Болеслав Лесьмян. Три стихотворения.

DWOJE LUDZIENKOW

Czesto w duszy mi dzwoni piesn, wylkana w zalobie,
O tych dwojgu ludzienkach, co kochali sie w sobie.

Lecz w ogrodzie szept pierwszego milosnego wyznania
Stal sie dla nich przymusem do naglego rozstania.

Nie widzieli sie dlugo z czyjejs woli i winy,
A czas ciagle uplywal - bezpowrotny, jedyny.

A gdy zeszli sie, dlonie wyciagajac po kwiecie,
Zachorzeli tak bardzo, jak nikt dotad na swiecie!

Pod jaworem - dwa lozka, pod jaworem - dwa cienie,
Pod jaworem ostatnie, beznadziejne spojrzenie.

I pomarli oboje bez pieszczoty, bez grzechu,
Bez lzy szczescia na oczach, bez jednego usmiechu.

Ust ich czerwien zagasla w zimnym smierci fiolecie,
I pobledli tak bardzo, jak nikt dotad na swiecie!

Chcieli jeszcze sie kochac poza wlasna mogila,
Ale milosc umarla, ju| milosci nie byBo.

I poklekli spoznieni u niedoli swej proga,
By sie modlic o wszystko, lecz nie bylo ju| Boga.

Wiec sil reszta dotrwali az do wiosny, do lata,
By powrocic na ziemie - lecz nie bylo juz swiata

ДВОЕ ЧЕЛОВЕЧКОВ.


Песню слышу в душе я, в ней печаль и разлука,
О тех двух человечках, что любили друг друга

Но в саду лишь раздался первый шёпот признанья,
Стал причиной нежданной он беды- расставанья

Отчего та разлука – чья-то воля, вина ли?
Но года безвозвратно текли, уплывали.

А когда повстречались со цветами в ладонях,
Заболели хворобой, невиданной до них .

Под платаном два ложа, под платаном две тени.
Под платаном прощаясь, друг на друга глядели.

И без ласки, безгрешно тут же оба погибли,
Ни слезиночки счастья, ни единой улыбки.

Уст их розы загасли в смертном холоде этом,
Побледнели мгновенно, как не видано светом.

Полюбить не пришлось им за порогом могилы,
Уж любови не стало, уж любовь их остыла.

На коленях недолю свою у порога
Умоляли , молились, но уж не было Бога.

Сил остатка хватило до весны им, до лета,
Чтоб на землю вернуться - но уж не было света.

TOPILEC
W zwiewnych nurtach kostrzewy, na lesnej polanie,
Gdzie sie las upodobnia lace niespodzianie,
Leza zwloki wedrowca, zbedne sobie zwloki.
Przewedrowal swiat caly z oblokow w obloki,
Az nagle w niecierpliwej zapragnal zalobie
Zwiedzic duchem na przelaj zielen sama w sobie.
Wowczas demon zieleni wszechlesnym powiewem
Ogarnal go, gdy w drodze przystanaB pod drzewem,
I wabil nieustannych rozkwitow pospiechem,
I necil ust zdyszanych tajemnym bezsmiechem,
I czarowal zniszczota wonnych niedowcielen,
I kusil coraz glebiej - w te zielen, w te zielen!
A on biegl wybrzezami coraz innych swiatow,
OdczBowieczajac dusze i oddech wsrod kwiatow,
Az zabrnal w takich jagod rozdzwonione dzbany.
W taka zamrocz paproci, w takich cisz kurhany,
W taki bezswiat zarosli, w taki bez brzask gluchy,
W takich szumow ostatnie kedys zawieruchy,
Ze lezy oto martwy w stu wiosen bezdeni,
Cienisty, jak bor w borze - topielec zieleni

УТОНУВШИЙ.
Среди волн овсяницы в лесу, на поляне,
Там, где лес уподобился лугу нежданно,
Тело странника скрыто, уж ненужное тело.
С облаков в облака обошёл он мир целый,
и внезапно желаньем –печалью нацелен,
духом всем устремился в зелёную зелень.
Тут же зелени демон дыханьем вселесным
Охватил его душу объятием тесным,
и цветением трав соблазняя поспешным,
нёс усталым устам ласку тайны нездешней ,
чары душные вянущих невоплощений,
и заманивал душу зелёной пучиной!
И бежал он уж новых миров побережьем,
Расчеловечен цветением нежным,
и остался с трезвонами ягодных жбанов
в помрачении папоротников, в молчанье курганов,
в том безмире чащобы, в глуши безрассвета,
в отшумевших метелях когда-то и где-то,
и лежит словно мертвый в ста вёснах бездонных,
в чернолесье, зелёный – утонувший в зелёном.


NOCA

Cos bez twarzy i na wznak spi w gwiazdach niezlomnie,
Spi i nie chce sie zbudzic w tych skier zawierusze.
Mieszkasz w domu nad rzeka i trwozysz sie o mnie.
Przyjde jutro na pewno! Dzis smucic sie musze.

Spieszy w zaswiat na zebry cien brzozy sierocy.
Krzyz chce w przepasc sie rzucic z pagorka nad droga!
Wszyscy naraz bogowie wymarli tej nocy,
I odtad juz sie nie mam pomodlic do kogo!

Nie zaufam bezmiarom! Nie zalkam w noc ciemna!
Rak nie wzniose ku niebu po modlitwy zgonie!
A ty za mnie w tej chwili wyciagasz swe dlonie,
Choc wiesz, |e procz tych dloni, nic nie ma nade mna!

Jest tylko ta proznica, w ktore czar przelewa
Slonce, azeby spelnic mgiel wole daleka...
Ta pro|nica - te kwiaty - motyle i drzewa -
Drzewa - kwiaty - motyle - i ten dom nad rzeka...

НОЧЬЮ.

Что-то безликое навзничь упало на звёздное ложе,
Спит, просыпаться не хочет в сверкании вьюжном.
В доме живёшь над рекою ты, обо мне тревожась.
Завтра я точно приду! Мне сегодня печалиться нужно .

Вот в запределье берёза нищей сироткой хлопочет,
Крест хочет броситься в пропасть с холма над дорогой!
Видимо, боги поумерли все этой ночью!,
И для молитв у меня нету теперь уже бога!

Нет, я безмерью не верю! Не жалуюсь ночи бездонной!
Рук после смерти молитвы я к небесам не вздымаю.
В эту минуту лишь ты за меня , руки свои простирая,
Знаешь, что нет ничего надо мной, кроме твоих ладоней!

Лишь пустота есть, в которую чары издревле
Солнце по воле неведомой льёт... Что же такое
та пустота - и цветы - мотыльки и деревья -
Деревья - цветы - мотыльки - и тот дом над рекою ...

ЛБ.

У произведения нет ни одного комментария, вы можете стать первым!