Марсель Пруст "Ложь" и др. Цикл.

Дата: 06-06-2013 | 00:57:02

Марсель Пруст Ложь
(С французского).

"Леону Делафоссу*, - более дивному, чем царь Мидас, превращавший всё в золото,-
преобразующему всё в гармонию, в том числе даже самые скверные стихи, благодаря своему вдохновению и магическим пальцам" - Марсель Пруст.

Гляну Вам в нежные синие очи:
что же за чувства скрываются там ?
Словно ту тайну разведать охочи,
смотрит Луна, озарившая ночи;
Солнце с улыбкой встаёт по утрам.

Солнце приветливо к нежным сердцам,
словно за ярость прося извиненья.
Верно ль, что лживость чужда Небесам,
или Господь дал и лжи послабленье ?

Нынче в глазах Ваших синь не кристальна.
Вы пожелали любить идеально,
не по-земному, а как-то астрально.
Странная прихоть любить так печально !

Взор Ваш неясен и пагубен ныне:
взгляд - как пучина, глаза - как пустыня.
Глубь - как в огромных пустых Небесах.

Нежность, которую вижу я с дрожью,
блещет, пугая опаловой ложью,
как в Небесах, так и в Ваших глазах.

Marcel Proust Mensonges

"A Leon Delafosse* qui, plus merveilleux que
le Roi Midas qui changeait tout en or,
change tout en harmonie, meme les vers les plus
sordides, a travers son inspiration et sous
ses doigts magiques". - Marcel Proust

Si le bleu de l'opale est tendre
Est-ce d'aimer confusement?
Le clair de lune semble attendre
Un coeur qui saura le comprendre.
La douceur du ciel bleu sourit au coeur aimant.

La douceur du ciel bleu sourit au coeur aimant.
Comme un pardon pour sa demence.
Dans le ciel est-ce encor la matiere qui ment ?
Est-ce deja Dieu qui commence ?

Si le bleu de vos yeux est triste
Comme un doux regret qui persiste
Est-ce d'aimer ce qui n'existe
Pas en ce monde? - Aimer est triste !

Vos yeux vagues, vos yeux avides,
Vos yeux profonds, helas! - sont vides,
Profonds et vides sont les Cieux.

Et la tendresse du bleu pale
Est un mensonge dans l'opale
Et dans le Ciel et dans vos yeux.

Примечание.
*Леон Делафосс (1874-1951) - талантливый пианист и композитор, быстро получивший
признание и известность, во многом благодаря поддержке Марселя Пруста и графа Робера де Монтескью. Этот музыкант стал прототипом одного из героев в прустовском романе. Известен портрет Леона Делафосса, написанный Сарджентом в 1894 г.


Марсель Пруст Поэзия

Посвящено Гюставу Лоранс де Варю*.

"О вы, которых бог любви соединил !" (Из Лафонтена)**

От любящих сердец - вокруг благоуханье.
К какой же красоте и радости приник,
кто знает хоть один струящий обаянье,
прозрачной чистотой сверкающий родник !

В тех любящих сердцах есть яркие черты,
но им куда родней ночные настроенья,
таинственность, когда с небесной высоты
течёт, как и в любви, неясное томленье.

Ночь ! Море ! - Плеск и тьма, где всё необычайно.
Шуршал изящный плащ из шёлка на плечах.
Теряясь, я топил свой взгляд в её очах -
ответный взор был нем, лишь вскользь и полон тайны.

Marcel Proust Poesie

A Gustave Laurens de Waru*.

"Amants, heureux amants !" (La Fontaine)**

L'amour monte des Coeurs une odeur des roses !
Il est beau de connaitre un Coeur empli d'amour,
De voir jusqu'en leur fond ses sources larges ecloses
Qui vont si vite et clair par cet eclatant jour.

Pourtant les Coeurs aimants ressemblent beaucoup mieux
A la nuit exalante encor plus que la jour,
A la nuit, claire ou noire, et qui verse des cieux
Un trouble doux, mysterieux comme l'amour.

La nuit ! La mer ! les deux seules choses magiques !
Serre dans son manteau magnifique et soyeux,
Je m'y perds en noyant mes regards dans ses yeux,
Ses yeux indifferants, langoureux et mystiques.
1891, "Le Mensuel".

Примечания.
*Стихотворение посвящено Марселем Прустом приятелю Гюставу Лоренс де Варю (1871-1941), с которым автор учился в Ecole Libre des sciences politiques. Стихотворение было сразу опубликовано. Будучи студентом, Пруст некоторое время восторгался тёткой этого приятеля графиней Adheaume de Chevigne, урождённой Laure de Sade (1859-1936). Она стала одним из прообразов герцогини de Guermantes в прустовском романе.
**Эпиграф показан в переводе Ивана Дмитриева (1795 г.). Строка взята из знаменитой басни Лафонтена "Два голубя". В России эта басня более известна в переводе И.Крылова.

Марсель Пруст "Madame il peut que j'oublie"*...
(С французского, реконструкция черновика).

Хоть я пленялся дивным сходством,
но всё же снял с души лассо.
Мадам, покончив с сумасбродством,
я будто прыгнул сквозь серсо.

Но меж божественных обличий,
что заполняют мой плафон,
всё вижу тот же профиль птичий
и тем же взором озарён...

Marcel Proust Madame il peut que j'oublie*...

Madame il peut que j'oublie
Votre divin profil d'oiseau
Et que je creve ma folie
Comme on saute dans le cerceau
Mais vos yeux au plafond de ma tete
Luiront comme les lustres clairs...

Примечание.
Это стихотворение было начато, повидимому, в 1891 г. и не закончено.
Впоследствии, в письме своему другу Арману де Грамону (Armand, duc de Guiche, потом - duc de Gramont) Пруст написал, что герцогиня de Guermantes из его романа "похожа на упрямое пернатое с птичьего двора, которое я сначала принял за райскую птицу. Превратив её в мощного стервятника, я (потом) предупредил публику, что она была на самом деле обычной старой сорокой".


Марсель Пруст Как сень монастыря под сводом древних арок*...
(С французского).

Морская синь небес с флотами белых барок...
Твой шарм - как светлый двор меж стен монастыря,
где свежее питьё, где слов не тратят зря,
где славно отдохнёшь, хоть воздух сух и жарок.

Назавтра я один, как вдовый перестарок:
уйду в шальной поход ни свет и ни заря,
а нынче я свечусь, судьбу благодаря:
сиреневый твой взгляд - божественный подарок.

Не застя мне своей нежнейшей белизной
ни благостную тень, ни свет, что нынче ярок,
ты можешь опьянить любовью пуще чарок.

Не нужно лишь смешков - от них я - как больной.
Не заставляй краснеть, томя, как лютый зной.
Твоя любовь, твой шарм сомкнулись надо мной

как сень монастыря под сводом древних арок.

Marcel Proust Comme en la claire cour de l'exquis monastere*...

Ton charme est une cour de joli monastere
Le ciel est bleu de mer entre les arceaux blancs
Il fait bon y passer les chauds jours somnolents
Sous un grele pilier, boire frais et taire.

Demain, je le sais bien, devenu solitare
Eperdument j'irai vers des palais troublants
Mais aujourd'hui ton charme est mon ami; les lents
Regards de ton oeil mauve sont tout pour moi sur terre

Ton front n'enferme pas en sa mince blancheur
L'ombre indefinie d'ou jaillira la lumiere
Je t'aime etrangement pourtant, o tete chere.

Quand a ton rire clair ne battra plus mon coeur
je rougirai peut-etre encore a la douceur
Que c'eut ete de rester blotti dans ton coeur.

Comme en la claire cour de l'exquis monastere.

Примечание.
*Стихотворение найдено на обороте письма, написанного Прустом в 1890 г. во время прохождения воинской службы.


Марсель Пруст Сонет
(С французского).

Вы знали наперёд, хоть нынче время гроз,
с надеждами в душе, храня в сердцах смиренье,
когда на берегу вам ждать их возвращенья.
И лилии твердят: не нужно горьких слёз.

Уж грозди стали зреть. У ваших щедрых лоз
надёжное кольё и крепки огражденья.
Кого упорней ждут, вернутся - нет сомненья.
Пусть вас взбодрит вино, что греет и в мороз.

Хоть нет цены слезам, пусть сушит их закат.
Светило не спешит покинуть верхний ярус -
но нет уже надежд в волнах замтить парус,

и утренней заре никто не будет рад...
В сердцах у матерей - тоска от лютой прозы.
Хоть золота ценней, но здесь бессильны слёзы.


Marcel Proust Sonnet

Si vous avez predit, si vous avez connu
Dans la douceur tardive et l'orgueil manifeste
L'heure de l'arrivee et le retour du ceste
Ne pleurez pas, le lys ouvert s'est souvenu.

Ne pleurez pas, le raisin mur est soutenu
Par la chaleur du vin et la colonne agreste
Du cep qui l'entourage et l'eleve du geste
Ne pleurez pas, celui qu'on attend est venu.

Les larmes, meme d'or, laissez-les aux soleils
Qui durent se coucher aux flots ou nulle toile
Ne faisait esperer le retour de la voile

Ou, le matin venu, dans leur tendre sommeil,
Ils avaient enclos leurs maternelles alarmes
A ceux-la seuls, et meme d'or, laissez les larmes.
1890-1891

Марсель Пруст Страдая от любви...

Страдая от любви, терпя её угар,
вся жизнь утомлена от гнёта давних чар,
смыкающих вокруг упрямую границу.
Уткнувшись в горизонт, мечта теряет жар.
Мне грустно сознавать, что некуда стремиться.
Шум осени вокруг. Решаю, то ли в нём
рыдание, не то приглушенный псалом,
не то серьёзный зов, не то лишь экивоки.
И в сердце уж назрел невольный перелом.

Marcel Proust "Si las d'avoir souffert, plus las d'avoir aime"...

Si las d'avoir souffert, plus las d'avoir aime
La vie apres m'avoir de ses lointains charme
Resserre autour de moi son cercle monotone
Et mon reve sentant son horizon ferme
Melancoliquement se replie et s'etonne
Qui sait en ecoutant l'automne si touchant
S'il etouffe un sanglot ou s'il retient un chant
Aussi grave que l'heure et comme elle equivoque
Mon coeur sans le savoir franchissait un tournant.
1890-1891

Марсель Пруст Прости мне эти слёзы...
(С французского).

Угасли небеса. Прости мне эти слёзы
над сердцем, что тебе вручил я без речей.
Ему так сладко быть в цвету твоих очей,
пленяющих его и нежных, будто розы.

Твои колени мне представились постелью,
где буду я в ночи покоен и укрыт.
Дыханье уст твоих как страж над колыбелью
прогонит прочь все то, что мучит и вредит.

Стемнело. Настаёт конец насмешкам дня.
Спеша утешить нас, смягчённая слезами,
сюда явилась ночь, смиряющая пламя. -
Огонь твоей души сжигает и меня.

Marcel Proust "Laissez pleurer mon coeur entre vos mains fermees"...

Laisser pleurer mon coeur entre vos mains fermees
Le ciel decolore se fane lentement
La fleur de vos yeux clairs comme un apaisement
Abaisse sur mon coeur ses corolles charmees.

Que vos genoux me soient la couche pacifique,
Vetu de vos regards, j'aurai chaud pour la nuit
Et votre souffle ecartera veilleur magique
Tout ce qui souille et ce qui raille et ce qui nuit.

Le port, les champs sont noirs; apres le jour moqueur
La consolante nuit vient d larmes trempee
Et fondant de douceur la brume dissipee
Les feux de ton desir s'allument dans mon coeur.
1890-1891

Марсель Пруст Нормандский берег стал тебе приютом...
(С французского).

Нормандский берег стал тебе приютом ныне.
Безумец и боец, влюблённый - хоть седой,
приди взглянуть с холма от сосен при вершине
на бледный небосклон над тёмною водой.
Здесь можно уловить, став сверху, как на вахте,
в дыхании ветров, в блаженстве вечерка,
и аромат листвы, и запах молока.
Здесь можно помечтать о белоснежной яхте,
что вдруг да заплывёт сюда издалека.
У грустных берегов всю резвость порастратя,
сюда, в свой порт, суда приходят на закате.
Здесь роскошь с нищетой - и плач: твоё рыданье
среди вечернего сиянья.
Не ты ли там идёшь под аркою небес,
разгромленный в боях, за колесницей Славы ?
Идёшь в слезах, готовый умереть.
А море не молчит, слив плач свой гармоничный
с твоим.
И вот итог - в душе успокоенье.
В задумчивом порту, в зелёном окруженье,
как в обрамленье пальм, - венец твоих надежд.

Marcel Proust "Sur ce coteau normand etablis ta retraite".

Sur ce coteau normand etablis ta retraite.
Guerrier fou ou bien toi pauvre amoureux vieilli
Parmi les calmes pins viens te fixer au faite
D'ou tu verra la mer sombre et le ciel pali.
Le vent du mer s'y mele a l'odeur des feuillees
Et du lait. Tu verras entre deux fins rameaux
Une barque qui boite et par les soirs si beaux
Tu reveras longtemps des voiles en allees
A l'invisible au loin des lamentables eaux
Et les retours decus aux ports melancoliques,
Du retour des vaisseaux dans les soirs magnifiques,
Luxe et misere et ce sanglot: ton chant
Parmi les pompes du couchant
Ou dans l'arc triomphal de ces ciels glorieux
N'est-tu pas le vaincu qui suit le char de gloire
Et qui doit mourir et qui pleure ?
Mais la mer ne tait pas sa plainte en harmonie
Avec la tienne
Et de cette harmonie naitra le calme.
Au milieu des rameaux frais et comme de palmes
Au port melancolique assemble tes espoirs.
1891

Примечание.
Стихотворение было написано в Нормандии, когда Пруст гостил там в доме своих друзей
(Baignieres). Эти друзья: художник Paul Baigneres, его брат James. Их мать Laure -
была хозяйкой известного парижского салона.
На обороте страницы с этими стихами были указаны названия мест: Fremonts, Trouville, Calvados.

Марсель Пруст Будь дама не умна, тупа, зато красива...
(С французского)

Будь дама не умна, тупа, зато красива -
припомнишь, и не раз, какой была досада:
когда - с золой в мозгах - она была в цвету
и блеском голубым и нежным тоном взгляда
молила всякий грех простить за красоту. -
А стать её была пленительно игрива,
естественно вольна, поэзии полна;
и было не понять, что это за волна
в эстетике её блистала всем на диво.
Пылайте факелы ! Оливе или даме
не надобно хитрить, чтоб распалялось пламя.
Кого-то обмануть - великая ли честь ?
Что скрыть не удалось - пусть выглядит как есть.
Ведь радости любви - не от глубин мышленья.
Ты спросишь мудрецов - они того же мненья.
Вуали - ни к чему. Ночам присуща тьма.
От пышных Лорелей не требуют ума.
Верь, друг ! Возвышен ты, повержен ли жестоко,
пленён ли блеском звёзд, не то уж слепнет око -
в любви извечна власть лишь одного мотива.

Marcel Proust "Si la femme stupide ou detestable est belle"...

Si la femme stupide ou detestable est belle
Souviens-toi d'une pour qui ton depit revive.
Son coeur de cendre etait dans un corps tout en fleurs.
En une douceur bleue alanguie et plaintive
Ses yeux se repentaient des crimes de son coeur.
Son corps, riche harmonie, inentendu par elle
Chantait ainsi qu'un vers au rythme souple et lent
Faisant rever d'un art subtil et tres puissant
Mais elle eut prefere d'autre esthetique ? Quelle?
Torches brulez! la femme, olivier ou basalte,
ne ment pour la duree ou la flamme s'exalte.
Torches de gloire de par les buchers d'amour
Vous n'etes pas d'orgueil que mentit l'amant pour
Egaler son plaisir a la seule pensee !
Votre gloire par les sages vous sois laissee:
Telle une nuit sans nuee, une femme sans voile
Puisque la Lorelie en suif et malgre tout etoile ! -
Homme la foi t'eleve ou l'amour te prosterne
Ton oeil qu'il luise en astre ou comme une eau soit terne
Ne ment pas au desir d'une source eternelle.
1891


Марсель Пруст Для меланхолического альбома.
Новая французская баллада.
(С французского).

Эй, трясогузка ! Не ты ль аметистом
таешь, летая над озером чистым ?
А не пора ли к синицам и галкам ?
Лучше оставь это место русалкам.

Славный соловушка ! Яркий топаз
в сердце твоём засветился сквозь газ.
Ты одиноко собрался в лесок.
Я для тебя приготовил силок.

Эй, зимородок ! Целую опал,
тот, что в глазах у тебя засиял.
Ты полетел за певучей волной.
В Сретенье встретимся - ранней весной.

Эй, реполов ! Над волной изумрудной
луч пробегает, как зайчик пречудный.
Если опять разоришь наш ячмень -
вновь пересеем под Юрьев день.

Милая горлинка ! Дивный алмаз !
Ты - как сияние любящих глаз.
Горлинка крылышком машет в тени.
Горлинка учит: "Верность храни !".

Marcel Proust Pour l'Album de Melencolie
Nouveau Lied de France

La bergeronette - je vois l'amethyste
Se fanait dans l'etang plus triste
La bergeronette a fait place nette
Venez belle lurette...

Le rossignolet - j'entends la topaze
Qui perle a ton coeur a travers le gaze
Le rossignjlet fuit le bois seulet
Jouons au furet.

Le martin-pecheur - je baise l'opale
Dans ton regard pale
Le martin-pecheur suit le flot chanteur
A la Chandeleur.

Le rouge-gorge - au flot de l'emeraude
Voit dans un rayon un lutin qui rode
Si la rouge-gorge a pille notre orge
Nous la semerons avant la Saint-George.

La tourterelle - le beau diamant
Brule et brille de feux comme un amant
La tourterelle a palpite de l'aile
Sois fidele.



Марсель Пруст Дордрехт*
(С французского).
I
Здесь в небесах ясна
голубизна.
Лишь в дождь она
порою не видна.

Меня здесь многое пленило,
но здесь могила
моих наивных миражей...

Зарисовал твои кварталы,
святыни, крыши и каналы, -
и будто вовсе не бывало
жестоких чуждых рубежей...

Здесь днём, когда на ширь Брабанта
глядится сверху синь небес
блистают медные куранты,
уже просохнув к часу месс.

Здесь в небе - лазурь...
И в самую хмурь,
вся синью полна
глубина.

II
Пирожник на плацу при кафедрале,
там бродит одинокий голубок.
В зеркальном виде в голубом канале
видны лотошник и малиновый лоток.
Вот движется баржа напропалую
и все кувшинки мнёт внаскок.
Затем блик солнца побежал, изображения зеркальные волнуя,
и муха в страхе - прочь, покинув ягодный пирог.
Тут месса кончилась. Наружу прянул весь народ и зазвучала аллилуйя.
Не совершить ли нам прогулку в лодке по каналу, когда соснём один часок ?

Marsel Proust Dordrecht*
I
Ton ciel toujours un peu
bleu
Le matin souvent un peu
pleut

Dordrecht endroit si beau
Tombeau
De mes illusions cheries

Quand j'essaye a dessiner
Tes canaux, tes toits, ton clocher
Je me sens comme aimer
Des patries

Mais le soleil et les cloches
Ont bien vite resseche
Pour la grand-messe et les brioches
Ton luisant clocher

Ton ciel bleu
Souvent pleut
Mais dessous toujours un peu
Reste bleu.
1902

II
Le patissier sur la place
Ou seul un pigeon bouge
Reflete sur canal bleu comme de la glace
Son grand moule rouge
Un chaland s'avance et derange
Un nenuphar et du soleil
Qui dans la glace du patissier, fiche le camp sur la tarte aux groseilles
Et fait peur a la mouche qui la mange
Voici la fin de la messe tout le monde sort alleluia Sainte Mere des Anges
Allons faire un tour en barque sur le canal apres une heure de sommeil.
1902

Примечание.
*Дордрехт - один из старейших голландских гoродов (в юго-западной части Нидерландов),
родина художника Альберта Кейпа.

Марсель Пруст "Затем, чтобы облечь меня в меха и газ..."
(С французского).
Жану Кокто.

Затем, чтобы облечь меня в меха и газ,
не брызжа в кураже чернилами из глаз,
как потолочный сильф, как прыткий лыжник финский,
Жан вспрыгнул вдруг на стол, где восседал Нижинский.
Для действа выбран был безвкусный зал Ларю*.
В том блеске некий врач, изрядно бородатый
шепнул: "Каков здесь шик ! Я с трепетом смотрю,
хоть здесь случайный гость, отнюдь не завсегдатай,
но, лишь как все уйдут, покину этот храм"...
Под "Индиану"** там я сладко млел и сам.

Marcel Proust "Afin de me couvrir de fourrure et de moire"...

A Jean Cocteau.

Afin de me couvrir de fourrure et de moire
Sans de ses larges yeux renverser l'encre noire
Tel un sylphe au plafond, tel sur la neige un ski
Jean sauta sur la table aupres de Nijinsky.
C'etait dans un salon purpurin de Larue
Dont l'or, d'un gout douteux, jamais ne se voila.
La barbe d'un docteur blanditieuse et drue
Declarait : " Ma presence est peut-etre incongrue
Mais s'il n'en reste qu'un je serai celui-la. "
Et mon coeur succombait aux coups d'Indiana.

Примечания.
*Salon de Larue - салон Ларю - аристократический мужской клуб в Париже.
**"Индиана" - популярная в начале XX-го века песня.

Марсель Пруст Антуан Ватто
(С французского).

Средь сумерек кусты, цветы и люди - в масках.
Роль грима и плащей играет темнота.
И будто бы вдали таятся в нежных ласках,
в лобзаниях любви, усталые уста.

Тут радость и печаль, и плутни маскарада;
фривольная любовь, чтоб скрашивать досуг;
лирический каприз, когда есть ловкий друг.
Любовь - клубок интриг, без горестей и мук.
То лодки, то пикник, то вздох, то серенада.

Marcel Proust Antoine Watteau

Crepuscule grimant les arbres et les faces,
Avec son manteau bleu, sous son masque incertain ;
Poussiere de baisers autour des bouches lasses...
Le vague devient tendre, et le tout pres, lointain.

La mascarade, autre lointain melancolique,
Fait le geste d'aimer plus faux, triste et charmant.
Caprice de poete - ou prudence d'amant,
L'amour ayant besoin d'etre orne savamment -
Voici barques, gouters, silences et musique.

Марсель Пруст Антон ван Дейк
(С французского).

Прегордый дух в сердцах и мягкость в обхожденье
блестят во всех глазах, придавши лоск вещам.
Возвышенная речь и смелость в поведенье
с рождения в крови у королей и дам.

Ван Дейк ! То твой триумф ! Ты славный вождь когорты
негнущихся людей, готовых умереть.
Когда б твоя рука держала кисть и впредь !
Не важно ! Всё равно та длань ещё простёрта.

Вот рыцарский отряд средь топи ищет гать -
спокойны и тверды, хоть впору зарыдать.
Вот дети короля с их бодрой гордой статью -
как брав на них плюмаж, хотя истёрто платье;
каменья съел огонь и погребла вода,
и в душах их царит горчайшая беда,
но гордость не велит, чтоб выступили слёзы...
И, сверх всего,- ты сам, свидетель этой прозы.
Ты - в голубом шелку, и цвет тебе идёт.
Ты только что сорвал на ветке спелый плод.
То скромны жест творца, то герцогская поза. -
Стал в полный рост. Раздумья не томят.
Ты - Ричмонд ! Твой сапфир горит огнём на шее.
Ты - юный сумасброд ? Но нет ! Ты всех мудрее,
и у тебя на всё спокойный добрый взгляд.


Marcel Proust Anton Van Dyck

Douce fierte des coeurs, grace noble des choses,
Qui brillent dans les yeux, les velours et les bois ;
Beau langage eleve du maintien et des poses
Hereditaire orgueil des femmes et des rois !

Tu triomphes, Van Dyck, prince des gestes calmes,
Dans tous les etres beaux qui vont bientot mourir,
Dans toute belle main qui sait encor s'ouvrir...
Sans s'en douter, qu'importe, elle te tend les palmes !

Halte de cavaliers sous les pins, pres des flots
Calmes comme eux, comme eux bien proches des sanglots ;
Enfants royaux deja magnifiques et graves,
Vetements resignes, chapeaux a plumes braves,
Et bijoux en qui pleure, onde a travers les flammes,
L'amertume des pleurs dont sont pleines les ames,
Trop hautaines pour les laisser monter aux yeux ;
Et toi par-dessus tous, promeneur precieux
En chemise bleu pale, une main a la hanche,
Dans l'autre un fruit feuillu detache de la branche,
Je reve sans comprendre a ton geste et tes yeux :
Debout mais repose dans cet obscur asile
Duc de Richmond, o jeune sage ! - ou charmant fou ? -
Je te reviens toujours... - Un saphir a ton cou
A des feux aussi doux que ton regard tranquille.

Марсель Пруст Альберт Кейп*
(С французского).

Кейп. - Солнечный закат в сияющем пленэре,
и вяхирь на лету - как воду пропорол.
Берёзу и быка венчает ореол,
и дух отрадных дней переполняет дол.
Безбрежный ясный свет в пустой небесной сфере...
На всаднике - плюмаж, как розовый хохол.
Румяня кожу щёк, весёлый бриз не зол -
вздувает в волосах белёсые закрутки.
Без тихих ветерков - поля жарки и жутки.
Идут, но не спешат стада: и бык, и вол.
Любой бы отдохнуть в туманах предпочёл
и вольно подышать в прохладные минутки.

Marcel Poust Albert Cuyp* I

Cuyp, soleil declinant dissous, dans l'air limpide
Qu'un vol de ramiers gris trouble comme de l'eau,
Moiteur d'or, nimbe au front d'un boeuf ou d'un bouleau,
Encens bleu des beaux jours fumant sur le coteau,
Ou marais de clarte stagnant dans le ciel vide.
Des cavaliers sont prets, plume rose au chapeau,
Paume au cоte ; l'air vif qui fait rose leur peau,
Enfle legerement leurs fines boucles blondes,
Et, tentes par les champs ardents, les fraiches ondes,
Sans troubler par leur trot les boeufs dont le troupeau
Reve dans un brouillard d'or pale et de repos,
Ils partent respirer ces minutes profondes.

Примечание.
*Albert Cuyp - Альберт Кейп (1620-1691) - разносторонний голландский художник, особенно
знаменитый своими пейзажами. Работал в основном в родном ему Дордрехте.

Марсель Пруст Паулюс Поттер*
(С французского).

Лишь серая печаль - в тон серым небесам.
Они ещё грустней, когда местами сини,
и солнце шлёт тогда промёрзнувшей равнине,
как тёплый дождь, лучи, подобные слезам.
У Поттера, как страсть, - тоскливые просторы,
без красок, без цветов и радостных причуд:
деревья, хутора - там низкие заборы
и скромные сады, где розы не цветут.
Вот с вёдрами идёт седой старик на отдых;
кобыла - вслед за ним, нервна, измождена.
Дохнула глубоко, засасывая воздух.
Мозги напряжены - вся мыслями полна.

Marcel Proust Paul Potter*

Sombre chagrin des ciels uniformement gris,
Plus tristes d’etre bleus aux rares eclaircies,
Et qui laissent alors sur les plaines transies
Filtrer les tiedes pleurs d’un sol incompris ;
Qui s’etendent sans fin, sans joie et sans couleur,
Les arbres, le hameau ne repandent pas d’ombres,
Les maigres jardinets ne portent pas de fleur.
Un laboureur tirant des seaux rentre, et, chetive,
Sa jument resignee, inquiete et revant,
Anxieuse, dressant sa cervelle pensive,
Hume d’un souffle court le souffle fort du vent.
1895

Примечание.
*Паулюс Поттер (1625 - 1654) - известный голландский художник, пейзажист, мастер сцен
охоты, более всего известен как искусный анималист. Сын художника Питера Поттера.

Марсель Пруст Моцарт
(С французского)

Итальянка в плену у баварского князя,
вся в истоме, а князь, пригласив её в сад,
прижимает к груди и безумно ей рад,
источает восторг и целует в экстазе.

Всей немецкой душой - до последнего вздоха ! -
будет он упоён, оттого что любим.
Только руки дрожат - держат пленницу плохо.
В сердце страх потерять обретённое им.

Керубино не годен пример Дон Жуана.
Аромат, что идёт от растоптанных роз,
ветер будет нести, вместе с влажностью слёз,
к андалузским садам и до кладбищ Тосканы.

Пусть немало причин, чтоб туманились очи.
Этой пленнице быть здесь Царицею Ночи !
С нею рядом весь свет станет домом чудес.

Здесь Любовь ! Раздалась вдруг Волшебная Флейта -
и весь мир стал родным. Он весь - свой, а не чей-то !
Будут сладкий шербет и лобзанье небес.

Marcel Poust Mozart

Italienne aux bras d'un Prince de Baviere
Dont l'oeil triste et glace s'enchante a sa langueur!
Dans ses jardins frileux il tient contre son coeur
Ses seins muris a l'ombre, ou teter la lumiеre.

Sa tendre ame allemande, - un si profond soupir!
-Goute enfin la paresse ardente d'etre aimee,
Il livre aux mains trop faibles pour le retenir
Le rayonnant espoir de sa tete charmee.

Cherubin, Don Juan! Loin de l'oubli qui fane
Debout dans les parfums tant il foula de fleurs
Que le vent dispersa sans en secher les pleurs
Des jardins andalous aux tombes de Toscane!

Dans le parc allemand ou brument les ennuis,
L'Italienne encore est reine de la nuit.
Son haleine y fait l'air doux et spirituel

Et sa Flute enchantee egoutte avec amour
Dans l'ombre chaude encor des adieux d'un beau jour
La fraicheur des sorbets, des baisers et du ciel.
1895

Марсель Пруст Шуман
(С французского).

В саду, где гомонит ребячий балаган,
и слышен щебет птиц из гнёзд в живом заборе,
ты, Шуман, - как боец в неисцелимом горе,
чей гордый дух остыл от тягот и от ран.

Отрадный ветерок, летуньи-голубицы,
жасминовый душок в ореховой тени.
Ребёнок полон грёз, когда горят огни,
ты ж, глядя в облака, услышал зов гробницы.

Тебе внушал печаль весёлый карнавал,
и в памяти твоей не затухали беды:
восторги в стороне, досадные победы.
Ты пролил много слёз - соперник ликовал.

У Кельна плещет Рейн, катя святык воды.
Ты помнил торжества на этих берегах.
Ты пел ! А вслед тоска, безумие и страх.
Бьют молнии, льёт дождь, бушует непогола.

О чём мечтать, где смерть, где верх берёт наглец ?
Ты пил росу надежд, а подлость не дремала.
Твой сон прервал удар, встряхнув спервоначала,
и молния тебя добила под конец.

Теки ж, красуйся Рейн под грхот барабанов.
Пусть армии идут, играя громкий туш.
Теки себе в веках сквозь истину и чушь.

Река священных мук ! Теки ж до океанов.
Пусть ласточки вокруг взлетают, в небо прянув.
О Шуман !... Верный друг, наперсник чутких душ !

Marcel Proust Schumann

Du vieux jardin dont l'amitie t'a bien recu,
Entends garcons et nids qui sifflent dans les haies,
Amoureux las de tant d'etapes et de plaies,
Schumann, soldat songeur que la guerre a decu.

La brise heureuse impregne, ou passent des colombes,
De l'odeur du jasmin l'ombre du grand noyer,
L'enfant lit l'avenir aux flammes du foyer,
Le nuage ou le vent parle a ton coeur des tombes.

Jadis tes pleurs coulaient aux cris du carnaval
Ou melaient leur douceur a l'amere victoire
Dont l'elan fou fremit encor dans ta memoire;
Tu peux pleurer sans fin: Elle est a ton rival.

Vers Cologne le Rhin roule ses eaux sacrees.
Ah! que gaiement les jours de fete sur ses bords
Vous chantiez! - Mais brise de chagrin, tu t'endors...
Il pleut des pleurs dans des tenebres eclairees.

Reve ou la morte vit, ou l'ingrate a ta foi,
Tes espoirs sont en fleurs et son crime est en poudre.
Puis eclair dechirant du reveil ou la foudre
Te frappe de nouveau pour la premiere fois.

Coule, einbaume, defile aux tambours ou sois belle!
Schumann, o confident des ames et des fleurs,
Entre tes quais joyeux fleuve saint des douleurs,

Jardin pensif, affectueux, frais et fidele,
Ou se baisent les lys, la lune et l'hirondelle,
Armee en marche, enfant qui reve, femme en pleurs!
1895


Марсель Пруст Глюк
(С французского).

Три храма возвела в саду одна маркиза:
в честь Доблести, Любви и Дружбы... Чуть не сто
разбойных шалунов, амурчиков Ватто,
постреливали там из ярого каприза.

Второй из мастеров на фриз, взамен Киприды,
упрямо настояв, ваял иных персон:
любовников, богов... Он ввёл в свой пантеон
Геракла на костре, его ж в садах Армиды...

Там больше не шуршат в аллеях кринолины,
не звякнут каблучки. Исчез фривольный дух.
Улыбок не видать. Огонь страстей потух.
Уже не услыхать бренчанья клавесина.

Но Ифигения, Адмет, чей крик, чья мука
нас потрясают вновь в любой дали от мест,
где пел Орфей, где действовал Альцест. -
их Стикс не поглотил - и в том заслуга Глюка.

Амурчиков тех нет, нет тех строений,
но с помощью твоей, рык смерти побеждён.
Храм Доблести не пал от ярости времён.
Крепить его, о Глюк, помог твой дивный гений.
 
Marcel Proust Gluck

Temple a l'Amour, a l'Amitie, temple au Courage
Qu'une marquise a fait elever dans son parc
Anglais, ou maint amour Watteau bandant son arc
Prend des coeurs glorieux pour cibles de sa rage.

Mais l'artiste allemand - qu'elle eut reve de Cnide ! -
Plus grave et plus profond, sculpta sans mignardise
Les Amants et les Dieux que tu vois sur la frise:
Hercule a son bucher dans les jardins d'Armide !

Les talons en dansant ne frappent plus l'allee
Ou la cendre des yeux et du sourire eteints
Assourdit nos pas lents et bleuit les lointains;
La voix de clavecins s'est tue ou s'est felee...

Mais votre cri muet, Admete, Iphigenie,
Nous terrifie encore, profere par un geste
Et flechi par Orphee ou brave par Alceste
Le Styx, - sans mats ni ciel - ou mouilla ton genie.

Gluck aussi comme Alceste a vaincu par l'Amour
La mort inevitable aux caprice d'un age;
Il est debout, auguste temple du Courage,
Sur les ruines du petit temple a l'Amour.




Марсель Пруст Шопен
(Перевод с французского)

Шопен ! Ты - море слёз, рыдание и вздох
с пролётом бабочек сквозь шумные пучины.
Ты - радость и печаль, берущие врасплох.
Ты - страсть в страданиях и счастье без причины.

Кружащий головы и сладостный пассаж
вплетаешь ты подчас в мелодию печали,
а эти бабочки врываются в пейзаж,
летят с цветка к цветку и радость поддержали,
но слёз унять нельзя, когда такая блажь.

Ты - князь отчаянья, обманутый вельможа.
Ты – верный друг луны и тихих пресных вод.
Ты в возбуждении, и бледность щёк идёт
сейчас тебе к лицу на осиянном ложе...

Ты усмехнулся сквозь смертельную усталость.
Надежда плакала, а жалость улыбалась.


Marcel Proust Chopin

Chopin, mer de soupirs, de larmes, de sanglots,
Qu'un vol de papillons sans se poser traverse
Jouant sur la tristesse ou dansant sur les flots.
Rеve, aime, souffre, crie, apaise, charme ou berce
Toujours tu fais courir entre chaque douleur
L'oubli vertigineux et doux de ton caprice
Comme les papillons volent de fleur en fleur
De ton chagrin alors ta joie est la complice :
L'ardeur du tourbillon accroit la soif des pleurs.
De la lune et des eaux pales et doux camarades
Prince du desespoir ou grand seigneur trahi,
Tu t'exaltes encore, plus beau d'etre pali
Du soleil inondant ta chambre de malade
Qui pleure а lui sourire et souffre de le voir ?
Sourire du regret et larmes de l'Espoir !

Marcel Proust (1872-1922)
“Les plaisirs et les jours”, 1896


Марсель Пруст Я часто созерцаю небеса моей памяти.
(Перевод с французского).

Со временем весь свет бесследно канет в в вечность.
Так замки из песка смываются волной.
Нам ведом этот факт, а мы храним беспечность,
безжалостно забыв и то, что за спиной.

Но время никогда не гасит света глаз,
будь радость в них, будь грусть - что б там в них ни сияло:
голубизна небес, спокойный блеск опала,
а, может быть, блестит шлифованный алмаз.

Одни - как из ларцов похищенная кладь,
невиданной цены каменья-самоцветы,
что ловкою рукой в живые очи вдеты.
Те призваны завлечь и вмиг очаровать.

Другие - как огонь, добытый Прометеем;
и искорки любви сверкают в тех глазах.
Но что за мука нам, когда мы завладеем
их светом, что блестит, как в редкостных камнях !

Пусть в памяти моей всё небо будет в звёздах
от негасимых глаз всех тех, кого любил.
Пусть греют сердце мне, как тёплый майский воздух.
Мне век не позабыть тех пламенных светил.

Забвенье, как туман, окутывает лица,
затерянные в том божественном былом, -
зато от чар тех глаз нельзя освободиться...
Мы были так мудры ! Мы тронулись умом !

Забуду весь интим, и сладость, и комфорт,
ту шейку, что была тогда белее снега.
Весна кадила нам, но в памяти лишь нега
и взор, что волновал, как льющийся аккорд.

В веселье и в беде особо хороша
бывала пара глаз одной моей подруги -
смеялась ли она, кричала ли в испуге,
сквозь щёточку ресниц видна была душа.

Но, как ни чист был взгляд, душа была пустой...
Немало было глаз бурней морской стремнины.
Завоевав сердца их сущностью простой,
"морские" вечера толкали нас в пучиины.

Мы плыли по путям, где было море глаз,
заштопав рвань ветрил, сквозь все шторма и штили.
Забывчивый народ, нас бури не страшили.
Мы шли на поиск душ, что созданы для нас.

О взоры без числа ! Но в нас уж нет к ним веры.
От сходства тысяч душ и вы бы предпочли
заснуть в саду в тени узорчатой шпалеры,
чем гнать на ловлю душ шальные корабли.

Чтоб в памяти был свет источника отрады -
свет солнца, что несёт блаженный день морям -
мы, часто без ума, свершаем эскапады,
ища страну мечты, что только снится нам.

Желанная страна живёт от нас вдали,
в ковчеге облаков - как вещее виденье.
Нам радостно следить за лётом их с земли -
а в памяти восторг и праздничное пенье.

Marcel Proust Je contemple souvent le ciel de ma memoire

Le temps efface tout comme effacent les vagues
Les travaux des enfants sur le sable aplani
Nous oublierons ces mots si precis et si vagues
Derriere qui chacun nous sentions l'infini.

Le temps efface tout il n'eteint pas les yeux
Qu'ils soient d'opale ou d'etoile ou d'eau claire
Beaux comme dans le ciel ou chez un lapidaire
Ils bruleront pour nous d'un feu triste ou joyeux.

Les uns joyaux voles de leur ecrin vivant
Jetteront dans mon coeur leurs durs reflets de pierre
Comme au jour ou sertis, scelles dans la paupiere
Ils luisaient d'un eclat precieux et decevant.

D'autres doux feux ravis encor par Promethee
Etincelle d'amour qui brillait dans leurs yeux
Pour notre cher tourment nous l'avons emportee
Clartes trop pures ou bijoux trop precieux.

Constellez a jamais le ciel de ma memoire
Inextinguibles yeux de celles que j'aimai
Revez comme des morts, luisez comme des gloires
Mon coeur sera brillant comme une nuit de Mai.

L'oubli comme une brume efface les visages
Les gestes adores au divin autrefois,
Par qui nous fumes fous, par qui nous fumes sages
Charmes d'egarement et symboles de foi.

Le temps efface tout l'intimite des soirs
Mes deux mains dans son cou vierge comme la neige
Ses regards caressants mes nerfs comme un arpege
Le printemps secouant sur nous ses encensoirs.

D'autres, les yeux pourtant d'une joyeuse femme,
Ainsi que des chagrins etaient vastes et noirs
Epouvante des nuits et mystere des soirs
Entre ces cils charmants tenait toute son ame

Et son coeur etait vain comme un regard joyeux.
D'autres comme la mer si changeante et si douce
Nous egaraient vers l'ame enfouie en ses yeux
Comme en ces soirs marins ou l'inconnu nous pousse.

Mer des yeux sur tes eaux claires nous naviguames
Le desir gonflait nos voiles si rapiecees
Nous partions oublieux des tempetes passees
Sur les regards a la decouverte des ames.

Tant de regards divers, les ames si pareilles
Vieux prisonniers des yeux nous sommes bien decus
Nous aurions du rester a dormir sous la treille
Mais vous seriez parti meme eussiez-vous tout su

Pour avoir dans le coeur ces yeux pleins de promesses
Comme une mer le soir reveuse de soleil
Vous avez accompli d'inutiles prouesses
Pour atteindre au pays de reve qui, vermeil,

Se lamentait d'extase au-dela des eaux vraies
Sous l'arche sainte d'un nuage cru prophete
Mais il est doux d'avoir pour un reve ces plaies
Et votre souvenir brille comme une fete.

У произведения нет ни одного комментария, вы можете стать первым!