Ли Бо из цикла "Дух Старины" ч. 2

Дата: 12-07-2008 | 18:48:39


№18

 

          На Небесном броду

                  третьей луны пора.

          Без персиков, слив -

                  ни одного двора.

          Утром ещё

                  душу волнует цветок,

          Вечером он

                  прочь плывёт, на восток.

          Поток за потоком

                  уносится всё водой,

          Нынешний день,

                  и древность, текут чередой.

          И люди сегодня

                  так же, как люди вчера

          На мост, ко дворцу,

                  год за годом идут с утра:

          Петух закричит,

                  просветлеет небес окоём, -

          Вельможи спешат,

                  их ждёт во дворце приём.

          Садится луна

                  на западе, за Шанъян,

          На башнях - лучи,

                  когда затихает Лоян, -

          Расходятся все,

                  уборы, как солнца блестят,

          Покинув дворец,

                  спешат по домам, назад.

          Осёдланы кони,

                  летящих драконов сильней,

          Узда золотая

                  на мордах вельможных коней.

          Прохожий в испуге

                  с дороги уйти спешит.

          Сравнима с горой

                  гордыня, надменен вид.

          Их во дворцах,

                  в высоких покоях ждут,

          Стоят на столах

                  премного изысканных блюд.

          За ласками Чжао -

                  струится румян аромат.

          За песнями Цы -

                  звонкие флейты звучат.

          Везде юаньян

                  резвятся по парам там, -

          Пурпурные уточки,

                  плавают по прудам.

          Пьют, веселятся

                  целую ночь напролёт.

          Тысяча осеней,

                  думают, так пройдёт.

          Успеха добились,

                  никто из дворцов не уйдёт.

          Но кто-то ошибся,

                  того наказание ждёт.

          О жёлтом псе

                  будет вздыхать ни к чему.

          Красавица Чжу

                  не достанется никому.

          Вослед Чи Ицзы

                  кто вступит на утлый чёлн?

          Власа распустить,

                  и плыть, слушаясь волн.

 

          753 г.

 

№19

           

            На горе Цветов,

                  на самой вершине – один.

            Высоко-высоко

                  вижу я деву Минсин.

            Лотос в руках

                  сияет, подобно звезде.

            Ступая легко,

                  по Высшей идёт Чистоте.

            В радужном платье,

                  сверкает на нём роса.

            Зовёт за собой,

                  уходит она в небеса.

            Восходим вдвоём

                  на Террасу, в туман густой,

            Встречает нас

                  на горе Вэй Шуцин святой.

            Склоняюсь пред ним,

                  и мы покидаем скалу.

            На Журавле

                  взлетаем в пурпурную мглу.

            Вниз я смотрю -

                  к Лояну течёт река,

            Варвары всюду,

                  движутся их войска.

            Кровь по степи –

                  потоком, травы не видать.

            Волки, шакалы

                  в уборах, что носит знать.

 

            756 г.

 

 

                                  № 20

 

                  Однажды я был

                                в Линьцзы, близ Хуафучжу.

                  И вот на гору,

                                любуясь, я восхожу.

                  Насколько крута,

                                и так живописна гора,

                  Нефритовый склон.

                                Как яшмовый лотос с утра.

                  И, в свисте ветров,

                                вдруг древний святой возник.

                  То был Чисун-цзы,

                                спускающийся на пик.

                  Он в небе на двух

                              зелёных драконах кружил.

                  С ним Белый Олень,

                                которого мне предложил.

                  С улыбкою - в высь,

                               взлетели мы выше светил…

                  Парить рядом с ним

                              безмерно счастлив я был.

 

                                ***

                  Печалюсь, грущу.

                            Мой друг отправляется в путь.

                  Хочу говорить,

                            тоска мне сжимает грудь.

                  Пусть будете Вы

                            чисты, словно иней и снег,

                  Пусть стойка душа,

                            подобно сосне, навек.

                  Мирские пути

                            премного опасны, трудны.

                  И юность пройдёт,

                            так коротко время весны.

                  И тысячи ли

                            нас с Вами разъединят.

                  Вперёд и вперёд.

                            Когда же вернёмся назад?

 

                              ***

                  Мы прибыли в мир

                            на долгий, короткий ли срок,

                  Вся жизнь промелькнёт,

                            растает, как ветерок.

                  Зачем изучал

                            даоский Канон Золотой,

                  Теперь не пойму.

                            И только скорблю, седой.

                  Утешу себя.

                            И вдруг рассмеюсь легко.

                  К чему это всё?

                            И снова вздохну глубоко.

                Зачем нам искать

                            богатства и славы мирской?

                На этом пути

                            найдём безмятежность, покой?

                Уйду без своих

                            пурпурных, в рубинах, сапог,

                На остров Пэнлай,

                            дорогою на восток.

                А коль государь

                            меня призовёт за собой,

                Увидит тогда

                            один лишь туман седой.

                744 г.

 

№21

 

            В столице пришелец

                    пел песню «Белы снега»,

            Стихали звуки,

                    взлетая за облака.

            Но понапрасну

                    вёл он мелодии нить.

            Кто в этом мире

                    сможет её подхватить?

            Когда же он пел

                    о парне из Ба простом,

            Тысячи слушали,

                    все подпевали притом.

            О чем говорить?

                    На сердце - печаль одна.

            Осталось вздыхать, -

                    как холодны времена.

 

            743 г.

 

  №22

              Цинь-реки во'ды

                        прощаются с Лун-горой,

              Тяжко взыхают,

                        ропщут, полны тоской.

              Варваров кони

                        привыкли к родным снегам,

              Скачут и ржут,

                        рады холодным ветрам.

              Чувства такие

                        сердце тревожат мне.

              Думы лелею

                         о горах, о родной стороне.

              Вчера наблюдал

                        мотылька осенний полёт,

              Сегодня смотрю,

                        как шелкопряд растёт.

              Первые листья

                        на тутах уже видны,

              Пышные ивы

                        в новых побегах, нежны.

              Вешние воды

                        мимо бегут по двору,

              Сердце скитальца

                        трепещет, как флаг на ветру.

             К себе возвращусь,

                        слёзы мне лить ни к чему,

              Но почему,

                        печали своей не уйму?

 

              744 г.

 

№23

 

Роса как нефрит,

                        белеет осенней порой,

На зелень двора  

                        ложится за слоем, слой.

Печалясь, смотрю,

                        когда выхожу сюда,

Как время спешит,

                        как рано пришли холода.

Как будто бы птица,

                        мелькнувшая мимо глаз,

Проносится жизнь,

                        зачем у себя ещё красть?

На гору взойдя,

                        насколько же глупым был

Правитель Цзингун,

                        когда по себе слёзы лил?

Так плачутся все,

                        не ведаем, где покой,

Восходим на Лун,

                      а грезим горой другой.

Так в сердце людском

                      бежит за волною волна.

А жизни тропа,

                      извилистая, длинна.

Всю долгую жизнь,

                      тридцать шесть тысяч дней

Свечу зажигай,

                      иди ночь за ночью с ней.

 

745 г.

 

№24

 

                Пыль поднимают

                      колёса больших карет,

                Так, что в полях

                      над дорогами меркнет свет.

                Богаты вельможи,

                      золота – не сосчитать,

                До облаков

                        возводит хоромы знать.

                За бои петухов

                        удостоены высших наград.

                Кареты, одежды

                        блеском своим ослепят.

                Дыханье дракона,

                        гневный, надменный вид.

                Прохожий с дороги

                        прочь от таких бежит.

               

                Уши омыв,

                        лишь старец Сюй Ю честной

                Мог отличить -

                        где Яо, где Чжи лихой.

 

                731 г.

 

№25

 

Сильней и сильней

                            расходятся Мир и Путь.

Где древний Исток?

                            Как ту чистоту вернуть?

Высок, не сорвать

                          коричного древа цвет.

У чёрных корней

                        живущим не ведом свет.

Поэтому здесь

                    молчит расцветающий сад,

У персиков, слив

                        лишь ввысь лепестки летят.

Падение, взлёт

                      даны нам веленьем небес,

Зачем же бежим,

                        летим - суетимся здесь?

Я Дао отдам

                  и сердце своё, и взор,

За Гуанчэн-цзы

                      уйду в беспредельный простор.

 

753 г.

 

№26

 

Яшмовый лотос

                          у источника вырос, в глуши.

В утреннем солнце

                          лепестки и светлы, и свежи.

Осенью скроют

                          синь потемневших вод,

И нефритовой дымкой

                          густая листва ниспадёт.

Если очарованье

                          в отрешенье живёт, пустоте,

Кто тогда подивится

                              аромату и красоте?

Сижу, наблюдаю

                          инея лёгкий полёт.

Благословенно,

                    время неслышно уйдёт.

И не отыщешь,

                        где были корни, где – кров.

Как бы хотел я

                        жить у Пруда Цветов.

728г.

 

 

№27

 

Чудной красы

                      дева в Янь-Чжао живёт,

В дивном дворце,

                          что вознесён в небосвод.

Из под бровей

                          ясные луны глядят,

И покорит

                    царство – один её взгляд.

Только грустит, -

                        прошла ярких трав пора,

Плачет она,

                  осенние дуют ветра.

Тихо звенит

                    яшмовой цинь струна.

Утро придёт,

                    долго вздыхает она:

Где достойный муж,

                      как бы встретиться с ним.

Сядем вдвоём,

                      на Луанях крылатых взлетим.

 

728г.

 

№28

 

Внешность твоя –

                                молнии блеск, пока жив.

Время твоё –

                        ветра угасший порыв.

Встала трава,

                            - стала белым бела.

Тает закат,

                      где уж луна взошла.

Осень пришла,

                            сделав меня седым,

Миг, - по вискам

                              словно сползает дым.

Сколько святых,

                              мудрость чья высока,

Было в веках?

                          Кто же прошёл века?

Стал журавлём,

                            кто благороден был,

Низкий же люд

                            в гнус обратился, в пыль.

Гуанчэн-Цзы

                            разве достигнут они?

Там он парит,

                            где облака одни.

 

753г.

 

№29

 

                        Три эпохи

                                    смутами сметены,

                        Семь героев

                                    погрузились в пучину войны.

                        "Нравы правителя"

                                    наполнили гнев и печаль:

                        Дао и Мир

                                    расходятся, как ни жаль.

                        Постигшие тайны,

                                    прозревают знаменья комет,

                        Поднимаются ввысь,

                                     воспаряют в пурпурный рассвет.

                        Конфуций хотел

                                    уплыть к морским берегам,

                        Ушёл Лао-цзы,

                                    мой предок, к зыбучим пескам.

                        Бессмертные старцы

                                    исчезли в глуби веков.

                        Мир на распутье.

                                    Вздыхаю, в тоске, без слов.

 

                        753 г.

 

№30

               

                Духом высоким

                        славны древние времена.

                Но мир обречён -

                        Путь исчерпался до дна.

                Люди в смятенье, -

                        наступит ли снова восход?

                 Петух закричал,

                        ко вратам четырём зовёт.

                Спешат все туда,

                        где высится Конь Золотой.

                Но им ни к чему

                        остров Пэнлай святой.

                До белых волос

                        ищут шелков да утех,

                Песни звучат,

                        ночами не молкнет смех.

                Что им элексир,

                        коли пьют молодое вино?

                Не замечают -

                        румяна поблекли давно.

                Учёный один,

                        не дрогнет со спицей рука,

                Обряды свершив,

                        в могилах искал жемчуга.

               

                Птиц изумрудных

                        и жемчужные дерева

                Из бездны глубокой

                        увидят они едва.

 

                753 г.

 

№31

 

            Посланник Чжэн Жун

                      много прошёл дорог.

            До столицы Сяньян

                      долго добраться не мог.

            Встретил в пути

                      отшельника на Пинъюань,

            С белым конём

                      сошёл он с горы Хуашань,

            Яшму вручить -

                      знак, что грядёт беда:

            Забыв о Пути,

                      погибнет Властитель Пруда.

            Жители Цинь

                      опасаясь грозящих смут,

            Решили тогда -

                       от Предка-Дракона уйдут.

           

            Отгородились

                      от быстротекущих вод,

            Где тысячи вёсен

                      у источника персик цветёт.

 

            753 г.

 

№ 32

 

      За духом Жушоу

                время ци золотых летит.

      Над Западной твердью

                луны тетива блестит.

      Плачет цикада, -

                осенняя вянет трава,

      Печаль не стихает

                у чуткого существа.

      Куда же ушли

                добрые времена?

      Грядущая участь

                Веленьем Небес суждена.

      Неистовый ветер,

                вздымаясь, несёт холода.

      В ночи бесконечной

                последняя гаснет звезда.

      Печального слова

                не в силах я превозмочь,

      И скорбная песня

                звучит и звучит всю ночь.

      753г.

 

№ 33

 

Есть в Северном море,

                                Пучине, вдали от земли,

Гигантская рыба

                              вся – несколько тысяч ли.

Фонтан высотой –

                            три горных снежных гряды.

Заглотит она

                            за раз сто потоков воды.

Когда же плывёт,

                            бушует вокруг океан,

А в силу войдёт,

                            вздымается как ураган.

Взлетит в небеса

                            почти на сто тысяч ли,

Не остановить,

                            я вижу, как тает вдали.

725 г.


У произведения нет ни одного комментария, вы можете стать первым!