Емилиан Галайку-Пэун. Микеланджело

Дата: 24-07-2016 | 11:40:24


Создавая Сикстинскую капеллу


Микеланджело — о Данте


О, дайте мне его прозренье, дайте!

И я готов, как он, быть осужден ⃰


Я в ад попал. Во мраке дней моих

тьму разгребал я, кропотливый крот.

Насытив светом краски, камень, стих,

я веровал: он до людей дойдет.

Тьму разгребал я, кропотливый крот.


Творцом я был, а камень глиной был,

где жизни искры не узреть воочью.

Из камня Человека я лепил —

племен и поколений средоточье.

Творцом я был, а камень глиной был.


Хлеб черный человечеству даря,

порою забывал глаза сомкнуть.

Я извлекал из камня плоть и суть,

как девственницу из монастыря,

хлеб черный творчества другим даря.


Но раз, когда мой дух тоской томился,

голодные завыли у дверей:

«Эй, в ад его ввергай живьем скорей!»

Голодные завыли у дверей...

И вот я в преисподней очутился.


Во тьме канкан отчаянно плясало

безо́бразное сонмище теней.

Былые сюзерены и вассалы

друг друга прогрызали до костей...

Там сброшены приличья покрывала.


Но лихоимцы, о себе радея

на новом месте, процвели и там

и, ловко отведя глаза чертям,

смолу воруют и маклачат ею.

Они не изменились даже там.


У них в почете тот, кто всех гнусней.

Пииты до конца себя раскрыли:

И славят торжествующих свиней,

и скачут в дьяволовом водевиле.

Признаться, нет позорища гнусней.


А есть еще пролазы из пролаз:

они вошли с нечистыми в родство

и рожками увенчаны сейчас.

Но родича любого своего

швырнут в котел пролазы из пролаз.


Они привычной суетой живут:

кого-то кинуть, в грязь втоптать кого-то

для непокорных — пламя и гарроты.

Там первого братоубийцу чтут

и поклоняются Искариоту.

А впрочем, много разных там иуд.


Снимаю нимбы. Сердца кровь живая,

питай любовь, которой я горю!

Я ад кромешный в рай перетворю,

людей богоподобных созидая.

Я образ Человеческий творю.

1984, 2016


⃰ Эпиграф взят мной из сонета Микеланджело о Данте в переложении А. Вознесенского

Я в ад спускался, где кипела сера,
И скрежетала мантия «зубами»,
И прикрываясь сверху атмосферой,
Кора земная двигалась над нами;
Где ржавый механизм часов вселенских,
Имея сотни непонятных нам
Деталей, неположенных часам,
Свершает множество движений резких…
Я не увидел там котлов кипящих,
Что грешнику любому суждены,
Но море чувств живых и настоящих
Стонало где-то в глубине Земли.
Там огненными змеями сквозь щели
Болело, выло, разливалось зло,
Оно пыталось вырваться, ползло,
Но не могло своей добиться цели –
Тяжелое всегда идет ко дну,
И ненависть железною рекою
Все души грешников, собрав в одну,
Затягивает в ад своей рукою.
И там, в пучине мук и тьмы извечной,
Откуда не востребован возврат,
Звериный вой и стон нечеловечий
Дорогой смерти просятся назад.
Я в ад спускался, но исторгнут прочь,  
Никто пока не ждал меня в аду.
Как хороша под звездным небом ночь!
О Боже! Нет! Я в ад не попаду!

Спасибо Вам за стихи.

А вообще стихотворение автора и моё - о том, что лирический герой, условный Микеланджело, пожелал приобрести некий "запредельный" опыт, но приобрел - самый обыкновенный. Ад Данте ужасен, но полон мрачного величия. А здесь ад - это заурядность, серость, пошлость и тоска. И еще. Ад - не набор инфернальных ужасов, наказаний за пороки, худший ад - это сами пороки, существование в них.

Еще раз спасибо.

С уважением

А.Ф.