Р. Бернс. Джон Ячмень

Дата: 11-11-2016 | 09:23:33

Роберт Бернс

 

Джон Ячмень

 

Три иноземных короля,

созвав честной народ,

великой клятвой поклялись,

что Джон Ячмень умрёт.

 

И в пашню бросили его,

засыпали землёй

и поклялись, что Джон Ячмень

навек обрёл покой.

 

Пришла веселая весна,

пролился дождь с небес

и Джон Ячмень людей потряс,

когда опять воскрес.

 

Горячей летнею порой

окреп и вырос он

и копьями назло врагам

опять вооружён.

 

Но, встретив свой осенний час,

он ослабел, поблёк,

главой поник — того и жди, —

повалится не в срок.

 

Когда ж он высох, поседел,

лишился прежних сил,

тогда и поквитаться с ним

коварный враг решил.

 

Был Джон подрезан поутру

отточенным серпом

и крепко связан, как злодей,

обворовавший дом.

 

Бросают наземь старика,

верша неправый суд,

пинают, вертят, теребят

и смертным боем бьют.

 

Нашли глубокую лохань,

воды налили всклень,

но как его ни окунай —

не тонет Джон Ячмень!

 

И вновь его, пока живой,

бьют об пол сгоряча,

потом таскают взад-вперёд,

ломая и топча.

 

И на костре его сожгли,

все кости расколов,

а сердце мельник в пыль растёр

меж парой жерновов.

 

Но пьёт святую кровь его

с тех пор весь белый свет,

и там, где пьют всего дружней,

конца веселью нет.

 

Лихим был парнем Джон Ячмень,

храбрейшего храбрей,

и пробуждает кровь его

кураж в сердцах людей.

 

Он — как лекарство от невзгод,

с ним — песня на устах,

с ним — хоровод ведёт вдова,

хоть слезы на глазах.

 

Так славься, старый Джон Ячмень!

Пока ты под рукой,

твое потомство будет жить

в Шотландии родной!

 

5-10 ноября 2016

 

 

 

Robert Burns (1759 — 1796)

 

John Barleycorn

 

There was three kings into the east,

Three kings both great and high,

And they hae sworn a solemn oath

John Barleycorn should die.

 

They took a plough and plough’d him down,

Put clods upon his head,

And they hae sworn a solemn oath

John Barleycorn was dead.

 

But the cheerful Spring came kindly on,

And show’rs began to fall;

John Barleycorn got up again,

And sore surpris’d them all.

 

The sultry suns of Summer came,

And he grew thick and strong:

His head weel arm’d wi’ pointed spears,

That no one should him wrong.

 

The sober Autumn enter’d mild,

When he grew wan and pale;

His bending joints and drooping head

Show’d he began to fail.

 

His colour sicken’d more and more,

He faded into age;

And then his enemies began

To show their deadly rage.

 

They’ve taen a weapon long and sharp,

And cut him by the knee;

Then ty’d him fast upon a cart,

Like a rogue for forgerie.

 

They laid him down upon his back,

And cudgell’d him full sore.

They hung him up before the storm,

And turn’d him o’er and o’er.

 

They filled up a darksome pit

With water to the brim,

They heaved in John Barleycorn —

There, let him sink of swim!

 

They laid him out upon the floor,

To work him further woe;

And still, as signs of life appear’d,

They toss’d him to and fro.

 

They wasted o’er a scorching flame

The marrow of his bones;

But a miller us’d him worst of all,

For he crush’d him between two stones.

 

And they hae taen his very heart’s blood,

And drank it round and round;

And still the more and more they drank,

Their joy did more abound.

 

John Barleycorn was a hero bold,

Of noble enterprise;

For if you do but taste his blood,

‘Twill make your courage rise.

 

‘Twill make a man forget his woes;

‘Twill heighten all his joy:

‘Twill make the widow’s heart to sing,

Tho’ the tear were in her eye.

 

Then let us toast John Barleycorn,

Each man a glass in hand;

And may his great posterity

Ne’er fail in old Scotland!

 

1782


Больше всего мне понравилось это исполнение John Barleycorn, хотя поется здесь не Бернс, а старинная английская песня 16-го века с тем же названием, послужившая Бернсу источником. Причем поэт с ходу вступил с оригиналом в полемику. Приведу первые две строфы:


There were three men come from the West
Their fortunes for to try,
And these three made a solemn vow:
"John Barleycorn must die."

They plowed, they sowed, they harrowed him in,
Threw clods upon his head,
'Til these three men were satisfied
John Barleycorn was dead.

Тема: Re: Р. Бернс. Джон Ячмень (Юрий Лифшиц)

Автор: Марк Луцкий

Дата: 30-11-2016 | 12:56:26

Юрий,мне понравился Ваш перевод.


Немного резанула строка "между двух жерновов" смещением ударения в первом слове.

Может быть, стоит рассмотреть вариант "меж парой жерновов"?

Подумайте.


С пожеланием успехов,

М.Л.

Спасибо, Марк! Очень рад, что Вы оценили.


В двусложных предлогах допустимо смещение ударения. Вот и Лозинский так делал в переводе "Божественной комедии".


1. И вот идет, тропинкою, по краю,

Между стеной кремля и местом мук,

Учитель мой, и я вослед ступаю.

 

52. А та, где льется Савьо, той судьба

Между горой и долом находиться,

Живя меж волей и ярмом раба.

 

79. Что средний круг вращателя вселенной,

Или экватор, как его зовут,

Между зимой и солнцем неизменный,

 

112. Между последней тьмой и первым днем

Величественней не было деянья

И не свершится впредь ни на одном.


Хотя "меж парой" тоже вариант. Я прикину.


И Вам всего хорошего!