Из книги Э.Горюхиной. Упрямый Шепилов

- Война развязывает руки.
Убийство не проходит бесследно.
Неважно, ради чего ты убил.
Главное, что убил.
Он очень упрям – Александр Шепилов
из миротворческих сил в Цхинвали.
На все сомнения он отвечает только так:
- Не убий.

Миротворцы научили меня
не называть национальность,
когда речь идет об убийстве.
В штаб заходит Валериан Гаглашвили.
У него экспрессия трагиков прошлого века.
-Вариантов нет. Только примириться.
Все, что произошло, имеет лишь одно название –
безумие, -говорит он.

Связист штаба Владимир Литенко
рассказывает об освобождении восьми заложников.
Операцию проводили псковские десантники.
- Я стоял у подножия горы, в голову лезла всякая жуть.
Роскошная была бы ночь, если бы не эти дела.
Ах, какие здесь по ночам звезды!
И почему они воюют в такой красоте?
Псковитяне спустились на бандитов, как летучие мыши.
Как они сумели во тьме отделить бандитов от заложников-
не понимаю…

Спрашиваю у Шепилова:
есть ли такое ощущение: воевать нравится?
-Это может нравиться только человеку с больной психикой,-
слышите? Больной!
И почему - то советует идти в комнату психологической разгрузки.

Комнатой психологической разгрузки оказался двор штаба,
где гулял огромный пес с ободранными,
простреленными боками.
Волкодав. Охранял отары. От людей отвык,
но бесконечную бойню не смог выдержать –
приполз к военным за помощью.

-Это преступно – вооружать народ, -говорит Шепилов.
если оружие есть, оно выстрелит.
Война дает иллюзию простого решения любого вопроса:
взять автомат и убить.
Не верит, что нельзя прекратить перекачивание оружия:
- Как же так? Каждый автомат и патрон на учете…

Гига Арвеладзе- мхедрионец.
Передвигается в инвалидной коляске.
Рассказывает, как 9 апреля 1999 года
осетины хотели приехать в Тбилиси с грузинскими флагами,
но Звиад Гамсахурдиа начал боевые действия.
-Войну начали мы, – коротко говорит он.
В Сухуми вошли внутренние войска, а не армия.
Это было 14 августа 1992 года.
Уже 20 августа мы собрались- грузины и абхазы.
Решили, что войны не должно быть,
но какие-то силы поняли,
что лучшей провокации для войны нет.
Началась бойня.
Он художник-мультипликатор,
и я спросила, работает ли он над картинами.
-Нет. От кисти к пистолету перейти нетрудно,
обратно – невозможно.
Есть грань, которую нельзя перейти,
перешел - уже убийца,
о каких бы твоих подвигах не говорили.

Кульминации рассказов о пережитом -
та часть события,
где абхаз, грузин или осетин сказали «нет!» насилию.
Об этом говорится с пафосом -
так преодолевается безумие войны.
Человеческая психика выбирает только то событие,
которым можно спастись.

Каморка связистов.
Света нет. Мы набились, чтобы согреться.
Один солдатик, мой земляк из Новосибирской области,
дает мне пятьсот рублей:
- Передайте маме. Ей они там нужнее.
В районе Эшер разрываются бомбы.
Бесик Габачия рассуждает вслух:
Почему приходит политика и перечеркивает нашу веру друг в друга?
Когда я голосовал за независимость Грузии,
я не голосовал против России.
Это он, Бесик, сказал, что Сатана не силен.
-Сатана ищет слабых,
мы не должны оправдать его надежды.
1991-1992 г.

Каким-то чудесным образом эта документалистская проза, выстроенная столбцами, обретает многие качества поэзии.
Не понимаю, как это происходит. Магия правды, видимо...
ИЧ

Не магия это... Поэзия высочайшего класса плюс правда. Ваш Сорокин