Книга живых. Уильям Фолкнер

Дата: 20-05-2017 | 18:20:39

Эпизод тридцать четвёртый,

повествующий о сумбурном и бессмысленном визите не вполне трезвого американского писателя, который обижается на братьев Коэнов, грустит по Йокнопатофе, вываливает на нашего героя массу информации 

о Голливуде и мирно засыпает в рапидном падении

А вчера Фолкнер пришатался.
  Лыка вязать он при мне не пробовал, поэтому не могу сказать наверняка, сумел бы он или нет. Но пьян был изрядно. Для того чтобы это понять, проницательность не нужна была вовсе и всякие там чувства от шестого до бесконечности. Достаточно слуха со зрением и обонянием. В левой руке у Фолкнера была очень початая бутылка бурбона, подмышкой он зажимал довольно толстый сценарий. Правой рукой он махал, сжимал её в кулак, показывал факи и вытворял ещё много всяких действий, мало понятных трезвому.
  "Серёга! – заорал он. – Меня Коэны бросили!"
  Я реально испугался: "Как? Совсем? За что?"
  Он продолжал вопить, не слушая меня: "К йокнопатофиной матери! Суки! Подонки! Ушлёпки! Сраные клоуны! Ни одного серьёзного кино за столько лет!"
  Я стал догадываться, что не о тех коэнах подумал.
  А Фолкнер орал: "Братья, фак, близнецы!"
  Я его поправляю: "Вильям Маррич, они не близнецы!"
  Он вдруг остановился, замер и стал смотреть мне в глаза: долго, печально и мутно. Потом порывисто вздохнул: "В сволочизме своём – однояйцевые. А так-то конечно нет… Но так скуууушнооо…"
  Он, сильно пошатнувшись, двинулся к бару.
  "Был у них на премьере "Бартона Финка", потом немножко… я сказал несколько критических слов, и они меня сразу бросили на произвол судьбы. А ты почему не был?"  
  "А я "Бартона Финка" видел уже. Гениальное кино, на мой взгляд".
  Он посмотрел на меня поражённо: "Как это видел? Где? Сегодня премьера была!"
  Я машу рукой: "Вильям Маррич, да вы не вникайте…"
  Он посмотрел немного ревниво.
  "Аааа, я понял… Они к тебе сюда привозили ещё до премьеры… Вот вечно у вас всё, у масонов…"
  Он сделал пальцами правой руки малопонятные крутяще-вертящие жесты и продолжил свой путь к бару.
  "Ты "Медведя" моего читал?"
  Я иду за ним, говорю: "Да. Пожалуй, у вас это лучший текст. Не очень помню, в чём там дело, читал в детс… давно читал. Но помню ощущение волшебства, странности, нереальности происходящего и точности деталей".
  Я заметил, что он замер, глядя на меня с удовольствием.
  "Хорошо…"
  Наконец добрался до бара, открыл его, достал два стакана, налил в оба. Повернулся ко мне: "А ты будешь?"
  Я кивнул. Он достал третий стакан и налил в него на полпальца.
  "Это не потому, что мне жалко… – он скривился. – Не стоит тебе алкоголиком становиться. Давай".
  Он поднял один стакан, выпил.
  "Давай".
  Выпил второй.
  Глаза его закатились.
  В падении он успел сказать: "Сейчас немножко поговорим, и я лягу сценарий читать. Какой-то "Человек дождя", переделать просили… Слушал вчера радиоспектакль "Полный поворот кругом", по моему рассказу. Отличная вещь, Тарковский – режиссёрище! Артисты прекрасные… Особенно Высоцкий. Мощнейший голос. Хотя, вот ещё один голос я слышал… Не подумай дурного… Валентина Никулина вашего… Вот где космос!.. А ещё что я тебе скажу, Серёжа… никакая Нобелевка никогда никого и ни от чего не спасала. Даже от нищеты. Я вот деньги профукал… Ну, раздал там, пропил часть… И всё, и теперь опять буду горбатиться на Голливуд. А ведь "Аватар" какой-нибудь я никогда не напишу, никогда! Чтоб потом уже больше ничего не писать! А Коэнам передай, что их "Бартон Финк" – гениальное дерьмище. Вот так! Нельзя большого писателя так опускать…"
  В этот момент он коснулся головой пола.
  Мой умный пол мягко спружинил и мгновенно вырастил подушку и одеяло в стиле йокнопатофского "пэчворка". Фолкнер улыбнулся во сне, в одеяло завернулся и засопел как ребёнок.
  И я тоже пошёл спать. Вспомнил напутствие Бернарда Шоу и подумал: "Вот ведь странно, вроде сложный зашёл человек, неадкекватный, а вечер получился чуть ли не самым мирным за всё последнее время. Парадокс".
  И уснул я, не думая ни о каких проблемах, тревожностях и бедах, которые нас ожидают. Спал я и чувствовал, что улыбаюсь во сне как Гагарин.

Брав-ВО!!!

Завидую тебе, Серж, чёрной завистью. С такими людьми бухаешь, а тут...

ЛАЙК, канешна!-:)))

Я тоже о Фолкнере написал как-то.  Сейчас поищу ссылочку...-:)))

О: http://www.poezia.ru/works/107237

Черной не надо, Фолкнер тот еще собутыльник. А стих этот помню. Хороший.