Артур О Шонесси Каррара

Дата: 02-11-2008 | 06:11:43

Артур О’Шонесси Каррара
(С  английского)


1.Мужчины, равнодушные ко мне,
палёной в очистительном огне,
должны понять, какое чудо веры
вело меня сквозь плотные барьеры
и страхи на страдальческом пути,
дав силу мне терпенье обрести,
когда, скрутив, терзая на помосте,
тупой мучитель изломал мне кости.
Я ж дух крепила, проклиная плоть,
бессильную греховность побороть.
За грех меня нещадно и немало
терзал палач. Зато теперь я встала
с помоста, после муки прощена,
без прежнего позорного пятна.
Мне прощены тщеславные застолья.
Немало я кутила на приволье.
И прощено, как с дерзной пустотой
я хвасталась своею красотой.

2.Теперь я, как святая или жрица,
иду, чтобы навеки распроститься
с земною скверной. Направляюсь в скит.
Рука простые чётки теребит.
Отшельница в молитвенном горенье,
при крестных знаменьях и песнопенье.
Все страсти мне запрещены.

3.Сейчас всегда у мужа и жены
жизнь в браке и любви идёт тревожно.
Есть что скрывать. И люди осторожны.
Все тайности и тягостны к тому ж.
И пара чистых покаянных душ
Уйдёт в воображаемое бегство,
Столкнув тела в могилу по соседству.

4.А я – невеста, заклинающая даль,
мне страшно приподнять мою вуаль,
поскольку сквозь молитвенную скромность
всё шире проступает приземлённость
и в ней означились названия грехов
с распятий незапамятных веков.

5.В кругу живых моё изображенье
стоит бесстрастным камнем без движенья.
Но в позе есть значенье и сигнал.
Он шёпот тысяч слил и сочетал.
Он действует, сердечный холод руша,
тая готовую воспрянуть душу.

Примечание.
Каррара – город в Тоскане, в 100 км к северо-западу от Флоренции. Местность уже
с античных времён знаменита богатыми залежами мрамора разных сортов, но в основном это белые мраморы (молочно-белые, снежно-белые, сахарно-белые, иногда с голубыми прожилками и камни других тонов). Белые мраморы бывает прозрачен до толщины 4 см. Из каррарского мрамора сооружён античный римский пантеон, из него изготовлены многие известные скульптуры.

Arthur O’Shaughnessy Carrara

1: I AM the body purified by fire;
2: A man shall look on me without desire,
3: But rather think what miracles of faith
4: Made me to trample without fear or scathe
5: The burning shares; the thick-set bristling paths
6: Of martyrdom; to lie on painful laths
7: Under the torturer's malice; to be torn
8: And racked and broken, all-victorious scorn
9: Strengthening the inward spirit to reject
10: The frame of flesh, with sins and lusts infect,
11: Whose punishment, like to the sin, was gross,
12: And man the executioner. I arose
13: Changed from those beds of pain, and shriven at last
14: From the whole shameful history of the past—
15: Of earth-bound pride and revelry; yea, shriven
16: From Love, at first the one sin, and forgiven:
17: Beauty that other, with the vanity
18: That set me crowned before humanity;
19: So I was led, a priestess or a saint,
20: Robed solemnly, leaving the latest taint
21: Of earthliness in some far desert cell
22: Ascetic; and the hand late used to tell
23: Rough rosaries, the hand for ever chilled
24: With fingering the death-symbol, feels unthrilled
25: With any passionate luxury forbidden
26: The world's new wedlock. Man and woman chidden
27: For all their life on earth wed timorously,
28: And full of shames, fearing lest each should see
29: The other's greater sin; so they unite,
30: Two penitential spirits, to take flight,
31: In one ethereal vision sanctified,
32: Two bodies for the grave. I am the bride
33: Who clings with terror, suppliant and pale,
34: And fears the lifting of her virgin veil,
35: Because the shrinking form, spite of her prayers,
36: Has grown to know its earthliness, and bears
37: The names of sins that gave up shameful ghosts
38: On antique crosses. Raised now amid the hosts
39: Of living men, my effigy is grown
40: Passionless, speechless through the postured stone
41: That holds one changeless meaning in its pose;
42: The murmuring myriads pass, and each man knows
43: And sees me with a cold thought at his heart;
44: For I am that from which the soul must part.

From “Songs of a Worker”, 1881.

Микеланджело восемь месяцев провёл в Каррарских горах, чтобы выбрать лучшие глыбы мрамора для памятника Юлию II.
Владимир! Смутили: "вся насквозь очищена", "тревожный брак" и "с какою суетой я хвасталась". Но, возможно, это субъективное восприятие.

С уважением,
Наталия

Микеланджело славный малый...

http://www.poezia.ru/article.php?sid=49578