Лалла Рук Гл I Пророк (04) (Т.МУР)

(продолжение)

LXIX. Вся речь его, исполненная яда,
Была для Зелики посланьем ада.
«Ах, где моя заблудшая душа..?» -
Воскликнула она и удручённо,
В смятении застыла, чуть дыша.
Прочёл Моканна в крике обречённом
Испуг. И изуверски, не спеша,
Повёл её к разгадке тайны врат,
Ведущих в ад, где нет пути назад...

LXX. Немой протест? невнятная тревога? -
Моканна не увидел в них предлога
Для беспокойства, наградив её
Привычной лестью: «Ты уж здесь? О, Жрица!
Свет веры! Вдохновение моё!
Кто чистотою и красой сравнится
С тобой? И пусть кружИтся вороньё,
От прелестей твоих входя в экстаз,
Им не добыть любви твоей алмаз!

LXXI. Кем стал бы я, будь место Жрицы пусто?
Чьей проповеди высшее искусство
Мой Белый стяг к победам бы вело?
Но что за траур? Почему бледна ты?
Куда из глаз сияние ушло?
Вчера глаза горели, как агаты,
Сегодня, вдруг, поникшее чело...
Сиянью солнца не развеять грусть,
Но я за это с радостью возьмусь.

LXXII. Придам глазам твоим игру брильянта,
В них снова вспыхнет магия таланта,
Как в сем кувшине - в нем не сок земли,
В нем плещется сиянье из истока
Высоких сфер, где ангелы зажгли
Рубины звёзд в топазовых потоках -
Маяк надежды в призрачной дали,
Им, словно песней душу муэдзин,
Мой Гений заполняет сей кувшин.

LXXIII. Испей и обожжешься в капле каждой
Такой нетерпеливой жизни жаждой,
Которая вернёт огонь и свет
Твоим глазам. Ты смущена, я знаю,
Сейчас в твоей груди покоя нет,
Повинен в этом, как я полагаю,
Тот юноша. Помилуй, сколько лет
Прошло? Себя напрасно не тревожь.
Он не Азим, хотя с Азимом схож.

LXXIV. Для битв рождённый, против иноверцев,
Душой он груб, но нет вернее сердца,
Его мечом бесстрашным управлять
Помогут нам любовь и добродетель -
Булат в огне калится, чтобы стать
Острей и звонче всех мечей на свете;
И я намерен тОтчас испытать,
Способен ли свирепый янычар
Уйти от искушенья женских чар!?

LXXV. Искусство обольщать - сродни с игрою,
Где, магией сравнимы лишь с Луною,
Сияют блеском сладкой кабалы
Фиалки глаз, прикрытых белым снегом
Миндальных век прекрасной МирзалЫ,
А ножки Лейлы, пляшущим разбегом
Приковывают взгляд. Ах, как милы
Ланиты АроИ, как чувствен рот?!
И лютня Зебы лишь к любви зовёт!

LXXVI. О, мой гарем - фонтан очарованья,
В нём скрытый зов - запрет, но обещанье,
Рождая транс, кипение в крови,
В душе тотчАс же дверцу отворяет
Для Небесами посланной любви,
Из нимф моих одна лишь сочетает
Таланты всех. Попробуй, назови
Чьи чары - стать, рассудок и краса
Сильней? К кому щедрее Небеса?

LXXVII.В чьём взгляде жар лучей очарованья
Как магия в стекле для выжиганья?
Чьи губы так прелестны, что без слов,
Лишь совершенством линий соблазняют?
Чья песня мАнит, как сирены зов -
Дар божества, что Веру отбирает,
Отдав взамен лишь несколько часов
Слепого созерцанья красоты.
Она одна. И эта нимфа - ты!»

LXXVIII.Она растерянная, бледная стояла,
Прикованная взглядом к покрывалу.
Пронзали ткань ужасные слова,
Как южный ветер заросли керзраха, [ 33 ]
Чья злая, прочумлённая листва -
Источник вечный ужаса и страха.
Они, как мельничные жернова,
ДевИчьей добродетели росток
Со скрежетом стирали в порошок.

[ 33 ] - Так говорят в Персии, если человек вдыхает горячий южный ветер, который в июне или июле овевает этот кустарник (Kerzereh), это убьет его.(Т.М.)

LXXIX. Она внимала молча и, казалось,
Его тирада вовсе не касалась
Её души. Но только он изрёк
Последнюю, убийственную фразу,
Рыданье с уст сорвалось: « О, мой Бог!
За что мне эти муки? Лучше б сразу
С душою тело дьяволу в залог
Я отдала и обратила в прах
Надежду на спасенье в Небесах!

LXXX. Живя в распутстве, рядом с сатаною,
В позор и срам погрязнув с головою,
С ним грязь и преступленья разделю.
Паду сама, но упасу другого,
Тебя же заклинаю и молю:
Клянись мне всем, что есть в тебе святого,
То - не Азим, которого люблю...
И я не буду понапрасну ждать,
Я даже чёрта стану обожать!»

LXXXI. «Слова твои - суть гнева метастазы,
Но берегись неосторожной фразы,
Не гоже мне подобное терпеть,
Пусть даже от моей любимой Жрицы,
Тебе в соблазнах лучше преуспеть
И магией любви вооружиться.
Он будет наш. Он попадётся в сеть.
Как сотни воздыхателей других,
Найдущих гибель в пекле чар твоих!

LXXXII.Не хмурься, свет любви, а не печали
Твои глаза, должно быть, излучали,
Когда тепло души (иль то был сон?)
Счастливому любовнику дарила.
Благословен Азим. Но выбрал он
Сто тысяч раз - холодную могилу.
Его уж нет. Забудь и не томись.
Твой долг любить, а не страдать - смирись!»

LXXXIII.«Смириться? Да. Я это заслужила.
Огнём Небесным я не дорожила,
Так пусть меня постигнет месть Небес
А не того, кто мне и мною предан.
Он твёрд. Он верен. Ты же - мракобес,
(Чьё страшное, убийственное кредо -
Обман) в нём не пробудишь интерес.
На чаше дьявола, где адов яд,
Он никогда не остановит взгляд!

LXXXIV.Он любит и блажен, ведь он не знает,
В ком по сей день души своей не чает,
Не знает, что былая Зелика,
Святая, незапятнанная дева,
Так от него сегодня далека,
Достойна не любви его, а гнева;
Как воды вспять понёсшая река,
Безмолвно чёрной силе покорясь,
Кристальность обратила в ил и грязь.

LXXXV.Ликуй, злодей, моё ты сделал имя
Клеймом рабыни. Кем я стала ныне?
Мне не уйти от адова огня,
Но ад - ничто, пока Азим не знает
Про мой позор. Он думает - меня
Не изменить, любовь моя не тает...
И это - истинно! Так думаю и я!
Оставь мечту Азима подчинить.
Он чист и свят. Его не надломить.

LXXXVI.И мне одной брести, не видя света,
В проклятом царстве, там, где нет ответа
Заблудшим душам на немой вопрос:
Как имя им? Пришли они откуда?
Кто им страданья адовы принёс?
Спасенья нет, надежды нет на чудо!
О! Дьявол, это твой апофеоз...
Ликуй, злодей! Меня ты победил,
И душу сжег, и тело отравил!»

LXXXVII.«Сдержись, безумная, ты понимаешь,
Чей гнев ты дерзким словом искушаешь?!
И половиной дерзости твоей
Не обладает крошечная птица,
Которая, как меж густых ветвей,
У крокодила меж клыков резвится! [ 34 ]
Отдай гарему жар своих речей,
Где ты, моя невеста, только лишь
Любви и Господу принадлежишь.

[ 34 ] - Жужжащая птица, говорят, рискует с целью чистки зубов крокодила. То же самое касается чибиса - факт, которому он был свидетелем. (Поль Лукас « Путешествие 1714».

LXXXVIII.Святая? Грешница? Наполовину.
Подобие надгробия Меддины -
Меж Адом и Эдемом твой полёт,
Но он подобен бегу серой мыши,
Который взглядом кобра пресечет,
Чьей жертве не найти укромной ниши,
И в пасть сама, стеная, поползёт.
Вот так и ты - рыдая и кляня,
Ни шагу прочь не ступишь от меня!

LXXXIX.И быть тебе невестою Моканны,
Пока горят рассветы Хорасана,
Но в час венчанья буйно воспарят
Смертельной сладостью пустые склепы,
Восстанет мертвецов прелестный ряд,
Торжественно и, вместе с тем, нелепо
Перстом костлявым нас благословят,
И чашу, что заменит страшный суд,
К губам твоим порочным поднесут.

XC. Ту самую, что ты в порыве жажды
Глотком уже измерила однажды.
Мучительный и сладостный глоток
(Проклятый или же благословенный),
Ты повторишь, чтобы никто не смог
Проклятья цепь разрушить. Несомненно,
В гарем ведёт любая из дорог.
Ступай и сохрани во взгляде даль,
Веселье, дикость, злость... Но не печаль!

XCI. Однако, стой. Тебе не станет новью
Любовь моя к людскому поголовью,
Так птице Нильской ядовитый ил
По нраву больше, чем иная пища,
Морской собаке мелкой рыбки мил
Приятный вкус, другой она не ищет,
А я бы человечинки вкусил...
Люблю людей... как жертвенную дичь,
И это лишь тебе дано постичь;

XCII. В твоих глазах я вижу отраженье
Блаженного ко мне расположенья,
О! Да! Какая мощь в твоих глазах!
Тобой не может обладать калека,
Чей жребий - рабский труд и рабский страх,
Так пусть же месть падет на Человека!
Она в моих чудовищных делах,
Которые к своим проклятьям рад
Присовокупить всемогущий Ад!»

XCIII. И, злобой истекающий Моканна,
Вскочил в бессильной ярости с дивана,
Нарушил ритуальный свой обряд,
Рванув руками саван покрывала,
Он обнаружил свой звериный взгляд,
Который, как змеи гремучей жало,
Точил ей в сердце смертоносный яд.
И, прИняв этот дьявольский укус,
Упала дева. И лишилась чувств.


(продолжение следует)

Игорь! Сразу же есть несколько замечаний.

"Метастазы", "транс", "кредо" - это, как мне кажется, уже чересчур. "Посланье ада" - тоже звучит как-то некрасиво. По-моему, это совсем нетрудно заменить на что-нибудь получше.
Есть проблемы с ударением - "присовокупИть", кажется, ударение допустимо только на последнем слоге; "тОтчас" и "тотчАс" - оба варианта правильны - но стоит ли использовать их рядом (не говоря уже о том, что это необязательный повтор слова)?!
"Она растерянная, бледная стояла" - ошибка в размере. И чуть дальше мне не нравится ритмический сбой в строке "Они, как мельничные жернова".
"В позор и срам погрязнув с головою,\\С ним грязь и преступленья разделю" - каламбур со словами "грязь" и "погрязнув".
"Негоже" обычно пишут слитно.
"И это - истинно! Так думаю и я!" - ещё одна метрическая ошибка.

Покуда это все... в первом чтении, конечно ;-)
Матвей

Игорь Дмитриевич,
очень хорошо, на мой взгляд.
посмотрите, - мои три копейки в копилку Матвея %.)..
Жрица и проповеди
- на мой взгляд - мало сочетаются.
проповедь болше связана с христ. религией, в крайнем случае - иудаизмом.
понятно, что здесь в переносных смыслах, и всё же.

Маяк надежды в призрачной дали,
Им, словно песней душу муэдзин,
- им - маяком? может быть лучше светом?

обожжешься в капле каждой
- м.б. С каплей каждой?

сродни с игрою
здесь сродни - кому, чему? - наречие? или глагол роднить?

Рождая транс
транс - кажется, современное понятие. и слово из французского, посмотрите.

прикованная взглядом
- говорят - приковать внимание, взгляды.

В позор и срам погрязнув с головою
погрязнуть - в чем? а во что? - не встречала.

погрязнув грязь
заклинаю поклянись
- выглядят повтором. стилистически не идеально.

А не того, кто мне и мною предан.
- красиво. но предусмотрена ли оригиналом такая игра слов?

мракобес
- книжное слово, и современное - нет?
Согласно академику В. В. Виноградову, русское слово «мракобесие» возникло благодаря писателю Бестужеву-Марлинскому, который именно так перевёл в 1810-х годах французское «la manie des tйnиbres».

во взгляде даль
- смело сказано.

который, как змеи гремучей жало,
Точил ей в сердце смертоносный яд.
- не могу сформулировать, что здесь смущает.
или метафорическое жало, которое пришло из Библии,
или уподобление Моканны - жалу?
но это, понятно, всё субъективно,
на всякий случай, вдруг что-то пригодится,
буду рада.
%.)..