Эдит Ситуэлл Леди со швейной машинкой и др.

Дата: 30-11-2012 | 17:00:04

Эдит Ситуэлл*    Леди со швейной машинкой.
(Перевод с английского).

В полях, зелёных, как шпинат,
расчерченных что циферблат,

высокий дом предстанет взорам.
Весной вокруг, как шаль с узором,

лежит цветочное панно -
хоть чуть наивно и смешно.

Внутрь входят, отыскав лазейки,
лучи - как птички-канарейки.

Но там же слышен нудный звук,
назойливый машинный стук.

У Вас кудряшки, как петрушка,
прикрыли лоб и оба ушка.

Сидите Вы всегда с шитьём,
а жизнь уходит день за днём.

Уйти в шитьё от жизни - средство,
чтоб как-то скрыть её уродство.

Стучит иголка. Суета...
А мне в ней слышится мечта

скорее застегать мой разум,
чтоб стал он тих и мягче разом.

Но нет ! Не выйдет ! Волен он.
Хоть землю, море, небосклон

вошьёте в плед свой лоскутами,
так на здоровье ! Грейтесь сами !

Edith Sitwell The Lady with the sewing-machine


Across the fields as green as spinach,
Cropped as close as Time to Greenwich,

Stands a high house; if at all,
Spring comes like a Paisley shawl -

Patternings meticulous
And youthfully ridiculous.

In each room the yellow sun
Shakes like a canary, run

On run, roulade, and watery trill -
Yellow, meaningless, and shrill.

Face as white as any clock's,
Cased in parsley-dark curled locks -

All day long you sit and sew,
Stitch life down for fear it grow,

Stitch life down for fear we guess
At the hidden ugliness.

Dusty voice that throbs with heat,
Hoping with your steel-thin beat

To put stitches in my mind,
Make it tidy, make it kind,

You shall not: I'll keep it free
Though you turn earth, sky and sea

To a patchwork quilt to keep
Your mind snug and warm in sleep!

Примечание.
*Эдит Ситуэлл (1887-1969) - английская поэтесса.

Эдит Ситуэлл     Пробежала мышка
(Перевод с английского).

Пробежала мышка,
в чёрной ночи тиха.
Пробежала мышка,
закутана в меха.

Слоновья одышка
из морского нутра.
Чёрной ночью сера,
пробежала мышка.

Кот в свой угол уполз
и улёгся дугой -
мерно храпит, как мопс.
В мире лад и покой.

Edith Sitwell    Madam Mouse Trots...
"Dame Souris trotte gris dans le noir !" - P.Verlaine

Madam Mouse trots,
Gray in the black night!
Madam Mouse trots:
Furred is the light.
The elephant-trunks
Trumpet from the sea....
Gray in the black night
The mouse trots free.
Hoarse as a dog's bark
The heavy leaves are furled....
The cat's in his cradle,
All's well with the World!
"Facade", 1922.

Эдит Ситуэлл      Мудрец и глупец
(Перевод с английского).

Глупец присел на бурый
валун, что в землю врос.
Был схож с ослиной шкурой
окрас его волос.

Он долго ныл безрадостно,
что очень одинок -
вдруг кто-то молвит благостно:
"Иду к тебе, дружок !
Я тот осёл, что Августу,
спросившему про Акциум,
триумф его предрёк !"

Эдит Ситуэлл    Утренняя погудка.
(Перевод с английского).

Джейн, Джейн !
Длинная журавка, сонная красавка !

Солнце на дворе.
Стыдно дрыхнуть на заре !

Расчешись под песенку
и скачи на лесенку.

Все балясинки блестят -
дождик лил всю ночь подряд.

Все политы, все помыты
и торчат, как сталактиты.

Где ни ступишь - стук да звон:
в каждой звучный обертон.

Все ступеньки гладки,
да скользки и шатки.

После каждого дождя
все дрожат, по ним сходя.

Наперёд давай-ка сходу
доберись до огорода,

только клумб не раздражай,
амаранты не срывай.

Разожги на кухне пламя,
с разноцветными огнями:

тот - как репка, тот - морковь.
Ставь кастрюлю и готовь !

Хохолок твой на ветру
резво вступит с ним в игру...

Джейн, Джейн !
Длинная журавка ! Сонная красавка !

Я бужу тебя не зря.
Занялась уже заря.

Edith Sitwell    Aubade

JANE, Jane,
Tall as a crane,
The morning light creaks down again;

Comb your cockscomb-ragged hair,
Jane, Jane, come down the stair.

Each dull blunt wooden stalactite
Of rain creaks, hardened by the light,

Sounding like an overtone
From some lonely world unknown.

But the creaking empty light
Will never harden into sight,

Will never penetrate your brain
With overtones like the blunt rain.

The light would show (if it could harden)
Eternities of kitchen garden,

Cockscomb flowers that none will pluck,
And wooden flowers that 'gin to cluck.

In the kitchen you must light
Flames as staring, red and white,

As carrots or as turnips shining
Where the cold dawn light lies whining.

Cockscomb hair on the cold wind
Hangs limp, turns the milk's weak mind . . .

Jane, Jane,
Tall as a crane,
The morning light creaks down again!
"Bucolic comedies"

Эдит Ситуэлл    Тёмная песня
(Перевод с английского).

Огонь был ярый, шумноватый
и всё рычал, как зверь мохнатый.
Он был в плену у злых людей
и вырывался из цепей.
Девица молвит, топнув ножкой:
"Мне тяжко быть домашней кошкой
и греть бока у камелька.
Учтите: кровь во мне дика.
Чем плен, милей объятья смерти
во вьюжной зимней круговерти".
Огонь, трясясь медвежьей шкурой,
поддакнул сгоряча.
Земля, под толстой шубой бурой,
откликнулась, ворча.

Edith Sitwell Dark Song

The fire was furry as a bear
And the flames purr...
The brown bear rambles in chain
Captive to cruel men
Through the dark and hairy wood.
The maid signed, "All my blood
Is animal. They thought I sat
Like a household cat;
But through the dark woods rambled I...
Oh, if my blood would die!"
The fire had a bar's fur;
It heard and knew...
The dark earth furry as a bear
Grumbled too!
"Фасад", 1922.

Эдит Ситуэлл    Кавалер из дальней страны.
(Вольный перевод).

Роза с Алисой - алые губки,
нежные щёчки, милые ямки.
Ротики манят - будто то кубки,
волосы взбиты - будто то замки.
Ласковей взглянут - и я обольщён.
В сердце тотчас зажигается зарево.
Пусть и не скажут, что я недурён,
пусть я и тёмен, как чёрное дерево,
но золотой мелодический звон -
слаще, чем мёд, как начну я одаривать...
Звонкими дукатами я украсил речь.
Бодрыми ягнятами бегут девчушки вскачь,
через воды прянув. Вздумаю привлечь,
так от всех баранов удирают прочь.
И, кто б ни наговаривал, что я иных кровей,
а в краю лазоревом я стал любимым деревом:
деревом влекущим, да с пьянящим маревом.
Золотые пташки поют среди ветвей.


Edith Sitwell    A man from a far country.

Rose and Alice,
Oh, the pretty lassies,
With their mouths like a calice
And their hair a golden palace-
Through my heart like a lovely
wind they blow.
Though I am black and not comely,
Though I am black as the darkest trees,
I have swarms of gold that will fly
like honey-bees,
By the rivers of the sun
I will feed my words
Until they skip like those fleeced lambs
The waterfalls, and the rivers
(horned rams),
Then for all my darkness I shall be
The peacefulness of a lovely tree-
A tree wherein the golden birds
Are singing in the darkest branches, oh!
"Фасад", 1922.

Эдит Ситуэлл     Ослиная морда
(Вольный перевод).

Гляди, как млечные соки звёзд
ослиная морда пьёт -
сколько с Земли ни подаст
спиральный трубопровод.
То молоко ослиц, что таятся в морях,
разлитое в заповедных песках.
(А Коломбине,
в её убор,
собрана ныне
трава "водосбор").
Бобры с болотных окраин,
что строят свой Вавилон,
твердят, что это брата Каин
разит там в небе испокон.
Нет ! Это ослиная морда, дурацкая рожа,
что, алчную пасть разиня,
у небесного кабака,
пьёт - не напьётся ослиного молока
и, в раже, пачкает пряжу,
что надобна Коломбине.

Edith Sitwell    Ass-Face

Ass-Face drank
The asses' milk of the stars...
the millky spirals as they sank
From heaven's saloons
and golden bars,
Made a gown
For Columbine,
Spirting, down
On sands divine
By the asses' hide of the sea
(With each tide braying free).
And the beavers building Babel
Beneath each tree's thin beard,
Said, "Is it Cain and Abel
fighting again we heard?"
It is Ass-Face, Ass-Face,
Drunk on the milk of the stars,
Who will spoil their houses
of white lace -
Expelled from the golden bars!
"Фасад", 1922.

Эдит Ситуэлл    Хрустальные бубенцы.
(Перевод с английского).

Колокольцы в трепыханье -
льдышки на ветле.
Лебединое дыханье
тонет в сизой мгле.
Стали, вроде рослых пагод,
два говоруна.
Завели свой спор не на год -
только дотемна.
Я, сквозь снег, одна лишь слышу
эти голоса.
Гуси мчатся где-то выше -
драют небеса.

Edith Sitwell     Bells Of Gray Crystal

Bells of gray crystal
Break on each bough--
The swans' breath will mist all
The cold airs now.
Like tall pagodas
Two people go,
Trail their long codas
Of talk through the snow.
Lonely are these
And lonely and I ....
The clouds, gray Chinese geese
Sleek through the sky.
"Фасад". 1922.

Эдит Ситуэлл     Смуглая миссис Бегемот
(Перевод с английского).

В номере отеля
миссис Бегемот
сыплет злые трели,
мальчика зовёт:
"Марш сюда скорее !
Всклоченный парик,
вот тебя я взгрею
и прихлопну вмиг !"
Свечка брызжет, капли льёт.
Фитилёк остёр, как жало.
Пламя задрожало -
а никто нейдёт.
Лишь напуганный зверёк,
в шёрстке, как овечка,
юркнул за порог...
Дунул ветерок -
и погасла свечка.
Убежал пострел.
Куда же ? -
Поиграть на пляже.

Edith Sitwell    Black Mrs. Behemoth

In a room of the palace
Black Mrs.Behemoth
Gave way to wroth
And the wildest malice.
Cried Mrs.Behemoth,
"Come, court lady,
Doomed like a moth,
Through palace rooms shady !"
The candle flame
Seemed a yellow pompion,
Sharp as a scorpion;
Nobody came.....
Only a bugbear
Air unkind,
That bud-furred papoose,
The young spring wind,
blew out the candle.
Where is it gone ?
To flat Coromandel
Rolling on !
"Troy Park"

Эдит Ситуэл     К нам явился Дятел знатный...

К нам явился Дятел знатный
с бутоньеркой ароматной.
В ней чирикали гавоты
птички в клетках вроде грота:
"Иродиадина блоха
по имени Аманда
танцевать была лиха
и скакала без греха
отсюда до Уганды.
(Длинная, как свеча,
и влюбилась сгоряча).
Вроде Саломеи,
косы распустив,
танцевала фея
на Генделев мотив".
О финале не смолчу:
повстречалась Смерть им где-то
и дохнула на свечу
запахом циветты.

Edith Sitwell     Came the great Popinjay

Came the great Popinjay
Smelling his nosegay:
In cages like grots,
The bird sang gavottes.
"Herodiade's flea
Was named sweet Amanda.
She danced like a lady
From here to Uganda.
Oh, what a dance was there!
Long-haired, the candle
Salome-like tossed her hair
To a dance tune by Handel"...
Dance they still? Then came
Courtier Death
Blew out the candle flame
With civet breath.
"Фасад", 1922.

Эдит Ситуэлл    Сэр Вельзевул
(Пересказ)

Раз сэр Вельзевул немного глотнул
в Аду, где доныне помнят о Прозерпине.
Волны моря посинели, как жандармские шинели.
(Можно покалечиться - валят с ног буфетчицу).

Сэр Вельзевул лют - больше не несут.
Край неба гиппопотамово мрачен, а день назначен
для приветственного поклона Альфреду Лорду Теннисону.
Лауреат почти добрёл - сейчас ступит на мол,
куда уже прещедро навалены лавры
от поклонников воздержания (внесённых в поминания).
Перед встречею со славой шаг у Лорда величавый.
(Ковыляет по шхерам классическим размером, ямбом - по дамбам)...

Но как в бою под Балаклавой, встретился с мощной лавой.
Синяя стража, морская жижа, не пускает ближе.
Пока Вельзевул орёт - никто не пройдёт.
Пока не доставят ром - ... закрыт приём !

Edith Sitwell    Sir Beelzebub

When
Sir
Beelzebub called for his syllabub in the hotel in Hell
Where Proserpine first fell,
Blue as the gendarmerie were the waves of the sea,
(Rocking and shocking the barmaid).

Nobody comes to give him his rum but the
Rim of the sky hippopotamus-glum
Enhances the chances to bless with a benison
Alfred Lord Tennyson crossing the bar laid
With cold vegetation from pale deputations
Of temperance workers (all signed In Memoriam)
Hoping with glory to trip up the Laureate's feet,
(Moving in classical metres) ...

Like Balaclava, the lava came down from the
Roof, and the sea's blue wooden gendarmerie
Took them in charge while Beelzebub roared for his rum.
... None of them come!
"Фасад", 1922.

Эдит Ситуэлл     Моряк
(Перевод с английского).

"Моряк ! Ты с виду старше моря !
Куда ты всё глядишь из-под руки ?"
"На те два поезда. Они, заспоря,
могли бы побежать вперегонки.
У них крепки колёса и вагоны.
Не трудно выбрать рейс повеселей:
сначала полпути до Вавилона -
и в Трою, мимо клеверных полей !
Когда вперёд по рельсам поезд мчится,
дым вьётся как клочки моих волос...
На что тебе об этом знать, девица ?"
(И впрямь ! К чему я задала вопрос ?).

Edith Sitwell Mariner man

"What are you staring at, mariner man
Wrinkled as sea-sand and old as the sea?"
"Those trains will run over their tails,
if they can,
Snorting and sporting like porpoises. Flee
The burly, the whirligig wheels of the train.
As round as the world
and as large again,
Running half the way
over to Babylon, down
Through fields of clover
to gay Troy town-
A-puffing their smoke
as grey as the curl
On my forehead as wrinkled as
sands of the sea!-
But what can that matter
to you, my girl?
(And what can that matter to me?)"
"Фасад", 1922.

Эдит Ситуэлл    Трамваи
(Перевод с английского).

Быстрые хрустальные
колёсные дворцы
утюжат магистральные
всем нужные концы.
На весёлых улицах
кричащие флажки,
а в углах сутулятся
фруктовые ларьки.
Пёстрые, довольные
полчища зевак.
Звоны колокольные,
песенки гуляк.
Пухлая, как вишенка,
щёчки - ярче роз,
тётка Берри, нищенка,
прочищает нос.

Edith Sitwell    Trams

Castles of crystal.
Castles of wood,
Moving on pulleys
just as you should!
See the gay people
Flaunting like flags,
Bells in the steeple,
Sky all in rags.
Bright as a parrot
Flaunts the gay heat -
Songs in the garret,
Fruit in the street;
Plump as a cherry,
Red as a rose,
Old Mother Berry -
Blowing her nose!
"Фасад", 1922.

Эдит Ситуэлл     Белая сова.
(Перевод с английского).

В белой смородине матушка Банч,
прячась в листве, всё смеялась, как Панч.
Вишни, красуясь, надели наряды -
в рюшах, похожие на водопады.
Свет от луны был густым, как творог.
Вишням - увы ! - не спалось от тревог.
К ним присоседилась, жалобно ухая,
та ж миссис Банч, сова корноухая:
"Если я нынче развоюсь от горя,
плачем своим заглушу я и море.
Мучусь без денег - всю жизнь посейчас.
Нет их на траты и нет про запас".
Кустик смородины тоже трещал...
Утром сова прекратила скандал.

Edith Sitwell    The white owl

The currants moonwhite
as Mother Bunch
In their thick-bustled leaves were
laughing like Punch;
And, ruched as their country waterfalls,
The cherried maids walk beneath
the dark walls.
Where the moonlight was falling
thick as curd
Through the cherry-branches
half-unheard
Said old Mrs. Bunch,
the crop-eared owl,
To her gossip:
"If once I began to howl,
I am sure that my sobs would
drown the seas -
With my "oh's and my ah's"
and my "oh dear me's!"
Everything wrong
from cradle to grave -
No money to spend,
no Money to save!"
And the currant-bush began to rustle
As poor Mrs. Bunch arranged her bustle.
"Фасад", 1922.

Эдит Ситуэлл    Восьмидесятилетний
(Перевод с английского).

Восьмидесятилетний
старик вещал в окне.
Историй несусветней
не взвидишь и во сне.
"Мой ночной колпак,
неизвестно как
зацепился за шаткий сучок.
В колпаке - Единорог
и с ним малютка Инфанта
танцуют lavolta
(Хлопает в ладоши: molto
Lent' eleganta)."
А некто зажёг огонёк
и рыщет то выше, то ниже -
и всюду цирк:
то мяу, то фырк.
Он ищет дальше и ближе...
Il dottore ! - Он - чудной:
сборщик зелени целебной
под прекрасной и волшебной,
но безжизненной луной.

Edith Sitwell    The octogenarian

The octogenarian
Leaned from his window,
To the valerian
Growing below
Said, "My nightcap
Is only the gap
In the thrembling thorn
Where the mild unicorn
With the little Infanta
Danced the lavolta
(Clapping hands: molto
Lent' eleganta)."
The man with the lanthorn
Peers high and low;
No more
Than a snore
As he walks to and fro...
Il Dottore the stoic
Culls silver herb
Benath the superb
Vast moon azoic.
"Фасад", 1922.

У произведения нет ни одного комментария, вы можете стать первым!