Татьяна Кувшиновская


Баб-Яга насчёт диет

Баб-Яга насчёт диет
растолкует:
от диеты проку нет -
вновь раздует!

Вес снижай, танцуя жок
или самбу!
За совет я жду, дружок,
дифирамбу!


"афоризма" Баб-Ёжкина попутная

Опять же попутный (на "скандинавской" прогулке)  "выверт" - муж неизящно "лапшу на уши вешал" :...

Я:

"Некрасиво говорить неправду - 
                       
неправду надо говорить красиво!"


Попутное словотворение (загадка)

Идём по парковым дорожкам,

а сил осталось, ох, немножко...

Я к мужу обращаюсь: "Срежем?

Не то падёж мне неизбежен!

По катетам идти обуза!!!


Вот, кстати, и ………….……!"
                        (азунетовирк)


Беслан. Чем Промысел Господень оправдать

Все террористические акты циничны, но этот беспрецедентен!

БЕСЛАН

Чем Промысел Господень оправдать?
Резня младенцев – Вифлеем в Беслане!
Найдётся ль строчка в Библии, в Коране
Утешить словом плачущую мать?

Я не ропщу – не велено роптать…
Корить богов – бесплодное занятье!
Твоей же своре – страшное проклятье,
В детей стрелявший беспородный тать!

Чем Промысел Господень оправдать?

Луга, дер. Заполье Серебрянской сп
В ночь с 6-го на 7-ое сентября 2004 года


Кружится жизнь по спирали

Кружится жизнь по спирали,
С новым витком надо выше,
Но не на всех магистралях
Ветер попутный нам вышел.
С временем в прятки играем
В сладких мгновениях в прошлом
Или вперёд забегаем,

А час НАСТОЯЩЕ не прожит.

18.02.2008 - 28.09.2015


Памяти Глеба Горбовского


Почему тишина?

Виктор Соколов, член Союза писателей России
05.04.2019 http://dompisatel.ru/?p=14339 

(6 апреля 40 дней после смерти Глеба Горбовского)
На столе передо мной лежит слегка потрёпанная от неоднократного прочтения книжка с пожелтевшими страницами (бумага была некачественная). Глеб Горбовский. ТИШИНА. Четвёртая книга стихов. Лениздат, 1968. Экземпляр этот уникален: рукой Бориса Тайгина – нашего общего друга и архивариуса Глеба – под каждым стихотворением проставлены даты сочинения и вписаны первоначальные варианты строк, изменённых редактурой. А на титульном листе автограф: Вите Соколову – от немилого Глеба. 6 апреля 68 г. Вот так поэт умел одним неожиданным для автографа словом немилый передать своё настроение, вернее состояние души в тот период. Это в автографе! А в стихах! *

Но почему же и кому немил сейчас Горбовский – один из самых больших и самобытных русских поэтов нашего времени, совсем недавно ушедший в мир иной? Почему вокруг этого печального события и этого славного имени тишина? Умершему рэперу, или телезвезде (этим титулом награждают почти каждого, кто мелькает на телеэкране) посвящают целые передачи на всех каналах, а вокруг умершего поэта – т и ш и н а. Только умница Сергей Шаргунов на федеральном канале в своей короткой программе «12 минут» сказал, правда, об этой тишине. Совсем кратко одну или две минуты. А ещё он сказал, что Глеба Горбовского любили Иосиф Бродский и Николай Рубцов. Разве это критерий величины личности поэта?
Глеба Горбовского любили читатели, и не меньше, чем упомянутых Шаргуновым его современников, хотя порой недолюбливали власти. Книга ТИШИНА, та часть тиража, что успела попасть на прилавки магазинов была раскуплена мгновенно. Оставшаяся – по указанию сверху была заморожена где-то на складах. В начале 1970-х я работал в магазине «Букинист» на Литейном. Как-то пришёл ко мне Глеб и сказал, что и авторских экземпляров он недополучил, а многие знакомые просят эту книгу, не приносят ли её сдавать в магазин старой книги. Поговорили мы с товароведом Эстер Вейнгер, тоже питерской поэтессой. «Да, бывает, приносят ТИШИНУ, – сказала она – только книга эта в списках, запрещённых к приёму». **

Такие списки книжный магазин получал регулярно. Мы всё-таки собрали для Горбовского более десятка экземпляров. Копеечные по цене книги можно было не записывать в квитанции поимённо.
Сейчас, когда чуть поутихла боль утраты, а пишу я эти строки в сороковой день после его кончины, я понимаю, что мой плач по любимому Глебу, человеку и поэту, ещё и плач по нынешнему статусу в обществе п о э з и и вообще.
Но вернёмся к стихам Г.Горбовского:
…Ведь что напишу –
не простится,
ни даже –
последняя строчка…

Такое осознание ответственности автора за всё, что он скажет, свойственна далеко не каждому, дерзнувшему назвать себя поэтом. Настоящая поэзия – это исповедь. У Горбовского – всегда, обязательно…
Вот одно из ранних стихотворений:
МЕСТЬ
Тайга хлестала по лицу
меня:
вершила мщенье.
И молча
каждому рубцу
я предавал значенье:
вот этот – красно-голубой –
за прежний быт с комфортом,
за частый сон,
за мозг слепой,
за мозг,
как воздух спёртый;
а тот на лбу, –
за скверный вкус;
тот – за подбор оплошный.
где
что ни друг – нахальный трус,
что ни товарищ – прошлый…
Царапин, ссадин –
всех не счесть,
и в каждой
смысл,
значенье…
Я принимаю эту месть
как честь
и как…
прощенье.
Кому сегодня нужна чья-то поэтическая исповедь? Нам выдают за исповедь многочисленные в сетях и на телеканалах интимные откровения звёзд и звездюлек, которые более похожи на самолюбования во грехе. И главное: это продаётся, а поэзия нет.
Мы всегда считали, что образование – это формирование духовной личности, а недавно наш банкир Греф заявил, что задача образования воспитать грамотного потребителя –отсюда и на культуру взгляд как на услугу, которая имеет свой ценник. А поэзия низведена почти в статус хобби. Не для того ли создан сайт «Стихи.ру», чтобы разбавить подлинное творчество миллионом даже не дилетантских, а просто графоманских произведений?
Самоидентичность народа определяется прежде всего в культуре языка, которая сохраняется и развивается в национальной литературе. Поэзия – квинтэссенция языковой культуры. Русская поэзия – это в огромной степени и особое искусство. В ней есть и музыка, так как звуковая составляющая и отличает настоящую поэзию от прозы. Над гармоничным звучанием стиха работали лучшие мастера (начиная, пожалуй, от Пушкина).
Несмотря на вербальность, в поэзии есть и изобразительная составляющая: зрительные образы чаще других становятся основой метафоры. И в то же время поэзия – это эмоциональное осмысление миропонимания, а зачастую и философии бытия, выраженное в слове.
У Горбовского это осмысление происходит нередко как бы через простые бытовые реалии:
***
Мне тишина необходима.
С меня довольно пьяных рож,
собраний, призрачных от дыма,
и славы мизерной
делёж.
Меня заждались откровенья
в зимнезадумчивом лесу.
В одну из русских деревенек
свою любовь перевезу.
Не ту любовь,
что жгла и грызла,
а что рвалась,
как паруса.
…Итак, прощайте, люди-числа.
Мне ближе люди-чудеса!

Я пишу не рецензию, не пытаюсь анализировать творчество Глеба. Это делалось многократно и без меня. И цитирую, возможно, не самые яркие его стихи. «Люди-числа»… Не слишком ли много их стало ныне в нашем обществе? Поэзия – зачастую ещё и проповедь, а «людям-числам» проповеди не нужны.
***
Оставим надежды
тому, кто мечтам предаётся.
Пусть эти невежды
считают, что всё обойдётся.

Отринем пустое,
как прах от солдатских ботинок.
Продолжим святое:
со смертью крутой поединок!

Сосуды скудельны.
Надежда и Вера – химеры.
Средь скуки смертельной
бессмертны Любви кавалеры!

Из тех, кто не дрогнул,
не клюнул на рабью приманку,
кто, встав на дорогу,
не пел под чужую шарманку.

Я вспоминаю годы, когда вечера поэзии собирали слушателей в переполненные залы больших Дворцов культуры. Сегодня на самых хорошо организованных мероприятиях читателей чуть ли не меньше, чем выступающих. Мы читаем стихи друг другу, мы издаём книги за свои деньги и мизерными тиражами. Мы не профессионалы, ибо такой профессии – поэт – официально не существует.
***
Писать стихи, казалось бы, – не надо.
Есть и без них –
и солнце и прохлада.
Есть и без них
и Родина, и ритмы.
Есть и без них –
и выспренни, и скрытны.
Писать стихи,
когда река хлопочет
и гладит брега свои
и точит?
Писать стихи,
когда грома лихие
подопытно грохочут
и – в стихии?
Писать стихи,
когда глаза и уши
имеют птицы нежные
и – туши?
…Писать стихи!
Безгрешные стихи!
За это мне простят
мои грехи…Ушёл поэт, простим ему и грехи, и успехи. Перечитаем любимые из его стихов, мы, собратья по перу…
***
На лихой тачанке
я не колесил.
Не горел я в танке,
ромбы не носил,
не взлетал в ракете
утром, по росе…
Просто… жил на свете,
мучился, как все.

Это он сам о себе скромно, без всякой звёздности.

Ну почему тишина?

Виктор Соколов, член Союза писателей России  
http://dompisatel.ru/?p=14339 


Читая альманах КЛАД


Откопала я “Клад” – альманах
и в восторге воскликнула: “Ах!,
с полным правом на старости лет
окрещу себя гордым – Поэт!”
По заказу души я пишу,
за работу гроша не прошу,
пара образов есть у меня:
взять, к примеру, "бока у коня",
иль как ясень был с осенью крут,
(из меня эти образы прут!)
Я давненько кропаю стихи,
и по мне они столь неплохи,
что завидовать гению Танину
не грешно самому Северянину.
Коль про памятник “стих” я сварганю –
переплюну я некого Саню,
и тогда Альманах в новый “Клад”
из Меня накропает цитат.

С прочтением без почтенья, Кувшиновская

в подавляющем количестве так называемых "стихов" обязательно упоминался Александр Сергеевич или "из него" цитата - сопричастились...


Брожу в лугах за Лугою

Брожу в лугах за Лугою,
Шуршу сухими травами.
Неделя как с подругою
Поутру в море плавали.

Прозрачность Средиземную
Напомнит небо к вечеру.
Природою целебною
Моя тоска излечена.

Поездка заграничная,
Как платьице с иголочки,
А память педантичная
Перетасует полочки,

На ближнюю пристроится,
Чтоб стать подмогой лучшею,
Когда работа спорится,
Когда беседа к случаю.

Из цикла "Средиземное-Балтийское" https://poezia.ru/works/79261











О Поэтах

О Поэтах

                             «Мы воли и огня поводыри…»
                                                     Игорь Григорьев
                            http://igor-grigoriev.ru/stihi/poety.html

В познанье сердца вы проводники,
Поводыри высоких чувств и мысли,
Зовущие в загадочные выси
И естеству порою вопреки!


Держи улыбку!

Салон, софиты, штатив-треножник,
Улыбку просит фотохудожник.
Сумей настроить себя, как скрипку –
Держи улыбку, держи улыбку!

С другим воркует твоя подруга…
Представь, что галстук завязан туго,
Нельзя, чтоб в мысли твои проникли,
Ведь ты мужчина – не мальчик хлипкий…

Когда потреплют тебя напасти
Судьбы-злодейки, и наши власти
С тобой поступят, как с бедной липкой, –
Попробуй горе спугнуть улыбкой!

Любая трудность – проверка силы.
Чтоб грех унынья не свёл в могилу,
Кренясь под ветром лозою гибкой –
Держи улыбку, держи улыбку!!!





Откровение

.....................................


Была в Начале - Женщина.
И не перечьте мне,
я не приму резонов.

Откуда взять Мужчине продолженье?
Он – импульс воли,
взлет или крушенье,
рывок иль в сторону, иль вспять.
Лишь Женщина могла приять
всю стройность мира,
время и пространство
и породить Вселенную.

Спросите у мужчин,
кем созданы они,
кто им расправил крылья,
кто им глаза раскрыл,
кто слышать научил
и чувствовать?
Любой Мужчина скажет,
что Женщина.
Она их вдохновляет
постичь Непостижимое,
Она – краеугольный камень созиданья
и всех побед мужчины над собой,
над миром и над женщиной,
что той победе рада.

02.1980


Эл.сообщение соредактору

И с конца, и от начала
я подборку прочитала…
…….
Эквилибристика словесная
эрудита, Вам известного,
позабавила слух малость,
но в мозгу не задержалась…
Жалость!


«Былое и думы» лимрик

Мужичок, было, хлопнет стаканчик,

Сядет в питерский звонкий трамвайчик,

А старушка войдёт –  

Место ей и почёт!

Не отравой был полон стаканчик!



Крутой. Совет

           "Говорите о себе хорошо! Информация остается, источник забывается."
                                  © Игорь Крутой

Говорить о себе негативно
Крутой Игорь считает наивным:
Позабудут источник,
Ну, а мнение прочно
Закрепится и станет активным.


Светлой музыки звучанье


Светлой музыки звучанье
Отвлекает от хлопот.
Властно–исподволь в печальный
Вовлекает хоровод…

Растворясь в потоке света,
Поднялась за облака…
Я – звенящая комета,
Я – небесная река,
Я – крупица Мирозданья,
Заблудившаяся мысль
В лабиринтах подсознанья,
Си-бемоль, летящий ввысь…

И в космической капелле,
В звуки музыки вплетясь,
Всё кружусь, кружусь без цели,
В мир земной не торопясь.



Загадка (или Скромность)

Припекло в кабинете усердия 
Заменить сантехнический стул.
Для решенья проблемы намедни я
В супермаркет мельком заглянул.

 Из предметов, что были в наличии,
Выделялся "Олимп"-унитаз,
И дизайн, и цена – симпатичные!
Но - Поэт Я...   Хочу на . . . . . . .
 . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .("санраП")


Честное слово,
есть такое изделие "ОЛИМП",
представляю, как ухихикивались нарёкшие своё детище.


Русский характер (быль)

Войну прошагали, вернулись домой
Два друга, лихих гармониста.
Встречает с победой, встречает весной
Деревня стрелка и танкиста.

До крайнего дома молва добралась,
Дошла до девичьего слуха,
Скорей бы по-новому жизнь началась –
Опять с ними Пётр и Павлуха!

На фронте вдвоём, где всегда горячо,
Потом в госпитальной палате –
Держались два друга плечо о плечо
И здесь унывать им некстати.

Заткнул за ремень Петя правый рукав,
А Павел культю прячет в левом,
Вернул им гармонь, из чехла не достав,
Старик, отступивши несмело.

. . . . . . . .

Играет гармонь… Весёлый мотив.
Собравшимся – не до потехи…
Разводят меха,
перехитрив
судьбу,
два безруких калеки.

Танцую девчата, не глядя на них,
(Не дай бог взглянуть – зарыдаешь).
И кажется, мир удивлённо притих:
Нет, русских не переиграешь!




Вчера услышала по Радио России эту быль послевоенную...


Блокада. Что помню я

Забудет ребёнок за малостью лет
блокадные голод и холод,
но врежется в память из множества бед
особенно острый осколок.

Бомбёжку я помню, животный мой страх,
“Вубежку!” – кричу я в тревоге.
У мамы ребёнок грудной на руках,
у мамы опухшие ноги…
Заставила маму спастись от беды,
на лестницу выйти успели,
а в комнате нашей остались следы
от взрыва немецкой шрапнели.

Мне в сорок четвёртом исполнилось пять,
и... нам… принесли похоронку.
Понятия Смерть невозможно принять
и взрослому, где уж – ребенку!
Мы с братом просили: “Бог, папу верни!”
Сводили нас в церковь соседи,
крестили в Никольском и с нами они
молились о скорой победе.

Младенческий разум не понял всех бед,
другой расплатилась ценою:
природа мне жизнь сохранила, но нет
ни сына, ни дочки со мною…
29.10.83

http://www.poezia.ru/works/79522 К Блокадным дням


Ленинградцам -блокадникам

Ленинградцы, милые, родные!
Постарайтесь боль преодолеть
И найдите силы. Вы – святые!
Надо людям души отогреть!

Несмотря на горечь и досаду,
Груз обид на жизненном пути,
Вас, познавших ужасы блокады,
Умоляю горе превзойти!

Верою, надеждою, терпеньем,
Поднимая совести ростки,
Помогите новым поколеньям
В единенье силу обрести!

Я прошу вас:
– Слабым помогите!
Все, кто помнит тяжкий вес креста,
Опытом страданья подтвердите:
Мир спасёт святая доброта!

янв. 1997


Не треножь коня судьбы

Не треножь коня судьбы –
волен конь,
и нагайкой сгоряча,
чур, не тронь!
Пусть свободен будет след
от подков,
и не застят шоры свет
маяков.
Будь раскованней в седле,
но держись,
пробираешься во мгле,
рвешься ль ввысь –
тонко чувствуй
дыханье коня
и старайся на судьбу
не пенять.
Все в руках твоих –
и жито, и плеть...
Не позволь коню
тебя одолеть –
одолей судьбой означенный
путь,
чтоб могли тебя добром
помянуть!


С Новым Годом! Год Лошади, говорят, с 31 января начнётся...


Капитальный ремонт


Сквозь асфальт, сквозь слой тоски: тротуара плиты,
деревянные мостки вдоль Канала сбиты,
не чугунные перила – тесаные брёвна...
Память живо воскресила детства мир исконный,
приучивший в жизнь входить смело и открыто,
не склоняя головы перед спесью сытой.
Не вплетать в канву судьбы нити, битой молью,
и чураться быть среди вечно недовольных;
да стараться не прослыть скучным дилетантом,
и в других искать, будить спящие таланты...
…………………………
Ставят годы на ремонт
нас, канал Круштейна*,
перетерпим и – вперёд!
Жизнью жизнь поверена!

года эдак восьмидесятые...
________
Канал Круштейна(Крунштейна – когда я жила там до 1969 года) – это Адмиралтейский канал возле Новой Голландии в Питере.


Не смотри на меня виновато

Не смотри на меня виновато,
всё в природе имеет свой срок.
Я тебя приголублю, как брата:
– Дай, поправлю седой завиток.

Наши встречи невинные в тайне
мы пока сохраним, милый мой.
Кофеёк, поцелуй на прощанье...
– Позвоню, как приеду домой.

Знаю: поздно, смешно и негоже,
не раскаясь, пускаться в торги.
Всё ж прошу Тебя, Господи Боже,
по молитве остави долги...

– А нельзя – так возмездье на годы
не откладывай… Мне ли не знать:
тем суровее будут невзгоды,
чем позднее решил наказать.

По «Закону Отложенной Мести»
нам платить за грехи, милый друг.
Хорошо бы не врозь… Вот бы вместе
нам пройти искупления круг...

    2000год


Причудливо звезда мерцала

Причудливо звезда мерцала.
Я нотную взяла тетрадь…
Пыталась музыку кристалла
По квантам света разгадать.

Не слыша звуков дальней песни,
Не уяснив их строй и лад,
Не разместить в линейках тесных,
Полночных гимнов нотный ряд.

Тяжёлые смежила веки,
А вдруг пригрезится во сне
Мелодия?..
. . . . . . .Но видно некий
Небесный страж мешает мне
Соприкоснуться раньше срока
С гармонией нездешних лир,
С хоралом звездного потока
Пока мне дорог грешный мир.

Проснулась, вышла дню навстречу
Смиренна музыке земной.
Даст Бог, сегодня не отмечу
Фальшивых нот в себе самой.


Лимерики поэтикам

1. М.Блатнику (на выход сб. «Палитра души»)
а)
Михаил живёт в Маленьком городе
И стихи сочиняет он смолоду.
Вот «Палитра души»,
Заглянуть поспеши –
Несомненно, она – чисто золото!

б)
Одна дама из «Стольного» города
Рифмовала по всякому поводу.
Сэр из города «Малого»
Пустяками не баловал –
Не в чести дурь у «Малого» города!

в)
Отступать от своих жёстких правил
Сэр стеснялся, а может, лукавил –
Не желал со старушкой
Поиграть он в «игрушки»...
«Быть серьёзным» он в принцип поставил!


2. Luscinia luscinia*

Соловьиха из города Курска
Подзаводится с первого пуска.
Намекни только ей,
Что она – воробей,
Но, отнюдь, не соловушко курский!

_________________________
*Luscinia luscinia – Соловей обыкновенный.
Отряд Воробьиные (Passeriformes)


3. Astsergey’ю

«Грандпоэт» со сноровкой пострела
На насмешниц набросился смело.
А старушки лукавы:
Разминают суставы
И бескостные органы тела.


4. Себе любимой

Поэтесса из города Питера
С покаяньем была у пресвитера.
Отпустил бы грехи –
Доконали стихи
Прихожанки из города Питера.


5. Как ударять? – ответ на вопрос Максима

Не Лиме’рик, а Ли’мерик графство
Есть в Британском чудно’м государстве.
Ударенье там, Клюев,
Скажем прямо, лютует –
Наказу’ет за самоуправство!


Золото молчания

Ни слова о любви и ни полслова
не говорил избранник мой в порыве
высокой страсти и в момент игривый,
остерегаясь формулы неновой.

Полвека под одним скрываясь кровом
от неизбывной зависти ревнивой,
невысказанным таинством хранимы,
мы друг за друга умереть готовы.

Весом и в суесловье не растрачен
багаж любви и нежности друг к другу.
«За обожаемую милую супругу!» –
В день Золотой мне тост был предназначен.

Благословляю дар судьбы капризной,
Ведущей нас до неизбежной тризны.




P.S. Муж мой стихи не пишет и потому "в размер не попадает" ;-))), а я не стала речь его преобразовывать в нечто пятистопное:"«За обожаемую МНОЙ супругу!».


К Золотой Свадьбе

Не судите строго ради моего неординарного дня...
Публикую раннее моё стихотворение, ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО по поводу нашей с мужем ЗОЛОТОЙ СВАДЬБЫ 3 ноября 2012 года, потому что оно нравится моему мужу - очень доброму, внимательному и порядочному Человеку. Дай бог, ему здоровья и счастья! Приглашаю в гости на мою страничку попробовать моей "стряпни". Самой мне за неё не стыдно, я готовила с любовью и тщанием.


О СЧАСТЬЕ

Кто-то скупой
сидит на раздаче,
дрожащей рукой
отпускает удачи.

С черного хода
на счастье – запреты,
из крови и пота
за счастье монеты.

Платим сторицей
за счастья крупицу…
Только такое
счастье годится!


Чуть трепещет лист осины

Чуть трепещет лист осины,
лес продрогший, скучный.
Порастратил ветер силы,
разгоняя тучи.

Солнце приласкало пажить
бледными лучами.
Поздно душу будоражить
летними мечтами.

Клин гусей летит с подклинком –
всем уставшим стая
отдохнуть посерединке
мудро разрешает...


Подлимерики Баб-Ягушные, осенние

По осени Баба Яга заготовки
В лесу собирает с привычной сноровкой –
Со ступы метлою
Метёт пред собою
В избу грибы-ягоды для заготовки.

По осени Баба Яга по дровишки
Отправила к Лешему храбрых мальчишек.
Хозяин лесной
Велел сухостой
Валить и пилить на дровишки.

По осени к Бабе Яге на полати
Погреться полез отслуживший солдатик.
Солдатика бабка
Огрела культяпкой:
«Не смей, - говорит, - баловати!»

По осени Баба Яга из рябины
Настойку поставила на именины.
Но только настойка
Была очень горькой –
Все «Горько!» кричали на тех именинах.

По осени Бабки Яги аппетит
К медведю ушёл, она громко вопит:
«Умру без тебя, ведь!
Я, ведь, не медведь,
Которому на фиг зимой аппетит!»

По осени Баба Яга Солнце в гости
Зовёт, чтоб прогреть свои старые кости,
Но Солнце капризно
Из эгоцентризма –
Поэт удостоен принять Солнце в гости!


Эпиграф и вирши

Стихоплёты в сетях Интернета
Ищут, чем приукрасить бы вирши:
Предпошлют им эпиграф ПОЭТА –
Под –
банально банальщину пишут.

Лучше б стёрли под ним всё до точек –
Ведь ЭПИГРАФ стесняется строчек!

6.07.2012


К Ночи Вальпургиевой

в ночь с 30 апреля на 1 мая.

* * *
Маги – волшебники, а маглы и простецы – не волшебники
.................................................по “Гарри Поттер’у”

Что творится в простецкой квартире?
Свет в ночи, фолианты раскрытые,
порошки, от алхимиков гири,
три реторты и склянки разбитые…

Собираясь на шабаш полночный,
составляю питьё приворотное,
если унцию в граммы неточно
перекину – получится рвотное.

Милый Рыцарь живительной влаги
возжелает, а зелье коварное
повернёт его к лешим в овраги,
в гроб загонит любовь кулинарная!

Заповедные мази достану,
чтоб прелестницей взмыть в Беспредельное
с грациозным изяществом стана…
Только б не были мази поддельными!

В зеркалах обывательских комнат
залюбуюсь своим отражением,
а в Собрании дьявольский хохот
возвестит о моём приближении.

Над метлой поколдую немного –
вмиг начнётся процесс трансформации…
. . . . . . . . . . . . . . .
Форд сигналкой вопит у порога?
Или ступа о камешки клацает?

Гарри Поттер…, про Воланда книжек
начиталась…, о хоббитах с магами…
Кошка руку затёкшую лижет
и фырчит:
– Вот мне горюшко с маглами…

Интересная информация здесь: http://clubs.ya.ru/historyart/posts.xml?tag=3249774 ;


Баб-Ёжкин Новый Год

***
Золотые с брильянтом серёжки
В Новый Год подарили Баб-Ёжке,
Но прокалывать ушки
Несподручно старушке –
На ольху прикрепила серёжки.
***
В Новый Год вдруг у Бабушки-Ёжки
Разболелись костлявые ножки…
К счастью – время для акций –
Прикупила «Релаксы» –
Тапки, чтобы массировать ножки.
***
Каждый год в Новый Год Бабка-Ёжка
Выпивает спиртяжки немножко.
В пляс идёт доупаду,
Никакого с ней сладу:
«Дай, – кричит, – посошок на дорожку!»
***
Зареклась в Новый Год Бабка-Ёжка
В печь сажать непослушного «крошку».
Воспитать Словом хочет,
А бесстыдник нарочно
Норовит ей подставить подножку!
***
Заглянуть в лешакову сторожку
Собралась в Новый Год Бабка-Ёжка.
Да и вспомнила: «Леший
До весны спит безгрешно!»
Обошла стороною берложку…


Дед Мороз - лимерики

***
Подвалила Морозу халтурка
В Новый Год позабавить Придурка.
Он и эдак, и так –
Не смеётся дурак!
«Дед не нужен, – кричит, – где Снегурка!»

***
Дед Морозу вручили брошюрку
Про опасные свойства окурка.
Автор в ней угрожал:
– Может вспыхнуть пожар,
Брось курить Дед Мороз… и Снегурка!

***
Дед Мороз пригласил раз Снегурку
Танцевать на балу вальс-мазурку.
Проскакал пару па,
А на третьем упал.
Порвалась на дедуле тужурка!

***
Запрягал Дед-Мороз Сивку-Бурку
Отвезти Баб-Ягу на прогулку.
Только ступа Яги
Ей кричит: - Не моги!
Укачает тебя Сивка-Бурка!

***
Дед Мороза в глухом переулке
Поджидали с подарками урки.
Дед Мороз удивился,
Но забрал их гостинцы
И приветы для внучки-Снегурки!


Недоумок из...(лимерик питерский 11)

Недоумок из Санкт-Петербурга
Под влиянием стада Панурга
Курит травку забвенья,
Не предвидя мученья.
Недоумок из "Вся-кого-бурга".


Лимерики питерские (6-10)

Лимерик 6

Энергичная дама из Питера
Превосходит умом даже лидера,
Справедлива ль Россия,
Что не прОвозгласила
Своим лидером даму из Питера?!

Лимерик 7

Из фамилии дамы из Питера
Вдруг исчезла согласная литера.
Всем теперь стало ясно
Почему не согласна
Никогда эта дама из Питера.

Лимерик 8

Одна старая дева из Питера
Выйти замуж мечтала за спикера.
Зря она не спешила,
Занял пост не мужчина,
Опоздала девица из Питера.

Лимерик 9

Бизнес-леди из города Питера
Заказала рекламу и стикеры.
Но TiVi и наклейки
Съели всё до копейки –
Рухнул бизнес у дамы из Питера.

Лимерик 10

Чистоплюйка из города Питера
Нецензурщину в лифте повытерла.
Но плохие слова,
Блин, качают права
По ночам чистоплюйке из Питера.


12.11.2011


Лимерики питерские (1 -5)

Лимерик 1

Очень тощая дама из Питера
В ателье заказала два свитера.
- Их надену и сразу
Потолстею в два раза!
Размечталась худоба из Питера.

Лимерик 2

Очень толстая дама из Питера
Полюбила худого кондитера.
Откормить его хочет,
Всё на кухне хлопочет
И толстеет толстуха из Питера.

Лимерик 3

Пробивная красотка из Питера
В жажде славы под светом юпитера
До того изловчилась,
Даже в щель просочилась,
Так талантлива дева из Питера.

Лимерик 4

Очень ушлая дама из Питера
Президента «достала» и в твиттере.
Сам себя в список чёрный
Он занёс, удручённый
Домогательством дамы из Питера.

Лимерик 5

Поэтесса из города Питера
С покаяньем была у пресвитера.
Отпустил бы грехи –
Доконали стихи
Прихожанки из города Питера.


Ностальгический сонет


Ни в грусть, ни в радость осень, нет –
Земное время года просто.
Щедрот осенних знала вдосталь
В свои лета – мне много лет...

Друзья, в душе оставив след,
Давно почиют на погосте.
Мне кажется желанным гостем
И ностальгический сонет.

Всё было в осень (рассказать бы...):
И день рожденья, и день свадьбы,
И к выкрутасам разным склонность...

Весна обманчива, коварна.
И за любовь, и за влюблённость –
Осенним дням я благодарна.


Меня окутал ночи мрак

Эмили Бронте
***
Я в окруженье мрака
И ветер грудь пронзил,
От колдовского страха
Прочь убежать нет сил.

Качает сосны буря,
Пути снег завалил,
И тучи брови хмурят,
Но на побег нет сил.

Играет облаками
Капризный бог ветрил,
Тоска не отпускает -
Сбежать не хватит сил.


The Night is Darkening Around Me
(by Emily Bronte)

The night is darkening round me,
The wild winds coldly blow;
But a tyrant spell has bound me,
And I cannot, cannot go.

The giant trees are bending
Their bare boughs weighed with snow;
The storm is fast descending,
And yet I cannot go.

Clouds beyond clouds above me,
Wastes beyond wastes below;
But nothing drear can move me:
I will not, cannot go.


А вот первый вариант неумехи, спасибо добрые люди за поддержку!

Меня окутал ночи мрак,
Насквозь ветра пронзили,
Но цепью чар опутал враг
И убежать нет силы.

Качает сосны буря,
Снега путь завалили,
Зло тучи брови хмурят,
Но на побег нет силы.

За облаками облака,
Метель глотает мили;
Но цепко держит грусть-тоска:
Её мне не осилить.



Тёмные холмы

Эдвин Арлингтон Робинсон
Тёмные холмы

На западных холмах закат
Играет словно в рог златой
Костям погибших здесь солдат
Багряный солнечный "отбой".
Подземный грезит легион:
– Солдатам не вменят в вину,
Что их предсмертный тяжкий стон
Навеки не прервал войну.

The Dark Hills (by Edwin Arlington Robinson)

Dark hills at evening in the west,
Where sunset hovers like a sound
Of golden horns that sang to rest
Old bones of warriors under ground,
Far now from all the bannered ways
Where flash the legions of the sun,
You fade - as if the last of days
Were fading, and all wars were done…


Раскритикованная "проба пера" "юного переводчика":

На западных холмах закат
Напрасно золотом играет,
Там мёртвым сном солдаты спят,
Их утром горн не созывает.
Подземный грезит легион:
– Солдатам не вменят вины,
Что попран на земле закон –
Жить мiру в мире, без войны.


Мы на молодость свою...


Мы на молодость свою
смотрим снизу вверх:
наша молодость в Раю:
юный грех – не грех.

Шишек много у седых,
"Тише!" – их девиз.
На проказы молодых
смотрят сверху вниз.

Их за это уколоть
Молодым черед:
"У старушек вянет плоть –
нравственность цветет!"


Февраль. Уже светло...


Февраль. Уже светло. Кричат вороны в сквере.
Насквозь заиндевел Полюстровский прогон.
Автобус подошёл. Сейчас прижмут у двери
И быстро запихнут в простуженный салон.

Сегодня повезло – у самого окошка
Я целых полчаса смогу глазеть на мир,
Вот только подышу на изморозь немножко –
Исчезнет без следа изысканный ампир.

Натужено гудит автобус вдоль квартала,
Рекламы торжество – заманчивая сеть…
А вот и мост Петра – ажурный свод портала
Как будто над Невой подвешенная клеть.

На дальнем берегу за Смольным институтом
Собор в барочном стиле похожий на мираж.
Его голубизну мороз в туман укутал…
Мы съехали с моста – совсем иной пейзаж!

От скульптора дары – четыре “обормота”:
Кому-то по душе сей пошленький набор.
Вот снова промелькнул за правым поворотом
Без пастырских забот болеющий Собор.

В Таврическом саду Сергей Есенин в грусти.
Заснеженный простор молчит без детворы.
Когда-то пышный парк, а ныне – захолустье –
Как будто сотню лет гуляли топоры…

В оранжерейный дом Потёмкинской усадьбы,
Озябшая, спешу и, чтоб развеять грусть,
Мечтаю заказать я лилии для свадьбы,
Есенина стихи читая наизусть.

2002г.


Частушки антиновогодние

***
Ненавижу Новый Год,
Братцы, априори:
Людям пьянка-хоровод,
Ну а Ёлкам – горе!

***
В Новый Год, кто про любовь,
Только я про ненависть:
«Уши – вымой, стол – готовь!»
– И кручусь аж в пене весь!


***
Милка в ночь под Новый Год
Рядится Снегуркой
Мне назло, ведь каждый прёт
Целоваться с Нюркой!


***
В Новый Год одно и то же
На экране телека…
Надоели эти рожи –
У меня истерика!


!!!================!!!

Без частушки комментарий
Лучше не пишите –
Обругаю капитально,
Так что не взыщите!

!!!================!!!

Вот что получилось из этой затеи ЗДЕСЬ



Муза кличет


Ему взомнилось: - Муза кличет!
В экстазе, с пригоршнею слов,
Знакомый только с модным китчем,
В конюшню он взломал засов.

За жвачку, за понюшку сена
Наш гордый, ветреный Пегас
Дорогу к водам Иппокрены,
Клянусь Парнасом, не продаст!

И рифмача чтоб одурачить,
Пегас прикинулся одром.
Взнуздал пиит коня богаче –
Но к Геликону не доскачет
Тот, кто гарцует под седлом.


Я послала тебе бересту

(из цикла Средиземное-Балтийское)


«Послало язо к тоби беросто, написав…»
Новгородская берестяная грамота конца XIV века.


Я послала тебе бересту,
Самолётом доставят её.
Мы, привыкшие к письмам, старьё,
На e-mail не заменим версту.

Виртуальности явный порок –
Ни тепла в нём, ни запаха нет.
Получи ощутимый привет
И отведай рифмованных строк.

Нацарапала на бересте
Острым ножичком несколько слов:
– Я жива, мол, и ты будь здоров,
Пребываю в молитве, в посте…

Об ушедших годах не грущу,
Мне уныния грех не сродни,
Уповаю на светлые дни,
В тёмных – Промысел Божий ищу.

Я, прости, приукрасила явь
Про молитвы в Рождественский Пост –
Атеизма мозольный нарост
Не соскоблишь, лукавь не лукавь.

Я ещё и не то наплету –
Можно выдать с три короба лжи,
Но у совести колки ножи –
Не хочу осквернять бересту.


Взаправдашний поэт


Тот поэт взаправдашний, наверно,
У кого сомненья в этом нет!
И не важно, что рифмует скверно,
И коробит душу слог манерный,
Вмажет гордо критику в ответ:

– Завистью ты, критик мой, недужен!
И твои резоны – не резон!
С Музой я в высоких сферах дружен!
Я потомком буду обнаружен –
Для него поэзии вазон!


Подарок

Дни осенние настали
в пьесе, где я в главной роли…
Мудрость с ними? суета ли?
В чём вольна, в чём под неволей?

Ожерелье цвета зимних
фиолетовых рассветов
подарили после ливней
убегающего лета.

Аметисты-амулеты
лягут плотным оцепленьем,
сберегут ли от наветов,
горьких дум и опьяненья?




Амети;ст (др.-греч. ;- «не» + «пьяница»)
В Древнем Риме аметист называли «благословенным камнем»,
считали, что он приносит удачу, покой и благо,
успокаивает нервы и улаживает распри.


Птицы сбиваются в стаи


Птицы сбиваются в стаи,
В стаи сбиваются птицы.
Жизни листаю страницы,
Счастья страницы листаю …

Осенью мой день рожденья,
Мне – обновление – осень.
В тучах забрезжила просинь –
Осень – пора просветленья.

И в круговерти открытий
Я не замечу, как птицам
Время придёт возвратиться
На круговерти событий.


Апологетам всяческих Идей

Новая редакция


Тщетно пытается косноязычие
свить для Идеи пышней пьедестал.

Верить в Бесспорность её и Величие,
в перековерканной до неприличия
речи,
внимающий вряд ли бы стал,
если прочувствовать он не в бессилии,
что в славословии –
чушь слова-сливия!

Славе зело поспособствуют бдящие,
косноязычно Идею хулящие!


30.10.2010
=======================

первая редакция

Тщетны потуги косноязычия
Идею поставить на пьедестал.

Верить в Бесспорность её и Величие,
попранных словом до неприличия,
вирши читающий вряд ли бы стал,
если прочувствовать он не в бессилии,
что в славословии – чушь слова-сливия!

Более Славе способствует вящей
косноязычно Идею хулящий!
29.10.2010


Нынче празднуем Покров


Нынче празднуем Покров!
Снежность – больно глазу…
Сани справивший – готов
пережить проказы
капризулюшки-зимы:
оттепели, стужу…

Соберём соседей мы
на предзимний ужин.
За шарлоткой сочной
посидим беспечно,
до глубокой ночи
с песнею сердечной.


Осень в летнем настроенье

Осень в летнем настроенье:
в октябре гремит гроза,
не меняет поведенья
попрыгунья-стрекоза.

Не спешат с отлётом гуси,
на случайный караван
я смотрела не без грусти –
труден путь за океан.

Яблонька моя, ранетка,
перепутала сезон,
И покачивает ветка
бело-розовый бутон.

Не обманешь дуб.
. . . . . . . . . . Проворно
деревенский старожил,
чтя осенние законы,
ночью крону обнажил.

А сегодня крыльев сильных
в небе не пересчитать –
то ли ливней ждать обильных,
то ли заморозков ждать...

10.2006г.


Снова открылись поля за пролеском


Снова открылись поля за пролеском,
скрытые зеленью буйной в июле.
Тучи на юго-восток повернули,
злыдень-сквозняк шевелит занавеску.

Дождь на неделю. В саду – запустенье.
Дел накопилось! Отрада – прогулки
с резвой собачкой под зонтиком гулким –
доля хозяйская и развлеченье.

Ржавое поле, дрожащие лужи.
Может в ромашке таится разгадка
нынешних мыслей и чувств беспорядка?
Жаль, но ответ мне, пожалуй, не нужен.

По настроению рифмы вплетаю
в мерные строчки ритмичных созвучий.
Вот и нечаянный солнечный лучик…
Дождь прекратится – грядку вскопаю!

10.2003г.


Осень к ясеню прикоснулась

Осень к ясеню прикоснулась,
покрутилась возле ракит.
Не приветили – тучей надулась,
над рекою, глядишь, моросит…

Опечалила нежную озимь
и взъерошила мой палисад,
спохватилась и в дальнюю просинь
опустила стыдливый закат.

И заката оранжевый веер
мне навеял забавную мысль:
- до весны отправляюсь на север,
а ведь птицы на юг собрались!


Туман тяжёлый на исходе лета


Туман тяжёлый на исходе лета,
Не скошенная в срок пожухлая трава,
Вчерашняя гроза заполнила кюветы,
Все птичьи гимны солнышку пропеты,
А я не записала их слова...

Пойду искать слова осенних песен,
Навёрстывать часы, потраченные зря.
Настрой души ни сумрачен, ни весел,
А круг друзей ещё широк и тесен,
С тетрадкою пустой вернуться к ним нельзя.


Санки (подарки)


Наша Сашенька не тужит
даже в стужу.
Встанет утром спозаранку –
и на санки!
Ах, как горка хороша –
свист в ушах!
И несётся сверху вниз
Сашкин визг.


Калькулятор (подарки)


Хорошо ли, плохо ли,
Счётами пощёлкали,
А теперь прогресс на свете –
С калькуляторами дети.
Плохо, хорошо ли?
Что им делать в школе?


    80-ые годы


Инструменты (подарки)


Вопли радости у Лёшки,
На подарок он глядит,
Так и чешутся ладошки –
Сразу к делу норовит!

Молоток, пила, струбцина –
Всё в придачу с верстачком!
Этот маленький мужчина
Будет справным мужичком!


Автомобиль (подарки)


Эта машина
самая лучшая –
Не тарахтит,
не сжигает горючее.

Дверцу открой,
и садись за баранку.
Но за рулём,
покидая стоянку,
зорко смотри
на дорожные знаки –
в беду попадают
шофёры-зеваки!


Август

Август. Цикады. Грибные лукошки.
Крепким хрущу огурцом.
Пёс мой водичку лакает из плошки,
прячется в тень за крыльцом.

Серп под рукой городской неумехи
жнёт незадачливо рожь.
Гляну на поле: сплошные огрехи,
сноп на неряху похож.

Час по-полудни, пора б искупаться,
да не закончен урок.
Я ведь стараюсь, я рада стараться,
только желанье не впрок.

Вспомню о маме… Была мастерица
в добрых крестьянских делах.
Не довелось мне в деревне родиться –
опыт иной в городах.


Умный критик - не зловредность!

Знайте критики-повесы:
Поэтессы вас повесят.
На осине. В тёмном лесе.
Всех страшнее - поэтессы!
(Олег Бондарь "НЕ ДРАЗНИТЕ ПОЭТЕСС")



Век.., другой.., а нрав пещерный!
Не предвидится прогресса,
Если вдруг талант ущербный
У «поэта», «поэтессы».

Критик, стой! По первым строчкам
Понимай, что самНАзванец,
Не исправит даже точки,
Взвизгнет, сам ты, мол, (редиска)!

Сам собой доволен слишком,
Стихоплётством и умишком!

«Не стреляйте в пианистов!»
Пусть себе бренчат убого…
Вам и колким, и речистым
К дОбро-пишущим дорога!

Пользы больше – вам разминка
Для мозгов (коль есть, что холить);
Из стиха ПОЭТ соринку
Вынет, глаз чтоб не мозолить.

Обоюдная полезность –
Умный критик – не зловредность!


Перья летних облаков

Перья летних облаков,
медоносов запах липкий,
в бочке шланга злые всхлипы –
пруд с насосом далеко.

Тенорком зудит комар,
басом шмель пропел над ухом
и, подвиснув кверху брюхом,
из цветка берёт нектар.

Пёс пропольник уволок:
отдохну в тенёчке малость…
Зной, июньская усталость –
прополю потом чеснок...


Где развилка курьи ножки


Где развилка «курьи ножки»
на пути-дороге дальней
камень был напоминальный
да избушка Бабки-Ёжки.
Мало ль –
конный или пеший,
иль в слезах бежит девица,
чтобы им не заблудиться,
не попутал чтобы леший,
надпись камня у дорожки
им поможет
иль старушка
из избушки на опушке,
адрес чей:
«на курьих ножках».

Нынче пост на них гаишный,
Но рассказ о нём здесь лишний…


Кикимора

Кикимора болотная,
Отстань от Лешака!
От зелья приворотного
Свалял я дурака!

Взял девку к злу охочую,
С лица – мордоворот!
С фигурою обточенной –
Где зад?, а где перёд?

Не видно из-за удочки,
На голове кудель,
И по ночам ни чуточки
Не греет мне постель.

В дворы заходит нехристей,
Пугает, щиплет кур.
Гремит, по дому вертится –
Кричи хоть караул!

Не даст покоя жадному,
Неряшливых доймёт…
Мне б сплавить ненаглядную
Во глубину болот.

Да силу не шутейную
От Мокоши взяла...
И жизнь влачу семейную.
Такие, брат, дела!


Леший

Леший – хозяин лесного богатства,
Вызрел я в недрах славянской общины –
В сказах я – нечисть, и надо признаться,
Нет веселее и злее мужчины!

Зеленоглаз, корноух и в сединах,
Всё на изнанку, всё справа налево,
Я под былинкой укроюсь в низинах,
Вырасту выше могучего древа.

Всякий входящий в мой лес заповедный,
Шапку снимал, испрошал разрешенья,
С добрым, учтивым я не был зловредным,
Шкодящим мстил, не спускал прегрешенья.

Нынче леса вырубаются жадно –
(Пни и колдобины леших изводят!),
Мусорят в них, выжигают нещадно…
Русь, трепещи! Уххх, начну колобродить!


Никто не верил мне, что вижу Ангела

Никто не верил мне, что вижу Ангела,
венчающего Столп Александрийский,
когда в прозрачный день,
из школы возвращаясь,
иду по Храповицкому мосту,
который через Мойку и канал
Адмиралтейский* перекинут.
И в тайне от друзей решила:
мне Ангел покровительствует, если
одна владею счастьем созерцать
его паренье над деревьев кроной.

Когда, бывало, детские невзгоды
мне не давали радостно дышать,
к нему я обращалась, – Он утешит! –
и взглядом устремлялась вдоль стены,
что Новую Голландию скрывает,
на площадь Благовещенья**,
бульвар Конногвардейский***,
где Ники-танцовщицы с пьедесталов,
вспорхнув, летят со мной
аллеей Александровского сада
к подножию колонны величавой
с могучим Ангелом, который поднял руку,
приветствуя Российскую Победу…

И мне, я верила, он счастье предвещает.

Недавно побывала я в местах,
где юность с детством скромно поджидали.
И в перспективе прежней увидала
на месте Ангела коробку
лесов строительных. И сразу поняла:
в виденьях детских я не ошибалась,
а гордый Ангел из тенёт освободится…

Однако, мне досадно стало,
что нынче с Охты я не наблюдаю
родных, волшебных мест из детства моего...
Мой Ангел надо мной незримо пролетает…
2002 – 15.04.03
___________________

*быв.кан. Круштейна
** пока пл.Труда
*** уже не бульвар Профсоюзов


Соловьиная куртина

Я увидала соловья на ветке
Едва принарядившейся осины.
Закидывая голову картинно,
Он песню пел соловушке-соседке,
Расхваливая заросли куртины.

Я видела как горлышко трепещет,
Рождая виртуозные коленца.
Казалось, в горлышке трепещет сердце.
Мир замер… и вот-вот зарукоплещет
Переплетению рулад и терций.

Заливистой, раскатистою трелью
Заполонил окрестные просторы.
Соперники в ответ ревниво, споро
Подружек зазывают к новоселью…
И сводный хор поёт без дирижёра!


Некультурное стихотворение

(или "Пять блинов")

Близок вечер. Парк культуры.
Стайка праздная ребят.
На площадке две скульптуры
С горном и веслом стоят.

Ходит девушка с бутылкой
Возле “Девушки с веслом”.
Через слово в речи пылкой
Блин слетает за блином.

Тычет пальцем: “Блин, фигура! –
Тёлка в трусиках, блин, шок!”

Вдруг Горнист – “трубач культуры”
Сверху наблюдавший хмуро
Экзерсисы пьющей дуры,
Говорит, сдержав смешок:

“На подножье пьедестала,
Подсажу, чтоб рядом стала
Отражать в рекламной стойке
Содержимое помойки!”

Поперхнувшись в речи пылкой,
Непропёкшимся блином,
Cела в лужу “чмо” с бутылкой
Возле “Девушки с веслом”.


Майский вечер


Майский вечер. Час прогулки –
Наш с питомцами обычай.
Мы лесные закоулки
Обойдём под гомон птичий.

За холмом опушка рощи,
Пёс – ведущий, кот – за нами,
Для острастки шерсть топорщит
И мяучит временами.

Поджидаю постоянно,
Говорю:"Иди на ручки!"
Доберёмся до поляны,
Обогнув кусты-колючки.

Там пенёк с удобным спилом,
В двух шагах – ковёр фиалок:
Отдых и глазам, и спинам
Посезонных поселянок.

Пёс зашёлся лаем гончим
И метнулся на болота,
Кот в сторонке когти точит –
Предстоит впотьмах работа.

Отзову собаку "с поля" –
Пёс в охоте неудачлив,
С нами волею-неволей,
Потрусит на ужин к даче.


К Блокадным дням. Интервью внучатой племяннице

Здесь Письма с фронта и фотографии

Говорит мне Сашенька, внучка моя второклассница:
– Бабушка, я хочу взять у тебя интервью.
– Бери, – отвечаю.
– Скажи, пожалуйста, сколько тебе было лет, когда началась блокада?
Когда началась война мне только-только исполнилось полтора года, а твой родной дедушка Лёва был ещё в роддоме, он родился за пять дней до начала войны. Наш папа, твой прадедушка Аркадий Герасимович Герасимов, всего одну ночь перед уходом на фронт укачивал своего сына. Погиб он 9 октября 1944 года в бою, освобождая Латвию, его могила в городе Иецава на братском кладбище, я нашла её в 1977 году. Сейчас я стараюсь думать, что захоронение советских солдат также хорошо ухожено, как и тогда.
К началу блокады мне не исполнилось и двух лет.
Выехать из города мы не смогли, возможно, к лучшему, так как поезд, на котором мы должны были отправиться в Алма-Ату, немцы разбомбили и он не пришел в Казахстан. Мамина сестра тётя Манечка – жена офицера-пограничника, служившего в Средней Азии, не дождалась нас и очень переживала до получения известия о том, что мы живы. Всю блокаду нам пришлось перенести в Ленинграде. Мы жили на Красной (Галерной) улице, около завода «Судомех», а это место часто бомбили вражеские самолёты. В нашей коммунальной квартире все держались друг за друга, помогали, и поэтому никто не умер от холода и голода. Но твой прапрадедушка Герасим, который жил на Фонтанке и при первой возможности добирался до нас, внуков и своей снохи, чтобы своим пайком поддержать нашу маму, умер в декабре 42-го и похоронен на Пискарёвском кладбище. Твоя прабабушка Анастасия Ивановна в первые месяцы блокады была донором – отдавала часть своего молока в детскую консультацию. Однажды, возвращаясь домой от Никольского Собора, вблизи которого был расположен донорский пункт, она захотела отдохнуть на скамейке на площади Труда, но пересилила себя и пошла дальше. Ещё не успела завернуть за угол, как началась бомбёжка, и та скамейка, мимо которой она прошла, перестала существовать.
Прабабушка твоя работала при доме, так как нас, малюток, нельзя было оставлять без присмотра надолго, а все остальные соседи, в основном женщины, работали на заводах и фабриках. Прабабушка твоя никогда не теряла самообладания и часто даже в тяжелых ситуациях сохраняла чувство юмора. Как-то раз пришлось ей с домоуправом тётей Пашей лезть на крышу, чтобы сбрасывать снег, а высоты она очень боялась. Обвязанная верёвкой, на четвереньках она передвигалась по крыше за шагавшей на своих двоих напарницей и вдруг сказала: «Сейчас увидят нас и решат, что тётя Паша на крыше выгуливает свою собаку». Смех помог моей маме пересилить страх, и вдвоём они справились с обязательным в то время делом. Были другие уж очень страшные моменты, когда маме удавалось избежать неминуемой смерти, детишкам пока рано рассказывать об этих ужасах, и только мысль, что дома ждут беззащитные дети, придавала ей сил. Можно считать, что мама осталась жива, потому что были мы, а мы – оттого, что у нас была такая мама. Так что своим появлением на свет ты, моя дорогая внученька, обязана мужеству и стойкости и, конечно, материнской любви прабабушки Таси. Жаль, что ни твой дедушка, ни прабабушка не дожили, чтобы порадоваться на такую хорошую девочку. Какой у тебя следующий вопрос?
– Какие воспоминания у тебя о том времени?
– Я была слишком мала, чтобы ясно помнить начало войны. Самое раннее относится к апрелю 1942 года (мне было два года и четыре месяца), перед тем, как бомба попала в нашу комнату. Я только помню, как мы сидели в простенке (в пространстве между окнами), прижавшись к маме, мне стало страшно, мама сняла с кровати ватник, накрыла нас, но я ещё громче заорала. В моей памяти только эта картинка, говорят, я просилась в бомбоубежище, а маме уже было трудно ходить, но ей пришлось уступить мне. Мы спустились только на один марш лестницы, когда разорвалась бомба. Нас всё-таки засыпало кусками штукатурки, и твой дедушка получил контузию, долго заикался, когда смог говорить, но мы остались живы. Нас на время переселили в другой дом рядом, об этом есть запись в домовой книге, поэтому я точно знаю, когда случился этот эпизод.
Потом, когда уже прорвали блокаду, я помню к Новому Году, наверное, к 1945-му, нам, единственным из большого дома оставшимся в живых детям, соседи по дому приносили ёлочные игрушки и украшения. Ёлки я не помню наряженной, наверное, она была, зачем же дарили игрушки? Я только помню, как мы с братом их перебирали, у меня некоторые из них сохранились. Очень хорошо помню все обстоятельства в момент, когда пришло известие о гибели папы. Было много народу, мама тяжело опустилась на табурет, она не плакала, была гнетущая тишина. Мы с братом потом, сидя друг против друга у стола и глядя на горящую электрическую лампочку, тогда, видимо, нам казавшуюся чудом после света коптилки, умоляли Бога вернуть нам папу.
– Бабушка, а бывало ли тебе в то время когда-нибудь страшно ещё?
– Да, деточка, наверняка бывало, но этот страх спрятался где-то в глубине моего сознания, а я помню только курьёзный случай, когда я испугалась людей в противогазах, подумав, что это фрицы, ведь их в газетах и листовках рисовали не похожими на нормальных людей. Я схватила твоего дедушку в охапку вместе с санками (опять-таки это было скорей всего после прорыва блокады в 1943 году или сразу же после окончательного снятия в 1944 году, я тогда о годах не думала).
– Бабушка, а ты писала стихи о блокаде?
– Я мало пишу об этом, есть только четыре стихотворения, посвященных тому страшному времени. Воспоминания эти почему-то бередят душу, и я даже начинаю плакать.
Видно всё, что было с нами, остаётся при нас и отражается на нашем состоянии.
– Спасибо, бабушка за твой рассказ, не плачь, дай я тебя поцелую.

Интервью брала Александра Мицкевич
18 января 2005 г.
(62 годовщина прорыва и частичного снятия блокады)

P.S. Да, было о чём умолчать...
Мама моя чудом спаслась от каннибала... Внучке своей восьмилетней я не рискнула рассказать этот ужаснейший случай. Маму, опухшую от голода, заманило это очумевшее чудовище, пообещав дешёвых дров. Когда мама зашла на кухню его квартиры, она обратила внимание на выскобленный пол, отсутствие дров и топор под столом, вдобавок, из двери комнаты высунулся мальчик и воскликнул: "Папа, ты опять?!" А уже ходили слухи... Как нашла силы мама убежать от него, она сама не поняла. И была в таком состоянии, что напрочь забыла где была, и уже не могла бы найти снова эту квартиру... Так-то. А на рынках тоже продавали человечину, и наша соседка нечаянно купила или обменяла на что-то часть живота с пупком. Конечно, избавилась от этого приобретения, но жуткое воспоминание остались у нашей коммуны на всю оставшуюся жизнь.


Татьяна КУВШИНОВСКАЯ

ПАМЯТЬ

Была война,
горела высь над полем
и солнце в страхе
пряталось за мглой,
земля питалась
человечьим горем,
сыны Отчизны
поднялись на бой.
О тех, кто пал за нас
мы помнить будем!
Забыть –
предательства
нет в мире злей!
Своих потомков призываю:
– Люди!,
постройте в каждом сердце
Мавзолей!
весна 1980 г.


МОЯ ПАМЯТЬ О ВОЙНЕ

Забудет ребёнок за малостью лет
блокадные голод и холод,
но врежется в память из множества бед
особенно острый осколок.

Бомбёжку я помню, животный мой страх,
“Вубежку!” – кричу я в тревоге.
У мамы ребёнок грудной на руках,
у мамы опухшие ноги…
Заставила маму спастись от беды,
на лестницу выйти успели,
а в комнате нашей остались следы
от взрыва немецкой шрапнели.

Мне в сорок четвёртом исполнилось пять,
и... нам… принесли похоронку.
Понятия Смерть невозможно принять
и взрослому, где уж – ребенку!
Мы с братом просили: “Бог, папу верни!”
Сводили нас в церковь соседи,
крестили в Никольском и с нами они
молились на поздней обедне.

Младенческий разум не понял всех бед,
другой расплатилась ценою:
природа мне жизнь сохранила, но нет
ни сына, ни дочки со мною…
29.10.83


РАССКАЗ О ПОГРЕМУШКЕ

Хранится игрушка, как символ спасенья…
Во времена довоенного рая
была погремушка моя – загляденье! –
все были в восторге от попугая!

Меня забавлял он большой и тяжёлый,
когда я глядела на мир из пелёнок,
он красками яркими, треском весёлым
отпугивал плач, возникавший спросонок.

Братишке игрушка досталась в наследство,
когда загремела войны канонада.
Под стук метронома отправилось детство
по долгим годам ленинградской блокады.

Тяжелая птица лежала в кровати,
не грея ребёнка своим опереньем,
она не просила еды, но некстати
будило братишку трескучее пенье.

Голодная мама, голодные дети…
– Чем, попка-дурак, ты грохочешь?
Со вздохом
раскрывшийся клюв попугая ответил...
...Г О Р О Х О М...
январь 2001 года

ЛЕНИНГРАДЦАМ – БЛОКАДНИКАМ

Ленинградцы, милые, родные!
Постарайтесь боль преодолеть
И найдите силы. Вы – святые!
Надо людям души отогреть!

Несмотря на горечь и досаду,
Груз обид на жизненном пути,
Вас, познавших ужасы блокады,
Умоляю горе превзойти!

Верою, надеждою, терпеньем,
Поднимая Совести ростки,
Помогите новым поколеньям
В единенье силу обрести!

Я прошу вас:
– Людям помогите!
Все, кто помнит тяжкий вес креста,
Опытом страданья подтвердите:
Мир спасёт Святая Доброта!
янв. 1997

Здесь Письма с фронта и фотографии


Евгению Абезгаузу (1939-2008), художнику и другу

ЗДЕСЬ можно познакомиться с творчеством Евгения АБЕЗГАУЗА.

От суеты сует освобождённый разум
И мыслит глубоко, и воплощает мысль
В бессмертной музыке, в крылатой мудрой фразе –
Тебе судьба дала для вдохновенья кисть!


====
Картины Евгения приняты на хранение и в Русский Музей.
Моим друзьям посвящён Цикл стихов "СРЕДИЗЕМНОЕ – БАЛТИЙСКОЕ".


Средиземное-Балтийское

Цикл СРЕДИЗЕМНОЕ – БАЛТИЙСКОЕ

Наташе ХАРМАЦ и Жене АБЕЗГАУЗУ посвящается

* * *
Так похожа на лавину
Быстрота скользящих дней
Во вторую половину
Жизни...
Краски победней,
Впечатлений свежих мало –
Надо бы тянуться дням,
Но летят они в провалы
По разбросанным камням.

Нет, лавина – безрассудство
И кипение страстей...
Мне на миг бы окунуться
В омут юных скоростей!

* * *
Рейс "Эль Аль" – "Дорога к Богу"…
За границей в первый раз.
У меня вещей немного,
"Фэйс-контроль" и – в добрый час!

Дружбы свет в груди таится,
Для любимых берегу,
Чтобы в юность возвратиться
На заморском берегу.

Бренны наши оболочки,
Им седьмой десяток, но
Рифма оживляет строчки,
Краской дышит полотно,

От сердечного участья
К небу тянется лоза,
И не только при ненастье
Увлажняются глаза…

Впечатлений двухнедельных
Хватит на остаток лет.
От душевных неподдельных
Слов на сердце теплый след.

Отгостила, слёзы прячу,
Чемодан едва тяну…
И в душе багаж богаче –
Подарили мне Страну.

* * *
Тамариска зелень пыльная
Вдоль израильской реки,
Устье, рыбою обильное,
Упирается в пески.

До простора моря синего
Сажен сорок недобег,
Ждёт река сезона зимнего,
Ждёт дождей из века в век.

С давним другом в дни осенние
Через долгих сорок лет
Вспоминаем с оживлением
Мончетундры* лунный свет,

След лыжни, поход байдарочный…
Память цепкая жива:
Сундучок ты мой подарочный –
Чувства, помыслы, слова…

И далёкое, и близкое –
Сказка, музыка, роман...
Средиземное, Балтийское –
Суть один меридиан.
_______________________________________
*Мончетундра – горный массив на Кольском п-ове


ЗАРИСОВКА С НАТУРЫ

Отвлеклась моя подруга...
Что внучок её твердит
Не пойму, нужна услуга
Переводчика с иврит.

И последний шоколада
Уминаючи кусок,
Говорю Наташе: "Надо
Поддержать наш диалог!"

А подруженька хохочет,
Я – краснее кумача,
Оказалось, мальчик хочет
То, что съела сгоряча.

Я в Святой Земле шесть суток,
Но резон уже возник,
Чтоб не стать объектом шуток,
Изучить святой язык.

* * *
Лайла тов – спокойной ночи,
С добрым утром – бокер тов,
А слиха – прощенья просим,
Ани мухан – всегда готов!

Что беседeр? – всё в порядке!
Кэн по-русски – да, ло – нет,
Ани маргиш ло тов – мне гадко,
(плохо чувствует сосед).

Ахват* амим – народов дружба.
Дружить – рацон (желанье) всех,
Цериха* – должна (по службе),
Как мне исполнить это? – эйх?

Ма нишма – что слышно, милый?
Ото давар – всё тож, дружок.
Ата роэ – ты видишь, хилый
мэод – уж очень наш цветок.

Ата раэв – ах, он голодный!!
Пожалуйста – бевакаша,
Подкорми, он благородный,
И отзывчива душа.

Зе ло кал – э…то не просто
(Да, не легко), сказать тода –
Благодарю, российской гостье,
Не оконфузившись с "тада".

Тода раба – мерси большое,
И всё – аколь*, весь мой запас.
Шалом – привет (здорово, что ли!)
Лэитраот*… пожалуй, пас…
До свиданья, в добрый час!
___________________
Примечание: * Ахават, Цриха, hаколь, Леhитраот
(Мою транскрипцию любезно подкорректировали
знатоки языка. Спасибо!)


* * *
Брожу в лугах за Лугою,
Шуршу сухими травами.
Неделя как с подругою
Поутру в море плавали.

Прозрачность Средиземную
Напомнит небо к вечеру.
Природою целебною
Моя тоска излечена.

Поездка заграничная,
Как платьице с иголочки,
А память педантичная
Перетасует полочки,

На ближнюю пристроится,
Чтоб стать подмогой лучшею,
Когда работа спорится,
Когда беседа к случаю.


“VANITY of VANITIES …”
("Суета сует…" - цикл картин Е.Абезгауза)

Уезжала – суетилась…
За отрог горы Кармель
Я душою зацепилась,
Словно якорем за мель.

По ночам душа витает
По-над берегом морским…
……………………………………
Осень радовала маем
Вопреки часам мирским.

** *
(Ко дню рождения Е.А.)

Я послала тебе бересту,
Самолётом доставят её.
Мы, привыкшее к письмам старьё,
На e-mail не заменим версту.

Виртуальности явный порок –
Ни тепла в нём, ни запаха нет.
Получи ощутимый привет
И отведай рифмованных строк.

Нацарапала на бересте
Острым ножичком несколько слов:
– Я жива, мол, и ты будь здоров,
Пребываю в молитве, в посте…

Об ушедших годах не грущу,
Мне уныния грех не сродни,
Уповаю на светлые дни,
В тёмных – промысел божий ищу.

Я, прости, приукрасила явь
Про молитвы в Рождественский Пост –
Атеизма мозольный нарост
Не соскоблишь, лукавь не лукавь.

Я ещё и не то наплету –
Можно выдать с три короба лжи,
Но у совести колки ножи –
Не хочу осквернять бересту.
04.01.

* * *
(Ко дню рождения Натальи Хармац)

Я почте старой, неторопкой
другую предпочла, прости.
Моё посланье быстрой тропкой
придёт из мировой сети.

Координаты наши схожи
по долготе, но широта,
где нынче Дом твой расположен,
увы, не та, давно не та...
………………………………
В твоём краю весна в разгаре,
там Изабелла и Мускат
цветут и осенью подарят
тобой любимый виноград.

Твой суховей к нам ненароком
не залетит, а наш мороз
не тронет, походя, жестоко
цветущих виноградных лоз.

У нас снега поют в апреле,
а в мае в сумрачном лесу,
в ложбинах, замети метели
услышат первую грозу.

Отшелушит чешуйки почек
восточный ветер верховой,
лета кукушка напророчит –
Кукуй кукушечка с лихвой!

Не рядом наши палестины,
не ближний для поездок свет,
но для кручины нет причины –
разлуку скрасит Интернет.
04.04

***
/Евгению Абезгаузу ко дню рождения (04.01.39) и
круглой дате (04.01.77 - 04.01.07)
переселения его семьи в Израиль/

Ровно тридцать лет назад,
в январе, в Твой День Рожденья,
вы свершили «невозврат» –
в новый мир переселенье.

Вам понятней и видней
в мелочах и сути главной,
чем измерить, кроме дней,
жизнь в Земле Обетованной.

Дочки, внуки, дом и сад –
плод земной достойной жизни,
а духовный Вертоград
от взрастившей нас Отчизны.

Если мачехой крутой
мать сюрпризы подносила,
значит, на Руси Святой
верх брала «нечиста сила».

Откреститься от неё
даже праведнику трудно:
иль живи, пока живёшь,
или пьянствуй беспробудно.

Если выбрал третий путь –
«чемодан – вокзал – граница»,
прошипят: «Не обессудь!
Родина лишь в снах приснится»!
………………………………
Время новое пришло,
Русь зовёт сынов до дому.
Но не мне одной знакомо –
"где нас нет, там хорошо..."


ЗДЕСЬ можно познакомиться с творчеством Евгения АБЕЗГАУЗА.


Я охоту затеяла глупую


Я охоту затеяла глупую
из тщеславия мелкого, женского,
совесть сказкой нелепой баюкаю,
в оправданье нет довода веского.

Не нужны ни трофеи, ни почести,
ради скуки решила проветриться,
лишний раз убедиться мне хочется,
что гордец от «стрелы» не отвертится.

Вы спокойны. Вечерние чтения
в тихом доме… Окошко чуть светится…
Я – охотник. Манок хитрым пением
Вас доймёт – не пройдёт и полмесяца!

А потом, не прельщаясь победою,
Вам замечу с невинною миною,
мол, не Вас я сегодня преследую –
на другого я сети раскинула.

В оправданье нет довода веского,
совесть сказкой нелепой баюкаю,
из тщеславия мелкого, женского
я охоту затеяла глупую.


Поцелуй прощальный


Поцелуй прощальный –
ветра дуновенье…
Кажется случайным
губ прикосновенье…

Поцелуй, похожий
на нецелованье,
память растревожил
первого свиданья…


Баба-Яга

Тайну древнюю открою –
корни тайны вряд ли сыщешь:
Бабки-Ёжкино жилище –
на границе Света с Тьмою.

На опушке, дверью к лесу
прижимается избушка...
Тесто мудрого замесу
ставит в печь, шепча, старушка.
За оградой частокольной
мир загробный душ бессмертных,
а живые добровольно,
в долгих поисках, но тщетных,
за советом и подмогой
к бабке той, колдунье вечной,
в мёртвый лес торят дорогу,
не смотря на знак зловещий –
череп и огонь в глазницах!
Кот шипит, пёс беспородный
лает, старый ворон злится
на пришельцев неугодных...

И не все совета взыщут! –
Тем доверится старуха,
кто, отведав мёртвых пищу,
не утратит силы Духа.

С чистым помыслом входящий
в Лес, где нежить и печали,
(помнишь, в сказках мы читали) –
долю лучшую обрящет…


Я – Русский Мат

(с Т о н е т)

«но музыка, звуча со всех ветвей,
привычной став, теряет обаянье.»

Вильям Шекспир, сонет 102


Я – Русский Мат, изысканный и ёмкий.
Могу беззлобным быть, могу – ядрёной пулей.
Сакрально-ритуальный... И потомкам
предназначаюсь я не для того, чтоб всуе

меня трепали юные уста,
пииты лыком впихивали в строки,
как будто я трёхбуквенный кастрат,
словесный мусор в речевом потоке.

Что если завтра случай припечёт
и слово крепкое окажется уместным,
оценят ли меня, возьмут в расчёт,
иль, походя, сглотнут, как «блинчик» пресный?

Я матом был забористым и грозным,
а стал шестёркой, ёрником скабрёзным.

    14.11.08


Красоте да ума бы...


Что стращаешь шипами, роза?
Эта стража тебя не спасет:
обломает хитрец осторожно,
для отважных – уколы не в счет.

– Красоте да ума бы побольше, –
мы порою судачим не зло.
Но обида красавице горше,
если ей и с умом повезло.

Есть надежда на жребий счастливый
/дар природы – не чья-то вина/:
коль умна – забудь, что красива,
коль красива – скрывай, что умна!


Утро безросно

Утро безросно.
Дождливому дню
быть предстоит по примете.
Поздно расцветший шиповник
к плетню
жмётся, не зная о лете.

Так вот и я,
припадая к плечу,
не предававшему,
стыну…
Осень пришла,
лета было чуть-чуть,
строго зима смотрит в спину.


Вьюга снежную спираль

Вьюга снежную спираль
распружинила над парком –
под конец зимы подарком
вдруг расщедрился февраль.
Будет к Масляной потеха:
для неспешницы-весны
устелил дорогу мехом
горностаевой цены!

Солнце светит. Утро. Поздно.
Сини тени тополей.
Снежных баб забавно-грозных
дети лепят вдоль аллей.
Фейерверком из петард
свиристели вьются с гвалтом
и, голодные, с азартом
чернь рябины теребят –

В Петербурге синий март!


Стихов твоих наследник

(заметки читателя)

Сборник стихов «Адмиралтейская игла» можно назвать антологией поэзии Петербургского отделения Союза писателей России. Вышел он летом 2004 года и на прилавках книжных магазинов его не встретишь – тираж тысяча экземпляров, добро бы хватило авторам, как никак, а почти девяносто поэтов включила в себя достойно оформленная книга.
Цифры цифрами, но главное – Слово. «Много поэтов хороших и разных», только читателю хочется, нет, не хочется, он буквально ищет в поэтических ритмах отзвук своего настроения, в строках – подтверждение собственной мысли или какого-то откровения, ведь Поэт – пророк.
Наверное, каждому случается по сиюминутному настроению полистать стихи того или иного автора. Для меня не существует любимого поэта вообще, для меня любимый, тот, чьи стихи я хочу вспомнить сейчас. Так вот, читая стихи сборника, незатейливо составленного в алфавитном порядке, я отмечала произведения соответствующие моему состоянию на данный момент и, главное, моему душевному складу. Я не была уверена, что, перечитывая заново, не открою новые нюансы в стихах, почему-то скрывающиеся сейчас, оттого скрупулёзно выписывала хотя бы строчку, блеснувшую в подборке стихов поэта. Когда закрыла томик и просмотрела свои заметки, пришла к выводу, что не так-то много «моих поэтов», но почти у каждого есть мысль, ясно выраженная и художественно воплощённая.

Постыдно и глупо трещать пустельгою
В безверии мудрость не ставя ни в грош.

(Сергей Воронов)

Снизу – Мать-сыра-земля,
Сверху – Отчий, горний Китеж,
Между них – душа моя.

(Виктор Иванов)

Я вынесла в заглавие часть строки стихотворения Ирэны Сергеевой без вопросительности, мол, посмотрите, почитайте сборник, вот сколько пишущих… Как подметил Иван Стремяков:

Каждый десятый в России поэт,
Только читателей нету.


А сколько ещё будет стихотворцев?! Я не берусь судить, кого можно назвать наследниками и кто станет наследником наследников Пушкина – это дело литературоведов, а не дилетанта, безусловно одно – гений Пушкина

Русской речи солнечные зёрна
Переплавил в слиток золотой.

(Владимир Марухин)

В сборнике достаточно много стихов, посвященных Александру Сергеевичу. Вот строфа из подборки Марины Марьян, касающаяся поэтов нынешнего поколения:

Ещё не время подводить итог,
Ещё люблю и верю простодушно.
Но как же был он прав и… одинок,
Хвалу и клевету приемля равнодушно.


Стихи Марины Марьян по душе мне пришлись как по форме, так и по содержанию. Они разнообразны в ритмическом строе и размере, здесь и анапест, и ямб, и логаэрд. Понравились мне такие строки «В ночном лесу»:

Ведь тишина была в моей душе,
А мне казалось, что во всей Вселенной.


А в другом стихотворении:

Истина – негромка и проста,
Она слышнее в тихом разговоре.
…………………………………….
И радоваться тающему снегу,
Что вьюгой жизни в душу намело


Только мне кажется, в этом стихотворении пропущена по крайней мере строфа, а жалко, так как получилась несогласованность последней строфы с предыдущей. И ещё сомнительна рифма добро – намело. У понравившегося мне автора хочется идеальности.
Может быть это сугубо личное ощущение и я не права, в книге, попавшей мне в руки, такая густая атмосфера, так накалены страсти, они, конечно, могут быть оправданы «веком на дворе», только от этого не легче. Мне лишний расход – таблетка валидола. Увы, сборник не прочитает тот, кто вызвал гневные и язвительные строки, и не покраснеет даже.
В поэзии, не подумайте, я не ищу легковесности, только – легкокрылости, ищу не беззубости, а искромётности, не юморка-юморища на потребу и не голого сарказма, но присущего русскому народу подковыристого юмора, – этим мы выживаем. К примеру, есть же такое стихотворение у Игоря Кравченко, называется «Городок»:

От реформы обессиля,
в смутном сне лежит Россия.
И под музыку Россини
Скачет новый Фигаро.


А его пронзительное – «Шестая рота» заставила прослезиться, это святое.
Но надрыв в живописании социальной «необустроенности» у большинства авторов угнетает и только.

И не спасает даже мысль о храме
И ласковые руки матерей.

(Зоя Бобкова)

И слышит небесные песни душа,
А вопли земные и слушать не хочет!

(Виктор Максимов)

Так-то.

Вот Глеб Горбовский: ура-оптимизма в его творчестве не отмечается, но он безупречно расставляет акценты

И потому, что мыслил сердцем,
Ну, а домысливал чутьём.


…Да я и сам прислушиваюсь к Богу
Без помощи и без речей елейных.
(Глеб Горбовский)

Что и говорить, наследник…
Александр Люлин приворожил меня словами

Потому что мамин голос –
Голос Бога самого.


Стихи его, как выполнение наказа матери. Его лирический герой в отнюдь не лучшем мире хочет жить Божьим промыслом ведомый, … Не сгубить чтобы душу мою. (Это строки из разных стихотворений).

Мы будем пахать, никому не мешая,
Не алча чужой целины.

(Алексей Любегин)

Продолжая эту тему, вернусь к трехстишьям Виктора Иванова. Его сакраментальное

По имени ведь житие

даёт повод задуматься о своём предназначении вообще, а поэтов, в частности, он призывает

…Так в путь, друзья единоверцы!
Как водится, Святая Русь –
Незримый посох в чистом сердце.


И ещё:
Будь посохом, перо поэта!
В намоленное царство Духа


Тут же вспомнились строчки:

Только бы звучали в поднебесье
Наши песни и родная речь.

(Михаил Аникин)

Полистала записи и нашла трогательные

На привязи дороги, как телёнок,
Посёлок посреди полей пасётся.

(Валентин Голубев)

Но дарит призрачный покой
Тропинка радуги над полем,
Стремнина тучи над рекой.

(Сергей Воронов)

Мир живой, – что ни шаг – изумление!

Эта строчка Марины Корж – восторженная и все стихи её трепетные

Чувства живого пульсацию
в замкнутость строчки втискивая,
Залюбоваться мгновением,
в зеркало Вечности глядя…


В одном из её стихов я почувствовала Бальмонтовскую интонацию и увидела его же приём – «многодефисное» определение. Только приветствую, ничуть не упрекаю.
И сонеты Владимира Нестеровского заставляют усомниться в расхожем мнении, что эта форма устарела – не в форме дело, любая форма,

Где не парят, а ползают поэты

не интересна, а вот в заданных рамках надо быть мастером, чтобы

Уйти в глубины, не страшась последствий,
Чтоб выявить и обнажить абсурд!

(Владимир Нестеровский)

Есенинский мотив обласкал душу в стихах Бориса Орлова, посвященных русскому поэту, какая музыка!

Листья – всполохи огня,
Тучу к роще ветер чалит.
Как сентябрьская стерня,
Сердце выжжено печалью.


Не равнодушен поэт, вглядывается с грустью в лицо многострадальной, разорённой России:

Могилы в цветочных озёрах живее,
Чем избы в крапивных морях.


И предупреждает он:

И нет спасенья ни отцу, ни сыну,
Пока их не коснётся Дух святой.

(Борис Орлов)

Николай Рачков тоже сетует:

Дворян в России стало много,
Зато поди найди крестьян…


Они сначала вспашут поле,
Потом уж соберутся в рай.


Так и мама моя приговаривала: «Помирать собрался, а озимые сей».

И такая тоска –
хоть умри.
И такая любовь –
хоть воскресни.

(Николай Рачков)

Право слово, можно цитировать и цитировать строчки из сборника… И теперь, когда я наедине только с тетрадкой для заметок, мне уже кажется «Адмиралтейская игла» сверкающей драгоценной россыпью обнадёживающих слов…

Умные, умные мысли
В голову лезут потом.

(Александр Ковалев)

Мне хотелось поделиться такими мыслями и о поэзии Виктора Брюховецкого, Екатерины Полянской, Надежды Смирновой-Созиной, Алексея Филимонова, Анатолия Храмутичева, Маргариты Ярковой, но пора заканчивать.
А на последок – строки:

Шуми, шуми, великий лес!
Пусть набирает силу
Земля, сошедшая с небес,
И ставшая Россией.

(Елена Родченкова)

Россия –
это всё, что остаётся
Не вам, не мне –
тем, кто вослед за нами
С такими же, как наши, именами.

(Виктор Максимов)

январь 2005г. Санкт-Петербург 


Рассказ о погремушке


Хранится игрушка, как символ спасенья…
Во времена довоенного рая
была погремушка моя – загляденье –
все были в восторге от попугая.

Меня забавлял он большой и тяжёлый,
когда я глядела на мир из пелёнок,
он яркими красками, треском весёлым
отпугивал плач, возникавший спросонок.

Братишке игрушка досталась в наследство,
когда загремела войны канонада.
Под стук метронома отправилось детство
по долгим годам ленинградской блокады.

Тяжелая птица лежала в кровати,
не грея ребёнка своим опереньем,
она не просила еды, но некстати
будило братишку трескучее пенье.

Голодная мама, голодные дети…
– Чем, попка-дурак, ты грохочешь?
Со вздохом
раскрывшийся клюв попугая ответил...
...Г О Р О Х О М...
2001


А ля франсэ

(ВИЗИТНАЯ КАРТОЧКА)

Французами тонко подмечено
и мало, кто им возразит:
слоны,
генералы
и женщины
вовек не прощают обид.

Но, если слоны с генералами
обидчику пробуют мстить,
я – женщина,
месть
не пристала мне,
я просто не в силах простить.