Потустороннее

Дата: 08-11-2017 | 09:27:02

 

                                                                             «Есть обычай у русской поэзии

                                                                                                 С отвращением бить зеркала... »

                                                                                                                               С. Гандлевский

 

... Потом он делал перерыв –

слонялся вдоль по коридорам,

сидел в фойе, глаза прикрыв,

прислушиваясь к разговорам

спешащих вечно в никуда

людей с обрывками их судеб.

Он понимал, что здесь он будет

пока, но вряд ли – навсегда.

Он понимал, что этот рай

в итоге обернулся пленом.

И предотлётный птичий грай

здесь был таким же вялым, ленным.

Они пытались улететь –

в них поднимался зов природы,

но их невидимая клеть

была иллюзией свободы.

Осенне-зимняя весна

заколдовала полуостров,

где жить на удивленье просто,

как плыть в тумане полусна.

И так же он с теченьем плыл

поняв, как мог бы стать и рыбой,

боясь познать бессилье крыл,

что унести его могли бы.

Но каждый день сулил ему

надежд и радостей немало,

а ночь для сердца открывала

снов золотых его суму

о той, оставленной земле,

где в мае пух, жара в июле,

где лёд и слякоть в феврале,

а в октябре дожди, как пули

пронзают, хлещут по лицу,

и остужают жар душевный.

...Он снова в бабкиной деревне,

где видно дом и улицу –

как жизнь – в ухабинах дорогу,

погост в излучине реки,

кусты сирени у порога, –

он чувствовал касанье Бога

не отпускающей руки.

И плену был в итоге рад,

как рад живой, за то, что дышит, –

осознавая невозврат,

как благо?

наказанье? свыше.

Он продолжал своё движенье

Не растеряв душевных сил.

Лишь причащенья и прощенья

в душе у Господа просил.


У произведения нет ни одного комментария, вы можете стать первым!