Римские элегии 5, И.В.фон Гёте

Дата: 29-04-2017 | 12:49:46

Римские элегии

5.

Ты не жалей, дорогая, что отдалась мне так скоро!

Верь мне, не думаю дерзко, тебя не унижу я.
Разные стрелы Амура: некие ранят сердце

Больно и ядовито, саднит годами оно.

Те же, легчайшие те, острые в свежей заточке

В мозг проникают иначе, кровь зажигают вмиг.

В то героичное время, богини и боги любили,

Взгляду внимала страсть, отрада – страсти в ответ.
Думаешь, благоразумной долго была богиня,

В роще идейской там, где ей полюбился Анхис?
Ах, упусти Селена поцеловать красавца,
Ревностная Аврора спешила б его пробудить.

Геро на празднике шумном бросила взгляд на Леандра,

Ринулся любящий смело в бурный ночной прилив.
Царская дочь, Рея Сильвия, как-то спустилась к Тибру,

Чтобы набрать воды, и там овладел ею Бог.

Так вот и Марс породил сыновей! – волчицей одною

Вскормленных близнецов, и правителем мира стал Рим.

 

 

Römische Elegien

5

Laß dich, Geliebte, nicht reun, daß du mir so schnell dich ergeben!

Glaub es, ich denke nicht frech, denke nicht niedrig von dir.

Vielfach wirken die Pfeile des Amors: einige ritzen,

Und vom schleichenden Gift kranket auf Jahre das Herz.

Aber mächtig befiedert, mit frisch geschliffener Schärfe

Dringen die andern ins Mark, zünden behende das Blut.

In der heroischen Zeit, da Götter und Göttinnen liebten,

Folgte Begierde dem Blick, folgte Genuß der Begier.

Glaubst du, es habe sich lang die Göttin der Liebe besonnen,

Als im Idäischen Hain einst ihr Anchises gefiel?

Hätte Luna gesäumt, den schönen Schläfer zu küssen,

O, so hätt ihn geschwind, neidend, Aurora geweckt.

Hero erblickte Leandern am lauten Fest, und behende

Stürzte der Liebende sich heiß in die nächtliche Flut.

Rhea Silvia wandert, die fürstliche Jungfrau, den Tiber,

Wasser zu schöpfen, hinab, und sie ergreifet der Gott.

So erzeugte die Söhne sich Mars! – Die Zwillinge tränket

Eine Wölfin, und Rom nennt sich die Fürstin der Welt.


В переводе Н.Вольпина:


Милая, каешься ты, что сдалась так скоро? Не кайся:
Помыслом дерзким, поверь, я не принижу тебя.
Стрелы любви по-разному бьют: оцарапает эта,
Еле задев, а яд сердце годами томит;
С мощным другая пером, с наконечником острым и
крепким,
Кость пронзает и мозг, кровь распаляет огнем.
В век героев, когда богини и боги любили,
К страсти взгляд приводил, страсть к наслажденью
вела.

Или, думаешь ты, томилась долго Киприда
В рощах Иды, где вдруг ей полюбился Анхиз?
Не поспеши Селена, целуя, склониться к сонливцу,
Ох, разбудила б его быстрая ревность Зари!
Геро глянула в шумной толпе на Леандра, а ночью
Тот, любовью горя, бросился в бурную хлябь.
Рея Сильвия, царская дочь, спустилась с кувшином
К берегу Тибра, и вмиг девою бог овладел.
Так породил сыновей своих Марс. Вскормила волчица
Двух близнецов, и Рим князем земли наречен.

В переводе А.Струговщикова:


Друг, не кайся ты в том, что мне предалася так скоро;
  Верь мне, не дерзко, не низко думаю я о тебе:
  Стрелы Эрота бывают различного свойства: иные
  Действуют медленным ядом; тяжко и долго от них
  Ноют сердечные язвы; другие -- в мгновение ока,
  Быстро парящею силой кровь обращают в огонь:
  Некогда, в век героизма, когда еще боги любили,
  Взгляду следило желанье, желанью восторги -- и, друг!
  Думаешь, долго богиня любви размышляла, случайно
  В роще увидев Анхиза! И только замедли луна
  В ночь разбудить поцелуем Юпитера дивного сына,
  Верь мне, мгновенно б Аврора в объятья его приняла.
  Геро, взглянув на Леандра, смутилась, и страстный любовник
  В ночь, по волнам Геллеспонта, уже на свидание плыл.
  Сильвия Рея едва показалась на береге Тибра,
  Тотчас воинственный бог страстью ее оковал;
  Грудью одною вспоила волчица великого Рима
  Родоначальников славных, Марсовых двух сыновей!