И вот я посылаем в цех: 2. “Бабуся”.

Дата: 09-09-2015 | 14:38:22

И вот я посылаем в цех…

Молодой инженер-конструктор на Кировском заводе в конце 70-х годов направлен на месячную трудовую повинность в тракторо-сдаточный цех. В начале первого дня он бегает по цеху, чтоб просверлить скобы для своего одёжного шкафчика, и, возвратившись на участок, выслушивает выговор от женщины-сменного мастера.


2. “Бабуся”.

“Неумная женщина,” – кипятился я: “Ей же со мной работать! - она и не подозревает о богатейшей палитре приёмов, при помощи которых я, при всём своём приятии и предупредительности, могу широчайше варьировать свои реакции по отношению к ней”. После я степенно ходил, не сразу откликался, культивируя неспешную обстоятельность. А главное, всячески старался рационализировать своё труд, чтобы облегчить себе выполнение очередной операции - например, усевшись на ящик, подлаживал под себя положения крюков конвейера и нацепляемых на них деталей. Конвейер нёс детали в окрасочную камеру, где в оранжевом аду трудились девушки-малярши.
Все эти мои прилады внесли некоторую остроту, дополнительный интерес в мою конвейерно-трудовую рутину.

Особенно, когда заметил, что тётушка (“Бабуся”) раздражается на моё демонстративное стремление “не перегибаться”. При этом я, не очень считаясь с её чувствами, излагал сентенции, подкрепляемые расхожими пропагандистскими фразами. Она выслушивала, замкнувшись, а чаще ожесточённо отмахивалась. Того, конечно, не понимала, что я ведь и производительность повышаю и вообще - не за чужой счёт ищу облегчений, а главное - ненавижу эту нашу логику "чтоб служба мёдом не казалась". Неграмотная, рутинёрская формулировка! Я всё распалялся и распалялся... Трудиться следует не не для того, чтобы трудиться, не “любить” надо трудиться, а “уничтожать” труд, где только это возможно; целью не труд должен быть, но продукт труда. А у нас чаще не хватает развития, чтобы уследить эту разницу, - что же взять с “Бабуcи”, копошащейся, как крот. Впрочем, испытывал к ней и чувства потеплее... - об этом, быть может, попозже.

Всё-таки тогда я вырвался и поставил замок на шкафчик, удалившись под предлогом принести крючки. На окраске, куда сунулся после за крючками, столкнулся с мастером, неуклюжей девицей с прямыми чёрными волосами и большим неровным ртом: "Что-то вы много бегаете". Кажется, ответил про замок. После смотрел сквозь неё, при ней являя неспешную чинность и, когда был заставаем сидящим, принуждал себя без нужды не вскакивать.
Впрочем, сидеть мне много не приходилось. За этим следила “Бабуся”, я же щеголял непринуждённостью: "Дайте же с девушками поболтать" (на участке оказались две крупные и нескладные девушки-студентки, которые отбывали здесь стройотрядческую повинность); "Общение - это самое главное"; "Я только что кончил - две минуты" и проч. Зато и не суетился попусту.

Особенно азартный интерес испытал на следующий день, когда заметил, как “Бабуся”, раздражённая моей комфортностью, которую я отыскивал в операциях, постаралась избавить меня от оной. Каково же было её разочарование, когда я и в предложенной ею операции нашёл способ устроиться на ящике, подведя непосредственно к себе снизку крючков и крючок для деталей, и тем избавившись от необходимости каждый раз нагибаться за деталью. Она подскочила с шипением: "Постыдился бы, молодой мужчина... Вот все сядем". Я настойчиво объяснил ей, закончив, - "Упрекнуть меня не в чём", и невозмутимо работал сидя. Замечу, что после того, как я пристроился сидеть, сидели и все остальные. Но потом уж студентки не решались, вероятно, когда “Бабуся” нашла это непорядком и выговорила.

Перед тем у нас случилась лёгкая вспышка на этот же предмет: я пристроился на ящике против тележки, полной угольников. "Вот привыкли там сидеть - так и тянет", - произнесла “Бабуся” почти беззлобно. Объяснил, что я конструктор и чаще стою, и выговорил ей, и в счёт мастера, за отношение к инженерам, - "Вот, приди вы к нам работать - принял бы я Вас так?" - "А как это я приняла?". Стал объяснять, что нас никто не заставляет идти к ним. Они-то уверены в обратном. "А вот их?" - она указала на студенток. - "Нет, то студенты." - "А вы – служащие." - "Нет, нет - никто меня не может послать: я же инженер, мы просто идём навстречу, нас даже и не оформляют приказом; а работаем мы лучше рабочих - во всяком случае, на нас можно надеяться: мы никогда не напьёмся и не прогуляем".

Говорил, что инженер делает ту же машину - чертёж как её составную часть. И что наша работа труднее - я могу судить, и не первый год работаю в цехах тракторного производства. А первая моя заявка была - когда я начал рассматривать детали, ища предполагаемую мною зеркальность, и встретил насмешливый взгляд студенток. На их "некогда думать" обозвал их "будущими инженерами", которые думать должны. "А даже и грамотному рабочему нужно думать - иначе легко в автомат превратиться".

В конце смены вышел в цеховой проход к автомату газированной воды. Ко мне подошла девушка со слегка косящими глазами: "У тыбя спычка эсть?" Не сразу понял ("Что, списки?") - "Ты што, ушки нэ моешь?" Сослался на шум

У произведения нет ни одного комментария, вы можете стать первым!