам как друг,

Чтоб от долгов избавиться отчасти.

АНТОНИО

Вы смело всё мне можете открыть.

Я созерцаю вас глазами чести

И верю: ваши помыслы чисты.

И я, и всё моё к услугам вашим.

БАССАНИО

Когда-то в детстве, потеряв стрелу,

Я вслед ей часто отправлял другую

И после, проследив её полёт,

Их обнаруживал потом я обе.

Я бескорыстен мыслями вполне,

Каким был в школе. Денежного долга

Сейчас я возвратить вам не могу,

Поскольку всё растратил, как мальчишка,

Но в том же направлении пошлю

Я новую стрелу, и возвратятся

К вам обе, но вторая-то уж точно,

А первую я дружбой возмещу.

АНТОНИО

Оставимте метафоры, Бассаньо,

Ведь хорошо вы знаете меня.

Уместнее со мною речь прямая.

Я не обиделся б на вас, когда

Меня вы разорили бы вчистую.

Куда обиднее обиняки.

Скажите просто, что я должен сделать,

По-вашему, и я исполню всё.

БАССАНИО

Так слушайте. Живёт в Бельмонте дама:

Богата и прекрасна, сверх того,

Владетельница нравственных сокровищ.

Синьору эту Порцией зовут,

Как дочь Катона и супругу Брута.

Но не уступит новая ни в чём

Великой той античной героине.

Её глаза надежду слали мне.

Она прославлена по всей вселенной.

К её золоторунным волосам

В Бельмонт, как будто в новую Колхиду,

Сплываются Ясоны-женихи,

Со всех сторон гонимые ветрами

Со всех морей. Когда б я был богат,

Попробовал бы с ними потягаться

И оказался бы счастливей всех.

АНТОНИО

Но у меня все деньги в обороте,

Поскольку счастья я ищу в морях.

Однако мне в кредите не откажут,

Я полагаю. Друг мой, разузнай,

Кто в этом мне готов пойти навстречу,

И я тебе все деньги передам,

Чтоб только ты достиг заветной цели.

Я всё-таки надеюсь на кредит:

Меня доверьем кто-то наградит.

Уходят.


Сцена 2.

Бельмонт. Дом Порции.

Входят ПОРЦИЯ и НЕРИССА.

ПОРЦИЯ

По правде, Нерисса, моё тело мизе́рно для этого бескрайнего мира.

НЕРИССА

Но разве ваши печали равны приятностям? Впрочем, переедание пагубно не менее, чем голод. Излишества преждевременно приводят к изнашиванию, но умеренность сулит долголетие.

ПОРЦИЯ

Чрезвычайно мудрые мысли.

НЕРИССА

О, если бы они воплощались в дела!

ПОРЦИЯ

Если бы это было так, часовни уравнялись бы с храмами, а лачуги — с хоромами. Редкий из попов следует своим же проповедям. Легче наставлять двадцать женщин, чем быть одной из них и следовать наставлениям. Разум изобретает законы для смирения горячей крови, но кровь их обходит. Юность — это мартовский заяц,

[Пояснение. Пусть читатели сами догадаются, почему он мартовский. В оригинале: such a hare is madness the youth. — А. Ф.]

который ловко минует ржавый капкан осторожности. Но никакие доводы мне сейчас не помогут. Свободно выбрать мужа я не могу. Чего стоит пресловутая свобода, если нет выбора! Свободу живой дочери убивает воля мёртвого отца. Кого хочу, я выбрать не могу, прочих не могу отвергнуть всех разом. Вот настоящая пытка.

НЕРИССА

Ваш родитель был высоконравственным, почти святым. А на таких людей перед смертью иногда нисходят озарения. Он установил эту лотерею с тремя ларцами — золотым, серебряным и медным, — но в чём была его глубокая идея? Что правильный выбор сделает тот, чья любовь права. А что вы скажете о претендентах, которые уже прибыли?

ПОРЦИЯ

Ты их назови, а я оценю.

НЕРИССА

Во-первых, принц Неаполитанский.

ПОРЦИЯ

Натуральный жеребец! Говорить способен только на лошадиные темы. И прямо-таки ржёт от восторга, что может сам подковать коня. Я подозреваю, что его аристократическая маменька охомутала кузнеца.

НЕРИССА

Следующий — пфальцграф Дундук.

ПОРЦИЯ

Этот надутый господин как будто заявляет всем своим видом: "Насильно мил не будешь — и не надо". На анекдот даже не улыбнётся. Если он в молодости так неприлично скучен, то в старости, наверное, станет нудным философом. Упаси боже от такого супруга. Лучше выйти за скелет. Не надо мне их обоих.

НЕРИССА

А как вам французский шевалье Ле-Бон?

ПОРЦИЯ

Если это существо относится к людям, пусть называется человеком. Грешно смеяться над ближним, но здесь удержаться трудно. Лошадностью

[Пояснение. Фантазия переводчика. В оригинале речь идёт просто о его лошади. Лошадность — понятие, восходящее к анекдоту о Платоне и Диогене. Известен афоризм "Лошадность есть чтойность вселошади" — видимо, И. Дунса Скота, в варианте Дж. Джойса. — А. Ф.]

он не уступит Неаполитанцу, а дундукизмом — пфальцграфу.

[Пояснение. См. у Е. Евтушенко: "Мерзок дундукизм аристократов, // Но страшней плебейский дундукизм". — А. Ф.]

Чуть дрозд защебечет — он принимается скакать. На рапирах всегда готов вести бой с тенью — своей собственной. Выйти за такого — всё равно что за двадцать мужей. Если он сам откажется от меня, я не обижусь.

НЕРИССА

А что вы скажете про английского баронета Фоконбриджа?

ПОРЦИЯ

Решительно ничего. По отношению к нему речь — понятие неуместное. Мы не достигли понимания. Я не говорю по-английски, он не владеет лингва-франка (he hath neither Latin, French, nor Italian).

Он выглядит комильфо, но уж слишком напоминает манекен. Колет у него итальянский, рейтузы французские, берет немецкий, а манеры — от всех народов.

НЕРИССА

А лорд шотландский, его сосед?

ПОРЦИЯ

Этот ведёт себя по-соседски. Расписался в получении пощёчины от англичанина с обещанием взаимности. А француз, говорят, выступил поручителем.

НЕРИССА

А немец, племянник герцога Саксонского?

ПОРЦИЯ

Пьяная скотина. По утрам — с похмелья — омерзителен, днём — мерзопакостен. Надеюсь, он спьяну не угадает нужного ларца.

НЕРИССА

Думаю, он до ларцов не дотянет.

ПОРЦИЯ

На всякий случай поставь на неправильный ларец бокал вина. Ни за что не пойду за эту губку.

НЕРИССА

Вот об этом вы не беспокойтесь. Вышеназванные господа решили не участвовать в конкурсе и разъехаться по домам.

ПОРЦИЯ

Будь я вечной, как Сивилла, осталась бы невинной, как Диана, если не найдётся подходящий жених. Но какое счастье, что эти женихи устранились! Боже, пошли им семь футов под килем!

НЕРИССА

А помните того венецианца из людей маркиза Монферрата? Он и офицер, и учёный.

ПОРЦИЯ

Как же не помнить! Его зовут Бассанио.

НЕРИССА

На взгляд моих неумных глаз он-то вас и достоин.

ПОРЦИЯ

Да, и ты его не перехвалила.

Входит СЛУГА.

Что у нас нового?

СЛУГА

Шестеро пришельцев

[Пояснение. В оригинале четверо, но речь до этого шла о шести. — А. Ф.]

желают проститься с вами, госпожа. А ещё прибыл человек от принца Марокканского. Доложил, что его хозяин приедет к вечеру.

НЕРИССА

Я буду рада проводить шестерых, но обрадуюсь ли приезду седьмого? Если у него дьявольская внешность, но ангельская душа, пусть он лучше будет моим духовным пастырем, чем мужем. Идём, Нерисса. И ты ступай.

Одних гостей проводим мы с тобою,

И сразу же от новых нет отбою.

Уходят.


Сцена 3.

Венеция. Улица.

Входят БАССАНИО и ШЕЙЛОК.

ШЕЙЛОК

Вы говорите: три тысячи дукатов? Так.

БАССАНИО

Да, сударь, на три месяца.

ШЕЙЛОК

На три месяца. Так-так.

БАССАНИО

Поручителем будет Антонио.

ШЕЙЛОК

Таки Антонио? Так-с.

БАССАНИО

Вы согласны мне помочь? Каков ваш ответ?

ШЕЙЛОК

Три тысячи дукатов на три месяца под ручательство Антонио?

БАССАНИО

Да, да, да. Но каков ваш ответ?

ШЕЙЛОК

Антонио — человек известный.

БАССАНИО

Господи, да разве нет!

ШЕЙЛОК

Конечно, конечно. Говоря: известный, я имел в виду, что он обладает известным состоянием. Один его корабль идёт в Триполи, другой в Индию. Это мне сообщили на бирже в Риальто. Третий корабль отправился в Мексику, а четвёртый в Англию. Всё это очень, очень рискованно. Что такое корабли? Только дерево. А матросы? Только люди. Есть ещё крысы, в том числе двуногие — я имею в виду пиратов. И штормы, и рифы… Но он человек состоятельный. Что ж, ему поверить можно.

БАССАНИО

Вы разве сомневаетесь?

ШЕЙЛОК

Хотел бы не сомневаться. А для этого мне надо с ним говорить лично. Это возможно?

БАССАНИО

Можете отобедать с нами, если вам угодно.

ШЕЙЛОК

Да, да — нажраться свинины, в которую ваш пророк из Назарета загнал бесов. Я готов иметь с вами дело, но не есть, не пить с вами и не молиться. Какие новости на бирже? Кто-то идёт.

БАССАНИО

Это Антонио, очень кстати.

Входит АНТОНИО.

ШЕЙЛОК (в сторону)

На вид он сущий мытарь-лицемер.

Я ненавижу этого святошу.

Он без процентов деньги в долг даёт,

Тем самым наши прибыли сбивая.

О, я хотел бы посчитаться с ним.

Ещё он хает наш народ священный,

Прилюдно оскорбляет он меня,

Коммерцию мою зовёт разбоем.

Да будь я проклят, коль его прощу.

Родня моя в гробах перевернётся.

БАССАНИО

Что, Шейлок?

ШЕЙЛОК

У меня трёх тысяч нет.

И столько я не соберу немедля.

Но у меня есть родственник Тубал,

Он человек богатый, он поможет.

Итак, какой вы мне назвали срок?

А, здравствуйте, почтеннейший Антоньо!

Мы говорили только что о вас.

АНТОНИО

Я не ссужаю денег под проценты,

И под проценты денег не беру.

Иду на исключенье ради друга.

Бассанио, назвали сумму вы?

ШЕЙЛОК

Да, он сказал: три тысячи дукатов.

АНТОНИО

И то, что на три месяца?

ШЕЙЛОК

Да, да!

Совсем забыл. Итак, вы поручитель?

Хотя не признаёте грабежа.

АНТОНИО

Я ростовщичеством не занимаюсь.

ШЕЙЛОК

Напомню я: когда Иаков пас

Овец Лавана, мать ему в ту пору

Содействовала мудро третьим стать

Преемником святого Авраама...

АНТОНИО

С кого-то он тогда проценты драл?

ШЕЙЛОК

Вы шутите! Какие там проценты!

Нет, выгода его была в другом.

С Лаваном он условился в уплату

Взять пёстрое потомство от овец.

Порой осеннею совокупляться

К баранам ярочки пошли — и вот

Разнузданное детопроизводство

У тварей тех кудлатых началось.

Пред каждою сношающейся парой

Иаков предприимчивый втыкал

Ободранные полосами ветки,

И, созерцая эту пестроту,

Ягняток пёстрых зародили овцы.

Вот так Иаков и разбогател.

Так получил барыш благословенный,

Ведь что не кража — то и хорошо.

АНТОНИО

А в чём мораль? Иаков ведь работал.

Он не своею властью получил

Прибыток — это было в руце божьей.

Использовав бараний аргумент,

Желаете вы оправдать проценты?

ШЕЙЛОК

Я живо размножаю барыши.

Однако…

АНТОНИО

Вот, Бассанио, любуйтесь,

Как Библию трактует сатана.

Отыскивает подлая душонка

Цитаты в оправдание себе.

Смотрите же на облик фарисейства!

То улыбающийся изувер

И яблоко с гнилою сердцевиной —

Благообразно выглядящий грех.

ШЕЙЛОК

Три тысячи дукатов — это сумма!

Три месяца… и годовой процент…

АНТОНИО

Что, Шейлок, вы ссужаете нам деньги?

ШЕЙЛОК

А разве не за это вы меня

На бирже поносили беспощадно?

А я плечами кротко пожимал:

Ведь наш народ — известный терпеливец.

А вы оплёвывали мой кафтан,

Меня при всех срамили псом поганым

[Пояснение. Поганый — язычник или неверный. В оригинале: misbeliever. — А. Ф.]

За честно заработанный доход!

Теперь, когда во мне нужда настала,

Вы говорите: Шейлок, денег дай.

Вы прежде в бороду мою плевали

И даже раздавали мне пинки.

Что вы так вежливо заговорили?

Скажите просто: дай мне денег, пёс!

Отвечу я: у пса — откуда деньги?

Тем более три тыщи золотых!

И что мне — руку вам лизнуть умильно?

Потом ещё подтявкать: вы, синьор,

Мне оказали честь своей слюною,

В такой-то день вы дали мне пинка,

И я даю вам деньги в благодарность.

АНТОНИО

Пархатый пёс! Плевал я на тебя!

[Пояснение. Пархатый — буквально: паршивый, безотносительно к национальностям. Но у Антонио это, конечно, игра слов. — А. Ф.]

Согласен — деньги дай без экивоков.

Дружить не хочешь — выдай как врагу

(Для друга и талант зароют в землю).

[Пояснение. То есть талант в библейском смысле: деньги не пустят в рост. В оригинале: for when did friendship take // A breed for barren metal of his friend? — А. Ф.]

Дай как врагу мне деньги, живоглот,

А там уже сдери с меня три шкуры!

ШЕЙЛОК

Ну, вам уже и слова не скажи!

А если я вам предлагаю дружбу?

А если я желаю позабыть

От вас полученные оскорбленья.

Пинки, плевки, ругательства — весь срам,

По вашей воле мною пережитый?

Да с вас я и процентов не возьму!

Я, сударь, доброту к вам проявляю,

А вы меня бесчестите опять!

БАССАНИО

Ну, что же, продолжайте, добрый Шейлок.

ШЕЙЛОК

Хочу я делать добрые дела.

Пойдём к нотариусу. Вы дадите

Мне вексель — от себя, от одного.

Мы там укажем сумму, срок — для смеха.

А чтоб ещё нам было веселей,

Шутейное условие укажем:

Что в случае просрочки я возьму

Из вашей плоти мяса фунт — не больше, —

И вырежу, откуда захочу.

Что скажете?

АНТОНИО

Что жид бывает добрым.

Не сомневайся: вексель — подпишу!

БАССАНИО

Я разорюсь, но вам я не позволю

Себя такою гадостью связать!

АНТОНИО

До этого и не дойдёт, не бойтесь:

Ведь через месяц, много — через два,

Я денег получу раз в девять больше,

Чем должен буду.

ШЕЙЛОК

Отче Авраам!

Все эти христиане-коммерсанты

Не знают снисхожденья — и другим

Приписывают ту же беспощадность!

Как будто я и вправду людодёр.

Что мне за профит от подобной пени?

Баранины, козлятины кусок

Имеет хоть какую-нибудь цену.

А человечье мясо — никакой.

Я предлагаю выход. Не угодно

Вам это предложение принять —

Тогда уж, господа, и не взыщите.

АНТОНИО

Не взыщешь — ты. Я вексель подпишу.

ШЕЙЛОК

Тогда к нотариусу и ступайте —

Шутейный этот вексель составлять.

Я деньги соберу и сам прибуду.

Но загляну в свой дом: его нельзя

Мне оставлять надолго под присмотром

Лукавого, ленивого раба.

[Пояснение. Ещё одна аллюзия на тему денег, не отданных в рост. — А. Ф.]

Но долго ждать себя я не заставлю.

АНТОНИО

Да, ты уж не помешкай, добрый жид.

ШЕЙЛОК уходит.

Мы сделаем его христианином.

БАССАНИО

Он лицемерен. Боже, помоги нам.

АНТОНИО

Нет никакой угрозы для меня:

Суда придут до рокового дня.

Уходят.

01.04.2024




Александр Владимирович Флоря, поэтический перевод, 2024

Сертификат Поэзия.ру: серия 1488 № 181818 от 01.04.2024

5 | 2 | 100 | 19.04.2024. 00:11:18

Произведение оценили (+): ["Корди Наталия", "Екатерина Камаева", "Бройер Галина", "Сергей Шестаков", "Александр Шведов"]

Произведение оценили (-): []


Дорогой Александр Владимирович+++, я уверена, что Вы изучили вот это место:
ANTONIO: I hold the world but as the world, Gratiano-
A stage, where every man must play a part…
Была бы признательна за разъяснения. Неужели Шекспир повторился с «the world's a stage»?) Но Вы не повторились точно!
"Весь мир – театр, и люди в нем – актёры.
Идут на авансцену, чтоб сыграть
Семь актов всё одной нелепой драмы
И навсегда уйти в кромешный мрак."

Всегда Ваша,
НК

Здравствуйте, дорогая Наталия Игоревна.
Спасибо Вам за отклик.
У Шекспира в комедии "Как вам это понравится":
JAQUES. All the world's a stage,
And all the men and women merely players.
А вообще-то Шекспир неоднократно повторял эту мысль в разных вариациях.