Осенний лес

Дата: 17-02-2013 | 01:22:53



Спелый рыжик из-под хвои глянул в свет, румян,
подтянул ещё хвоинок – будь надёжней, хата!.
Грибники для грибов, точно турки для армян –
вырезают семьями опята.
Ах, метафора некстати, кажется, в строке,
сколько их, метафор этих, портят стих некстати.
Спелый рыжик – это солнце в поднятой руке,
опускается в корзину солнце на закате.
В кронах белки шустрят, сосны ввысь глядят, стройны.
Облака с вершин сползают, что из бочки известь.
Листья падают вниз, словно деньги страны
при инфляции, где злобствует кризис.
Кто шуршит деньгою этой, притаясь, как тать?
Это ёжик! Ну, колючий, будешь при башлях!
Тишина стоит такая: если закричать –
рухнет небо! – или горы обратятся в прах…

Я бреду тропой кремнистой, насыпью скольжу.
Что мне рыжики-грибочки? Брежу высотой!
Всей душою понимаю: я с в о ё скажу!
Понял бы меня, услышав, кто-нибудь душой!
Сны и мысли прояснились. Видимо, не зря
всё сюда меня манило, всё сюда влекло.
Заблудиться в жизни можно, а в лесу – нельзя,
это в жизни, словно в дебрях, а в лесу – светло…


ТАТАРНИК

Сквозь клочья тумана сиреневый лик
мелькает, скрывается, брезжит.
Откуда он взялся, зачем он возник,
татарник суровый и нежный?

Осыпались листья. Пожухла полынь.
Печалью повеяло древней.
В стране, где уже не осталось святынь,
татарник вдруг душу согрел мне.

Нет-нет, да крупою в лицо сыпанёт
с вершин, где гуляют метели.
Ах, этот татарник так долго цветёт,
что нет ни кровиночки в теле.

Колючие ветви. Сухая трава.
Пред ликом февральских инфляций,
за что он имеет святые права
так долго цвести и держаться?

Имеет!
А ветер порывистый зол,
а солнце чадит вполнакала.
Но если татарник ещё не отцвёл,
и нам унывать не пристало.


МОЖЖЕВЁЛОВАЯ РОЩА

Можжевёловая роща,
паутинки клейкой нить,
научиться б жить попроще,
научиться б – просто жить.
Научиться б в рощах вешних
забывать о стылых днях.
С веток тянутся черешни
прямо в рученьки в садах.
Можжевёловая сказка,
солнца призрачный овал,
пусть порою был неласков,
только лживым – не бывал.
Не терял в любовь я веру,
просто я о ней не пел,
виноградник на шпалерах
порыжел и покраснел.
У шалфея пряный запах,
залихватский голосок,
повернусь лицом на запад,
да спиною на восток.
Руки крыльями раскину,
не взлечу, так закружусь,
золотую середину
выбирать я не гожусь.
Наклонюсь к дружку-шалфею,
хмелем всю затопит грудь,
о любви я петь не смею,
чтоб не сглазить,
не спугнуть…


Очень сильно!!!
Спасибо, дорогой Вячеслав!!!
Шлю самые наилучшие пожелания!!!