Сезариу Верде В детстве Ч.1 Вечером

Жива ли, иль мертва была она тогда,
Но спутница моя и крикнуть не смогла бы,
А я, хоть зелен был, но паренёк не слабый,
Опорой ей служил: рука моя тверда.

Средь леса, средь руин и мельниц водяных
Скакало к роднику белейших тёлок стадо,
И, выменем тряся, их матери, отрада
Для взгляда знатока, спускались после них.

Домишек жалких ряд с тропой от дома к дому,
Оттуда молоко, сначала окрестив*,
Несёт молочник нам, его речитатив
У нас разгонит вмиг предутреннюю дрёму!

И мы вдвоём с тобой гуляли у леска:
Посёлки и луга, безмолвные дубровы,
И если близ тебя шли с пастбища коровы,
Перкалевый костюм цепляли их бока.

Уж не боишься ты коровы этой чёрной,
Что вёл я, взяв за рог? Клянусь тебе, в ту пору
Дрожала ты, припав к подгнившему забору,
Напугана, в пенсне, и вид такой учёный!


*Разбавление молока или вина водой в старину называли «крещением».

Em petiz

1.

De tarde.


Mais morta do que viva, a minha companheira
Nem força teve em si para soltar um grito;
E eu, nesse tempo, um destro e bravo rapazito,
Como um homenzarrão servi-lhe de barreira!

Em meio de arvoredo, azenhas e ruínas,
Pulavam para a fonte as bezerrinhas brancas;
E, tetas a abanar, as mães, de largas ancas,
Desciam mais atrás, malhadas e turinas.

Do seio do lugar - casitas com postigos -
Vem-nos o leite. Mas batizam-no primeiro.
Leva-o, de madrugada, em bilhas, o leiteiro,
Cujo pregáo vos tira ao vosso sono, amigos!

Nós dávamos, os dois, um giro pelo vale:
Várzeas, povoações, pegos, silêncios vastos!
E os fartos animais, ao recolher dos pastos,
Roçavam pelo teu "costume de percale".

Já não receias tu essa vaquita preta,
Que eu seguirei, prendi por um chavelho? Juro
Que estavas a tremer, cosida com o muro,
Ombros em pé, medrosa, e fina, de luneta!

У произведения нет ни одного комментария, вы можете стать первым!