Кшиштоф Квасижур. Небесный.

Niebieski
Krzysztof Kwasizur
Кшиштоф Квасижур. Из книги « Небесный».2015.


W DREWNIANYM KOSCIELE
В ДЕРЕВЯННОМ КОСТЁЛЕ

В деревянном костёле Бог живёт бородатый,
подбиты им гонты и стропы,
тут дымится кадило, тут святая Агата
и Христос, омывающий стопы.

И в шапке из меха своей неизменной
тут совесть взирает строго,
пан с катом свои из карманов каменья
выбрасывают у порога.

Но только замолкнут призывы органа
и запах кадильный растает,
люд божий в беспамятство заново канет,
надолго ли? Чёрт его знает!




POWINNOSC (ИКАР)

Икар уселся под грушей
(место быть может любое)
смотрел как взлетают гуси -
белые в голубое

он долететь не сможет
крылья на солнце растают
всё знает Икар, но всё же…
вздыхает, и вот – взлетает.



INNEGO KONCA SWIATA NIE BEDZIE
ИНОГО КОНЦА СВЕТА НЕ БУДЕТ

Дождевые черви разлеглись
на мокром асфальте.
Наклоняюсь с интересом
чтобы разглядеть
которым концом они улыбаются
блаженно,

рыболов склоняет удочку над
грязной жижей,
веря в приманку
на конце лески.
Рыбка посуху не ходит,
поэтому
ловля окончится
вместе с содержимым четвертинки.

Мост отделяет
сухую сторону города от мокрой,
как добрую от злой.
Юнец при золотой цепочке
проводит
чёрные дни и белого пса
как признаки роскоши.
Иного конца света не будет
кроме этого, который свет
проглядел.


TALITA KUM!

Там плакальщицы причитают.
Тихо, глупые бабы!
Она только спит.
Сейчас встанет, вся в жаворонках,
миску еды попросит.
Тихо, бабы!
Она спит.
Язвительный смех
тут же умолкнет, когда прикажу:
Talita kum!
( Арамейское : Девица, восстань!)


***

Люди твёрже когда-то были
сильнее
как сосны, которые ветер пригибает
( а тогда это был такой ветер).

Под парусами тех ветров с рассвета
ласточки над пахотным полем скользили
рассекали синеву и клёкот аистов
( ах, тогда это были аисты)
что с достоинством бродили по лугам.

А люди были ясными
словно око лесного родника
или вода в горном потоке
непорочно прозрачная.

И добрыми как хлеб ( эх,
как был тот хлеб вкусен).

У произведения нет ни одного комментария, вы можете стать первым!