Три девицы

Дата: 10-10-2012 | 15:33:26

                    "Представьте себе, какая была бы тишина, если б
                     люди говорили только то, что знают!"
                                                                                         (Карел Чапек)

                    "…Чистейшей прелести чистейший образец."
                                                                             (Александр Пушкин)



Три девицы-баловницы,
чародеев ученицы,
понапялив пёстрый хлам,
понакрасивши ресницы,
дескать масленица длится,
надо петь и веселиться,
хорошо б поспеть к блинам,
поплевавши по углам,
порешили двинуть в храм.

Позабывши стыд и срам,
там устроили шум-гам,
и бедлам и тарарам,
и гоморру и крамолу…
Для чего? Да по приколу —
раз блинов не дали им,
порешили: отомстим!
Закудахтали курями,
засвистали соловьями —
так охрану напугали,
что недели три не спали
удалые молодцы,
благонравия бойцы.

Веры рыцари — смутились,
бодрым духом возмутились,
потому что люд сей славный
чтил исправно дух державный,
и орла державы чтил —
встал — и Бога защитил!
Трёх кощунниц все искали,
между тем, мужи решали —
то ли на кол ведьм сажать,
то ли заживо сожрать
кинуть псам срамную нечисть,
чтоб весь мир очеловечить,
дабы веры дать урок
всем подобным тварям впрок.

Вновь сияла в небе жарко
веры огненная арка.
От расправ девиц спасти
Патриарх всея Руси
упросил страны монарха.
Назывался он не ярко:
то "премьер", то "президент",
создавая прецедент;
то блажил — струил в эфир
(типа юмор) про сортир;
как подвижник — озаренья
сподоблялся и виденья:
толпы шли — но вот что диво —
все несли презервативы;
вслух сказать не каждый б смог
толковний всех итог.

Цезарь тот (в народе: "презик"),
практик, логик, теоретик,
хорошо знал свой народ —
хитро девок уберёг
(все дивилися уму)
спрятал девушек в тюрьму.
Сам, за стенами Кремля,
обернулся в журавля,
полетел в острожный двор;
опираясь о забор —
словно тать-разбойник-вор —
под окошком тихо встал,
речи их запоминал.

"Кабы я была царица, —
говорит одна девица…
все три взапуски орут, —
то царю-хмырю капут!"
Вздрогнул царь — что ведьмы бают! —
по германски рассуждают…
смуту песня их несёт;
пасть заткнуть им — Бог зачтёт! —
тут оккультные дела,
да антихристова мгла
(знамо всем, кто их пасёт,
след до Лондона ведёт —
там, с фамилией футбольной,
дух скрывается крамольный,
что и эту сеть плетёт).

Опечален государь —
сгибнет царство, веру жаль —
сгинет весь народ без веры
(что за вера без царя!),
что останется — химеры:
мифы, лозунги… А я?!
Без меня моя земля
превратится в грязь болота,
и начнётся тут охота:
перспективы дохрена —
Я ж сойду за кабана! —
да свои же и сдадут,
за пол-царства продадут!
Затаит держава стон,
но попрут со всех сторон
бесы вражьих голосов…

С патриархом (без часов),
да с Фемидой (без весов)
обсудил все пируэты
дьяволиц, учёл советы,
приказал на правый суд
привести: там разберут!
Суд, известно, если правый —
будет справная расправа —
лет так семь валили б лес!
Но попутал прессу бес
раструбить об этом деле
(как всегда: недоглядели);
полетела всюду весть:
царь-тиран готовит месть,
потому де, что девицы
замахнулись, враз — в царицы —
не в обслугу, не стучать,
не кричалки покричать:
государя величать.

Клевета в дуду дудела,
барабанами гремела,
безграничный беспредел
до Европы долетел.
У красавицы Европы
много выпало ресниц:
слёзно молит за девиц —
видит Бог! — стигматы "попа"
на одной из ягодиц.
На ушах поп-арт стоит,
изо ртов ползёт непруха,
резидент свободы духа —
теле-визирь — аж, блажит.
Зритель — видел ли, не видел:
"ирод, ведьмушек обидел!" —
вторят лешие, русалки,
и весталки, и гадалки…
воют ветры и леса…
Сгиньте, вражьи чудеса!

Но кружат лихие птицы —
утки — вражеских страниц,
письма шлют из-за границы
в оправданье дьяволиц!
Мир, куда ты прёшь — ты спятил! —
застучал дежурный дятел.
Мелкой дрожью олигархи
друг из друга долг трясут,
депутаты крылья шьют
журавлиные — всех жалко —
клир рыдает, все епархи
поминают Страшный Суд,
молит Бога патриарх
о затравленном монархе.

И… бывают же подарки —
всеблагую весть несут
все газеты до единой:
православные дружины,
ФСБ, менты, Хамсуд…
одолеют исполина —
трёх девиц —
и Русь спасут!





Уважаемый Владимир! Поскольку нет комментариев, осмелюсь сунуться со своим блеклым эксиком. Странно мне все это, говоря откровенно.

Этой сказке долго длиться.
Как обычно, власть права.
« Прошмандовка», «кошуница»
и подобные слова
лезут в наш язык без спросу —
как детишек уберечь?
Не к лицу великороссу
так свою калечить речь.
Отольется всем на славу
сей минутный карнавал,
ну, а Клаву с балаклавой
лишь лентяй не рифмовал.
В жизни ведь бывает всяко—
осрамят и вознесут.
Лермонтов напрасно вякал
про какой-то Божий суд.
Оказался на Кавказе,
быстро пулю проглотил.
Не спастись ни в коем разе,
рок свиреп, что крокодил.
Не нажать на кнопку Reset,
здесь другие кнопки жмут,
но, наверно — не повесят,
не пристрелят, не сожгут.
И свои имеют краски
добродетель и порок.
Даже, если страшно в сказке,
все равно, она — урок.