Моргунова Елена


Ушедшему другу

Когда олень широкогрудый
Поднимет небо на рога,
Теченье рек, леса, запруды
И с ними бросится в бега.
Когда сольются воедино
Земля и солнце, тень и свет,
Скитаться до скончанья лет 
Нам станет вдруг необходимо.
Среди оранжевых песков,
Внутри открытого пространства,
Предметных форм и постоянства,
Незыблемости городов.
В них продолжительность пути
Легко прервется, если только 
Пронзительно и слишком горько
Мой ангел скажет: "Отпусти".
И руки драгоценной чашей
Поднимет вверх и потекут 
В нее дожди, печаль, уют
И то, что было жизнью нашей.


Сцена


       1.
    Пианист

Сцена возвышается как остров.
В круге света пианист расправил
Плечи. Руки положил на остов
Клавиш чёрно-белых. И ударил
По нему внезапно, поднимая
На поверхность остротой кинжала
Верх и низ, размашисто срезая
Тишину идущую из зала.
Пальцами затягивая остро
Струны ветра в облачную стаю.
И легко, невероятно просто
Мир бросая под ноги роялю.

       2.
    Балерина

Вскинув руки, плавно выгнув спину,
Тень изящно с кончика пуанта
Медленно вращает балерину
В сторону раскрытия таланта.
Превращая длительность движенья,
В несколько небрежном пируэте,
В лёгкого полёта продолженье,
Как и полагается в балете.
Чтобы в фуэте лететь по кругу
Балерина тень свою толкает
И взлетая к небу тянет руку,
А душа при этом замирает.



В небо

Лицо ладонями закрыв,
Остановив дыхание,
Он был наполовину жив
И мёртв уже заранее
От погружения в себя
Беды, любви, воды, огня
И маленького острого
Куска металла в серость дня
Покинутого острова
Тепла живого. Гаснет звук
И превращается испуг
В последнее движение
Смыкающее кисти рук
В такое положение,
Когда примятая трава
Врастает в прорезь рукава
И шелестит обиженно,
А в небе видится едва
Его затылок стриженный.


В синей тени дерев

Свет из черной ладони
Пьет полуночный мавр,
Бьются тени агоний.
В его взгляде нагар
От миров и созвездий
И в зрачках глубина
Пары лунных отверстий
Не насквозь. Не беда.
Ты не пей, моя радость,
С его нежной руки.
До рассвета остались - 
Вдох и выдох тоски.
Просыпаются птицы
И тягучий напев...
Ими можешь напиться
В синей тени дерев.



Длиною в жизнь

Душа моя! Мы не считаем дней.
Их яркая, слепая канитель,
Сплетаясь постепенно в год, за годом
Меняет в нас стремительный узор
Дорог, событий, восхождений, гор
И городов, откуда были родом
Друзья твои. Ты понимаешь суть:
Чем больше тебе ведом этот путь,
Тем легче для меня  -  идущей следом.
Неприкасаем времени песок
И он легко уходит из-под ног,
Когда мы с грустью думаем об этом,
Обняв друг друга крепко и легко
Бесповоротно, близко, далеко,
В одно касание, прикосновенье
Тепла, опоры, нежности, любви,
Погибели и спаса на крови
Длиною в жизнь, длиной в одно мгновенье.


Fatum

Выбор 

Крылья скрестив на груди
Ангел смотрел печально
На женщину, к ней подойти
Мешало её молчанье.
Она смотрела в себя
И думала напряжённо
О том, что уже нельзя
Быть слабой и отрешённой.
Внутри её живота,
Светясь красотой неземною,
Спал маленький сатана
В обнимку с её душою.
И надо было решить,
Как поступить с младенцем:
Убить или любить
И дальше носить под сердцем.
Его спасать или мир
От темноты кромешной.
Кто никогда не любил,
Выберет мир, конечно.

Судьба

В уснувшем доме голос скрипел,
У лёгкой люльки сидела Судьба
Белая - белая, словно мел
И пела младенцу такие слова:
"Я рядом, мой мальчик, всегда с тобой.
Тонко сплетаю дыхание рыб
С корнями горы в голубой - голубой
Простор из холодных и пламенных глыб.
Который в наполненной пустоте
Летит из ладони моей в ладонь
Жестоко пробитую на кресте
Того, кого Бог говорит : "Не тронь".
И глухо будет гудеть толпа.
Я для неё из женских бород
И жил медвежьих уже сплела
Низкий и хмурый небесный свод..."
Младенец заплакал, открыл глаза
И рядом увидел в мареве звёзд
Ярко распахнутые небеса
И к ним ведущий сияющий мост.


В его тени

С небесного изгиба льётся свет.

Усиливая тень моих движений,

За мной скользящих, повторённых в след,

Стремящихся достичь объединений

Контрастов, заполняя их собой,

Когда я попадаю в промежуток

Между холодной белой стороной

И чёрной непроглядной частью суток.

И тень моя сквозит из-за плеча

Присутствием пожизненного срока,

И снова повторяет в мелочах

Мой силуэт бегущая дорога,

Когда меняет мировой поток

Плоды и корни дерева местами.

При восхожденьи ниспадает сок,

То вниз, то вверх идя по вертикали.

И улыбается устало Бог

В его тени задумчиво внимая

Растущему движению дорог

И многого уже не понимая.

А дерево растёт. И небо в нём

Всё глубже тонет. Крона небосвода,

Заполненная солнечным огнём,

Приобретает очертанья плода.

И неизменно тянутся к нему

Все важные земли координаты.

И я тянусь не только потому,

Что тоже стану деревом когда-то.



У окна

Она стояла долго у окна,

Цепляясь взглядом за черту предметов,

У горизонта слившихся. Одна.

Но пустоты не чувствуя при этом.

Был день похож на предыдущий день:

Без суеты, без лишнего движенья.

Она стояла, и скользила тень

Ей под ноги, как чьё-то откровенье.

А где-то в доме замерли весы,

Ворчал старик и нервничал ребёнок,

Бежало время, тикали часы  -

Их стрелка походила на осколок,

Застрявший в неподвижности. И взгляд

Летел за птицами, срезая небо

По краешку. И много раз подряд

Она звала их, предлагая хлеба.

Но птицы улетали. У окна

Стояла, не меняя положенья,

Слепая женщина. Она одна

Из тех, кто видит мир без искаженья.


Волны света

Девочка у ручья играла,

Смеялась весело и любила

Его прохладу и в нём искала

Своё отражение. Находила

Себя в течении, в бликах света.

И рыбок маленьких трепетанье

Ей говорило, что будет лето

До бесконечности в мирозданьи.


Девушка тихо к реке спускалась,

И берег крутой под её ногами

Всё выше казался, и возвышалась

Она над плывущими облаками

Внизу, в воде, за молочной пеной,

За белоснежными городами

Она отражалась такой же белой

Между кисельными берегами. 


К берегу моря брела устало

Женщина. Ветер трепал одежду.

И было во взгляде её немало

Счастья и горя и то, что между

Этими чувствами. Волны били

О берег. И рыбаки смеялись,

Когда отражением чайки стыли

И за рыбёшками к ним срывались.


На берегу океана старуха

За горизонтом следит глазами,

Где разворачиваются глухо

Воды под пенными парусами.

И к ней бегут, как когда-то летом

Она бежала к ручью беспечно.

И отражается в волнах света

Её душа. И уходит в вечность...


Последний единорог

Белые птицы тревожной стаей

Кружатся над болотом.

Скачут всадники вслед за псами -

В самом разгаре охота.

Азартно вскинув резные ружья,

Спешат, пока не остыла

Под крики, разбросанные натужно,

Их боевая сила.

И рвётся голос, молящий Бога

О помощи и защите.

Голос убитого единорога

Последнего. Не ищите

Его пугливой холодной стати.

Лишь девушкам на рассвете

Является он, и их пальцы гладят

Уснувший в ресницах ветер.


Пророк и рыба

По жизни рыба движется с потоком

Морей и рек. Холодная всегда

Скользит беззвучно, быстро, без следа.

Течению послушная. Во многом

Похожая на удлинённый глаз,

Прозревший вдруг в потустороннем мире,

Подвластная неодолимой силе

Сетей и рыбаков, живущих в нас.

И говорим мы: "Холоден, как рыба,

Пронырлив и безгласен, деловит.

Как рыба - нем, как рыба - плодовит..."

Неполный список разных качеств. Либо

Мы птицам противопоставив рыб,

Впускаем их в космическую зону

На нижний ряд, и помним про Иону

Пророка, да не будет он забыт.

Пророк и рыба. Слово и молчанье.

Одно в другом сокрыто до поры,

Пока их поглощённые миры

Не оттолкнут друг друга в мирозданье.

И рыба тихо выплывет на свет,

Откроет рот и выпустит пророка.

И будет много жизненного сока

Ему отпущенно до окончанья лет.

Так в третий день он выйдет к жизни новой

Из чрева рыбьего, похожего на склеп,

Что в царстве мёртвых. Каждый в свой момент

Последует за спасшимся Ионой.


Снегопад

С утра идёт предновогодний снег
В порывах ветра он берёт разбег
Кружением внезапным в переулках.
Его искристая, бегущая волна
Лишает цветности сутулые дома,
О стёкла окон ударяясь гулко.

Высокие деревья во дворах
Качают сонно на своих ветвях
Застывшее в полёте долгом небо.
И выброшенный кем-то табурет,
Оставленный в сугробе,тянет след.
И исчезает медленно. Как не был.

Мир заполняет белый снегопад.
И привлекает любопытный взгляд
Прохожего - заснеженная баба.
Холодная, как мартовский сквозняк,
Застывший в её взгляде и никак
Не стать из снежной ей живой и слабой.

Чтобы руками нежными обнять
Ту девочку, которая опять
Её слепила весело и быстро.
И вместе ждать весны и понимать,
Что значит подрастать и расцветать,
И ждать любви, и наполняться смыслом.

25 февраля 2017г.