Лесогорское

                                                                        В. Тюрину


На вокзале в старый поезд сядь. Опомнись за Чуной.

В Лесогорске звякнет морось в колокольчик голубой

По кому-то. По кому-то? По тебе ли? По тебе.

Вот и листья облетели. Облетели. Облете..

Эта странная примета – полумрак ли, полусвет.

Бесприютен быт поэта. Для тебя других примет

Не придумала природа. Не продлила на полдня.

Белый морок небосвода. Лесосека. Западня.


А я и не знал что этот интересный поэт помер! Кстати сказать, я ведь тоже год жил в Лесогорске. Да, быстро всё...

 — Преставилась, значит, старушка… Старушки, они всегда преставляются… Или богу душу отдают, — это смотря какая старушка. Ваша, например, маленькая и в теле, — значит преставилась. А, например, которая покрупнее да похудее — та, считается, богу душу отдаёт…
— То есть как это считается? У кого это считается?
— У нас и считается. У мастеров. Вот вы, например, мужчина видный, возвышенного роста, хотя и худой. Вы считается, ежели, не дай бог, помрёте, что в ящик сыграли. А который человек торговый, бывшей купеческой гильдии, тот, значит, приказал долго жить. А если кто чином поменьше, дворник, например, или кто из крестьян, про того говорят: перекинулся или ноги протянул. Но самые могучие когда помирают, железнодорожные кондуктора или из начальства кто, то считается, что дуба дают. Так про них и говорят: «А наш-то, слышали, дуба дал».

Потрясённый этой классификацией человеческих смертей, Ипполит Матвеевич спросил:
— Ну, а когда ты помрёшь, как про тебя мастера скажут?
— Я — человек маленький, скажут: «гигнулся Безенчук». 

Прочитав подборку Рютина в "Сибири" я запомнил его фамилию.  Знакомы мы не были. Адью!

Да, Сергей.. а мне припомнился этот эпизод из "Двенадцати стульев"
А фамилию поэта Вы запомнили таки неверно..