Из Стефана Корчевского

Дата: 07-10-2017 | 13:42:27

Святошам

 

У Паганини рвали струны.

Горел в огне Джордано Бруно.

Плясал, ликуя, изувер,

Когда в гробу лежал Мольер.

Да что Мольер! Они креста

Не пожалели для Христа.

 

Вас ненавижу, фарисеи,

Всем сердцем и душою всею.

 

Ослу

 

Один осел решил, что он

Был от Иакова рожден.

"Иа-иа", - реветь он стал,

Сияя, как империал.

Как будто все - исчадья тьмы

И только он поет псалмы.

Как будто главные слова

Во всех псалмах: "Иа-иа".

 

И Бог сказал: "Ревя псалом,

Ты еще больше стал ослом".

 

Ортодоксу

 

Петр от Христа отрекся трижды,

Зато потом храм веры зиждил.

Фома, чтоб веровать верней,

Хотел узреть следы гвоздей.

А Моисею - вот те на! -

Понадобилась купина.

 

Да и Христос, приняв крещенье,

Подвергся тут же искушеньям.

 

Моему ясеню

 

С утра такие были тучи,

Как будто за ночь встали кручи

Непроходимые кругом.

Но ясень за моим окном

Так освещал мой дом унылый,

Как если б солнце мне светило.

 

За это чудо ясень мой

Платил последнею листвой.

 

Листопаду

 

Я знаю, ты зреешь, точней, назреваешь,

Мой старый знакомый, мой верный товарищ

По дымным забавам, хрустящим бесчинствам,

Такой же, как был, когда правил Мечислав,

Как был в Ченстохове на улице Кроткой,

Где дождик рассыпал зернистые четки.

 

Где путались речи, молитвы и мысли,

И падали, падали, падали листья.

 

Заходящему солнцу

 

Постой над горой, над зеленой вершиной,

Над крышею ратуши нашей старинной,

Над старой погнутой садовой оградой,

Что нам никогда не бывала преградой,

Над желтой террасой, над красной калиной,

Над медною кружкой на полке каминной.

 

Поленья покуда несут из сеней,

Лучами последними нас обогрей.  

 

Слушающим лютню

 

Тише! Послушайте, люди,

Кто-то играет на лютне.

Скажете, это качели?

Что ж, может быть. В самом деле,

В гомоне, в шуме дорожном

Лютня? Откуда?.. И все же.

 

Это не козни, не плутни –

Кто-то играет на лютне.

 

Соседу Торквемаде

 

Сколько вам твердить об этом!

Бога создали поэты.

А унылый графоман

Ввел потом людей в обман.

Ради власти. Ради денег.

Вот разбойник, вот мошенник.

 

И сейчас он где-то рядом,

Враг поэтов Торквемада.

 

Вопрошающим

 

Почему терновый куст,

Словно сад осенний, пуст?

Почему однажды днем

Не займется он огнем?

А займется - от ствола

До ветвей - сгорит дотла?

 

Может быть, благая весть -

То, что в сердце нашем есть?

 

Пани Обмóва

 

Гляньте-ка, вышла на улицу снова

В черном пальто своем пани Обмóва.

Черная шляпка, перчатки, сапожки.

Черные липы вдоль черной дорожки.

Черные окна. И падают с неба

Хлопья густого и черного снега.

 

Черными люди и здания стали,

Видится ей из-под черной вуали.

 

Нищему, читающему книгу

 

Что ты читаешь, старый нищий,

Покуда кто-то мелочь ищет,

А кое-кто проходит мимо?

Что за сюжет неповторимый

Забыть о медяках заставил

Тебя, бездарный чтец литаний?

 

Хотел бы знать я. Но обложка

Замызганна, как в дождь окошко.  


Из " Песен (дальне)восточных славян?"

Да, они самые, родимые.