Апология графомании

Дата: 08-12-2005 | 18:07:17

АПОЛОГИЯ ГРАФОМАНИИ

Венок сонетов из книги "90 закавык"

Scribere non est malitia
(лат.) Писательство - не порок.

1

Забравшись в тыл парнасской силы,
где ценен ряд и строгий строй,
кругом кишмя кишат порой
Эзопы в туфлях и в бахилах.

Подчас бодры, подчас унылы,
они и порознь и гурьбой
шуршат бумажною трухой
во всех издательских горнилах.

Ценя спокойствие в округе,
случись вражда, случись роман,
в восторге, в гневе и в испуге

разумней сдерживать речуги.
Куда там! Случаю в пандан
шумят свистун и графоман.

2

Шумят свистун и графоман.
В любой сезон и отовсюду
в издательство приносят груду
творений, не входящих в план.

И что ни строчка, то изъян.
А писанина, пуд за пудом,
теснит всю утварь и посуду,
течёт на полки и в чулан.

Редакционная шарага,
огнепоклоннический стан,
в мечтах и въявь крушит бумагу,

снося клочки и прах к оврагу, -
и пусть, шмоная там бурьян,
хлопочет пишущий шалман.

3

Хлопочет пишущий шалман.
Уже с утра они в журнале.
Писак всегда распознавали,
едва откупорят фонтан.

Пристрастие к перу - аркан,
канат, которого не пряли.
Кого потянет, тот едва ли
из петли вытащит кочан.

Словесный зуд - смешной недуг,
но если угнездился в жилах,
от тщетных творческих потуг

легко попасть из божьих слуг
в лакеи при рогатых рылах
по уши в саже и в чернилах.

4

По уши в саже и в чернилах,
по робе - грязная стряпня.
Зажавшая перо клешня
спешит в газетное бучило.

Скорей разверзнутся могилы,
чем схлынет трёп и пачкотня,
подливка к каждой злобе дня,
с которой в глотках запершило.

Взгляни в критический раздел.
Не заикайся о Зоилах.
Охранный кодекс помягчел,

но много графоманских тел
висят на рецензентских вилах.
Судьба гоняет их, бескрылых.

5

Судьба гоняет их, бескрылых,
ни сеятелей, ни жнецов,
припёршихся со всех концов
в лохмотьях творческого пыла.

Сама наивность вдохновила,
а слух учуял ложный зов,
и строй к сражениям готов
на щелкопёрских Фермопилах.

Их хлещет дробь, притом не мимо,
сечёт критический жакан,
но рать писак неистощима.

Средь полемического дыма
чуть опалён и частью пьян
проказливый строчащий клан.

6

Проказливый строчащий клан,
штурмующий холмы бумаги,
глотает смесь чернил и браги,
а этот ёршик препоган.

Но если в мыслях лишь туман
и нет отчаянной отваги,
а перья всё-таки - не шпаги,
резон напиться вдребадан.

Писаки ищут утешений,
с того они и лезут в жбан,
что обывателям до фени,

с какой там грудой дребедени
кочует пошлый балаган
по пыльным тропам разных стран.

7

По пыльным тропам разных стран
летит слоистым листопадом,
гудит и воет, где не надо,
макулатурный ураган.

И грязный сажистый курган
скрывает от людского взгляда
литературные громады,
куда повыше, чем Монблан.

У графомана только дым,
да визг, да вой, дуда, кадило.
Порыв свершается не им.

Он пишет прописи другим,
а сам плетётся в роте хилых
на ковыляющих кобылах.

8

На ковыляющих кобылах
не одолеть ни рва, ни пня -
ни вскачь, копытами звеня,
ни ввысь, пилотами на Илах.

К аэропортам на светилах
не доберётся размазня.
Седлать крылатого коня
лишь истым рыцарям фартило.

А в ком он есть, достойный дар?
Кому по силам труд и драка?
К кому благоволит базар

за мощный плеск волшебных чар?
О том бы лучше покалякал
иной безудержный писака.

9

Иной безудержный писака
сгребёт случайно кучу благ
и столько наиздаст бумаг,
что сеет хлам щедрее мака.

Такого не посадят на кол,
поскольку пишущий толстяк
ни на какой ареопаг
ни в жисть не поведёт атаку.

Живописуя с чистым сердцем,
с прикрасами и без прикрас,
прибавит соль и малость перца,

ругнёт глупца и иноверца,
затем - всё в меру и как раз -
издаст стихи или рассказ.

10

Издаст стихи или рассказ
досужий дилетант-писатель,
рифмач из сытых скажет: "Нате!
Прочувствуйте и мой экстаз!"

Вот воспоёт иконостас
его былой ниспровергатель,
пошляк, вертя незримый шпатель,
опишет перси на заказ.

Самодовольный мэтр не скуп.
Несёт продукцию кунакам,
игриво вскидывает чуб.

А строй сливных бачков и труб
затрясся, загудел, зазвякал.
Бурчит забитая клоака.

11

Бурчит забитая клоака.
Листок с изрядной парой клякс
совсем не то что пипифакс,
ни тпру, ни ну, застрянет, бяка.

Рифмованная кулебяка
непромокаема, как бакс.
Сантехник получает факс
от изощрённого маньяка.

Один упрямец, нагл и рыж,
писал без страха и без лака,
он был колюч, почти бесстыж

и, битый, укатил в Париж.
Ему завидует, однако,
кормилец мусорного бака.

12

Кормилец мусорного бака -
любитель сказок и чудес.
Ему по нраву сам процесс,
предмет внимания филфака.

Жилец хором, жилец барака,
и с самомнением и без,
все ценят в рукописях вес,
но больше вес, так больше брака.

Полки да армии талантов
курсируют по сетке трасс,
а мало выигрышных фантов,

и при фальшивых аксельбантах
убогость всяческих террас
ужом вползает на Парнас,

13

Ужом вползает на Парнас
артель убогих и нечистых,
которых - всех - туда на выстрел
не подпускали посейчас.

На всех тропинках гадкий пляс
бессмысленных постмодернистов,
и эпигоны прут на приступ,
а критики вопят: "Атас!"

Творцы безмозглых палиндромов
и разных тугоумных фраз
терзают встречных и знакомых

и чад с соседями по дому
своим талантом напоказ.
Такими брезгует Пегас.

14

Такими брезгует Пегас.
Выказывает строгий норов.
Отбрыкивает вольтижёров,
наглеющих с нетрезвых глаз,

не любит всяческих пролаз,
самонадеянных и в сворах,
в венках сонетов многопёрых
и с парой книжек про запас.

Плетенье царственных корон -
конёк парнасских старожилов.
От новобранцев им урон.

Вот оттого холодный тон,
когда дерзнёт иной чудила,
забравшись в тыл парнасской силы.

15

Забравшись в тыл парнасской силы,
шумят свистун и графоман.
Хлопочет пишущий шалман,
по уши в саже и в чернилах.

Судьба таскает их, бескрылых,
проказливый строчащий клан,
по пыльным тропам разных стран
на ковыляющих кобылах.

Иной безудержный писака
издаст стихи или рассказ -
бурчит забитая клоака.

Кормилец мусорного бака
ужом вползает на Парнас.
Такими брезгует Пегас.

2002 г.

Ох спасибо:))) КомлИменты бессмысленны... Выше всяческих!..

Владимир, представьте, что у меня есть одноименное сВашим венком публицистическое стихотворение "Апология графомании" - онр есть и на моей страничке ПРУ. Аот ссылка:

http://poezia.ru/article.php?sid=63755

В Израиле есть замечательный литератор Эли (Илья) Корман - один из частых авторов русского журнала "22", наблюдательный читатель и интерпретатор прочтённого. Родственник или "даже не однофамилец"?