Книга Иова

Дата: 01-04-2014 | 10:32:33

Моей маме


Глава 1

 

Пролог

 

Жил человек в земле Эдомской Уц,

и было имя человеку — Иов;

был непорочен он и справедлив,

богобоязнен и далек от зла.

И было у него семь сыновей,

три дочери, богатое именье:

голов семь тысяч мелкого скота,

три тысячи выносливых верблюдов,

волов пять сотен пар, пятьсот ослиц

и много слуг. Из всех сынов Востока

был человек тот самый знаменитый.

Сходились сыновья его, и каждый

из сыновей в своем дому в свой день

устраивал пиры и посылал

за сестрами своими, приглашая

их с ними вместе есть и пить вино.

Когда же завершался этот круг

дней пиршественных, Иов посылал

за ними, освящал и ранним утром

проснувшись, всесожженья возносил

по их числу и одного тельца

за грех о душах их. И говорил

так Иов: «Сыновья мои, быть может,

и согрешили невзначай, и в сердце

своем, быть может, Бога похулили».

И так он делал все такие дни.

 

И был однажды день, когда явились

пред Господа предстать Его сыны;

и между ними сатана пришел.

И сатане сказал Господь: «Откуда

пришел ты?» И ответил сатана

так Господу: «Ходил я по земле

и обошел ее». Ему ж Господь

сказал: «А ты вниманье обратил

на Иова, на Моего раба?

Как он, такого нету на земле:

и непорочен он, и справедлив,

богобоязнен и далек от зла».

И сатана так Господу ответил:

«Богобоязнен Иов разве даром?

Не Ты ли кругом оградил его

и дом его, и все, что у него?

Ты дело рук его благословил,

поэтому стада его плодятся

по всей земле. Но руку Ты простри

да и коснись всего, что у него, —

тогда благословит ли он Тебя?»

И так Господь ответил сатане:

«Вот все, что у него, в руке твоей;

и только на него не простирай

твоей руки». И от лица Господня

на этом сатана и отошел.

 

И день настал, когда опять сошлись

и сыновья, и дочери его

все вместе, чтобы есть и пить вино

у брата первородного в дому.

И к Иову в тот день приходит вестник

и говорит: «Твои волы пахали,

твои ослицы подле них паслись,

как вдруг на них Савеяне напали

и взяли их, а отроков твоих

всех поразили острием меча.

Один я только спасся, чтоб тебе

об этом возвестить». И говорил

еще он, как является другой

и сказывает так: «Огонь Господень

упал с небес и, опалив, пожрал

овец твоих и отроков твоих.

Один я только спасся, чтоб тебе

об этом возвестить». И говорил

еще он, как является другой

и сказывает: «Собрались Халдеи

тремя отрядами и на твоих

верблюдов бросились без промедленья

и взяли их, а отроков твоих

всех поразили острием меча.

Один я только спасся, чтоб тебе

об этом возвестить». И говорил

еще он, как является другой

и сказывает: «Сыновья твои

и дочери сегодня ели, пили

у брата первородного в дому.

И ветер от пустыни налетел

и с четырех углов дом охватил,

и крепкий дом на отроков твоих

обрушился, и умерли они.

Один я только спасся, чтоб тебе

об этом возвестить». Тут Иов встал

и верхнюю одежду разодрал,

и голову остриг, и поклонился,

сказав: «Из чрева матери моей

нагим я вышел — и вернусь нагим.

Господь мне это дал — Господь и взял.

Как захотел Господь — так и случилось.

Господне имя будь благословенно!»

Не согрешил тут Иов, не сказал

ни слова неразумного о Боге.

 

 

 

Глава 2

 

Окончание пролога

 

И был однажды день, когда явились

пред Господа предстать Его сыны;

и между ними сатана пришел,

чтоб и ему пред Господа предстать.

И сатане сказал Господь: «Откуда

пришел ты?» И ответил сатана

так Господу: «Ходил я по земле

и обошел ее». Ему ж Господь

сказал: «А ты вниманье обратил

на Иова, на Моего раба?

Как он, такого нету на земле:

и непорочен он, и справедлив,

богобоязнен и далек от зла.

И тверд он в непорочности своей

доселе, а Меня ты возбуждал

против него, чтоб погубить безвинно».

И сатана так Господу ответил:

«За кожу — кожу, а за жизнь свою

все человек отдаст, что у него

имеется. Но руку Ты простри

да и коснись его кости и плоти, —

тогда благословит ли он Тебя?»

И так Господь ответил сатане:

«Вот он в руке твоей, и только душу

его не тронь». И от лица Господня

на этом сатана и отошел

и лютою проказой поразил

он Иова — с подошвы ног по темя.

 

И взял он черепицу, чтоб скоблить

себя, и сел он в пепел вне селенья.

И так ему жена его сказала:

«Как прежде, в непорочности твоей

Ты тверд! Скорее Бога похули —

да и умри». И он ей так сказал:

«Ты, как безумная, мне говоришь.

Неужто только доброе от Бога

мы будем принимать, а злого мы

не будем принимать?» Ни словом Иов

не согрешил устами тут своими.

 

И о несчастьях, Иова постигших,

его три друга верных услыхали

и каждый вышел в путь из мест своих.

Их звали: Елифаз Феманитянин,

Вилдад Савхеянин и третий друг

Софар Наамитянин. И сошлись,

затем чтобы втроем к нему идти:

с ним сетовать и утешать его.

И подняли они глаза свои

и не узнали Иова; и голос

возвысили они и зарыдали,

и разодрали каждый на себе

всю верхнюю одежду; и бросали

пыль к небу над своими головами.

И вместе с ним сидели на земле

семь дней и семь ночей. Никто ни слова

не говорил ему, ибо видали,

как велико страдание его.

 

 

 

Глава 3

 

Первая речь Иова

 

После того открыл уста свои

и проклял день свой Иов. И сказал:

«Погибни день, в который я родился,

и эта ночь, в которую сказали:

“Зачался человек!” Да будет день

тот тьмою; да не взыщет Бог его,

и да не воссияет свет над ним!

Да омрачит тень смертная его

и тьма ночная, да обложит туча,

да устрашатся дня того, как зноя!

Та ночь, — да обладает ею мрак,

да не сочтись она вовек в днях года,

да не войти ей в месяцев число!

О! Ночь та — да она безлюдна будет,

да не войдет веселие в нее!

Да проклянет ее, кто в силах день

проклясть и разбудить левиафана!

Да смеркнется звезда ее рассвета;

пусть света ждет она, и не придет он;

да не видать ей ввек ресниц денницы

за то, что чрева матери моей

дверей не затворила, не сокрыла

от глаз моих все горести мои!

Зачем я, из утробы выходя,

не умер, почему я не скончался,

когда из чрева вышел? Для чего

меня колени приняли? Зачем

сосать сосцы мне было? Я б теперь

лежал и почивал, и спал бы тихо,

и мне покойно было бы с царями,

с советниками всяческой земли,

что для себя застроили пустыни;

с князьями, у кого имелось злато,

кто мог наполнить дом свой серебром.

Или пускай, как выкидыш сокрытый,

я не существовал бы, как младенцы,

не видевшие света. Там навек

все беззаконные перестают

страх наводить; там отдыхают те,

чьи силы истощились; и покой

там узники вкушают и не слышат

как грозно их надсмотрщики кричат.

Уравнены там малый и великий,

и раб свободен там от господина.

На что же дан страдальцам свет, а жизнь —

душою огорченным, кто ждет смерти —

и нет ее; кто вырыл бы ее

охотнее, чем клад, кто до восторга

обрадовался бы и восхитился,

что гроб нашел? На что подарен свет

тому, чей путь закрыт, кого во мрак

Бог погрузил? Стенания мои

предупреждают хлеб мой, вздохи льются,

воде подобно, ведь меня постигло

ужасней то, чего я ужасался;

чего боялся я — пришло ко мне.

Нет мира, нет покоя, нет отрады,

меня постигло горе и несчастье».

 

 

 

Глава 4

 

Первый ответ Елифаза

 

И молвил Елифаз Феманитянин:

и так сказал: «Когда к тебе мы слово

попробуем сказать, не тяжко ль будет

тебе? А впрочем, слову возбранить

кто может? Вот, ты многих наставлял

и руки опустившиеся ты

поддерживал, и падающих ты

словами восставлял, и укреплял

колени гнущиеся. А теперь,

как до тебя дошло — ты изнемог,

тебя коснулось — духом ты упал.

И не должна ль твоей надеждой быть

твоя богобоязненность святая,

а непорочность твоего пути —

твоим же упованием служить?

Ты вспомни: погибал ли кто невинный

и где был праведный искоренен?

Как я видал, кто вспахивал нечестье

и сеял зло, его и пожинал.

От дуновенья Божья исчезают

и гибнут духом ярости Его.

Рев льва и голос рыкающий молкнет

и зубы юных львов крошатся в прах,

и лев могучий без добычи гибнет,

и напрочь исчезают дети львиц.

И вот, тайком, ко мне явилось слово,

и слух мой принял нечто от него.

Средь размышлений о ночных виденьях,

когда на всех людей находит сон,

меня внезапно ужас охватил

и трепет кости все мои потряс.

И надо мною некий дух прошел,

и дыбом стали волосы на мне.

Он стал, — но я его не распознал,

лишь облик моему явился взору;

повеял тихо, — я услышал голос:

“Что — человек ли праведнее Бога?

и муж ли чище своего Творца?

И слугам Он своим не доверяет,

изъяны видит в Ангелах Своих:

тем паче — в тех, кто в храминах из бренья

находится, чье основанье — прах

и истребляется скорее моли.

И распадаются они под вечер,

и не увидишь, как совсем исчезнут.

Не с ними ль их достоинства уходят?

Умрут, а мудрости не обретут”.

 

 

 

Глава 5

 

Окончание первого ответа Елифаза

 

Взывай, коли ответить есть кому.

К кому же из святых ты обратишься?

Видал я, как глупец укоренялся,

и тотчас проклял дом его. А дети

его от счастья очень далеки,

и если будут бить их у ворот,

заступника не будет. Что пожал он —

голодный съест, присвоив из-за терна

весь урожай. И жаждущий поглотит

имущество его. Так, не из праха

выходит горе, и не из земли

беда растет; но всякий человек

рождается страдать, как искры, чтобы

стремиться вверх высоко. Только к Богу

я обратился бы, мое бы дело

я предал только Богу, ибо Он

вершит неисследимые дела,

великие и чудные без счета,

дожди дает Он на лице земли

и воды шлет Он на лице полей;

униженных на высоту Он ставит

и сетующих взносит во спасенье.

Он разрушает замыслы коварных —

и руки их не довершают дела.

Он ловит мудрецов их же лукавством,

советы хитрых делает пустыми:

с утра они встречают тьму ночную,

а в полдень ходят ощупью, как ночью.

Он бедного спасает от меча,

от уст их и от рук людей всесильных.

И, значит, есть несчастному надежда,

и затворит уста свои неправда.

Блажен тот человек, кому Господь

дарует разум — так не отвергай

ты Вседержителева наказанья,

ибо хоть Сам Он причиняет раны,

но Сам же и обвязывает их;

Он поражает, и Его же руки

врачуют. И в шести несчастьях Он

тебя спасет, а на седьмом тебя

и не коснется зло. Тебя спасет

Господь во время голода от смерти,

и от руки меча — в годину войн.

От плети языка себя укроешь,

опустошения не убоишься,

когда оно придет, ведь ты в союзе

с камнями полевыми, и со всеми

зверями полевыми примирен.

Шатер твой в безопасности ты видишь,

и будешь ты за домом за своим

смотреть и не грешить. И ты увидишь,

что семя многочисленно твое,

и отрасли твои — как на земле

трава. И в зрелости войдешь во гроб,

как под серпом пшеничные снопы

ложатся в срок свой. Вот, что мы дознали,

и так оно и есть. Послушай это

внимательно и для себя заметь».

 

 

 

Глава 6

 

Вторая речь Иова

 

И отвечал тут Иов и сказал:

«О, если б мои вопли верно были

Им взвешены и с ними на весы

положено страдание мое!

Оно песок морей перетянуло б!

С того слова неистовы мои.

Ведь стрелы Вседержителя во мне,

и яд их пьет мой дух; и ополчились

все Божьи ужасы против меня.

Ревут ли дикие ослы в траве?

Мычат ли перед месивом быки?

Едят ли все безвкусное без соли?

В белке яйца имеется ли вкус?

И до чего коснуться не хотела

душа моя, отныне составляет

еду богопротивную мою.

О, если бы желание мое

сбылось теперь и чаянья мои

исполнил Бог! О, если бы Господь

благоволил бы сокрушить меня,

простер бы руку и меня сразил!

И это было бы отрадой мне,

и я в моей болезни беспощадной

крепился бы, ведь не отвергся я

от изречений мудрости Святого.

И что за сила у меня, чтоб мне

надеяться? Какой конец, чтоб длить

мне жизнь мою? И твердость у меня

камней ли твердость? Медь ли плоть моя?

Во мне найдется ль помощь для меня,

и есть ли для меня извне опора?

К тому, кто так страдает, быть должно

от друга сожаленье, если он

пред Вседержителем имеет страх.

Но, как поток, мои неверны братья,

и как быстротекущие ручьи,

которые черны от льда, в которых

скрываются снега. Когда тепло

становится, идут они на убыль,

и исчезают с мест своих в жару;

своих путей теряют направленье;

теряются, когда зайдут в пустыню.

Фемайские на них дороги смотрят

и жаждут их Савейские пути;

и вот пристыженными остаются

в своей надежде; все туда приходят

и от стыда краснеют. Так и вы

теперь ничто: чуть страшное узрели —

так испугались. Говорил ли я:

“Отдайте мне иль с вашего достатка

подите заплатите для меня;

и от руки врага меня избавьте;

и выкупите вы меня от рук

мучителей моих?” Вы научите

меня — я замолчу; и укажите,

в чем погрешил я. Сильно слово правды!

Что утверждают ваши обличенья?

Вы речи обличенья сочинили?

На ветер вы пускаете слова.

Вы нападаете на сироту

и другу яму роете. Прошу вас,

взгляните на меня; я перед вашим

лицем неправду ль буду говорить?

Пересмотрите, есть ли здесь неправда?

Пересмотрите, — правда здесь моя.

Неправда ли на языке моем?

Ужели вправду горечи не может

отныне различить гортань моя?

 

 

 

Глава 7

 

Окончание второй речи Иова

 

И не определен ли человеку

срок на земле, и дни его не то же ль,

что дни наемника? Как жаждет тени

последний раб, и как наемник ждет

работы окончания своей,

так суетные месяцы в удел

я получил, и горестные ночи

отчислены мне. И когда ложусь,

я говорю: “Когда-то встану я?”

А вечер длится и вплоть до рассвета

ворочаюсь я досыта на ложе.

Одето тело у меня червями

и в пыльных струпах; кожа у меня

и лопается, и гноится. Дни

мои бегут скорее челнока

и завершаются без упованья.

Припомни: дуновенье — жизнь моя,

и око у меня не возвратится,

чтобы увидеть доброе. И если

Твои восставишь очи на меня —

и нет меня. Редеют облака

и исчезают; так на свет не выйдет

нисшедший в преисподнюю, домой

не возвратится, и не будет место

его и знать его. Не буду уст

удерживать моих; заговорю

в стесненье духа моего; и буду

роптать я в горести души моей.

Ужель я море или я морское

чудовище, что надо мною Ты

поставил стражу? И едва помыслю,

что принесет постель мне утешенье,

что горести мои изымет ложе, —

как устрашаешь снами Ты меня,

как Ты меня виденьями пугаешь.

И лучше прекращения дыханья

душа моя желает, лучше смерть,

чем сбережение костей моих.

Мне жизнь противна. Жить не вечно мне.

Так отступи же от меня навек,

ведь дни мои есть суета сует.

Что значит человек, что Ты так ценишь

его и обращаешь на него

внимание Твое, и каждый день

его Ты посещаешь, и его

испытываешь каждое мгновенье?

Доколе же меня Ты не оставишь,

доколе от меня не отойдешь,

доколе Ты не дашь мне проглотить

слюну мою? Когда я согрешил,

что сделаю Тебе, страж человеков?

И для чего поставил Ты меня

противником Себе, так что я в тягость

Тебе же Самому и стал? Зачем бы

греха мне не простить, зачем не снять

все беззаконие мое с меня?

И если лягу в прахе я, то завтра

меня поищешь — а меня и нет».

 

 

 

Глава 8

 

Первый ответ Вилдада

 

И отвечал Вилдад Савхеянин

и так сказал: «Доколе будешь ты

так говорить? Слова из уст твоих —

как бурный ветер! Неужели Бог

так извращает суд и Вседержитель

так искажает правду? Коль пред Ним

твои сыны и впали в грех, то Он

их предал в руку беззаконья их.

Коль взыщешь Бога ты и вознесешь

молитву Вседержителю, и если

ты чист и прав, то ныне ж над тобой

восстанет Он и умиротворит

твое жилище правды. И когда

вначале было мало у тебя,

то много воспоследует потом.

Ты у родов у прежних вопроси

и вникни в наблюденья их отцов.

А мы — вчерашние, мы ничего

не знаем, потому что на земле

дни наши — тень. Они тебя научат

и скажут, и от сердца своего

произнесут слова: “Взойдет тростник ли

без влаги и растет ли без воды

камыш? Еще он в свежести своей,

еще не срезан он, а прежде всякой

травы засохнет. Таковы пути

всех, Бога забывающих; погибнет

надежда лицемера; упованье

его подсечено; его же твердость —

дом паука. И обопрется он

о дом свой и не сможет устоять;

ухватится за дом, а удержаться

не сможет. Зеленеет он пред солнцем,

ветвями простирается за сад,

вплетается корнями в камни он,

врезаются корнями меж камнями.

Но если с места вдруг сорвут его,

откажется то место от него:

‘Тебя я не видало!’ Вот и радость

пути его! А из земли растут

уже другие”. Бог не отвергает,

как видишь, непорочного, не держит

руки злодеев. Он еще наполнит

улыбкою твои уста, а губы —

веселым восклицаньем. Кто тебя

возненавидел, облекутся в стыд.

Навек шатер исчезнет нечестивых».

 

 

 

Глава 9

 

Третья речь Иова

 

И отвечал тут Иов и сказал:

«Да, это правда! Знаю, так и есть.

Но как же оправдаться человеку

пред Богом? Если в прение захочет

вступить с Ним, не ответит он Ему

ни на одно из тысячи. Премудр

Он сердцем, силою могущ. И кто

против Него восстал и оставался

в покое? Горы Он передвигает,

и их не узнают: Он изменяет

их в гневе; он сдвигает землю с места,

так что дрожат столбы ее; прикажет

Он солнцу, — не взойдет, и налагает

печать на звезды. Он же небеса

распространяет, по высотам моря

ступает; сотворил созвездья Ас,

Кесиль, Химу и Юга тайники;

вершит неисследимые дела,

великие и чудные без счета.

И если Он пройдет передо мною,

Его я не увижу; пронесется —

Его я не замечу. Он возьмет —

и кто же возбранит Ему? Кто скажет:

“Что делаешь Ты?” Гнева Своего

Господь не отвратит; пред Ним падут

поборники гордыни. И могу ли

я отвечать Ему, искать слова

пред Ним? Будь даже прав я — не отвечу;

молить я буду моего Судью.

А если б я воззвал, и Он ответил, —

я не поверил бы, что голос мой

услышал Тот, Кто в буре вихревой

разит меня, Кто умножает раны

мои безвинно, не дает мне духа

перевести, при этом пресыщает

меня скорбями. Если силу взять,

то Он могуч, а если суд вести,

то кто меня сведет с Ним? Если я

оправдываться буду, то мои

уста меня же обвинят; а если

невинен я — меня признает Он

виновным. Я невинен; не хочу

я знать души моей и презираю

я жизнь мою. И все едино мне;

поэтому сказал я, что Он губит

равно и непорочных, и виновных.

Бичом разит виновных Он внезапно,

отчаянью невинных Он смеется.

Земля попала в руки нечестивых;

лицо ее судей Он закрывает.

А ежели не Он, то кто тогда?

А дни мои бегут быстрей гонца,

добра не видя, и несутся вдаль,

как легкие ладьи; как на добычу —

орел. А если мне сказать: забуду

я жалобы мои, и вид мой мрачный

оставлю я и духом ободрюсь, —

то трепещу я всех моих страданий,

ведь знаю я, что не объявишь Ты

меня невинным. Если я виновен,

то для чего напрасно я томлюсь?

Хоть снежною водой бы я омылся,

и дочиста мои б очистил руки,

то и тогда меня Ты в грязь погрузишь,

и мной побрезгуют мои одежды.

Ведь Он не человек, как я, чтоб мог

Ему ответить я и вместе с Ним

идти на суд! И между нами нет

посредника, что положил бы руку

свою за нас обоих. И свой жезл

да отстранит Он от меня, и ужас

Его меня да не страшит, — тогда

я буду говорить, не убоясь

Его, ведь не таков я сам в себе.

 

 

 

Глава 10

 

Окончание третьей речи Иова

 

Жизнь опротивела душе моей;

печали я предамся; говорить

я буду в горести души моей.

Скажу я Богу: “Не вини меня;

и для чего Ты борешься со мной?

И хорошо ль Тебе, что угнетаешь,

что презираешь дело рук Своих,

но свет даешь совету нечестивых?

Но плотские ли очи у Тебя,

и смотришь Ты, как смотрит человек?

И разве дни Твои, как человека,

или Твои лета, как годы мужа,

что ищешь Ты во мне порок; во мне

выискиваешь грех, хотя ты знаешь,

что я не беззаконник, что меня

никто от Рук Твоих не защитит.

Твоя рука трудилась надо мною,

всего образовав меня кругом, —

и Ты меня же губишь? Но припомни:

меня из глины Ты и сотворил,

и снова в прах меня Ты обратишь?

Не ты ли Сам меня, как молоко,

и вылил; как творог, меня сгустил;

одел меня и кожею, и плотью;

костями, жилами скрепил меня;

и жизнь, и милость даровал мне; дух мой

Твоим же попеченьем сохранил?

Но в сердце Ты Своем и то скрывал, —

и знаю, у Тебя все это было, —

что если согрешу я, Ты заметишь

и не оставишь грех без наказанья.

И если я виновен — горе мне!

А если я и прав, то не осмелюсь

поднять я головы моей. Пресыщен

я унижением: скорей взгляни

на бедствие мое: оно растет.

Ты гонишься за мною, словно лев,

и снова нападаешь на меня,

и чудным Ты являешься во мне.

И новых Ты свидетелей ведешь

против меня; усиливаешь гнев

Твой на меня; и беды друг за другом

стремятся ополчиться на меня.

Зачем Ты вывел Сам меня из чрева?

Пусть умер я б, когда еще ничей

меня не видел глаз; пусть, как небывший,

из чрева был бы я снесен во гроб!

И не малы ли дни мои? Оставь

меня и отступи, чтоб я немного

приободрился, прежде чем уйду, —

и уж не возвращусь, — в страну, где тьма,

и смерти сень; туда, где царство мрака,

как тени смертной мрак; где нет устройства;

и где темно, как подлинная тьма”».

 

 

 

Глава 11

 

Первый ответ Софара

 

И отвечал Софар Наамитянин

и так сказал: «Нельзя ли разве дать

ответ на много слов произнесенных,

и прав ли человек многоречивый?

И разве пустословие твое

мужей молчать заставит, чтобы ты

глумился бы и чтоб никто не мог

тебя и постыдить? Ты так сказал:

“Мое сужденье верно, посему

я чист в глазах Твоих”. Но если Бог

возглаголал бы и отверз уста

Свои к тебе и тайны бы открыл

премудрости, тогда б тебе пришлось

и вдвое больше понести! Итак,

узнай, что Бог иные беззаконья

твои забвенью предал. Разве можешь

исследованьем Бога ты найти?

Ты можешь Вседержителя постичь?

Превыше Он небес, — что можешь сделать?

Он глубже преисподней, — что узнаешь?

Его размеры и земли длиннее,

и моря шире. Если Он пойдет

и заключит кого-нибудь в оковы,

на суд представит, кто Его отклонит?

Людей Он лживых знает, беззаконье

их видит, — неужели без вниманья

его оставит? Мудрствует на свете

пустейший человек, хоть человек

рождается, как дикие ослята.

И если ты свое управишь сердце,

и если руки ты простришь к Нему,

и если твой порок в руке твоей,

и ты его отбросишь и не дашь

в твои шатры вселиться беззаконью,

то снова незапятнанным поднимешь

лице твое, бояться ты не будешь,

но будешь тверд. Тогда забудешь горе;

и будешь позже вспоминать о нем,

как о воде протекшей. Жизнь твоя

пойдет яснее полдня; просветлеешь,

как утро. Станешь ты всегда спокоен,

ведь есть надежда; ею огражден,

ты можешь безопасно спать. И будешь

лежать, но устрашающих не будет,

и у тебя заискивать все будут.

Зато глаза истают беззаконных,

и пропадет убежище у них,

и навсегда исчезнет их надежда».

 

 

 

Глава 12

 

Четвертая речь Иова

 

И отвечал так Иов и сказал:

«Поистине, вы люди, только вы,

и мудрость вместе с вами и умрет!

И у меня есть сердце, как у вас;

не ниже вас я — кто ж того не знает?

Посмешищем для друга своего

я стал, я сам, кто к Богу смел воззвать,

которому Господь давал ответы;

посмешищем, хотя я человек

незлобный, праведный и непорочный.

Так презирает в мыслях человек,

в покое восседающий, тот факел,

что людям спотыкающимся нужен.

Ведь у грабителей шатры спокойны,

как и у тех, кто Бога раздражает,

кто Бога вроде носит на руках.

И подлинно: спроси-ка у скота —

тебя научит он; спроси у птицы

небесной — возвестит она тебе;

или с землей возьми и побеседуй —

она тебя наставит, и расскажут

тебе морские рыбы обо всем.

Кто не узнает в этом, что рука

Господня это все и сотворила?

В Его руке живущих всех душа,

в Его руке дух плоти человека.

Не ухо ль наше разбирает речь

и не язык распознает ли пищу?

И в старцах — мудрость, в долголетних — разум.

А у Него — и сила, и премудрость;

совет и разум — тоже у Него.

Что Он разрушит, то не восстановишь,

кого скует Он — не освободится.

Он воды остановит — все засохнет;

он пустит их — земля преобразится.

Могущество и мудрость — у Него;

пред Ним и заблуждающийся виден,

пред Ним и тот, кто вводит в заблужденье.

Советников Он вводит в безрассудство,

и судей делает глупцами Он.

Он перевязь снимает у царей,

на чресла им повязывает пояс;

Он низвергает храбрых; и князей

лишает их достоинств; отнимает

язык Он у людей велеречивых

и старцев мудрости лишает Он;

стыдом Он покрывает знаменитых,

могущество могучих ослабляет;

глубокое из тьмы Он открывает,

тень смертную выводит Он на свет;

народы множит Он и истребляет,

рассеивает их и собирает;

у глав народа отнимает ум

и оставляет их блуждать в пустыне,

где нет пути, где ощупью они

бредут во тьме без всяческого света,

как пьяные, шатаются впотьмах.

 

 

 

Глава 13

 

Продолжение четвертой речи Иова

 

Все это око видело мое

и ухо слышало мое все это,

заметив это для себя. И сколько

вы знаете, все то же знаю я:

я вас не ниже. Говорить хотел бы

я Вседержителю и состязаться

желал бы с Богом. Сплетчики вы лжи;

и все вы — бесполезные врачи.

О, если бы помалкивали вы!

Вам это было б в мудрость вменено.

Прошу мои послушать рассужденья

и вникнуть в возраженье уст моих.

Ложь говорить вам ради Бога нужно ль

и говорить неправду для Него?

Вам быть лицеприятными к Нему

и так за Бога препираться нужно ль?

А хорошо ли будет, если Он

вас испытает? Сможете Его

вы так же обмануть, как человека?

Он строго вас накажет, хоть и вы

неявно лицемерите. Ужели

величие Его вас не страшит,

и страх Его на вас не нападает?

Напоминанья ваши схожи с пеплом;

защита ваша — глиняный оплот.

Молчите предо мною — говорить

я буду, что б со мною ни случилось.

Зачем терзать мне плоть мою зубами,

и в руку мне влагать мою же душу?

Меня Он убивает, но я буду

надеяться; желал бы только я

пути мои перед лицем Его

пройти. Уже мне это оправданье,

ведь лицемер перед лице Его

не встанет! И внимательно мои

послушайте слова и объясненье

мое — ушами вашими. Итак,

я дело здесь судебное завел

и знаю я, что буду прав. Кто в силах

меня оспорить? Ибо очень скоро

умолкну я и дух свой испущу.

Со мной не делай только двух вещей;

тогда от Твоего лица не буду

скрываться: удали же от меня

Твою Ты руку, да не потрясет

меня Твой ужас. И тогда зови —

я буду отвечать иль говорить

я буду — Ты мне будешь отвечать.

Как много у меня грехов, пороков?

Мне беззаконье покажи мое

и грех мой. Для чего лице Твое

скрываешь ты и для чего считаешь

меня врагом Тебе? Ты сокрушаешь

не сорванный листок ли, не сухую

соломинку преследуешь ли Ты?

Но горести ты пишешь на меня,

вменяешь мне грех юности моей,

и ноги мне в колоду ставишь Ты,

подстерегаешь все стези мои,

гоняешься по следу ног моих.

А он ведь распадается, как гниль,

как рубище, изъеденное молью.

 

 

 

Глава 14

 

Окончание четвертой речи Иова

 

Женою порожденный человек

печалями пресыщен, краток днями;

восходит, как цветок и опадает;

бежит, как тень, не зная остановки.

И на него Ты отверзаешь очи

Твои? Меня ведешь на суд с Тобой?

Кто чистым от нечистого родится?

Никто. И если определены

все дни его, и месяцев число

его рассчитано Тобой, и если

Ты положил ему предел, какого

не перейдет он, уклонись тогда

Ты от него: пускай он отдохнет,

доколе не окончит, как наемник,

дня своего. Для дерева надежда

имеется, что ежели оно

и будет срублено, то оживет

и снова выйдут отрасли его;

а если вдруг в земле и устареет

древесный корень, если пень его

замрет в пыли, то лишь почует воду,

оно мгновенно отпрыски дает

и ветви отпускает, как бы вновь

посаженное. А вот человек

умрет и распадется; отошел —

и где же он? Из озера вода

уходит, иссякает, высыхая

река: ложится так же человек

и не встает. И больше не проснется

он до скончанья неба, и от сна

он не воспрянет. Если б в преисподней

Ты скрыл меня и укрывал меня,

пока пройдет Твой гнев, и положил

мне срок и позже вспомнил обо мне!

Вновь будет жить умерший человек?

Все дни определенного мне срока

я б ожидал, когда придет мне смена.

Воззвал бы Ты — и я бы дал ответ,

и Ты явил бы делу рук Твоих

благоволение; ибо тогда

Ты исчислял бы все шаги мои

и не стерег бы моего греха;

и Ты б закрыл вину мою и в свитке

мое б Ты беззаконье запечатал.

Но разрушается гора, упав,

и сходит с места своего скала;

вода стирает камни; пыль земную

разлив воды смывает: так и Ты

надежду человека истребляешь.

Ты до конца теснишь его — и он

уходит; отсылаешь Ты его,

ему лице навеки изменяешь.

Не знает он, в чести ль его потомки,

унижены ль они, не замечает;

но плоть его на нем всегда болит,

душа его в нем всячески страдает».

 

 

 

Глава 15

 

Второй ответ Елифаза

 

И молвил Елифаз Феманитянин:

и так сказал: «Познанием пустым

ответит ли мудрец, наполнит чрево

свое палящим ветром; будет ли

оправдываться словом бесполезным,

речами, не имеющими силы?

Да, отложил ты страх и почитаешь

за малость речи к Богу. Так нечестье

настроило твои уста, и ты

избрал язык лукавых. Обвиняют

тебя уста твои, отнюдь не я;

язык твой говорит против тебя.

Родился ли ты первым человеком

и создан разве ранее холмов?

Или совет услышал Божий ты,

ужели ты привлек к себе премудрость?

Что знаешь ты, чего б не знали мы?

Что разумеешь ты, чего у нас

быть не могло бы? Между нами есть

и седовласый, и старик, что днями

превысил твоего отца. Ты разве

считаешь малым утешенье Божье?

Тебе, выходит, это неизвестно?

К чему тебя твое толкает сердце,

к чему так гордо смотришь? Против Бога

зачем стремишь ты дух свой и устами

твоими произносишь эти речи?

И что есть человек, чтоб чистым быть

и праведным быть женщиной рожденным?

Он и Святым своим не доверяет,

и небеса в очах Его нечисты;

тем более растленный человек

нечист, что беззаконие свое,

как воду, пьет. Я буду говорить

тебе, а ты послушай. Расскажу,

что видел я, что мудрые слыхали,

не скрыв услышанное от отцов

своих, кому была дана земля,

среди которых не ходил чужой.

Все дни себя терзает нечестивый,

закрыто для злодея лет число;

звук ужасов в ушах его; средь мира

губитель на него идет. Спастись

от тьмы он не надеется; он видит

перед собою меч. Повсюду он

скитается, насущный хлеб ища.

И знает он, что к гибели готов,

и у него у руках день полной тьмы.

Нужда и теснота страшат его,

одолевают, как царя, который

готов к сраженью, ибо против Бога

простер он руку и сопротивлялся

он Вседержителю, и устремлялся

против него с поднятой гордо выей

и под щитами крепкими своими;

затем что жиром он покрыл лицо

и туком обложил свои лядвеи.

И селится он в градах разоренных,

в домах, в которых люди не живут,

которым стать руинами придется.

Богатым не бывать ему; именье

его не уцелеет; не взрастет

его приобретенье по земле.

Не в свой день он скончается, и ветви

его вовек не будут зеленеть.

Как виноградная лоза, он сбросит

невызревшую ягоду свою

и, как маслина, цвет он сбросит свой.

Так опустеет нечестивца дом,

огонь пожрет шатры его мздоимства.

Он зло зачал и ложь он породил;

его утроба всем обман готовит».

 

 

 

Глава 16

 

Пятая речь Иова

 

И отвечал так Иов и сказал:

«Такого очень много слышал я,

пустые утешители мои.

Конец ли будет ветреным словам?

Тебя что побудило так ответить?

И я мог так же говорить, как вы,

когда б душа у вас была на месте

моей души; и я бы ополчался

на вас словами, головой моею

кивал бы я на вас и подкреплял

вас языком моим, движеньем губ

вас утешал бы. Говорю ли я, —

не утоляются мои печали;

перестаю ли говорить, — и что

отходит от меня? Но изнурил

меня Он ныне. Ты разрушил всю

мою семью. Морщинами меня

покрыл Ты во свидетельство того,

что Ты против меня; и восстает

мое же изнуренье на меня,

в лицо меня корит. И гнев Его

меня терзает и со мной враждует,

зубами он скрежещет на меня;

и враг мой на меня острит глаза.

Пасть на меня разинули; ругаясь,

бьют по щекам меня; все сговорились

против меня. И в руки нечестивым

меня Он бросил, предал беззаконным.

Я был спокоен — Он меня потряс;

меня за шею взяв, избил меня,

меня поставил целью для Себя.

Его стрельцами тут я окружен;

Он рассекает внутренность мою

и не щадит ее, на землю пролил

Он желчь мою и пробивает Он

проломы за проломами во мне;

как ратоборец, на меня бежит.

Сшил вретище на кожу я мою,

в прах положил я голову мою.

Лицо мое багровое от плача,

и у меня на веждах смерти тень,

хотя хищенья нет в руках моих,

хотя чиста Ему моя молитва.

Земля! да не закрой моей крови,

и пусть в ней места воплю моему

не будет. Ныне есть на небесах

Свидетель мой, Заступник в вышних мой!

Многоречивые друзья мои!

Слезится к Богу око у меня.

Когда б мог человек с Ним состязаться,

как могут люди — с ближними своими!

Ибо летам моим конец приходит,

и отхожу я в невозвратный путь.

 

 

 

Глава 17

 

Окончание пятой речи Иова

 

И ослабело у меня дыханье;

день гаснет мой; гробы передо мною.

Сам пред Собою за меня вступись,

Сам поручись! Иначе за меня

кто поручится? Ибо Ты закрыл

от разуменья сердце их, не дашь

поэтому Ты им торжествовать.

Кто обречет друзей своих в добычу,

глаза детей истают у того.

Меня Он ставит притчей для людей,

посмешищем для них. И помутилось

от горя око у меня; все члены

мои, как тень. О сем дадутся диву

все праведные, и вознегодует

невинный человек на лицемера.

Но праведники своего пути

держаться будут крепко; утверждаться

все больше будет тот, кто чист руками.

Послушайте меня и подойдите;

но не найду я мудрого меж вами.

И дни мои прошли, мои раздумья —

богатство сердца моего — разбиты.

В день превратить они желают ночь,

и свет приблизить к лику тьмы. Но если б

стал дожидаться я чего-нибудь,

то зря, ведь преисподняя — мой дом;

во тьме я постелю постель мою;

и гробу я скажу: “Отец мой — ты”, —

червю: “Ты мать моя, сестра моя”.

И где же вслед за тем моя надежда?

И кто увидит то, чего я жду?

Но в преисподнюю сойдет она,

со мною упокоится во прахе».

 

 

 

Глава 18

 

Второй ответ Вилдада

 

И отвечал Вилдад Савхеянин

и так сказал: «Когда же вы, друзья,

положите конец таким речам?

Обдумайте — потом поговорим.

Зачем считаться за животных нам

и унижаться в собственных глазах?

Ты, душу раздирающий твою

в ужасном гневе! Или для тебя

земле необходимо опустеть

и с места своего сойти скале?

Да, свет у беззаконного потухнет,

не станет искры от огня его.

Навек померкнет свет в шатре его,

его светильники над ним угаснут.

Шаги его могущества ослабнут,

его низложит замысел его,

поскольку в сеть он попадет ногами

и по тенетам примется ходить.

Петля зацепит за ногу его,

его грабители подкараулят.

И для него силки в земле сокрыты

и на дороге западни стоят.

И ужасы со всех сторон его

начнут страшить и броситься заставят

туда-сюда. От глада истощится

вся мощь его, а сбоку от него

готова гибель. Члены тела съест,

изгложет смерти первенец все тело.

Уйдет надежда из шатра его

и к ужасов царю его погонит.

Чужой поселится в шатре его,

поскольку не его уже шатер;

его жилище серою посыплют.

Подсохнут снизу корни у него;

его исчезнет имя с площадей.

Его изгонят со свету во тьму

и навсегда сотрут с лица земли.

Не будет сына у него, ни внука

в его народе; никого не будет

в его жилищах. И о дне его

потомки ужаснутся; страшный трепет

охватит современников его.

Жилища беззаконных таковы

и место тех, кто Бога не узнал».

 

 

 

Глава 19

 

Шестая речь Иова

 

И отвечал так Иов и сказал:

«Доколе душу будете вы мучить

и истязать меня такою речью?

Уж десять раз срамили вы меня,

меня теснить совсем вы не стыдитесь.

Но если я и вправду погрешил,

при мне останется моя погрешность.

А если вы хотите надо мною

повеличаться, упрекнуть меня

моим позором, знайте же, что Бог

меня уж ниспроверг и обложил

меня своею сетью. Я кричу:

“Обида!” — и никто меня не слышит;

я вопию, и нет суда. Мне путь

Он преградил, и не могу пройти:

тьму положил Он на мои стези.

Совлек с меня Он славу, снял венец

Он с головы моей. Кругом меня

Он разорил — уже я отхожу;

исторг мою надежду, словно древо.

И на меня Он гневом воспылал,

меня считает Он Своим врагом.

Полки Его пришли, направив путь

ко мне и моего шатра вокруг

расположились. Братьев от меня

Он удалил, и знающий меня

чуждается меня. Покинут я

моими близкими; меня забыли

знакомые мои. Чужие в доме

моем, и слуги чужаком меня

считают; посторонним в их глазах

я стал. Зову я моего слугу,

и он не откликается; я должен

устами умолять его прийти.

Жене моей дыхание мое

противно; должен я молить ее

ради детей от чрева моего.

И даже дети малые меня

презрели; не успею я подняться,

они уже глумятся надо мной.

Мной брезгают наперсники мои,

и те, кого любил я, обратились

против меня. Все кости у меня

к моей прилипли коже и к моей

прилипли плоти; я остался с кожей

лишь около зубов моих. Прошу вас

помилуйте, помилуйте меня,

друзья мои, ибо меня коснулась

рука Господня. Для чего и вы

меня преследуете, как и Бог,

и не насытитесь моею плотью?

О, если б записать слова мои!

И если бы их в книге начертать

резцом железным с оловом, — навеки

они б на камне вырезаны были!

Но знаю я: мой Искупитель жив,

восставит Он распавшуюся кожу

мою в последний день; и во плоти

моей узрю я Бога. Сам узрю;

мои глаза, а не глаза другого

Его узрят. Истаивает сердце

в груди моей! Вам должно бы сказать:

“Зачем же мы преследуем его?”

Как будто корень зла во мне отыскан.

Меча убойтесь, ибо меч — отмститель

неправды и запомните: есть суд».

 

 

 

Глава 20

 

Второй ответ Софара

 

И отвечал Софар Наамитянин

и так сказал: «Заставили меня

ответить размышления мои,

и я спешу их выразить. Услышал

я тут упрек, позорный для меня;

дух разуменья моего ответит.

Ты разве знать не знаешь, что от века, —

как человек поставлен на земле, —

веселье беззаконных скоротечно,

мгновенно лицемера торжество.

Хотя бы возросло и до небес

его величье, голова его

касалась облаков, — но на века

он пропадает, как его отходы.

И скажет, кто видал его: “Где он?”

Он улетит как сон — его не сыщут;

исчезнет, как видение ночное.

Глаз, видевший его, уж не увидит

его совсем, и собственное место

его уж не усмотрит. Сыновья

его начнут заискивать у нищих,

и возвратит похищенное им

его рука. И кости у него

наполнены грехами лет младых

и лягут в прах они с ним. Если сладко

зло у него во рту, и он таит

его под языком своим, и носит,

не бросит зло, держа в устах своих,

тогда в его утробе эта пища

внутри его змеиной желчью станет.

Богатство, что глотал он, изблюет;

исторгнет Бог из чрева у него

богатство это. Он змеиный яд

сосет; его убьет язык ехидны.

И не видать ему ручьев и рек,

что истекают медом с молоком!

Нажитое трудом он возвратит,

не проглотив; его расплата будет

по мере достояния его,

а он и не порадуется вовсе.

Ведь угнетал он, бедных отсылал;

захватывал дома, каких не строил;

в своей утробе сытости не знал

и в жадности людей он не щадил.

Никто не спасся от его обжорства,

но счастие его не устоит.

И в полном изобилии ему

ужасно тесно будет; на него

обиженных поднимется рука.

А будет чем набить ему утробу —

пошлет Он ярость гнева Своего,

дождем прольет болезни на него,

на плоть его; и если убежит

он от копья железного, его

прострелит медный лук; он извлечет

стрелу, и та, сверкнув, из тела выйдет

сквозь желчь его; и на него найдет

страх смерти! А внутри его сокрыто

все мрачное; пожрет его огонь,

никем не разводимый; зло постигнет

все, что в шатре осталось у него.

Откроет небо произвол его

и на него сама земля восстанет.

Его домов исчезнет достоянье;

растает все в день ярости Его.

Вот жребий беззаконного каков

от Бога и наследие какое,

что Вседержитель нам определил».

 

 

 

Глава 21

 

Седьмая речь Иова

 

И отвечал так Иов и сказал:

«Послушайте, как должно, речь мою;

от вас мне это будет утешеньем.

Я буду говорить — вы потерпите

и насмехайтесь, как поговорю.

И разве к человеку речь моя?

И как тут малодушным мне не быть?

Взгляните на меня и ужаснитесь,

и положите перст свой на уста.

Лишь только вспомню я, так содрогаюсь,

охватывает трепет плоть мою.

Зачем живут злодеи, достигая

до старости и силами крепки?

Их дети вместе с ними пребывают,

пред их лицом. И внуки их живут

пред их глазами. Вовсе безопасны

от страха их дома; нет Божья жезла

на них. Волы у них осеменяют,

не извергая, а коровы их

рожают все, и выкидышей нет.

Детей своих на волю выпускают,

и, как телята, скачут малыши.

И под тимпан и цитру восклицают,

под музыку свирели веселятся;

и в счастии проводят дни свои,

и мигом в преисподнюю нисходят.

А Богу говорят они меж тем:

“Уйди от нас; и знать мы не хотим

Твоих путей. Что Вседержитель нам,

чтобы служить ему? И что нам пользы

к Нему прийти?” Смотри: не в их руках

их счастье. — Удаляю от себя

советы нечестивых! Часто ль гаснет

светильник беззаконных, и беда

находит ли на них, и в гневе Он

дает ли им страдания в удел?

Они ведь как соломинка пред ветром

должны быть, как плева, что вихрь уносит.

Вы скажете: “Бог бережет детей

его для мук его”. — Нет пусть воздаст

злодею Он, чтоб тот об этом знал.

Пускай его глаза увидят горе,

пускай от Вседержителева гнева

он пьет. Какая же ему забота

до дома своего после него,

когда навеки месяцев число

его свершится? Мудрости учить

не Бога ли, когда Он судит горних?

Один, исполнен сил своих, умрет,

в спокойствии и мире совершенном;

и жиром внутренность его полна,

и кости мозгом у него залиты.

Другой умрет с душою огорченной

и не вкусив добра. И вместе будут

лежать во прахе — червь покроет их.

Я знаю ваши мысли, ухищренья,

какими вы сплетаете меня.

Вы скажете: “Где князя дом? И где

Шатер, где беззаконные живут?”

Но разве путешественников вы

не спрашивали или незнакомы

с их наблюденьями, что в самый день

погибели преступник пощажен

и в сторону отводится в день гнева?

Кто путь его представит пред лице,

и кто ему воздаст за то, что сделал?

Его препровождают ко гробам

и на его могиле ставят стражу.

И для него сладка долины глыба,

и вслед за ним идет толпа людей,

а перед ним идущим нет числа.

Как вы меня утешите пустым?

Ответы ваши остаются ложью».

 

 

 

Глава 22

 

Третий ответ Елифаза

 

И молвил Елифаз Феманитянин:

и так сказал: «Как может человек

доставить пользу Богу? Доставляет

разумный пользу самому себе.

А Вседержителю какая радость,

что праведник ты? Будет ли Ему

тут выгода, что ты свои пути

содержишь в непорочности? Неужто,

боясь тебя, Он вступит в состязанье

с тобою и пойдет с тобой судиться?

Похоже, злоба велика твоя,

и беззаконьям нет твоим конца.

Похоже, ты брал золото от братьев

твоих и ни за что с полунагих

снимал одежду. Жаждой утомленным

не дал воды напиться, отказал

голодным в хлебе; землю отдавал

лишь сильному, и только сановитый

на ней селился. Вдов ты отсылал

ни с чем и оставлял сирот с пустыми

руками. Вкруг тебя за это петли,

и устрашил тебя нежданный ужас

и тьма, где ты не видишь ничего,

и многоводие тебя покрыло.

И не превыше ль Бог самих небес?

Взгляни на звезды — как они высоко!

Еще ты говоришь: “Что знает Бог?

И разве может Он судить сквозь мрак?

Ему завеса — облака, и Он

не видит ничего, и только ходит

небесным кругом”. Неужели ты

пути древнейших держишься, которым

шли люди беззаконные, но их

до времени поистребили всех,

когда вода под основанье их

влилась? Они ведь Богу говорили:

“Уйди от нас!” — а также: “Вседержитель

что сделает нам?” Он добром наполнил

их домы. Но советы нечестивых

да будут от меня как можно дальше!

Все праведники видели и знали,

и непорочные смеялись им:

“Наш недруг истреблен, а что осталось,

когда не стало их, пожрал огонь”.

Сближайся с Ним — и будешь ты спокоен;

и через то придет к тебе добро.

Прими из уст Его закон себе

и в сердце положи Его слова.

Ты, если к Вседержителю вернешься,

устроишься опять и удалишь

от своего шатра все беззаконье

сочтешь металл блестящий сущим прахом

и золото Офирское — камнями

речными. Вот и станет Вседержитель

и золотом твоим и серебром

блистающим, поскольку ты тогда

рад будешь Вседержителю, и к Богу

лицо твое поднимешь. Вознесешь

Ему молитвы — Он тебя услышит,

и ты исполнишь все твои обеты.

Намеренье положишь, и оно

исполнится, и будет над путями

твоими свет сиять. И если кто

совсем унижен будет, ты воскликнешь:

“Возвышен я!” И тотчас Он спасет

поникшего лицем. От бед избавит

Он даже небезвинного, который

спасется чистотою рук твоих».

 

 

 

Глава 23

 

Восьмая речь Иова

 

И отвечал так Иов и сказал:

«Еще и ныне речь горька моя:

мои страданья тяжелее стонов.

О, если б знал я, где Его найти,

и мог бы подойти к Его престолу!

Пред Ним мое бы дело изложил,

уста мои наполнил оправданьем;

узнал слова, какими Он ответит,

и осознал бы, что Он скажет мне.

Неужто Он в могуществе Своем

со мною стал бы состязаться? Нет!

Пусть только обратил бы на меня

внимание. И праведник бы смог

с Ним состязаться, — я бы навсегда

от моего Судьи обрел свободу.

Но я иду вперед — и нет Его,

иду назад — Его не нахожу;

что делает Он слева, я не вижу;

скрывается ли справа, — не пойму.

Но знает Он мой путь; пусть испытает

меня Он, — словно золото я выйду.

И твердо держится нога моя

стези Его; пути Его хранил я,

не уклонялся. И не отступал

от заповеди уст Его; хранил

глаголы уст Его гораздо больше,

чем правила мои. Но Он так тверд;

и кто Его отклонит? Что Он хочет,

то делает душа Его. Исполнит

Он то, что мне положено. И много

подобного такого у Него.

И трепещу я пред лицем Его;

я размышляю — и страшусь Его.

И сердце у меня расслабил Бог,

и Вседержитель устрашил меня.

 

 

 

Глава 24

 

Окончание восьмой речи Иова

 

Но почему не скрыты времена

от Вседержителя, и те, кто знает

Его, не видят дней Его? Сдвигают

межи и угоняют скот стадами,

и сами для себя его пасут.

Уводят у сирот осла, у вдов

берут в залог вола, а бедняков

столкнуть спешат с дороги;

все нищие земли принуждены

от них скрываться. Вот они, злодеи,

как дикие ослы в глухой пустыне,

они с утра на промысел выходят,

вставая на добычу; степь дает

им хлеба: и самим, и детям их;

и жнут они на поле не своем,

сбирают виноград у нечестивца;

нагие спят на стуже без покрова,

без одеянья; мокнут что ни день

под горными дождями; не имея

убежищ, прижимаются к скале;

и отторгают от сосцов сирот;

и даже с нищего берут залог;

ходить нагими заставляют их,

без одеянья, и голодных кормят

колосьями; и выжать норовят

оливковое масло между стен;

в точилах топчут и всечасно жаждут.

Меж тем стенают люди в городах,

и души убиваемых вопят,

и Бог того совсем не воспрещает.

Из них иные ненавидят свет,

путей его не знают и не ходят

его стезями. Рано на рассвете

встает убийца, убивает он

и нищего, и бедного, а ночью

бывает вором. Око любодея

ждет сумерек, при этом говоря:

“Меня никто, ничей глаз не увидит”, —

и прячет под покровами лице.

Подкапываются во тьме под домы,

какие днем заметили себе;

не знают света. Утро для таких

подобно смертной тени, ведь они

знакомы с ужасами тени смертной.

Он легок на поверхности воды,

но проклята на суше часть его,

и он на виноградников дорогу

не смотрит. Поглощают зной и сушь

всю воду снежную, — так поглощает

и преисподняя всех согрешивших.

Пускай утроба матери забудет

его; пускай им лакомится червь;

пускай не будет памяти о нем;

пусть сломится, как древо, беззаконник,

который нерождавшую гнетет,

бездетную терзает, и вдове

не делает добра. Он увлекает

и сильных силою своей; встает —

никто не знает, будет жив иль нет.

А Он дает им все для их защиты —

они и опираются на это;

и очи Бога видят их пути.

Поднялись высоко, — и вот их нет;

как все, и падают, и умирают;

срезаются, как колосков верхушки.

А если все, что сказано, неправда,

кто сможет уличить меня во лжи

и речь мою в ничто — кто обратит?»

 

 

 

Глава 25

 

Третий ответ Вилдада

 

И отвечал Вилдад Савхеянин

и так сказал: «Владычество и страх

лишь у Него; и на Своих высотах

Он мир творит! Имеется ли счет

воителям Его? И свет Его

над кем не всходит? Как же человеку

быть правым перед Богом? Как быть чистым

произведенным женщиной на свет?

Поскольку и луна ведь несветла,

и звезды нечисты в Его очах.

Тем меньше человек, который червь;

и человека сын, который моль».

 

 

 

Глава 26

 

Девятая речь Иова

 

И отвечал так Иов и сказал:

«О, как же ты бессильному помог,

как мышцу немощного поддержал!

Какой совет немудрому ты подал,

как полно это дело объяснил!

Кому ты говорил свои слова,

и чей же дух исходит от тебя?

Рефаимы трепещут над волнами

и те, кто в них живет. Обнажены

пред Господом потемки преисподней,

и нету покрывала Аваддону.

Он север распростер над пустотою,

и землю Он повесил ни на чем.

Он заключает воды в облаках,

и облако не рушится под ними.

Он Свой престол поставил высоко,

и облако Свое над ним раскинул.

Провел Он над поверхностью воды

черту вплоть до границы света с тьмою.

От ужаса дрожат столпы небес

от гроз Его. Своею силой Он

волнует море, разумом Своим

его сражает дерзость. И от духа

Его — великолепие небес,

и скорпиона быстрого создать

смогла Его рука. И это часть

Его путей. Мы слышали о Нем

так мало! Да и кто уразуметь

способен гром могущества Его?»

 

 

 

Глава 27

 

Продолжение девятой речи Иова

 

И речь свою возвышенную Иов

продолжил и промолвил: «Жив Господь,

меня суда лишивший, Вседержитель,

расстроивший мне душу, но доколе

еще мое дыхание во мне

и Божий дух в ноздрях моих, не скажут

уста мои неправды, и язык мой

не скажет лжи! И я далек от мысли

считать вас справедливыми; доколе

я не умру, невинностью моей

не поступлюсь. Удерживаю крепко

я правду и ее не отпущу.

И укорять меня не будет сердце

мое на протяженье дней моих.

И недруг будет мой, как нечестивец;

восставший на меня, как беззаконник.

Какое упованье лицемеру,

когда его исторгнет душу Бог,

забрав ее? Услышит ли Господь

его стенанья, как придет беда?

Но Вседержителем он разве сможет

утешиться и Господа призвать

в любое время? Я вам возвещу

что есть в руке Господней, и что есть

у Вседержителя, не потаю.

Вы сами же все видели; зачем

вы столько пустословите, друзья?

Вот доля беззаконному от Бога,

наследие, какое получает

от Вседержителя обидчик всякий

и притеснитель. Если сыновья

умножатся его, то для меча;

его потомок хлебом не наестся.

А тех, кто выжил, смерть введет во гроб,

и вдовы их по ним не будут плакать.

Коль наберет он кучи серебра,

как праха, и одежды наготовит,

как брение, то наготовит он,

а всю одежду праведник наденет,

а серебро получит беспорочный.

И, словно моль, он строит дом себе

и, словно сторож, делает шалаш.

Ложится спать богатым, но таким

не встанет; он свои откроет очи,

а сам уже не тот. Его, как воды,

постигнет ужас. И в ночи его

похитит буря. И восточный ветер

его поднимет ввысь и понесет,

и быстро побежит он от него.

И, налетев, не пощадит его,

как он бы ни пытался убежать

от рук его. Всплеснут о нем руками,

и с мест его родных над ним посвищут.

 

 

 

Глава 28

 

Продолжение девятой речи Иова

 

Но есть у серебра месторожденье,

и место есть, где злато расплавляют.

Железо получают из земли,

и выплавляется из камня медь.

И люди полагают тьме предел

и тщательно разыскивают камень

и в тени смертной, и во мраке. Роют

колодезь рудокопный в тех местах,

ногою позабытых, вглубь спешат

спуститься и далеко от людей

висят себе и зыблются. Земля,

которая растит хлеба, изрыта

внутри как бы огнем. Ее каменья —

сапфира место, в ней песчинки злата.

Неведом хищной птице путь туда,

глаз коршуна ее не видел сроду;

ее не попирали лапы львят,

по ней ни разу не ходил шакал.

Но руку люди на гранит кладут

и с корнем опрокидывают горы,

они каналы в скалах пробивают,

все ценное вбирают их глаза;

течение потоков умеряют,

выносят сокровенное на свет.

Но где располагается премудрость?

Где место разума? Не знают люди

цены ее, ведь на земле живых

она не обретается. И бездна

так молвит: “Не во мне она”. И море

так говорит: “Она не у меня”.

За золото она не продается

и весом серебра ее не взять;

не оценить ни золотом Офирским,

ни ониксом бесценным, ни сапфиром;

не ровня ей ни злато, ни кристалл,

не выменять ее и на сосуды

из золота чистейшего никак.

О жемчуге и о кораллах даже

упоминать не стоит; обретенье

премудрости рубины превосходит.

Топаз с ней Эфиопский не сравнить,

не оценить и золотом чистейшим.

Откуда же премудрость происходит?

Где место разума? Она сокрыта

и от очей живущих на земле,

и от небесных птиц утаена.

Так утверждают Аваддон и Смерть:

“Ушами слышали мы слух о ней”.

И знает только Бог ее пути

и место ведает ее, поскольку

Он прозирает до концов земли

и видит все под небом. И когда

Он ветру вес придал, по мере воды

располагал, когда Он назначал

устав дождю, определял пути

для молний громоносных, Он тогда

видал ее, явил и приготовил,

и испытал и человеку молвил:

“Господень страх — вот истинная мудрость,

а разум — удаление от зла”».

 

 

 

Глава 29

 

Продолжение девятой речи Иова

 

И речь свою возвышенную Иов

продолжил и сказал: «О, если б я

таким же был, как в месяцы иные,

как в дни, когда Господь хранил меня,

когда над головой моей светил

Его светильник, я ж ходил при свете

Его средь тьмы; как в юности моей,

когда Господня милость над шатром

моим была, когда был Вседержитель

еще со мной, и дети вкруг меня,

когда мой путь струился молоком,

скала струи елея источала!

Когда я выходил к воротам града,

сидение свое на площадь ставил, —

меня увидев, юноши скрывались,

а старцы поднимались и стояли;

князья свою придерживали речь

и клали на уста свои персты;

и голос знатных умолкал надолго,

язык их прилипал к гортани их.

И ухо, услыхавшее меня,

меня и ублажало; взор, — видавший,

меня и восхвалял, ведь я спасал

страдальца вопиющего всечасно

и сироту бесправного хранил.

И погибающих благословенье

сходило на меня, и сердцу вдов

я радость доставлял. И облекался

я в правду, одевал меня мой суд,

как мантия с повязкой головною.

Глазами я слепому был, хромому

ногами был; отцом я был для нищих,

и в тяжбу я, которую не знал,

внимательно вникал. И сокрушал

я челюсть беззаконному, исторгнув

похищенное из зубов его.

И говорил: “В гнезде моем скончаюсь,

и, как песку, дней будет у меня;

мой корень будет для воды открыт,

и на ветвях моих уснет роса;

и слава не состарится моя,

и крепок будет лук в руке моей”.

И мне внимали, ждали речь мою

и молча слушали мои советы.

А после слов моих не рассуждали,

и речь моя над ними проливалась.

И ожидали, как дождя, меня,

открыв уста, как позднему дождю.

Порой им улыбнусь — они не верят;

свет моего лица не помрачали.

Я назначал пути им, во главе

сидел я, жил средь воинов, как царь,

как утешитель плачущих, я был.

 

 

 

Глава 30

 

Продолжение девятой речи Иова

 

А нынче надо мной смеются все,

те, кто летами младше, чьих отцов

и с псами стад моих не помещу я.

И сила рук их мне к чему? Над ними

уж время пронеслось. Истощены

и бедностью, и гладом, убегают

в пустую степь, в безводие и мрак,

где у кустов ощипывают зелень,

им ветки можжевеловые — хлеб.

Из общества их гонят и кричат

на них, как на воров, чтобы они

искали место в рытвинах потоков,

в земных ущельях и среди утесов.

Под терном жмутся, меж кустов ревут.

Отверженные, люди без имен,

земли отребье! Сделался я ныне

их песней, пищею для разговора.

Мной брезгают и от меня уходят,

плевать дерзают пред лицем моим.

Поскольку Он мой повод развязал,

сразил меня, то сбросили они

узду с себя перед лицем моим.

Встает исчадье это справа, с ног

меня сбивает, направляет путь

погибельный свой прямиком ко мне.

Стезю мою испортили, успели

и без помощников устроить все

к погибели моей. Они прошли

ко мне, как сквозь пролом широкий, с шумом

напали на меня. И устремилось

против меня ужасное; как ветер,

развеялось величие мое,

и счастье, словно облако, умчалось.

И ныне изливается душа

моя во мне: дни скорби мной владеют.

И кости ноют ночью у меня,

и жилам у меня покоя нет.

С большим трудом снимается с меня

моя одежда; жмут меня края

хитона моего. Меня Он в грязь

швырнул, и стал я словно прах и пепел.

Взываю я к Тебе, и Ты не внемлешь,

стою, а Ты лишь смотришь на меня.

Ты стал ко мне жестоко относиться,

со мной враждуешь Ты рукою крепкой.

Ты, знаю, к смерти приведешь меня,

в тот дом, где собираются живые.

Он не прострит руки на дом костей:

вскричат ли там они при разрушенье?

Не плакал ли о том я, кто был в горе?

Душа моя о бедных не скорбела ль?

Когда я ждал добра — явилось зло;

когда я света ждал — явилась тьма.

Нутро мое кипит, не преставая,

и встретили меня печали дни.

Хожу я почернелый не от солнца;

в собрании встаю я и кричу.

Я страусам стал другом, стал я братом

шакалам. На мне кожа почернела;

от жара кости у меня сгорели.

И цитра сделалась моя унылой,

плачевным голосом — моя свирель.

 

 

 

Глава 31

 

Окончание девятой речи Иова

 

Заветы дал я взору своему,

чтоб о девице мне не помышлять.

Но что за участь мне от Бога свыше?

От Вседержителя с небес какое

наследье? Разве не для нечестивца

погибель и напасти не для тех,

кто делал зло? Или не видел Он

путей моих и всех моих шагов

не сосчитал? Но если в суете

ходил я, если на лукавство шла

нога моя, — на истины весах

пускай меня Он взвесит, и узнает

Господь о непорочности моей.

И если уклонялась от пути

моя стопа и сердце за моими

глазами поспешало, если что-то

нечистое к моим рукам прилипло

то пусть я сею, а едят другие,

и отрасли мои истреблены.

Коль женщиной мое прельщалось сердце,

и на крыльце у ближних у моих

я строил ковы, — мелет пусть другому

моя жена; и пусть над ней другие

глумятся, ибо это — беззаконье,

злодейство, подлежащее суду;

огонь, съедающий до истребленья,

что все б мое добро искоренил.

И если я пренебрегал правами

моих служанок, слуг, когда они

имели спор со мной, что стал бы делать,

когда б Господь восстал и на меня

взглянул, что бы я мог Ему ответить?

Не Он ли сотворил меня во чреве

и чрево создал, и образовал

в утробе нас? Отказывал ли я

нуждающимся в просьбе их, томил ли

глаза вдовы? Один ли я съедал

кусок мой, и не ел ли от него

и сирота? Со мною, как с отцом,

он с детства рос, и я руководил

вдову от чрева матери моей.

А если тех, кто гибнет без одежды,

и нищих без покрова видел я,

то разве не благословлял меня

он чреслами своими, разве шерстью

моих овец он не был обогрет?

И если на сирот я поднял руку,

себе увидев помощь у ворот,

пусть от моей спины плечо отсохнет,

рука моя отломится от локтя,

ведь страшно наказанье мне от Бога:

не устою я пред Его величьем.

Я ль в золоте опору полагал

и разве говорил богатству: “Ты —

моя надежда?” Разве я был рад,

что велики сокровища мои,

что много обрела рука моя?

Смотря на солнце, как оно сияет,

и на луну, как шествует она

величественно, разве втайне сердце

мое прельстилось, разве целовали

уста мои мне руку? Это было б

злодейство, подлежащее суду,

ибо отрекся я б тогда от Бога

Всевышнего. И разве я был рад

погибели врагов моих и разве

торжествовал, когда их постигало

несчастье? И проклятьем их души’

грешить устам моим я не позволил?

И разве люди моего шатра

не говорили: “Если бы от мяс

его мы не насытились”? И странник

не ночевал на улице моей;

прохожему я двери отворял.

И если б я скрывал мои проступки,

как человек, утаивал в моей

груди мои пороки, я боялся б

большого общества; меня б страшило

презренье соплеменников моих,

и я молчал бы и не выходил

за двери. Если б кто меня послушал!

Мое желанье, чтобы Вседержитель

мне отвечал и чтоб защитник мой

оставил запись. Я бы на плечах

моих носил ее и возлагал

ее бы как венец; я объявил бы

ему число шагов моих; как с князем,

я сблизился бы с ним. Если б земля

вопила б на меня, ее бразды

пеняли б на меня, и ел бы я

плоды ее без платы, тяготил бы

жизнь земледельцев, то взамен пшеницы

и ячменя пусть вырастет волчец

и куколь», — так закончил слово Иов.

 

 

 

Глава 32

 

Вступление Елиуя

 

Когда ответа Иову не дали

те мужа три, поскольку он был прав

в глазах своих, то гневом воспылал

там некий Елиуй, что сыном был

Варахиила, Вузитянина,

из рода Рама: воспылал он гневом

на Иова за то, оправдать

себя старался больше он, чем Бога,

а на троих друзей его — за то

он гневом воспылал, что не нашли,

что отвечать, хоть Иова винили.

Ждал Елиуй, пока тот говорил,

поскольку те летами были старше,

чем он. Когда же Елиуй увидел,

что нет в устах тех трех мужей ответа,

то гневом воспылал. И отвечал

тогда им Вузитянин Елиуй,

Варахиила сын: «Вы старцы все,

а я летами молод, потому

робел я и боялся объявлять

вам мнение мое. Себе твердил я:

“Пускай дни говорят, и многолетье

научит мудрости”. Но в людях дух,

а также Вседержителя дыханье

дает нам разумение. Мудры

не только многолетние, и правду

не старцы разумеют. Потому-то

я говорю, послушайте меня,

и я мое вам мненье объявлю.

Вот, ждал я ваших слов, в сужденья ваши

я вслушаться хотел, доколе вы

придумывали, что вам отвечать.

Я пристально смотрел на вас: никто

не обличает Иова, никто

не отвечает на слова его.

Не говорите: “Мудрость мы нашли:

Бог опровергнет Иова, — не люди”.

Когда б он обращал свои слова

ко мне, то я не вашими речами

ему бы отвечал. Вы испугались,

молчите, перестали отвечать.

И раз я ждал — они не говорят,

остановились и не отвечают,

со стороны моей отвечу я

и мнение мое вам объявлю,

ведь я речами полон, и во мне

мой дух меня теснит. И вот утроба

моя, как неоткрытое вино:

как новые меха, она готова

прорваться. Я скажу — мне станет легче;

уста мои открою и отвечу.

Смотреть не буду на лице людей,

и никакому человеку я

не стану льстить, поскольку не умею

я льстить: “Сейчас убей меня, Творец!”.

 

 

 

Глава 33

 

Первая речь Елиуя

 

Итак, послушай, Иов, речь мою

и тщательно внимай моим словам.

Уста мои я ныне открываю,

язык мой говорит в моей гортани.

Слова мои от искренности сердца,

и знанье чистое мои уста

произнесут. Меня дух Божий создал,

дыханье Вседержителя дало

мне жизнь. И если можешь, отвечай

и стань передо мною. Вот он я,

по твоему желанью, вместо Бога.

Из брения я также образован,

поэтому передо мною страх

тебя смутить не может, и рука

моя тебе не будет тяжела.

Ты говорил мне в уши, я слыхал

звук слов твоих: “Я чистый, без порока,

невинен я, и нет во мне неправды;

а Он нашел вину против меня,

меня Своим противником считает;

и ноги мне в колоду Он поставил,

и за путями Он следит моими”.

И в этом ты неправ, тебе скажу я,

поскольку выше человека Бог.

И для чего тебе с Ним состязаться?

Он не дает отчета ни в каких

Своих делах. Бог говорит однажды,

а если не заметили, то дважды:

во сне, в ночном видении, когда

сон сходит на людей, в часы дремоты

на ложе. И тогда Он открывает

у человека ухо и внушает

благое наставление Свое,

затем чтоб человека отвести

от некоего дела, удалить

гордыню от него, и чтобы душу

его от края пропасти отвесть,

а жизнь — от поражения мечом.

Не то он вразумляется болезнью

на ложе собственном, жестокой болью

во всех костях своих, — и жизнь его

от хлеба отвращается, от пищи

любимой отвращается душа.

И пропадает плоть на нем живая,

так что ее не видно, и на свет

его выходят кости, прежде их

не видно было. И душа его

бредет к могиле, к смерти — жизнь его.

И если Ангел у него наставник,

один из тысячи, чтоб указать

прямой путь человеку, то Господь

умилосердится над ним и скажет:

“Избавь его от гроба, потому что

Я умилостивление нашел”.

И будет тело у него свежее,

чем в молодости, и вернется он

к дням юности своей. И будет он

молиться Богу; милосерден Он;

воззрит с восторгом на лице его

и человеку праведность вернет.

И, глядя на людей, он скажет так:

“Я и грешил, и правду извращал,

и мне не воздано; от гроба душу

мою освободил Он; жизнь моя

свет увидала”. С человеком Бог

так два-три раза делает, чтоб душу

его от гроба отвести и светом

всего живого просветить его.

Внимай же, Иов, выслушай меня,

молчи, пока я буду говорить.

Имеешь, что сказать, то отвечай;

и говори, поскольку оправданья

я твоего желал бы. Если ж нет,

то выслушай меня: итак, молчи —

я научу премудрости тебя».

 

 

 

Глава 34

 

Вторая речь Елиуя

 

Тут Елиуй продолжил и сказал:

«Вы речь мою, мудрейшие, услышьте;

разумные, ко мне склоните ухо!

Ибо слова так ухо разбирает,

как различает в пище вкус гортань.

Положим меж собою рассужденье

и распознаем то, что хорошо.

Вот Иов говорит: “Я прав, но Бог

лишил меня суда. Но лгать на правду

я должен ли? И без вины моя

неисцелима рана”. Есть такой,

как Иов, человек? Он пьет, как воду,

глумление, в сообщество вступает

он с тем, кто беззаконие творит,

и ходит с нечестивыми людьми.

Ведь он сказал: “Нет пользы человеку

в том, чтобы Богу благоугождать”.

Так, мудрые мужи, меня услышьте!

У Господа не может быть неправды,

суда не извращает Вседержитель.

Кто, как не Он, и землю промышляет,

и всей вселенной правит? Если Он

Свое бы сердце обратил к Себе,

и дух ее с дыханием ее

взял бы Себе, — погибла бы вся плоть,

и человек бы возвратился в прах.

Итак, коль скоро ты имеешь разум,

то слушай и внимай моим словам.

Кто правду ненавидит, может ли

владычествовать? Можешь ли винить

Всеправедного ты? Сказать возможно ль

царю: “Ты — нечестивец”, — и князьям:

“Вы — беззаконники?” Но он не смотрит

и на лицо князей, и бедняку

богатого Он не предпочитает.

ведь те и эти — дело рук Его.

Они внезапно гибнут: возмутится

народ средь ночи — тут же исчезают.

Совсем не силой изгоняют сильных.

Ведь над путями человека очи

Его, Он видит все его шаги.

Ни мглы, ни тени смертной, где могли б

укрыться те, кто делал беззаконье.

Не требует уж Он от человека,

чтоб шел на суд он с Богом. Сокрушит

Он сильных без исследованья, ставит

других на их места, ведь их дела

Он делает известными, и ночью

их низлагает, — так они и гибнут.

Он поражает их, как беззаконных

людей перед глазами остальных:

за то, что отвратились от Него

и всех Его путей не распознали,

так что дошел стон бедных до Него,

и вопли угнетенных Он услышал.

Дарует ли Он тишину — кто может

ее взмутить? Скрывает ли Свое

лицо — кто может увидать Его?

Для целого народа будет это

или для человека одного,

чтобы не царствовали лицемеры

к народному соблазну. Говорить

так к Богу следует: “Я потерпел,

грешить не буду больше. А чего

не знаю я, Ты научи меня;

и если беззаконье сотворил,

не буду больше”. Должен воздавать

по твоему ли рассужденью Он?

И как ты отвергаешь, то тебе

необходимо выбрать, а не мне;

скажи, что знаешь. Умные мне скажут

и мудрый муж, что слушает меня:

“Едва ли Иов говорит умно;

слова его без смысла”. Я желал бы

чтоб Иов был достаточно испытан,

по тем ответам, лишь тому присущим,

кто нечестив. Иначе он прибавит

ко всем грехам еще и отступленье,

меж нами будет он рукоплескать,

наговорит и более на Бога».

 

 

 

Глава 35

 

Третья речь Елиуя

 

Тут Елиуй продолжил и сказал:

«Ужели ты считаешь справедливым,

что так сказал ты: “Я правее Бога?”

Сказал: “Что пользы мне? Какую прибыль

имел бы я пред тем, как если б вовсе

я не грешил?” Отвечу я тебе

да и твоим друзьям с тобою вместе.

Взгляни не небо и смотри; воззри

на облака: тебя они повыше.

Коль ты грешишь, что делаешь Ему?

И если преступления твои

умножатся, что причинишь Ему?

Коль праведен, ты что Ему даешь?

Что от твоей руки получит Он?

Касается нечестие твое

людей, как ты, а праведность твоя —

коснется человеческих сынов.

А люди притесняемые стонут

от многих притеснителей, от рук

всесильных вопиют. Из них никто

не говорит: “Где Бог, где мой Творец,

Который песни нам дает в ночи,

Который научает больше нас,

чем всех скотов земных, и вразумляет

нас больше, нежели небесных птиц ”.

Они вопят там — Он не отвечает

из-за гордыни злых людей. Неправда,

что Бог не слышит их, и Вседержитель

на это не взирает. Хоть сказал,

что ты Его не зришь, но суд пред Ним,

и жди его. Но ныне, потому

что гнев Его не посетил его,

и он его всю строгость не познал,

вот Иов и открыл уста свои

столь легкомысленно и безрассудно

слова свои пред вами расточает».

 

 

 

Глава 36

 

Продолжение третьей речи Елиуя

 

Тут Елиуй продолжил и сказал:

«Немного подожди меня, и я

тебе все объясню, что я могу

еще сказать за Бога. Я начну

издалека суждения свои,

Создателю воздам я справедливость,

ибо слова мои отнюдь не ложь:

перед тобой — в познаньях совершенный.

Могущественный Бог не презирает

сердец, что крепостью своей сильны;

Он не поддерживает нечестивых

и угнетенным должное воздаст;

Своих очей от праведников Он

не отвращает, навсегда с царями

сажает на престол их, и они

над всеми возвышаются. А если

они цепями скованы и в узах

беды содержатся, то Он всегда

указывает им на их дела,

на беззаконья их, ибо они

умножились; и открывает ухо

их вразумленья ради, говорит им,

чтобы они отстали от нечестья.

Когда ж они послушают и будут

служить Ему, то век свой проведут

в благополучии, свои лета —

в веселье; а когда не станут слушать,

то от стрелы погибнут и в нечестье

умрут. Но лицемеры в сердце гнев

питают, не хотят к Нему взывать,

когда Он заключает в узы их,

поэтому душа их умирает

еще в младые годы, с блудниками

проходит жизнь у них. Спасает бедных

Он в угнетенье их и открывает

им слух. Тебя б на волю вывел Он

из тесноты — туда, где нет стесненья,

и то, что ставится на стол тебе,

наполнилось бы туком. Ты, однако,

сужденьями исполнен нечестивых:

близки суждение и осужденье.

Да не сразит тебя Господень гнев

возмездием! И не спасет тебя

огромный выкуп. Даст ли Он какую

твоим богатствам цену? Никогда, —

ни злату, ни сокровищам иным.

И не желай той полночи, когда

народы истребляются на месте.

И берегись, к нечестью не склоняйся,

которое ты предпочел страданью.

Высок Господь могуществом Своим,

и кто такой еще, как Он, наставник?

И кто Ему укажет путь Его;

и кто Ему осмелится сказать:

“Несправедливо поступаешь Ты”.

Не забывай о том, чтоб возносить

дела Его, какие видят люди.

Все люди могут видеть их; и может

издалека узреть их человек.

Господь Велик, и мы познать Его

не можем, ибо лет Его число

неисследимо. Собирает Он

по каплям воду, и они с небес

во множестве дождями изольются;

из тучи капают и на людей

обильно изливаются. Кто может

постигнуть протяженье облаков

и треск шатра Его? Над ним Свой свет

распространяет Он и покрывает

дно моря. И оттуда судит Он

народы и дает в обилье пищу.

Скрывает молнию в Своих Он дланях,

повелевает ей, кого разить.

И треск ее дает нам знать о ней;

и чует даже скот, что происходит.

 

 

 

Глава 37

 

Окончание третьей речи Елиуя

 

И от сего мое трепещет сердце

и с места своего оно подвиглось.

Услышьте вы, услышьте глас Его

и гром, что из Его исходит уст.

Его раскат звучит под небесами,

и до краев земли блистанье их.

И голос вслед за ним гремит; гремит

Он голосом величья Своего,

не останавливает Он его,

когда услышан голос. Дивно гласом

гремит Господь, великие дела

творит, непостижимые для нас.

“Будь на земле”, — Он снегу говорит,

а также мелкий и большой дожди

в его великой власти. Человеку

Он каждому кладет печать на руку,

чтобы о том, что делает Он, знали

все люди. И тогда уходит зверь

в убежище и в логовище он

скрывается своем. От юга буря

приходит, и от севера — метель.

От дуновенья Божья лед встает,

сжимаются поверхности воды.

Еще Он влагой наполняет тучи,

и облака ссыпают свет Его,

по замыслам Его они плывут,

чтобы исполнить то, что Он велит

на лике обитаемой земли.

Велит Он им идти для наказанья,

для милости или в благоволенье.

Сему внимай же, Иов; стой, внимай

и разумей: чудны дела Господни.

Ты знал, как ими Бог располагает,

как Он блистать повелевает свету

из облаков Своих? Ты разумеешь,

как облака висят, что это дело

есть чудо Совершеннейшего в знанье?

Как нагревается твоя одежда,

когда покоит землю Он от юга?

И разве с Ним ты небо распростер,

что твердо так, как зеркало литое?

Ты научи нас, что сказать Ему.

Мы ничего не можем в этой тьме

сообразить. И будет ли Ему

возвещено о том, что говорю?

Сказал ли кто, что сказанное здесь

доносится Ему? Теперь не видно

блистающего света в облаках, —

примчится ветер и расчистит их.

И с севера хорошая погода

приходит к нам, и Бога окружает

великолепье страшное окрест.

О Вседержитель! Мы не постигаем

Его. Он силою велик, судом

и полнотою правосудья. Он

Не угнетает никого на свете.

Поэтому да возблагоговеют

пред Богом люди и да вострепещут

все мудрые сердцами перед Ним!»

 

 

 

Глава 38

 

Речь Господа

 

Когда окончил слово Елиуй,

Господь ответил Иову из бури

и так сказал: «Кто сей, кто омрачает

бессмысленною речью Провиденье?

Ты чресла препояшь твои, как муж:

Я буду спрашивать тебя, а ты

скажи Мне, Иов: где ты был, когда

Я основание земли устроил?

Скажи Мне, если знаешь. Положил

кто меру ей, скажи Мне, если знаешь.

Кто вервь по ней протягивал, ответь?

На чем утверждены ее основы,

кто положил краеугольный камень

земли, при ликованье звезд зари,

когда все дети Божьи восклицали

от радости? Кто море затворил

воротами, когда оно исторглось

и как из чрева выбралось, когда

Я облака ему одеждой сделал

и пеленами мглу его; Мое

ему Я утвердил определенье,

установил запоры и ворота,

сказал: “Досель дойдешь, не перейдешь,

и здесь предел твоим надменным водам”?

Давал ли ты когда-то в жизни сей

наказы утру, указал заре

ее на небе место, чтоб она

края земли послушно охватила

и нечестивых сбросила с нее;

чтобы земля, как глина под печатью,

вдруг изменилась, в одночасье стала

как разноцветная одежда; чтобы

у нечестивых свет отнялся их

и дерзкая рука их сокрушилась?

В глубины моря нисходил ли ты,

входил ли ты в исследованье бездны?

Ворота смерти разве отворялись

тебе и разве тени смертной ты

ворота видел? Разве обозрел

земли широты? Если это знаешь,

то объясни. Где путь к жилищу света,

где место тьмы? Конечно, доходил

ты до границ ее, и знаешь к дому

той тьмы стези ее. Ты знаешь это,

поскольку был тогда уже рожден,

и дней твоих число столь велико.

Входил ли ты в хранилище снегов

и видел ли сокровищницы града,

какие я храню на время смут,

на день войны и битв? Каким путем

свет разливается и по земле

разносятся восточные ветра?

Проток для излияния воды

проводит кто и кто проводит путь

для молний громоносных, чтобы шли

на землю, на безлюдную пустыню,

где человека нет, чтоб насыщать

пустыню, степь, а также возбуждать

зародыши травы к их возрастанью?

И есть ли у дождя отец и кто

росы рождает капли? Лед выходит

из чьей утробы? И небесный иней

рождает кто? Как камень, крепнут воды,

поверхность бездны замерзает. Можешь

созвездия Хима связать узлы

и узы развязать созвездья Кесиль?

И можешь ли в назначенное время

созвездья выводить и Ас вести

с ее детьми? Уставы неба знаешь

и можешь ли установить господство

его на всей земле? Возвысить можешь

твой голос к облакам, чтобы вода

в обилии тебя покрыла? Можешь

слать молнии, и полетят они

и скажут ли тебе: “Мы пред тобой”?

Кто мудрость в сердце поместил и кто

уму дал смысл? Кто может облака

расчислить мудростью и удержать

сосуды неба в миг, когда вся пыль

в грязь обращается и даже глыбы

слипаются? Ты разве ловишь львице

добычу, львов питаешь молодых,

когда они лежат в своих берлогах

или под тенью прячутся в засаде?

Кто ворону готовит корм его

когда его птенцы кричат от глада,

взывая к Богу, и без пищи бродят?

 

 

 

Глава 39

 

Продолжение речи Господа

 

И время знаешь ты, когда родятся

на скалах козы дикие? Заметил,

когда рожают лани, можешь ты

расчислить их беременности дни

и знаешь ли ты время родов их?

Они ведь изгибаются, рождая

детей своих, выбрасывая ноши

свои; и дети их приходят в силу,

растут на поле, а потом уходят

и к ним не возвращаются. И кто

пустил на волю дикого осла,

и кто онагру узы разрешил,

которому Я степь назначил домом,

солончаки — жилищем? Он смеется

над многолюдством городским и крика

погонщика не слышит, по горам

себе он ищет пищи и бежит

за всякой зеленью. Единорог

захочет ли служить тебе, в твоих

яслях уснет ли? Можешь привязать

единорога к борозде веревкой,

и станет ли он поле боронить,

ступая за тобой? И на него

ты можешь понадеяться, поскольку

он силою велик, и предоставишь

ему работу? Ты ему поверишь,

что семена твои он возвратит

и сложит на гумно твое? Павлину

красивые ты ль крылья подарил

и перья с пухом страусу ты дал?

Он оставляет яйца на земле

свои и на песке их согревает,

и забывает, что нога способна

их раздавить и звери полевые

их могут растоптать; жесток к своим

он детям, как бы не своим; нисколько

он не боится, что его труды

напрасны будут. Потому что Бог

ему не дал премудрости и смысла

не дал ему; когда ж на высоту

поднимется, смеется он коню

и всаднику. Ты ль силу дал коню

и шею гривой конскою облек?

Ты разве можешь испугать его,

как саранчу? Храпение ноздрей

его ужасно; роет землю он

ногою и своей гордится силой;

оружию навстречу он идет;

смеется над угрозой, не робеет,

не отворачивается от меча;

колчан звучит над ним, копье и дротик

сверкает; в яростном порыве он

глотает землю и стоять не может

при звуке труб; при трубном звуке он

глас издает: “Гу! Гу!”, — издалека

он чует битву, голос громовой

вождей и крик солдат. Летает ястреб

твоей ли мудростью и направляет

свои на полдень крылья? И орел

по твоему ли слову ввысь взлетает,

на высоте гнездо свое возводит?

Живет он на скале, а на зубце

утесов спит, на месте неприступном;

высматривает пищу он оттуда

и смотрят далеко его глаза;

птенцы его пьют кровь; где кровь — там он».

И продолжал Господь и так сказал

Он Иову: «Кто взялся состязаться

со Вседержителем, тот будет ли

еще учить? Кто Бога обличает,

пускай Ему ответит». И ответил

тут Иов Господу и так сказал:

«Вот, я ничтожен; что же я могу

Тебе ответить? На уста мои

я руку полагаю. Говорил

уже однажды я, — теперь не буду,

я отвечать; и дважды говорил,

но более не буду никогда».

 

 

 

Глава 40

 

Продолжение речи Господа

 

Господь ответил Иову из бури

и так сказал: «Ты чресла препояшь

твои, как муж: тебя спрошу, а ты

скажи Мне, Иов: хочешь ниспровергнуть

Мой правый суд и обвинить Меня,

чтоб оправдать себя? А у тебя

такая мышца, как у Бога? Можешь

ты гласом возгреметь своим, как Он?

Укрась себя величием и славой,

в блеск и великолепье облекись;

и гнева ярость твоего излей;

на гордое взглянув, смири его;

на всех высокомерных посмотрев,

унизь их; нечестивых сокруши

на их местах; зарой их в землю всех

и тьмой покрой их лица. И тогда

скажу Я, что твоя десница может

спасать тебя. Вот бегемот, кого

Я создал, как тебя; он ест траву,

как вол; вся сила в чреслах у него,

все крепость в мускулах его утробы;

как кедром, поворачивает он

хвостом своим; и переплетены

его на бедрах жилы; ноги зверя

как трубы медные; железным прутьям

подобны кости; это — верх путей

Господних; только Тот, Кто сотворил

его, к нему приблизить может меч;

приносят горы корм ему; все звери

играют полевые там; ложится

он под тенистым деревом, в болотах,

под кровом тростника; его скрывают

в тени своей тенистые деревья

и окружают ивы при ручьях;

он не спеша пьет воду из реки,

хотя бы в рот ему тек Иордан.

Возьмет ли кто его в глазах его

и кто проколет нос ему багром?

А ты сумеешь вытащить удою

левиафана, за язык его

схватить веревкой? Вденешь ли кольцо

ему ты в ноздри? Челюсти его

иглой проколешь? Будет ли он долго

молить тебя и будет говорить

с тобою кротко? Сделает ли он

с тобою договор, и ты в рабы

его себе захватишь навсегда?

Как птичкой, им ты станешь забавляться,

для девочек своих его ты свяжешь?

И будут ли товарищи по ловле

им торговать? Разделят ли его

меж Хананейскими купцами? Можешь

ему ты кожу проколоть копьем,

а голову — рыбачьей острогой?

Клади ты руку на него твою,

но помни о борьбе: вперед не будешь.

 

 

 

Глава 41

 

Окончание речи Господа

 

Надежда тщетна: не падешь ли ты

от взгляда одного его? И нет

отважного настолько, чтобы тот

его осмелился бы потревожить;

кто ж устоит перед Моим лицем?

Кто предварил Меня, чтобы ему

Мне воздавать? Под небом все Мое.

О членах я его не умолчу,

о соразмерности красивой их,

о силе их. Кто может верх одежды

открыть его, кто может к челюстям

двойным его приблизиться? И дверь

лица его кто может отворить?

Ужасен круг зубов его; щиты

его великолепны и крепки:

как бы печатью твердой скреплены;

касаются один другого близко,

так что и воздух не пройдет меж них;

один с другим они сцепились плотно,

лежат и не раздвинутся никак.

Сверкает свет, когда чихает он,

его глаза как у зари ресницы;

и пламенники у него из пасти

на свет выходят, огненные искры

выскакивают; из ноздрей его

выходит дым, как будто из горшка

или котла кипящего. Способно

его дыханье угли раскалить,

из пасти у него выходит пламя.

Живет на шее сила у него,

и ужас перед ним бежит. И части

его телес мясистых сплочены

между собою твердо и не дрогнут.

Как камень, твердо сердце у него;

как нижний жернов, жестко. И когда

вздымается он, — в страхе силачи,

теряются от ужаса безмерно.

Его коснувшись, меч не устоит,

ни дротики, ни копья, ни доспехи.

Железо он считает за солому,

медь — за гнилое дерево. И в бегство

его не обратит стрела, дочь лука;

и камни пращевые для него

становятся плевой. И булава

соломиной мерещится ему,

и свисту дротика смеется он.

Хотя и камни острые пред ним,

на острых камнях он лежит в грязи.

Он кипятит пучину, как котел,

и море делает кипящей мазью;

он оставляет за собой стезю

светящуюся; и на седину

похожа бездна. Нету на земле

подобного ему; он сотворен

бесстрашным; смотрит смело он на все

высокое; и испокон веков

над сыновьями гордости царит».

 

 

 

Глава 42

 

Эпилог

 

И Господу тут Иов отвечал

и так сказал: «Я знаю, Ты все можешь,

намеренье Твое остановить.

никак нельзя. “Кто сей, кто омрачает

бессмысленною речью Провиденье?” —

так я твердил о том, чего не смыслю,

о том, чего не знал я, о делах

чудесных для меня. Я так взывал:

“О выслушай, я буду говорить;

что спрашивать я буду у Тебя,

Ты объясни мне”. Слухом уха слышал

я о Тебе; теперь мои глаза

увидели Тебя; и потому

я, в пепле весь и в прахе, отрекаюсь,

раскаиваюсь я». И было так:

когда Господь для Иова сказал

те речи, говорит он Елифазу

Феманитянину: “Горит Мой гнев

на двух твоих друзей и на тебя

за то, что говорили обо Мне

не так вы правильно, как раб Мой Иов.

Итак, себе возьмите семь тельцов

и семь овнов и к Иову пойдите,

ступайте к Моему рабу, а там

вы жертву принесите за себя;

за вас молиться будет раб Мой Иов,

поскольку лишь его лице приму Я,

затем чтоб от Себя вас не отвергнуть

за то, что говорили обо Мне

не так вы правильно, как раб Мой Иов».

 

Пошли тут Елифаз Феманитянин,

Вилдад Савхеянин и третий друг

Софар Наамитянин сделать так,

как повелел Господь им, — и лице

Он Иова принял и возвратил

все Иову, когда он за друзей

своих вознес молитву; и Господь

дал Иову всего в два раза больше,

чем прежде тот имел. Тогда пришли

к нему и братья все его, и сестры,

все прежние знакомые его,

и ели хлеб с ним в доме у него,

тужили вместе с ним и утешали

за все то зло, которое Господь

направил на него, и по кесите

ему дал каждый и по золотому

кольцу дал каждый. Больше прежних дней

последние дни Иова Господь

благословил. И мелкого скота

четырнадцать он тысяч получил,

шесть тысяч он теперь имел верблюдов,

для пахоты пар тысячу волов,

и тысяча ослиц при них паслась.

 

И было у него семь сыновей,

три дочери. И первую нарек

Емима он, и Кассия — другую,

а третьей имя дал — Керенгаппух.

И не было на всей земле великой

таких прекрасных женщин, чем они,

три дочки Иова. И дал отец

и между братьев их наследство им.

 

После того жил Иов очень долго,

сто сорок лет, и видел сыновей

своих и сыновей сыновних видел

вплоть до четвертого их поколенья.

И умер Иов в старости глубокой,

угоден Богу и насыщен днями.

 

7 апреля 2000 — 28 марта 2014

г. Орск

Юрий, Ваше переложение в высшей степени замечательно. Искренне желаю Вам творческих сил и помощи Божией для продолжения.
Один маленький вопрос: не лучше ли было бы вместо: "Не Ты ли крУгом оградил его",- сказать: "Не Ты ли оградил его кругОм"?