У. Шекспир сонет 35

Не сожалей о том, что совершил.
Шипы есть в розе, глина в роднике,
За тучами не виден блеск светил,
И гусеница прячется в цветке.

У всех грехи, не исключенье – я:
Ищу сравненья, чтобы оправдать
Твои проступки. В том вина моя,
Что тщусь твой образ заново создать.

Но стану я виновнее стократ,
Когда свой разум чувством обману.
Я прокурор, и я же адвокат.
Любовь и ненависть ведут войну.

Ограблен милым вором я в ночи.
Не я ли сам ему вручил ключи.


No more be grieved at that which thou hast done:
Roses have thorns, and silver fountains mud,
Clouds and eclipses stain both moon and sun,
And loathsome canker lives in sweetest bud.
All men make faults, and even I in this,
Authтrizing thy trespass with compare,
Myself corrupting salving thy amiss,
Excusing thy sins more than their sins are;
For to thy sensual fault I bring in sense —
Thy adverse party is thy advocate —
And ’gainst myself a lawful plea commence:
Such civil war is in my love and hate
That I an аccessary needs must be
To that sweet thief which sourly robs from me.



Roses have thorns, and silver fountains mud
Тамара!
Смысл здесь, кмк, в классическом противопоставлении явного и скрытого: (нежные) розы имеют (всё-таки) шипы, (чистейшие) серебряные источники – (скрытую на дне) грязь (скорее - муть, даже созвучно mud).
Отнюдь не тина в роднике. Кстати. При том, что тина – это и не грязь, но в настоящем (проточном!) роднике тины вообще не бывает. Она может быть в стоячей воде - в запущенном колодце, например.
С уважением,
А.К.