Владимир Ягличич Противовес и другое

Дата: 18-03-2015 | 08:11:53

Владимир Ягличич Противовес
(С сербского).

Стал старше - выше оценил литературу;
мне стал дороже весь трудолюбивый люд,
спасающий наш мир и вечную культуру,
как зоркий караул, хранящий свой редут.
Наш мир - таинствен, беспокоен, но прекрасен,
подобен взявшей старт орлице молодой.
В нём скрыт глубокий смысл, что всё ещё неясен,
та мудрость, что иным казалась ерундой.

----------------------------

Равнотежа

А што сам старији кньиге су ми драже,
дражи драги льуди и ньихова дела,
као да смо део неке вечне страже
што је сачувати овај свет умела,
овај свет, тајанствен, и гурав и диван,
као пред откриhе лета млада птица,
неким дубльим планом из древности сниван:
мудрост која, дуго, беше бесмислица.



Владимир Яглиич Баллада о герое
(С сербского).

Я ли это в засаде
что ни утро, тайком,
жду в вожделенье - ради
краюхи с молоком ?

Под смех людей на рынке,
из-за любого дождя,
текут мои ботинки,
пару шагов пройдя.

Едут на лимузине
барыга и депутат,
а на моих штанинах
с детства набор заплат.

Истые патриоты
осуществляют власть,
но без швабской работы
я мог бы совсем пропасть.

Вдруг лопнули подтяжки -
теперь не поспешишь.
Бреду. Шаги не тяжки.
В моей корзинке - шиш.

Встречаю человека:
он без рук, без ног -
а я не калека.
Я счастлив - не убог.

Лишь портит жизнь забота,
весь я в старой тоске,
скомканный, как банкнота
забытая в кошельке.

Злой от бед и от ущербов,
с колен, у жениной груди,
прошу её: "Несчастных сербов
уж хватит. Больше не плоди".

-------------------------

Балада о јунаку

Па зар сам ја та уштва
што у заседи вреба
да додже, сваког јутра,
до млека и до хлеба?

Зар то циль општег цильа,
на понос моме роду:
што оба пара гильа
пропуштају ми воду?

Запажам: воза мечка
све оне крупне зверке:
ја носим још од дечка
просењене фармерке.

Због славних патриота,
Србенда по занату,
радим целог живота
за једну швапску плату?

Искидао се трегер,
ал никуда не журим.
Поносно празан цегер
с пијаце куhи вурим.

Промине, ко црн гласник,
човек без руке, ноге:
а ја сам среhни власник
те својине убоге.

Кад чујем нове вести,
угледам фаце старе,
скупим се, ко у кеси
две преостале паре.

И куд hу? Приджем жени,
клекнем крај ньене трбе:
"Смилуј се, смилуј мени,
не раджај такве Србе!"


Владимир Ягличич Беременность
(С сербского).

Уста полудня трепетно нежны,
когда целуют деревцо влюблённо.
Делянки до сыта напоены,
и на ветвях взрываются бутоны.

Летит, как бомбовоз, тяжёлый шмель.
Светило налилось мужскою статью
и хочет, чтоб в просторе всех земель
вершилось Непорочное Зачатье.

Букашка, что в ночи ещё ползла,
раскрывши крылья, прянет из потёмок.
Услышишь, кто-то свистнет из дупла,
потом там запищит его потомок.

Идёт сплошная череда родин:
младенцы, бабочки, птенцы, щенята...
Я - общий кум, участник всех крестин.
Природа что ни день опять чревата.

------------------------------

Бременитост

Напуhене су усне поподнева
док льубе грану - ова се веh врцка.
Толико влаге земльа је поднела:
сваки суварак на пуполье прска.

Сјединьује се свет у светлој опни,
бомбардер бумбар кроз зрак се залеhе,
мужевно сунце не да да ископни
у јаловости безгрешно зачehе.

Природна смена. Доскорашньа буба
можда hе крилом крзнути лат неба.
Цеди се осмех кроз дупльу без зуба -
ко да hе из нье проплакати беба.

Мене - све манье. Не теши што знам
природа древна да спрема нов повој.
Да јој понудим кумство, име дам
кад ми веh јавльа о трудноhи новој?

Владимир Ягличич Осторожно, съёмка !
(С сербского).

Отклонив приглашение на телепередачу.

Я скрылся у себя в квартире,
предстать пред светом в мыслях нет.
Я - сам, в своём особом мире,
как на снегу сорочий след.

Вы гнёте спины в пошлом рвенье,
а я тружусь все дни подряд
и в поэтическом служенье
вершу свой жреческий обряд.

Вы приглашаете на съёмку ?
Вы мне устроите приём ?
А я хочу прожить не громко -
простым балканским дикарём.

Ваш текст, конечно, будет верен.
Ругать умельцев не дерзну,
но я нисколько не намерен
закрыть собою белизну.

Я знаю сам, чем мне заняться.
А вам потребен просто шут,
чтоб как потешного паяца
подать на несколько минут.

Не нужно никаких турусов.
Хочу творить всерьёз и впрок.
Со мной Эредиа и Брюсов.
Меня зовут Готье и Блок.

Они воистину велики.
Мне их компания нужней.
Снимайте солнечные блики
и каверзы ночных теней.

------------------------------------------

Пази, снима се!

Одбивши позив у телевизијску емисију

То што сам сам, скрит у свом миру,
не значи да смо свачији.
Ноhас сам самцит у свемиру,
на снегу траг сврачији.

Не дирајте ме! више радим
од вас што леджа грбите.
Кадионицом стиха кадим.
А ви се посрбите.

Шта? Телевизија? Штампа? Спот?
Интервју? Гостованье?
Бити горди балкански скот
све је моје иманье.

И ко што камерман држи камеру,
редитель сни целину,
ја не напуштам дрску намеру
да скрнавим белину.

Мните, не знам са собом шта hу?
Треба вам август глупи?
Све за тренутак лепи даhу,
за бубицу на клупи!

Оставите ме! Бежте, док
не крене стиха усов.
Мене чекају Готје, Блок,
Ередија и Брјусов.

И позваhе ме на свој сабор,
на окуп душа моhних.
Снимајте, снимајте: сунчев табор
и кикот сенки ноhних!



Владимир Ягличич Пейзаж
(С сербского)

Когда в душе невнятная тоска
и весь дрожишь от мозга до печёнок
да чувствуешь, что смерть уже близка,
то это умер живший там ребёнок.

Спроси себя в столь скверные деньки,
как ты пришёл к обманному итогу,
и кажется, что все дела мерзки
и не найти к спасению дорогу ?

Твоя поддержка - окружающий пейзаж,
где черт и красок не охватишь взглядом,
всеобщий оживлённый ералаш,
содружество людей, живущих рядом.

Но что ты сам творил здесь как сосед ?
Что прочное дела твои создали ?
Лишь географию тоски да бед,
рождающую новые печали.

Тебе открыт зелёный щедрый край.
Ты - как родная травка в том обилье.
А заслужил ли ? Думай и решай
и трезво оцени свои усилья.

Здесь, над тобой, шагая и паря, -
кто по земле, а кто под облаками, -
увидят тех, кто шествует не зря, -
не так, как ты, но твёрдыми шагами.

------------------------------------

Предео

Кад несхватльива туга срце прожме,
струј кад са мозга силази у пете,
кад не знаш далье живети ли може
у теби давно сахраньено дете,

време је да се питаш чему дани,
шта је до овог исхода довело,
кад тавори се у таквој обмани
што прикри да су сва дела - злодело.

Држи те само предео где удже
изгубльен сем за линије и боје -
доказ почела, не твојег, веh туджег,
и стваралаштва које није твоје.

Јер шта си овде чинио, за друге?
Где је та земльа по којој се ходи?
Географијо оковане туге
из које нова туга тек се роди!

Дакле и то је извесно обилье
кад те за свога - а ти, завреде ли? -
примају ови, уз hутльиво билье,
незнаном руком саздани предели.

И постојаhе то што други виде:
над тобом земльа, не само облаци.
Измеджу, неко - лебди, или иде -
пределом, истим, незнани кораци.

Владимир Ягличич Смерть в библиотеке
(С сербского).

Почти музей - свидетель прежней веры,
реликт коммунистической страны,
библиотека - след шумерской эры.
Теперь те книги людям не нужны.

Здесь тесные ряды набитых полок,
уставленные вплоть до чердака,
и пёстрый список авторов. Он долог:
вся мудрость, что скопилась за века.

Здесь гениальнейшее самозванство
(с каким мне знаться больше не с руки) -
пророки и горланы без жеманства,
не сильные в науках "знатоки".

Вот тут-то я и влип в землетрясенье.
Возник жестокий шторм, сменивший штиль.
Тома слетают с полок, как поленья.
Трясу башкой - вытряхиваю пыль.

Вдогон читателю вершат кульбиты
и сыплются, как спелые плоды,
творения Иосипа Броз Тито
и прочие марксистские труды.

Упал под книгами, завален грузом,
верчусь-кручусь, мотаю головой,
стараюсь выползти вперёд и юзом.
Уже боюсь - не выберусь живой.

Я прежде часто был в пылу сражений:
ни снайпер не убил, ни бомбардир.
Теперь умру под грудой сочинений
о том, как нам устроить лучший мир.


----------------------------------

Смрт у библиотеци

Да, почело је безмало па славно,
а сад то благо нико не користи.
Овај су музеј основали, давно,
још у сумерско доба, комунисти.

Библиотека пуна до тавана,
накрцане су све тесне полице:
имена дична, знана и незнана,
сву мудрост льудског рода ви пописте.

Генијално је ваше самозванство,
(то што за руком не полази мени):
сад растајньенье свих тајни зна чланство -
полуписмени, чак и неписмени!

Али зидови и полице чврсте
заклатише се - ко од земльотреса:
поче да пада најпре ми на прсте,
затим са главе веh прашину стресам.

Напокон, (траже неко да их чита!),
падају озго зрелошhу дреньина -
сабрана дела Јошке Броза Тита,
Ј. В. Стальина и В. И. Леньина!

И попадаше. и терет ме скрца,
и не знам како да се вратим куhи:
ево под ньином тежином још грцам,
и жив се неhу, очито, извуhи.

Избегао сам толико ломова,
зли душман залуд клао ме, и колье!
Ал убиhе ме тежина томова
идејом дивном о свету најбольем!


Владимир Ягличич Поединок - полушутливые стихи.
(С сербского).

Я вспомнил о храбрейшем человеке
и расскажу историю одну:
Россия с Черногорией войну
с Японией вели в прошедшем веке.

Два войска в ожидании смотрели.
Вдруг вызов бросил конный самурай -
и Лексо Сайчич в удалой дуэли
сразил его, не посрамив свой край.

Десятки лет с той битвы пролетели.
Залечена цусимская беда.
Японцев Русь разбила в новом деле.
Мы с ними не мирились никогда.

Вдруг хлынет враг опять, задрав забрала, -
мы будем снова с Русью, и не зря !
Ведь сербов Русь сама не раз спасала.
Борясь за нас, осталась без царя.

Ценю Мишиму, славлю Кавабату.
Хвалю в японцах рыцарскую стать.
Но пусть не лезут с русскими в дебаты,
не то придётся с нами воевать.

Когда о черногорцах напророчат,
что примут санкции во вред Руси,
вралю отвечу: "Помолчал бы, кочет !
Язык свой проглоти ! Не голоси !"

Пусть праведные подвиги вершатся !
Не дай нам Бог оставить по себе
позорные примеры святотатства,
предательства и трусости в борьбе.

-----------------------------------------

Двобоj (Полушальива песма)

Ко се сад сеhа? Почне с новим даном
сва мера света твог, модерни свете.
Ал ратоваху Руси са Јапаном,
уз Црну Гору, деветсто и пете.

Та прича - не би стала у троброју...
Ал телеграфски - стих и роман збраја:
да је тад Лекса Сајчиh, у двобоју,
посеко главу царског самураја.

Текло је време, веh и како мора...
И помири се са цусимском раном
Русија света. Само Црна Гора
никако мир да склопи са Јапаном.

Ако Јапанци крену опет, редно,
на ньих hе - с правом! црногорска сила.
Па Русија је, због Срба, не једном
ратовала - чак, цара изгубила!

Ценим Мишиму, браво Кавабата,
част самурајска - да се скине капа!
Ал болье с Москвом да не буде рата,
да Црногорци не крену на Јапан!

И кад би пророк реко - Црна Гора
једном санкције Русији увешhе,
свак би се смејо лажи тог злотвора:
„Такав дан никад осванути неhе!“

Чему се подвиг не један изврши,
чему пролазна збиваньа нас уче:
како се лако завет данас крши
и вероломи вековно до јуче.



Владимир Ягличич Тайна
(С сербского).

Не ведают травы и зимний дол,
не ведает стадо на мёрзлом дёрне.
Мы тоже не знаем. Не знает ствол,
не знают ни ветви его, ни корни.

Не ведает крот, изрывший весь луг.
Не знают зверюшки и их питомцы.
И те, что свершают свой вечный круг, -
не знают Земля и не знает Солнце.

Но пешеходы - в сплошной толчее,
будто с радарами, в вечном хожденье,
в сетях переулков, как в ячее,
явно проникли в секреты рожденья.

----------------------------------

Тајна

Не знам, и не знаш, не схвата ни дебло,
само се грана, корен свој осеhа,
рашта је крдо на цичи прозебло,
шта греје билье снегом до пролеhа.

Не зна кртица слепа куда рије,
ни жаба влагом пареньа занета,
ни ко оцрта круг им од раније
не знају сунце, ни ова планета.

Само улицом, низ пешачке зоне,
као радаром да су наводжени,
пешаци, јатно, у нигдину роне,
проникли тајну за шта су роджени.


Владимир Ягличич Траншея
(С сербского)

Я весь ушёл в глубокую траншею,
а полк других лишь сплёвывал туда.
Нет выбора. Работаю. Гну шею.
Покоя мне не станет никогда.

Брюзжу. Задаче ни конца, ни краю.
Всё глубже от поверхности земной,
и никакой поддержки не встречаю.
Всем в радость посмеяться надо мной.

Не чувствую в своей душе геройства.
Вокруг лишь сырость и слепящий мрак.
В слюне есть увлажняющее свойство:
земля мягка. Я рою, как батрак.

То солнце припекает даже слишком,
то дождь всё мелет в жидкую труху.
Не знаю, что бы смог сказать детишкам,
когда я в яме, а они вверху.

Траншея перед боем - как болото.
Не знаю, заслужил ли я почёт,
что долго рыл, проливши вёдра пота,
что там в воде и кровь моя течёт ?

-------------------------------------------

Шанац

Ко закопаног у све дубльем шанцу
приджу - да пльуну, а не да прославе.
Никако да се изборим за шансу
да ме бар, каткад, на миру оставе.

Брижим, јер нису свршени послови,
а сваки сусрет јаз увеhа, знатно.
Веh нико не зна ни да ме ослови
а да не сикне нешто непријатно.

Каква утеха, без свести јуначке
трпети, влажни мрак док слепи поглед,
што мекша земльа од силне пльувачке
и може да се копа унедоглед?

На најжешhој сам црнчио припеци,
киснуо, самцит, на библијској киши,
ал чему, реци шта hеш реhи деци,
кад сам све дублье, а они све виши?

Не морате ми тако бити склони,
сав шанац глиб је пред залудним бојем:
није ли доста што га, од искони,
натапам крвльу сопственом, и знојем?


Дом Шарича* в Крушчиче
(С сербского).

Простор затянут гладким шёлком
за окнами - как белый плат.
Земля оделось тихомолком
в старинный снеговой наряд.

Она на подиум ступила
моделькой - вроде юных фей.
Застыл в болоте, в гуще ила,
вплоть до весны, клубок червей.

У петухов в дворе сраженье.
Вот хворост рубят топором -
так молотком в остервененье
стучат, чтоб дверь открыли в дом.

Хавроньи держат ноздри шире:
струя воздушная чиста.
Сегодня всё иначе в мире -
с небес нисходит красота.


Дом Шариhевих* у Крушчиhу

Сад је ко свила ненаборана
за прозорм пахульаст, први снег.
Хальина јутра, одора на
коју је навальен прадавни тег.

А свет је држо лако, ко вилу,
ко манекенку на бачкој писти.
Купа се последньи пут у илу,
до пролеhа, сплет смрзлих глисти.

Дворишне двобоје воде петли,
црнкаст сноп граньа врх секире.
Познаhеш зимин длан по петльи
да по дверима следи звекире.

Крмаче ньушкају по оборима
ваздух, свеж као никад пре.
На свет се лепота оборила
и одједном је друкчије све.

Примечание.
*Секуле Шарич - родился в 1960 г. (Sekule Saric - pisac i pesnik) - сербский поэт, живущий в Воеводине, в cеле Крушчич. Шарич - автор нескольких поэтических и прозаических книг, среди которых: "Кральевичи", "О бесу", "Неко као ja", "Taма
покрива земльу" и другие. Сборник его стихотворений "Авар-лярмач", переведённый
Владимиром Бесермини на русинский язык, был с интересом встречен в Закарпатье.
Интервью с Шаричем, проведённое Наташей Обрачевич, можно посмотреть на You Tube.
Публикуемое здесь стихотворение написано лет двадцать тому назад (в 90-е гг.), когда Владимир Ягличич побывал в Крушчиче, в гостях.

А если в балладе подровнять размерно...

Вдруг лопнули подтяжки -
теперь не поспешишь.
Бреду. Шаги не тяжки.
В моей корзинке - шиш.

Встречаю человека:
и он без рук, без ног -
а я вот не калека.
и счастлив - не убог.

Лишь портит жизнь забота,
я весь в былой тоске -
измятая банкнота
забыта в кошельке...

Свежие, лёгкие... По-моему, с такого языка такого автора - удовольствие и только..