Велесовы арабески

Дата: 24-05-2015 | 14:03:00

1. Листва

О, эта первая листва,
Пронизанная майским солнцем,
Трепещущая, как Литва
Перед нашествием тевтонца.

О, как несмел еще пейзаж,
Штрихи изломаны и робки,
Как будто главный карандаш
Лежит на самом дне коробки.

И только лебеда-трава
Среди камней царит монголом.
Что ей какие-то права
Тех, кто воюет за престолы!

Сегодня королюет клен,
А завтра тополь спозаранку
Волочит мантию на трон,
Шурша серебряной изнанкой.

2. Увертюра

Майский лес – травяного цвета,
А еще – золотого света,
А еще - пятнистых теней
Вроде яблок на крупах коней.

Всё гнедые, каурые, пегие…
Табунами в стремительном беге
Бьют копытами, гривы полощут
На ветру придорожные рощи.

… А порою и вправду дремучи,
Ибо дремлют, на лоб нахлобучив,
Тучу серую, словно треух.
Вот и день незаметно потух.

Незаметно наставшие сумерки
Кое-где подмалеваны суриком.
Оттого-то и кажутся мне
Декорацией к пьесе «На дне».

3. Плащ

Дождь барабанил по стеклу,
Как человек, задумчиво.
Хороший плащ висел в углу,
А не какой-то Гуччи вам.

Как трепыхание леща
В глубокой лунной заводи,
Рукав прозрачного плаща
Под дождь июньский звал один:

«Вот так же некий херувим
Тогда по свету хаживал.
А люди что? Все похер им.
За это Бог накажет их.

За это в ритме рваных стоп,
Лавинный, словно конница,
Всех смоет мировой потоп
И сам, как сволочь, смоется».

4. Дождь

Каждый день вымывает дочиста
Каждый лист, каждый ствол, всю траву,
Словно тот, кого только по отчеству,
Если что-то случилось, зовут.

Каждый день принимает заявки
От полыни, сирени, ольхи.
И до блеска садовые лавки
Драит, словно смывает грехи.

И всю ночь во вселенской лудильне
Чем-то пахнет и что-то гремит.
И река, как драчевый напильник,
В лунном свете ребристо блестит.

И рассвет над землею слоится,
Как пластины уральской слюды,
И парят кверху лапками птицы
В перевернутом мире воды.

5. Кстати

Власть поэту не нужна.
У поэта есть жена.
Даже книжка деньги класть.
На хрена поэту власть?

Власть поэту не нужна.
Есть Господь и Сатана.
Можно - ввысь, а можно - пасть.
На хрена поэту власть?

Власть поэту не нужна.
Есть Вселенная, одна.
Есть одна Вселенной часть.
На хрена поэту власть?

Власть поэту не нужна.
Есть смычок и есть струна,
Вдохновенье, сила, страсть.
На хрена поэту власть?

6. Гроза

Три цвета: молодой листвы,
Сухой земли и неба грозового.
Вот-вот начнется! Он уже идет на вы.
Ни головы нам не сносить, ни крова.

Три звука: гром как будто сносят дом,
Гром словно что-то вырывают с мясом,
И, наконец, тот самый главный гром,
Когда кругом бабахают фугасы.

Три выстрела: серебряной стрелой,
Потом еще одной за нею следом,
Потом – картечью… Что творит с землей
Старик Бартоломе де Эскобедо!

Кладет ее на эолийский лад
И до небес возносит, как в хорале!
Стеною звуки над землей стоят
Из золота, из серебра, из стали…

7. В деревне

Пронизан воздух солнцем и пыльцой,
Настоян на борце и зверобое;
Поет: «Я выключаю телевизор» – Цой
За ситцевою шторкой голубою.

Пес на цепи следит полет шмеля,
Из дальней рощи дятел часто слышен;
И на проселке в колее земля
Как черепица, сорванная с крыши.

А чуть подальше, где крутой обрыв,
Изогнутая, как змея в соломе,
Излучина реки. Весной разлив
Здесь клокотал в прибрежном буреломе.

Вот здесь весной, кроша прибрежный наст,
Что грузно проседал, на солнце тая,
Ревел он, будто звал на помощь нас,
Захлебываясь, воздух ртом хватая.

8. Через Артем

… И мы решили, что через Артем,
А далее на Горностай – быстрее.
За поворотом на аэродром
Поля разнообразные пестрели.

Дорога – в обе стороны простор –
Неслась, кювет цепляя правым бортом.
… Какой-то малый удочку простер
Над плавнями – без ног, зато в ботфортах.

… И вот уже Артем вставал вдали,
Заканчивались пригорода дебри.
… Цыгане трех коров перевели,
Свистя бичом, по пешеходной зебре.

Клонилось солнце к горизонту. Клон
Светила по ручью в бочаг спускался.
… Шел путник по обочине, хитон
На щиколотках пыльных развевался.

9. Из Альберту Каэйру

Взгляд мой ясен, словно подсолнух.
И когда я брожу по дорогам,
Все, что вижу, мне кажется новым,
Бесподобным творением Бога.

Словно я – несмышленый ребенок
Или даже цветок придорожный.
Головой удивленно качаю:
Неужель и такое возможно?

Верю этому вечному миру,
Как младенец, как лютик садовый.
На себя он моими глазами
Смотрит пристально снова и снова.

Смотрит пристально и удивленно,
Головой, как подсолнух, качает;
Простодушно, как малый ребенок,
Любит всех, а за что, знать не знает.

10. Манга

День хмур. Там хмарь,
Где свет был бел.
Дуб здесь как царь.
Стар, как Макс Шелл.

Дуб сам был юн.
Век. Два. Три… Пять.
Шел брать Рим гунн.
Шел хан Тверь брать.

Тьма. Степь бьет дрожь.
Рек ток. Звезд круг.
Свой свет льет рожь,
Свой – лес, свой – луг.

Свой свет льет Дон,
Свой свет – вглубь тьмы.
Бог здесь. Вот он.
Он там, где мы.

У произведения нет ни одного комментария, вы можете стать первым!