Два года

Дата: 07-06-2018 | 16:30:58

ДВА ГОДА


I.


В тот год, когда никто еще не умер…
Вячеслав Лейкин


Из нынешнего года в год, когда
все были живы (так, по крайней мере,
мне кажется сегодня) я гляжу
с усталой отстраненностью всезнайки
(о, задний ум! о, мой крестцовый мозг!),
а ведь тогда трясло не понарошку –
разрыв, потом еще один разрыв,
и взгляд вперед, где в мареве надежды
вотще ни зги, ни тени перспектив.
Как все-таки природа учудила:
бесперспективность в городе, где все
построено как раз на перспективе,
особенно гнетет – так думал я
в тот год. А нынче лишь пожму плечами,
поскольку знаю: кончатся срока –
и я спляшу еще на крышке года,
и вслед ему махну. А хорошо,
что все тогда как будто были живы!
Поэтому, садясь сводить баланс,
раскладывая век на дебет-кредит,
мы этот смутный год отщелкнем в плюс
и будем вспоминать. Вот, скажем, море…
Ты помнишь море?


II.


И мертвецы стоят в обнимку…
Иосиф Бродский


Из нынешнего года в год, когда
все стали умирать (мне показалось,
что все – настолько выверенно смерть
работала по нервным окончаньям),
я не хочу – хотя была любовь,
пусть и не оказавшаяся вечной,
но вечно отдающая теплом
при каждом всплеске памяти. Так, значит,
в тот год была любовь – и мы лежим
друг в друге, в жарком коконе объятий,
а у постели нашей мертвецы –
в ногах, и в головах, и трое сбоку –
и думаешь о том, что наших нет,
что год на редкость выдался паскудный –
скорей бы дотянуть до января! –
и с этой мыслью разжимаешь руки,
и видишь, как рассеянно любовь,
в глаза тебе не глядя, разбирает
разбросанное по полу шмотье,
находит лист смоковничный, колготки…
Стук двери. Гробовая тишина.
И мертвецы качают головами,
чему-то удивляясь своему.
А тут еще правительство с азартом
палит по нам, играя и резвясь,
из всех своих заржавленных орудий –
конечно, попадает в молоко!
А молоко, конечно, дорожает.
И в довершенье – бабушке моей
сто лет в обед семнадцатого марта.
Ты знаешь, не хочу тебя пугать,
но продолженье следует…

У произведения нет ни одного комментария, вы можете стать первым!