Михаил Алексеевич Годов


Переосмысливаю время часть 10, сонеты 491, 495, 496


Сонет 491 Хиросима

 

Брутально и неумолимо,

Вновь надвигаясь на меня,

Он вырастает из огня:

Кошмарный призрак Хиросимы...

 

...Родился день в потоке света

И было небо голубым...

Рванулся в небо – черным дым:

От боли скорчилась планета!

 

И разрастался в небе гриб –

И тысяч горл – смертельный хрип

И вопль:  миг – и задохнулся!

 

И от людей – лишь отпечатки

На стенах черных, на брусчатке,

Как масло, плавился металл...

 

Где «хиросимский трибунал»???!!!

Сонет 495 Экологический

 

Природа плачет и кричит,

Свои зализывая раны...

И слезы эти горячи:

Их лавой выплеснут вулканы!

 

И прогремит угрозой гром

Разрежут вспышки молний небо

И недород лишит нас хлеба,

И тряханет Erdbeben  дом!

 

И ливень перейдет в потоп,

И поплывет проспектом гроб.

 Что с корнем вырван из кладбища...

 

И разразится вдруг чума,

И люди все сойдут с ума,

И опустеет пепелище...

Сонет 496 Террор

 

Чума больного злобой века:

Его проклятье, боль и рок!

Террор – сегодня – «царь и бог»:

Он ныне правит человеком!

 

Застигнет жертву он – повсюду:

В кино, в метро... и божий храм

Не пощадит теперь «ислам»:

Им прикрываются «иуды»

 

И порожденья сатаны,

Заветам дьявола верны!

Аллах не кровожадней Будды

 

Не в этом суть и смысл корана:

Но кровоточит Мира рана

И приближает день тот – Судный...

 



Переосмысливаю время часть 9, сонеты 484, 489, 490


Сонет 484 Властители Мира»

 

Когда поймете вы, тупицы:

Мир Богом не под вас «заточен»!

Кто вас вообще уполномочил?!

Чтоб властью всем подавиться!

 

«Туземным» странам и народам

Несете вы «свободы» знамя,

Пожара раздувая пламя,

Вы, – недоумки и уроды,

 

Во что вы превратили Мир???!!!

О, если бы воскрес Шекспир!!!

Уж он бы, рук не покладая,

 

К «столбу позора» пригвождая,

Вам всем воздал бы и сполна,

Пока в «армагеддон» сползая,

Весь Мир не погребла война!

Cонет 489 «Элиты»

 

А предают народ – «элиты»:

Всегда, издревле, испокон –

«Вожди» и их же сателлиты –

За чистоган, «за самогон»!

 

За просто так – ради «искусства»:

Такое, стало быть, нутро –

Открыто, нагло и хитро

Бесстрастно  и «с глубоким чувством

 

(В душонке) удовлетворения»...

У них ни тени нет сомнения,

Как нет ни совести, ни чести!

 

Я – застрелился бы на месте,

Коль б Бог таким меня «родил»!

Они же – умножают пыл!

Сонет 490 Сталин

 

Я возвращаюсь к этой теме,

Она влечет меня сама

Я от нее схожу с ума,

Не в силах разрешить диллему!

 

Вновь Сталин... Жирный знак вопроса?

Ответ , конечно же, не прост.

Встает он снова в полный рост!

Диктатор? «Пиночет»? «Сомоса»?

 

Крупней фигура в тыщи раз!

Но не уместен тут экстаз:

Ведь фигурант неоднозначен!

 

Для государства он – спасатель,

А для народа – душегуб!

Так где ж тут – «общий знаменатель?!

Я не могу решить задачу...

 

 

 

 



Переосмысливаю время часть 8, сонеты 422, 419, 418


Сонет 422

 

Печать законопослушанья

У немцев выбита на лбу.

Я ту печать «видал в гробу»!

Им не дождаться уваженья

 

К смиренью «жертвенных агнцов».

Я презираю их покорность:

Ее влияние тлетворно –

Покорность множит подлецов,

 

Тех, что навоз лишь для фашизма,

Иных и прочих всяких «измов»

И философия раба...

 

Ее с порога отвергаю:

Мне по пути с ней не судьба...

Судьбу, как вызов принимаю!

 

Сонет 419

 

Пускай воздастся по делам

Святоше, грешнику и вору.

Так выноси же приговоры,

Господь, - кругом «бедлам»!

 

Ведь должен вор сидеть в тюрьме,

Убийца должен быть расcтрелян.

Аплодисменты – менестрелям,

А дьявол – должен жить во тьме!

 

Ведь он же – враг добра и света:

Так наложи на зло ты вето!

И молви грозно: дьявол, сгинь!

 

Его подвергни адским пыткам

(Ведь от него одни убытки).

Да, будет так, Господь! Аминь!

 

 

 

Сонет 418

 

На ветке горлица кричит

Надрывно, глухо и истошно...

Мне на душе от криков тошно:

Мне совесть душу бередит...

 

И сердце страстно говорит

На языке, ему присущем:

Что вы совсем творите сущим?!

И плачет, бедное навзрыд...

 

А птица удержу не знает:

Она бессчетно повторяет

Свой приговор, укор, мольбу

 

Ну,то ж вы?! Бог, спаси! Убийцы!

А я кляну себя, судьбу

И каюсь: ведь «в пуху же рыльце»!

 

 



Переосмысливаю время часть 7, сонеты 415, 59, 132


Сонет 415

 

Кругом «гоморра и содом»:

Разврат штурмует авансцены!

И случка кошечки с котом –

Подобье пасторальной сцены.

 

И сатана здесь «мажордом»

Он оргий всех – распорядитель

И «порнокритик» и ценитель:

Великосветский бес и «гом»!

 

Встает из гроба Сад – маркиз

Он в облаченьи белых риз,

В сопровождении Мазоха...

 

Кругом – «ученые умы»:

Все – геи: символы эпохи –

В разгаре «пир среди чумы»...

 

 

Сонет 59 о Ненависти

Как душишь ты, сдавив удавкой горло!

Как ты слепишь безумному глаза!

Как, притворясь возвышенной и гордой,

Ты прочишь смерть в святые образа!

 

Тебя не тронут стон или слеза,

Ты незнакома с жалостью людскою.

Твой путь всегда — кровавая стезя.

О, сколько горя ты несешь с собою!

 

За «око-око» изрекут уста

И ты караешь всех и без разбора.

Но, как укор, скорбящий лик Христа

И, как клеймо вселенского позора.

 

Не дай, Господь, так низко мне упасть,

Чтоб черной злобой душу обокрасть!


Сонет 132

И вижу я оскаленную пасть…

О, как виденье это безобразно!

И мозг мой мысль пытает неотвязно,

Что этот хищник носит имя «власть».

 

Терзая жертв своих несчастных власть,

Свой лик звериный пряча под личину,

Она и в миг позорнейшей кончины

Все продолжает грабить, лгать и красть.

 

И нет чернее самых черных дел!

И нет для нас ужаснее напасти!

Страшнее рака вирус «жажды власти».

Она творит преступный беспредел.

 

Любая власть на грязи и крови.

Одну лишь власть я славлю — власть любви.




Переосмысливаю время часть 6, сонеты 431, 429, 441


Сонет 431 Иуды

 

О, племя подлое «иуд»!

Имел в виду не иудеев,

А тех – классических злодеев,

Что за алтын лишь предают

 

Друзей, любимых и отчизну,

Того, кто смог предать Христа!

Но эта притча непроста,

Хоть был мотив Иуды низмен,

 

Он был орудьем планов Бога:

Вела к распятию дорога

Христа по Божьему веленью!

 

Он искупить был должен грех

Былых, грядущих поколений

И жизнь отдать за нас, за всех...

 

Сонет 429

 

Что коммунизм? Бред? Химеры?

Был «коммунистом» ли Христос?

Вопрос, вопрос, вопрос...

И что такое в Бога вера?

 

И как прожить вообще без веры:

В жизнь, в счастье, в Бога и в любовь...

Как будет течь по венам кровь?!

Как можно жить, в себя не веря?!

 

Ведь тяжелее нет потери!

Ведь будет каждый шаг неверен,

И ложным станет путь любой,

 

К вершинам, к миражам, к химерам

Пускай нас всех ведет любовь:

Пускай в нее не гаснет вера!

 

 

Cонет 441

 

Отец – уральский был казак,

А мать по крови – иудейка,

Но не зову судьбу – злодейкой:

Я в этом вижу добрый знак.

 

Хоть на душе порой – «бардак»

(А это русскости примета)

Я чисто русским стал поэтом

И тем горжусь: гордится всяк,

 

Кто величайшей часть культуры !

Из бронзы вылиты «фигуры»:

Бальмонт, Фет, Пушкин, Пастернак...

 

Ведь крови рок – «обряд Прокруста»
Они творили все на русском:

Я – «русскость» понимаю так:

Души устои вековые

И широта... с полей России...

 

 

 

 

 



Переосмысливаю время часть 5, сонеты 435,436,437


Сонет 435 «Либерализм»

 

Либерализм... «Трюк» не нов,

А просто ловкий ход «пиара».

Он просто, Русь, тебе не пара,

А лишь «морковка» для ослов.

 

Ему под нос ее суют,

Когда артачится упрямяц,

И, на спину навьючив «ранец»,

В миг присмирившего, ведут

 

Зачем? Куда? «Осел» незнает:

Он лишь, как «попка», повторяет

Иноязычные слова...

 

И безоглядно, тупо верит:

(Отрава это не трава)

Пустой, отравленной химере...

 

Сонет 436 «Свобода»

 

Химера чудная , мираж,

Людей манящий и народы:

О, слово сладкое свобода,

Явись очам моим! Уважь!

 

При слове этом входят в раж,

Пуская пузыри и пену!

И все мы жаждем ее плена.

Я ей готов служить, как паж!

 

О, сколько слов, о, сколько копий

Сломали в Мире и Европе,

Вновь за тебя идя на бой!

 

На бой жестокий и кровавый

Лишь жизни ради, а не славы!

Но видел кто тебя живой?..

 

Сонет 437 «Самозванные мессии»

 

Доколе повторять «зады»,

О, Русь, за «западом» ты будешь?!

Как о себе неверно судишь,

Задвинув «в задние ряды».

 

И веришь как наивно, слепо

Речам коварным и словам...

Прости, но это просто срам:

Постыдно это и нелепо!

 

Ведь у тебя особый путь

И ты об этом не забудь:

Он твой, единственный, Россия!

 

Идти иным, чужим не тщись,

Не верь вервольфам и «мессиям»

И лишь любовью ты лечись!

 



Переосмысливаю время часть 4, сонеты 409, 410, 414

Переосмысливаю время часть 4, сонеты 409, 410, 414

Сонет 409 О «толерантности»

 

Да что за фетиш – «толерантность»?!

Как все с ним носятся, мой бог!

Он просто фиговый листок,

«Срамную» прячущий реальность,

 

Накрывший всех нас смог смертельный!

Его «семантика»: терпи

Порок и грязь, и беспредельным

Мозг равнодушием тупи,

 

И чувства подлинность – души!

А это – гибель для души:

Такая грубая подмена,

 

Что превращает Мир – в бордель,

Любви коварная измена...

Но в том то «сильных Мира» - цель!

 

 

 

 

 

 

Сонет 410 «Гарри Поттер»

 

Этот Мир фальшив и грязен,

И моральный он урод.

Но где сышещь антипод:

Мир, чей лик небезобразен:

 

«Гарри Поттер» к вам придет,

В ваши тесные квартиры,

В душ скукоженных, «сортиры» -

«Счастье» в дом вам принесет –

 

Всем: «на блюдечке с каемкой»!

Постучится в дверь негромко:

В Мир фантазий уведет...

 

Глянь: ведь он живой – из плоти!

Ну, - глотай же: вот он – вот:

Твой убийственный наркотик!

 

Сонет 414

 

Фашизм – жив: чума Европы!

Он возродился вновь, визжа...

Между добром и злом – межа:

Сапог фашистких громче топот

 

И танков вновь зловещий рокот,

Как к горлу – лезвия ножа.

И расползается, как ржа,

Фашизма поступь, ужас,опыт...

 

И кажется неотвратимы

Уже кошмары Хиросимы

И Нюренбергский эпилог...

 

Иль будет смерть живых всех «бдить»

И будет некого судить?..

С небес взирает мрачно Бог...

 



Переосмысливаю время часть3 сонеты 366, 388, 407

Переосмысливаю время, часть 3 (триптих)

Сонет  366

 

В наш век жестокий и коварный

Служу примерно доброте.

И поклоняюсь красоте,

Вновь славя образ лучезарный!

 

В наш век предательский и лживый,

Где в «князи» рвутся все из грязи,

Где служат дьявольской поживе,

Я правде клятвой верной связан.

 

В наш век смердеющий, развратный

В любви тону я безвозвратно,

Пою ее и жизнь я славлю!

 

И если я их вдруг предам:

Себя я просто обезглавлю

И навлеку позор и срам...

Сонет 388

 

Дать только стоит слабину

В бою, политике и ловле

Рыб серебристых на блесну:

Жизнь обернется «долей вдовьей»!

 

Ты «рыбкой» сам пойдешь ко дну

И запылают стены, кровля,

Ты умываться станешь кровью

И потеряешь дом, страну,

 

Друзей лишишься и свободы...

И станет адом жизнь народа,

Коль духом он совсем ослаб

 

И этой злой, и жалкой доле

Не позавидует и раб!

Ход – за тобой: ты выбрать волен...

 

 

Сонет 407 Разруха

 

Повсюду хаос и разруха:

В душе, сердцах и головах...

И принимать «слона за муху»

Нас учит каждый вертопрах.

 

И мужики уже рожают:

Какой «прогресс»! Какой пассаж!

А бабы пушки заряжают,

Мужской примерив «антураж».

 

Идет на нравственность атака

И лает каждая «собака»

На всех, кто нравственно здоров

 

И аморальные уроды

Сегодня в роли «докторов» –

Все – «толерантность» славят одой!

 

 

 

 

 



Переосмысливаю время, часть 2 (триптих) Сонеты 424, 425, 426


Переосмысливаю время, часть 2 (триптих)

Сонеты 424, 425, 426

 «Пятая колонна»

 

Они потоки грязной лжи

Нам льют на голову из шайки:

Та мразь продажная из шайки,

Что Русь мою хотят изжить!

 

Они проплачены – «иуды»:

Им выдает вновь «жирный» грант

Тот «демократии гарант»,

Что о свободе «словоблудит»

 

А, мы, совсем, как наркоманы,

Речам внимаем этим рьяно

В коварный тупо входим транс...

 

«Христопродавцы», пустозвоны:

Вся эта «пятая колонна»

Хотят отнять последний шанс

На взлет России – воссиянный!

Сонет 425 « Фетиш и Идеал»

 

Звучат валторны, барабаны,

А трубы очереди ждут:

И безнадежные бараны

Покорно к пропасти бредут...

 

Ведет их всех известный лоцман:

Да он с картины Босха боцман,

Одет в немыслимую ветошь

 

Немой, глухой, слепой, убогий

Бредет, неведая дороги:

Ориентиром – доллар: фетиш...

 

Все – безнадежно: шаг – пропал!

Выводит к свету – идеал...

 

Сонет 426

 

Весна украдена опять:

Как и надежды у народов,

Что, мол, сойдет к нам «благодать»:

И что «вот-вот» наступят «роды»!

 

Но равнодушно дождь стучит,

Вновь под водою погребая

Надежд последние лучи,

Что туч заслоны пробивая,

 

Вдруг вырываются из плена...

Кругом предательство. Измена

Всем смыслам, принципам, резонам:

 

«Чумной» пришел на землю пир !

И, корчась, в приступах агоний,

В «Армагеддоне» тонет Мир...

 



Сонеты 423, 427, 428 Переосмысливаю время... ( триптих: о Сталине)


Сонеты 423, 427, 428 Переосмысливаю время... ( триптих: о Сталине)

 

Переосмысливаю время

Из слез, из радости, из стали...

И мысль одна буравит темя:

Так кем он был «товарищ Сталин»?

 

Тираном злобным? Супостатом?

Иль он в суровости велик?

И опорочен сворой лик?

И верить глупо «геростратам»?

 

Что он один творил все зло?!

А как же «шавки» эти – свита?

Легко списать всех жертв убитых

«На отпущения козла»!

 

Правитель должен быть суров:

Чтобы держать в узде «козлов»!

Сонет 427

 

Воссоздаю я лик вождя

Из книг, кино, воспоминаний...

Плюс интернет: упоминаний

О нем, как полчищей дождя!

 

Миллиарды  капелек стреляют:

Да нет не капелек – шрапнель

Во мне свою находит цель!

Да что о Сталине я знаю?!

 

Потоки беспардонной лжи?..

Я застываю у межи...

Где суть? Где истина? Где правда?

 

Проклятья, слава, стон и плач...

Кем был он? Только – не палач!

И в главном – вождь, конечно, прав был!

Сонет 428

 

Да, кровь со Сталина не смыть.

А «Петр» крови пролил мало?!

Но «Петр» «ходит в генералах»!

Так полно Сталина хулить!

 

Русь предавал он иноземцам

И продавал «за медный грош»?

Являлся людям пьян, «как вошь»?

Как шут, «выкидывал коленца?!

 

Так, что ж порочите бесстыже

Того,кто дал России выжить,

Кто поднял родину с колен

 

И создал мощную державу?!

Он – смерть бы выбрал, а не плен!

А вы куда с душою «ржавой»?!

 

 



Сонет 413


Сонет 413

 

Я выхожу один в бескрайний Мир:

Душа, распахнутая настежь –

Мой поводырь, мой командир

И ты, любовь, мне Мир весь застишь

 

И нежно под руку берешь

И держишь сердце на ладони..

Оно в любви сейчас утонет.

Но без любви ведь пропадешь.

 

Ведь только ею все согрето,

Ведь без любви душа раздета

И на развилке всех дорог,

 

Застынет, брошенная всеми...

Так помоги же всем нам, Бог,

Посей в душе любви мне семя!



Сонет 416


Сонет 416

 

Ты живешь в летаргическом сне:

Он сковал тебя крепко, Россия.

И мечты о грядущей весне

Появились на свет неживые...

 

Да и кто смог бы жизнь вдохнуть

В это к долу поникшее тело...

Не пора ли заняться уж делом:

Сон смертельный, как бред, отряхнуть

 

Разорви удушающий плен

Ну, проснись же! Ну встань же с колен,

Распрями же свой рост богатырский!

 

Устреми свой гигантский разбег

К горизонту, сбежав из «Бутырки»

В свой грядущий, «космический» век!



Всюду жизнь...


Всюду жизнь: и в глухой деревушке

В три хромых, окосевших избы,

В Заполярье, в Париже и Кушке, —

Всюду ткет жизнь пряжу судьбы.

 

И везде эти травы и птицы.

И повсюду леса и поля.

Почему же в разлуке нам снится

Только наша, родная земля?

 

Почему этот клен под окошком

Мне дороже магнолий в цвету

И соседская черная кошка

Воплощает и дом, и мечту?



Поэтам (триптих)


Сонет1: Поэтам

Да, «не от Мира мы сего»:

Посланцы космоса – поэты!

У нас любви на сердце – меты:

Оно ведет нас и вело

 

К иным, заоблачным Мирам,

Таким, что прочим и не снятся!

Мы не умеем притворяться:

Вписаться трудно нам в «бедлам»!

 

И одиночество – наш рок,

Но дан Всевышнему зарок:

Он возвышает нас и судит –

 

Мы свято чтим любви заветы

И «проповедуем» их людям,

Слагая песни и сонеты.

 

Сонет 2: Поэтам

Дана Всевышним эта власть

Нам «божьим крестникам» - поэтам!

Воспеть божественную страсть,

Вести людей из мрака – к свету!

 

И жало рифмы заострив,

Вонзать его в гнилые души,

И общества вскрывать «нарыв»,

И воздвигать Миры и рушить!

 

За то и с нас высокий спрос

И вечный мучает вопрос:

А по плечу ль нам эта ноша?!

 

Но жребий свыше предрешен:

Таков наш путь, судьба и доша –

Сегодня, завтра... испокон...

 

Сонет3: Поэтам

Адама создал Бог из праха

(Не лучший в общем материал).

Ведь «подфартило» больше птахе,

Хоть раньше он ее создал.

 

Так и стихи, рождая в муках,

Взяв за основу просто сор,

Мы отсекая всякий вздор,

И прилагая душу, руки

 

Творим из «мусора» стихи:

Нам кара эта за грехи..?

Ахматова призналась в этом

 

И это каждый подтвердит,

Кого Господь назвал поэтом:

Господь – все знает: эрудит!

 



Поэт (памяти Владимира Высоцкого) триптих

Поэт

Памяти Владимира Высоцкого

(Триптих)


 Завещание

  (песня)


Прошло так много: кажется мне вечность.

Прошло так мало: кажется мне миг.

Как беспощадна жизни быстротечность:

Лишь сделал вдох и вот – предсмертный крик!

Всего мгновенье на краю у бездны

И дикий храп несущихся коней… -

Вы вспомнили слова известной песни

И голос вы узнали вместе с ней.


Припев:

Он говорил, он пел для нас для всех,

Горя святым огнем самосожженья.

Он фарисейства ненавидел грех

И завещал: не лгать и во спасенье.

 

Он по канату шел, не зная страха.

Он не ласкал, – хлестал хлыстом наш слух.

Он в петлю лез, клал голову на плаху,

Когда мы клали голову на пух.

Он рвал узду, скача, как иноходец,

Как волк, вновь от облавы уходил…

Сорвался в бездну, как канатоходец.

И жил, как пел, и пел всегда, как жил!

 

(Припев.)

  

Он не дожил, шагнув с разбега в вечность.

Он с нами рядом был всего лишь миг.

Как беспощадна жизни быстротечность:

Лишь сделал вдох и вот – предсмертный крик!

Он не допел и больше не придется.

И наш черед в огонь, что нас сожжет.

Ему и там, в гробу, опять неймется.

Когда в словах и песне кто-то лжет.

 

(Припев.)


 

           Возвращение

                (песня)

 

Он обещал и он вернулся,

Полгода даже не прошло.

До нас душою дотянулся

И чудо вдруг произошло.

 

Припев:

Он гитару берет по-хозяйски привычно,

И, себя не щадя, снова душу нам рвет...

И со всеми опять он беседует лично,

И для каждого слово и песню найдет.

 

Он был для всех всегда своим,

Хоть даже странно это вроде.

Остался он для нас таким,

Остался навсегда таким

И мы зовем его - Володя.

 

(Припев.)

 

Он снова шутит и грустит,

И негодует, ненавидя.

И вновь душа кровоточит,

Его душа кровоточит

За человечество в обиде.

 

(Припев.)

 

Душой и телом сын Земли

Он каждым нервом с ней срастался.

Нет, не сжигал он корабли,

Они в порт вечности вошли.

С землей он накрепко обнялся.

 

(Припев.)



        Предназначение

                  (песня)

 

Поэт не может льстить и лгать

И даже мысль о том позорна.

Ему ли чувством торговать?!

Растленье душ развратней порно!

Сомненья, вера и борьба –

Лишь он один им знает цену.

Ведь это все его судьба

И не замыслил он измену.

 

Припев: 

Когда ценить научимся Поэта

При жизни, а не после похорон?!

Мы все за жизнь и смерть его в ответе!

Мы все за жизнь и смерть его в ответе,

Как был за нас всегда в ответе он.

 

Он сам спешит себя распять,

Приговорив к любви и муке.

И вам с креста его не снять:

Пригвождены душа и руки.

И каждый нерв в нем оголен

И в кровь изрезан, как осокой.

Но каждый вздох и каждый стон

В нем служит истине высокой.

 

(Припев.)

 

Не Бог он, чтобы не грешить,

Но чист в пьянящей жажде света.

Его легко вам осудить.

Но кто вам право дал на это?!

Чья злоба прочит эшафот?

Чья зависть яд в бокал подсыплет?

Кто пулю в грудь его пошлет?

Но он до дна свой жребий выпьет!

 

(Припев.)


Ростов -на-Дону

1987 год




Из книги "Моя многострадальная Россия..." (триптих)


            *   *   *

Я болею тобою, Россия,

Твои язвы на теле ношу…

Косят вместе дожди нас косые,

Задыхаясь, тобой я дышу…

И, смотря на тебя издалека,

И лицом вновь с тобою к лицу,

Проклинаю твой жребий жестокий,

Твой злой рок, что тебе не к лицу

И люблю, верю в гордую стать:

Потому не могу я смолчать!

 

                *   *   *

 

Народ российский, о твоем терпенье

Былины, право, впору мне слагать!

Но вслед терпенью – буря, изверженье,

С которым никому не совладать!

Всех кара ждет, но чаще невиновных!

И метит кровью Русь свой путь греховный…

 

                            *   *   *

 

Ожесточенье, безучастность:

Печать всеобщего несчастья

И поклонение иконам,

И вера лживым пустозвонам,

Наивность ожиданья чуда,

К разбою склонность и ко блуду,

Души открытость и ранимость,

И к «чужакам» непримиримость…

Понять твой путь, Россия, тщусь,

По бездорожию тащусь,

Напрасно взор во мглу вперяя,

А ты все тайна… роковая…



"Белый" романс (триптих)


 

  «Белый» романс

Был старый мир разрушен и сожжен

И отказали в вере нам и чести.

Нас вне закона объявил закон:

Сдала судьба лишь «пики» нам да «крести»!

А я тебе, отчизна, присягал

И за тебя в бою не раз был ранен.

Нас сам Господь спасать тебя призвал

И потому сейчас я в белом стане!

 

Припев:

Месть, любовь или вера,

Или горе без меры,

Господа офицеры,

Что на бой нас ведет?!

Можно с горя напиться

И с тоски застрелиться,

Но нельзя нам забыться,

Ведь Россия нас ждет!

 

Я не пошел бы больше воевать,

Когда б меня не вынудили драться.

Я никого не стал бы убивать:

Мне просто было некуда деваться.

Меня лишили дома и корней

И в пору мне с сумой идти на паперть.

Стал отчий край чужбины холодней

И не в вине, а в пятнах крови скатерть.

 

(Припев.)

 

Отец расстрелян, мать сошла с ума,

Сын пал в бою последнем за Царицын…

Я не ропщу, — таких историй тьма.

Но ты поймешь меня, мой друг Голицын!

Что ж, господа, платите — вот вам счет.

В нем учтено все честно до копейки.

А если пулю получу в живот,

Вы за меня, друзья, вино допейте!

 

(Припев.)

 

Здесь наш с тобой последний «Рубикон»,

Ровесник мой и старый мой товарищ.

Мы все с тобой поставили на кон:

На нем Россия в зареве пожарищ.

Ну, что ж — вперед, мой бравый офицер,

Ведь взвод уже давно готов к атаке!

И холодит мне руку револьвер,

А на Дону с зарей зардеют маки…

 

Припев.

Месть, любовь или вера,

Или горе без меры,

Господа офицеры,

Что на бой нас ведет?!

Можно с горя напиться

И с тоски застрелиться,

Но нельзя нам забыться,

Ведь Россия нас ждет!

 

 

Романс – размышление

 

Я Вас обидел, право, невзначай, -

Зачем же рвать из ножен сразу шпагу?!

Не наш черед – не в ад нам, и не в рай.

Нам жизнь дана, чтоб выполнить присягу!

 

Еще России надо послужить

Хоть мы наврядли выйдем в генералы.

Прошу меня, поручик, извинить,

За мною тост –  прошу поднять бокалы!

 

Я пью за то, чтоб в завтрашнем бою

Нам Бог послал в союзники удачу,

Чтоб кровь не зря мы пролили свою,

Чтоб эскадрон наш выполнил задачу.

 

За жен, сестер, за слезы матерей

Мы вступим в схватку с красною ордою.

За милый воздух родины своей!

За честь погибнуть с гордой головою!

 

До дна бокал – и вдребезги – пусть хмель

Кровь горячит – еще один осушим!

Лишь только глаз бы четко видел цель…

Уже рассвет…  за нас и наши души!

 

Отполыхал пожар кровавый тот:

Все, слава Богу, было в прошлом веке...

Но мысль одна покоя не дает:

Ведь жить не стало лучше, «человеки»!!!

Зачем же крови пролили вы реки ?!

А тот поручик в том бою падет…


 

      Я уезжаю навсегда

            ( песня)

 

Я уезжаю навсегда…

Прости, несчастная Россия.

Твоя печальная звезда

Светить не будет мне впервые.

Прости, что больше не могу

В твоих глазах я видеть муку,

Что там на дальнем берегу

С тобой не вынесу разлуку…

 

Так вышло, что мы проиграли,

Ведь жребий наш был предрешен.

Со смертью мы встречи искали

И лег по степи эскадрон.

Кем стану теперь я, отчизна:

Юродивым? Нищим?! Шутом?!!

Справляя по Родине тризну,

Давай по последней нальем.

 

Кто будет топтать те тропинки,

Где наши пылились следы?

В лице у меня ни кровинки,

Но в мертвых глазах нет слезы.

Все кончено: нет нам возврата.

Дотла мы спалили мосты.

Скажи нам, в чем мы виноваты?

Коль можешь, отчизна, прости.

 

 

 

Прости же, мой конь черногривый.

Прощайте враги и друзья.

Простите, березы и ивы,

Что с вами остаться нельзя.

Уже кем-то убраны сходни.

Нас пуле теперь не догнать.

Мы вырвались из преисподней!

Но рая нам всем не видать…



Я еду по России...


Я еду по России

(Песня)

 

Я еду по России,

Возница – поезд скорый.

Я еду по России

Томительно и споро.

Мелькают полустанки,

Мелькают чьи-то лица.

Короткие стоянки –

И поезд дальше мчится.

 

Припев:

 

Бескрайняя Россия, -

Обитель слез и горя.

Мы странники босые

С собой самими в ссоре.

 

Плацкартные вагоны -

Людская мешанина:

То юбки, то погоны,

 То хлеб, то солонина.

Вкрутую или всмятку

Проглатываем яйца

И чай в стакане сладко

Нам обжигает пальцы.

 

(Припев.)

 

 

 

 

Знакомства ритуальны

Раскованы и кратки.

И чей-то взгляд нахальный,

И чей-то взор украдкой.

И ранят чьи-то тайны,

И греют откровенья.

И души все хрустальны

В такие вот мгновенья.

 

(Припев.)

 



Опять болит "с похмелья" голова...


Опять болит «с похмелья» голова

И я натужно силюсь разобраться,

И примирить и мысли, и слова

С тем, что с тобой, Россия, может статься.

 

Непредсказуем завтрашний твой день,

А в нашем прошлом тьма кровавых пятен!

День настоящий... – от него - мигрень

И лик его то страшен, то невнятен...

 

Мне скажут: мол напрасно ты грешишь,

Мол — глянь вокруг — какие перемены.

Но от чего так, сердце, ты щемишь,

Что я готов порою взрезать вены?

 

О, страшный рок! О, горькая судьба!

Доколе крест нести тебе, отчизна?!

Когда же смолкнут стоны и пальба?

Когда конец кровавой этой тризне?

 

Свободы лик казалось воссиял.

Казалось вот — пришло оно прозренье

И звездный час твой, Родина, настал!

Я за победу принял пораженье...

 

 

 

 

 



Лики России


Лики России

        (баллада)

 

Лица: усталые, добрые, злые …

И безнадежность в глазах у старух… -

Лица России, лики России,

Звон колокольный печален и глух…

 

Плечи ссутулены, спины согбенны,

Кожей шагреневой сжался твой дух…

Сколько сынов, дочерей убиенных!

Как излечить твой, Россия, недуг?

 

Войны кровавую подать взимали,

Кровушку пили цари и вожди…

И, не краснея, в глаза тебе лгали,

Билась в тисках ты нужды и вражды…

 

Как ты тянулась к свободе и свету –

Лучших сынов в жертву им принесла! …

Жизни учить ты пыталась планету,

Да вот себе научить не смогла.

 

Дьявол ли, рок по порочному кругу

Водят тебя век который подряд

И, как лекарство от бед и недугов,

В пищу и воду подсыпали яд –

 

Зависти вечной и расовой розни,

Злобы и страха, наветов и лжи…

Четвертованье, веревка и розги,

Пытки, расстрелы… - живи, не тужи!

 

 

Рухнули в бездну твои идеалы

И средь безверия и пустоты

Ты на распутье (судьбу ль искушала?)

И за порогом нужды и тщеты…

 

Где «панацей» твоих чудо – рецепты

Где тот мессия, которого ждут?!

Но, ради Бога, «вражды хлеб» не ешь ты!

Не уповай на безжалостный кнут!

 

В храмах молись и покайся прилюдно

И за грехи все прощенья проси.

И хватит спать тебе, Русь, беспробудно! –

Сей вновь и жни, круто тесто меси!

 

И выходи из больного похмелья:

Бред, словно сон, с головы отряхни,

И распахни все души подземелья,

И полной грудью свободно вздохни.

 

И начинай все, немедля, сначала

С самых азов, с аксиом доброты

И с той любви, что ты в сердце скрывала…

И станут явью, поверь, все мечты!

 

 



Ты больна, ты хвораешь, Россия...


              *   *   *

Ты больна, ты хвораешь Россия.

Ты больна, ты опасно больна

И толпятся у одра чужие… -

А какого, спросите, рожна?!

 

Но дают шарлатаны микстуру

И наводят тебе марафет,

Принимая за полную дуру,

А лица на тебе уже нет.

 

Но в глаза тебе лгут блюдолизы,

Что, как прежде, ты все хороша,

Что давно миновал уже кризис,

Но чуть теплится в теле душа.

 

Надо ставить за здравие свечи,

Нужно бить всем нам срочно в набат!

Почему же недуг твой не лечат,

Что же ложь тебе снова твердят…

 

Ты больна, ты хвораешь Россия.

Ты душою и телом больна.

И толпятся у одра чужие … -

А какого, спросите, рожна?!

 

 



Нет в Мире краше россиянок!


Нет в Мире краше россиянок!

                    (песня)

 

Бывал в Париже я не раз

Ах, что за шарм у парижанок!

Но вам признаюсь без прикрас:

Нет краше наших россиянок.

Нет в Мире краше россиянок!

 

            Припев:

 

Василиса распрекрасная, -

Где милей тебя найдешь!

Только глянешь в очи ясные

И навек в них пропадешь!

Как пройдешься гордой павою –

Сразу всех заворожишь!

И с тобой тягаться славою

Не рискует и Париж!

 

Ах, что за профиль и анфас

У волооких итальянок!

Но я признаюсь без прикрас:

Нет краше наших россиянок.

Нет в Мире краше россиянок!

 

            ( Припев.)

 

 

О, этот пламень жгучих глаз:

Любовь, как воздух, для испанок!

Но я признаюсь без прикрас:

Нет краше наших россиянок.

Нет в Мире краше россиянок!

 

            ( Припев.)

 

 

Я не хочу обидеть вас:

Японок, немок, англичанок,

Но всем признаюсь без прикрас:

Нет краше наших россиянок.

Нет в Мире краше россиянок!

 

              (Припев.)

 

Весь Мир лишь подиум для вас –

Бриллианты лучшей из огранок.

Не отыскать достойных фраз,

Ведь нету краше россиянок.

Нет в Мире краше россиянок!

 

             

            Припев:

 

Василиса распрекрасная, -

Где милей тебя найдешь!

Только глянешь в очи ясные

И навек в них пропадешь!

Как пройдешься гордой павою –

Сразу всех заворожишь!

И с тобой тягаться славою

Не рискует и Париж!

 

 

 

 

 

 



Пробуждение


                          Пробужденье

Ты лицо запрокинь

И в глазах разольется

Неоглядная синь

Вместе с золотом солнца.

Всей душой окунись

В эту синь вслед за взглядом

И войдет в тебя высь

Неземным своим ладом.

 

Вновь на землю вернись

С этим чувством высоким

И вокруг оглянись,

Оглядись ненароком:

И увидишь — умыт

Мир сиянием радуг

И внезапно пронзит

Душу светлая радость.

 

Пробежись босиком

По ромашковым росам

И на травы ничком,

Будто в омут с откоса,

И щекой ощути

Белый бархат березы,

И почувствуешь ты

Вдруг невольные слезы.

 

И почувствуешь грусть

И щемящую нежность,

И откроется суть,

Что, как неба безбрежность.

И душа соловьем

Запоет и зальется

И поймешь ты о чем

В этой песне поется.

 

 

И нахлынет любовь,

Как дыхание жизни,

И войдет в твою кровь

Та, чье имя отчизна.

И замрешь ты хмельной,

От любви задохнешься,

И навеки душой

Ты с березкой сплетешься...

 



"Как скучно, девочки"...2 (вторая версия)


«Как скучно, девочки»...

 

Как это грустно, господа,

«Как скучно, девочки», ей-богу:

Под маской дружеской – вражда

И ложь под правды белой тогой!

 

Как этот «сэр» велеречив,

Но ложь своим он сделал кредо.

Глазам не верю: «Геббельс» - жив,

Он возрождается... в полпредах

 

И в проститутских, грязных СМИ

Свободной – лгать «свободной прессы»...

Да будьте ж, люди вы, – людьми!

Где совесть?! Хватит тешить беса!

 

Напасти эти – вне времен,

Но всех страшнее – наше время:

Вот, «дядя Сэм» - «наш гегемон»

Несет свое по Миру бремя.

 

Зачем он ношу сам взвалил

Себе на голову и плечи?

«Его я, право, не просил»,

А ведь его она калечит!

 

А сколько помиру калек

Плодит его «слепая вера»,

Что он один – «сверх человек» -

Для всех закон, судья и мера...

 

Как это грустно, господа.

«Как скучно, девочки», - мне ясно.

Куда мы «катимся»? Куда?

Как это, «мальчики», ужасно!

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 



"Как скучно, девочки"...


„Как скучно, девочки...»

 

В лесном ручье журчит вода,
Кокотка корчит недотрогу,

Горит полярная звезда

И освещает всем дорогу:

 

Усталым путникам в ночи

И мореходам – в море зыбком...

Колумб, меня так огорчил

Ты непростительной ошибкой.

 

Набил оскомину он всем:

Сюжет, что  "сшит был белой ниткой",

Но скольких не было б проблем,

Коль обратился б ты... в улитку!

 

Тебе бы вспять бы повернуть

Да и «закрыть» свое открытье!

И вот теперь – вся эта «жуть»

Расплатой за твое «наитье»...

 

Я прерываю связь времен

И возвращаюсь в наше время:

Вот, «дядя Сэм» - «наш гегемон»

Несет свое по Миру бремя.

 

Зачем он ношу сам взвалил

Себе на голову и плечи?

«Его я, право, не просил»,

А ведь его она калечит!

 

А сколько помиру калек

Плодит его «слепая вера»,

Что он один – «сверх человек» -

Для всех закон, судья и мера...

 

Как это грустно, господа.

«Как скучно, девочки», - мне ясно.

Куда мы «катимся»? Куда?

Как это, «мальчики», ужасно!

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 



Мы дети войны

Мы дети войны

В том нет ни заслуги, ни нашей вины,

Что мы называемся: дети войны...

 

А просто родиться нам выпало время

В Великой войны беспощадные годы.

А просто страны разделили мы бремя

И меру народной беды и невзгоды.

 

В том нет ни заслуги, ни нашей вины,

Что мы называемся: дети войны...

 

Пусть разная каждому выпала доля –

Плаксивым девчонкам, сопливым мальчишкам:

Мы все крещены нашей общею болью

А кто и погиб, кто остался «с култышкой»!

 

В том нет ни заслуги, ни нашей вины,

Что мы называемся: дети войны...

 

С войной той у каждого личные счеты:

У всех воевали отцы или деды.

И все мы храним их военные фото.

И все мы причастны к великой победе!


В том нет ни заслуги, ни нашей вины,

Что мы называемся: дети войны...

 

И в наши дома с фронта шли похоронки:

Отцов, матерей мы с измальства теряли.

Героев войны мы прямые потомки,

Что нас и весь Мир от фащизма спасали!

 

В том нет ни заслуги, ни нашей вины,

Что мы называемся: дети войны...

 

Давно отгремели военные грозы,

Но память бессмертна, но память бессонна:

И вновь нам не скрыть на глазах наших слезы

И помним мы павших своих поименно...

 

В том нет ни заслуги, ни нашей вины,

Что мы называемся: дети войны...

 

 

 

 

 

 

 



Из книги "Любви смиренный пилигрим..."

Любви смиренный         пилигрим...

 

 

 

 

Я не могу не думать о тебе,

Ведь не в моей уже все это воле.

Ведь ты живешь уже в моей судьбе,

Как сладость слез, как стон счастливой боли.

 

Восстать? Судьбе перечить ли? Бежать?

Или отдаться бурному теченью?

Что ж — жребий брошен и не мне решать,

Не мне любовь молить об отреченьи!

 

                      *   *   *

 

Спокойно твой встречаю взгляд,

В моей улыбке — безмятежность.

А на душе и рай, и ад,

Тоска и боль, любовь и нежность.

Который раз себе клянусь,

Что разлюблю тебя, — ты слышишь?!

Но ты стоишь, молчишь. Ты дышишь…

Я на тебя не нагляжусь...


          ***  

Приди! — Я жду тебя всегда

Веселой грустной и смешною.

Неважно скажешь ли мне «да»,

А важно то, что ты со мною,

 

Что я коснусь тебя рукой,

Что можешь ты ответить взглядом,

Что голос слышу я родной,

Что ты со мною снова рядом…

 

Нет, рядом — я, а ты — во мне,

В душе на самой глубине.

 

 

***

Молю, — останься, погоди,

Еще хоть взгляд, одна улыбка… —

Постой, любовь, не уходи,

Ведь все так призрачно и зыбко.

 

Ведь так легко нам затеряться,

Так просто вдруг сказать: «прощай».

Но что-то же должно остаться,

Когда беды подступит край,

 

Когда вновь станет одиноко

И этой боли не стерпеть…

Ведь так бессмысленно жестоко —

Одним лишь словом все стереть


            ***

Прощанья, проводы, разлуки…

Какая боль и грусть в словах!

За что даны нам эти муки

И одиночество и страх,

 

Что никогда не повториться,

Не возвратиться этим дням,

Что вера в счастье — небылицы,

И что судьба враждебна нам,

 

Что солнца луч лишь на мгновенье

С тобой нас выхватил из тьмы…

Одни лишь эти подозренья

Страшней пожизненной тюрьмы!

 

 

                                                          *   *   *

Опять гляжу в твое лицо…

Пока еще со мной ты рядом.

Опять гляжу в твое лицо

Уже другим, прощальным взглядом.

 

Вбираю каждую черту,

Ее впечатывая в душу.

Я все их в памяти сочту,

Не искажу и не нарушу.

 

И в том краю, где заметет

Судьба дороги и тропинки,

Мне память вновь тебя вернет

Родной и близкой — до кровинки...


            ***

Нет, не могу, как ни пытаюсь, —

Мне равнодушье не сыграть.

И я напрасно так стараюсь:

Мне от любви не убежать,

 

От тайны губ твоих и взгляда,

От колдовского плена рук…

Ведь я довольно выпил яда:

Не избегу любовных мук.

 

Мне не спастись от этой боли,

Пока сама не отболит.

Мы до конца исполним роли,

Как сердце каждому велит...

 

 

               *   *   *

 

Молюсь тебе и проклинаю

И звук шагов твоих ловлю,

И душу ревностью пытаю,

И ненавижу, и люблю,

 

Виню тебя и слезно каюсь,

Во всех грехах себя виня,

И разлюбить тебя стараюсь…

И сам страшусь такого дня.


***

Я не жалею ни о чем, —

Чисты душа моя и совесть.

Осталась в сердце ты моем,

Как недописанная повесть,

 

Как опаливший горло крик,

Как миг, прекрасный миг паренья!

Но сердцем я одно постиг:

Длинней, чем жизнь, любви мгновенья...

 

 

              * * *

Я не умею притворяться

И прятать сердце в мягкий мех.

Я не умею притворяться

И ты прости мне этот «грех».

 

Пусть не посмею я признаться,

Но не приму надменный вид.

Я не умею притворяться

И для любви всегда открыт.

 

Я буду плакать и смеяться,

И от тоски с ума сходить.

Я не умею притворяться,

Любовь под маскою таить.

 

Ты не проси меня об этом

И эту боль мне разреши.

Пускай нечаянным сонетом

Она прорвется из души...

 

 

                                                      *   *   *    

Шаги на лестнице. Звонок... —

Меня подбросит, как от взрыва,

И ты шагнешь через порог,

Ко мне прижмешься молчаливо.

 

Губами припаду к губам,

Не в силах выговорить слово,

А сердце рвется пополам,

А сердце выпрыгнуть готово.

 

И обниму, и задохнусь,

Как после долгих лет разлуки,

И, как волною, захлебнусь

От острой радости и муки.

 

И жаждой душу истомлю,

Спеша, как в жизнь, в тебя вглядеться…

И шепот сдавленный: «люблю», —

Как будто крик, исторгнет сердце...

 

 

            ***

Я забываю обо всем,

Едва с тобою встречусь взглядом.

Я забываю обо всем,

Когда со мной ты снова рядом.

 

Свой взор с твоим соединю,

В твоих глазах ища ответа.

Тянусь к манящему огню,

Тянусь к спасительному свету,

 

Тянусь озябшею рукой

И затаенной болью сердца…

Истосковавшейся душой

Спешу теплом родным согреться.

 

Вновь в целом Мире мы вдвоем

И нет тебя на свете ближе.

Я забываю обо всем,

Едва лишь вновь тебя увижу.

 

И вновь мешаю с явью сон,

Тобой пьянея безнадежно.

Я забываю обо всем

И все становится возможным...

 

Ты для души моей бальзам,

Глазам и сердцу ты отрада.

За миг с тобой — я все отдам.

А врозь и вечности — не надо!

 

            ***

Люблю тебя, как любят ночь,

Траву и ржанье жеребенка.

Ты мне близка, как будто дочь,

И я люблю в тебе ребенка.

 

Я это чувство не сотру,

Как нарисованное мелом.

Люблю тебя я, как сестру,

И, как мечту, в наряде белом.

 

Любви своей не тороплю

И чувством медлю насладиться. —

Тебя, как женщину, люблю,

Ведь невозможно не влюбиться!

 

Еще одной любовью жив

Я до беспамятства и муки:

Люблю тебя, как любят жизнь…

Как можно с жизнью быть в разлуке?!

            ***

В глаза любимые гляжу,

Склоняюсь к жизни изголовью

И если чем-то дорожу,

То лишь любовью, лишь любовью.

 

Любви смиренный пилигрим

Служу всегда ее сословью

И если чем-то я томим,

То лишь любовью, лишь любовью.

 

Пусть счастье ветрено, как дым,

Согласно пошлому злословью,

Но если кем-то я храним,

То лишь любовью, лишь любовью...


            ***

Не иссякает тот родник,

Что ты наполнила любовью.

Он рук твоих тепло хранит

Наперекор судьбы злословью.

 

И в хмурых буднях бытия,

Когда ни в чем не вижу лада,

Твое лицо припомню я…

Мне так в него вглядеться надо!

 

И от тоски сойду с ума,

Любовью душу обжигая.

Но Мир мой больше не тюрьма:

Ты рядом — теплая, живая...

            ***

Я не могу тебя забыть

И ты не верь, что я стараюсь.

Я не могу тебя забыть

И пред тобою в этом каюсь.

 

Уж лучше выплакать глаза,

Кипящий воск залить мне в уши,

Но сердце ослепить нельзя,

Нельзя глухою сделать душу.

 

Я сам себя приговорил

Любить глаза и губы эти:

И если я тебя забыл,

То значит нет меня на свете…

 

 

                                                      *   *   *  

По тонкой нити между гор

Скользит, ползет фуникулер —

Разверзлась бездна под ногами…

И между нами та же нить.

Ее легко перерубить:

Но ты представь: что будет с нами…

***

Ты не солги, ты не солги словами,

Ведь так легко поверить им в ночи.

Их все порой твердят под небесами  —

Попробуй ложь от правды отличи.

 

И нотой страсти, в голосе дрожащей,

И колдовством во взоре не солги,

Ты не солги мне нежностью щемящей,

Губами и руками не солги.

 

Ты не солги прервавшимся дыханьем

И сердцем оборвавшимся в груди.

Ты не солги ни смехом, ни рыданьем, —

Сомненьем душу мне не береди.

 

Ты не солги, очнувшись на рассвете,

От грез ночных, что душу мне сожгли.

Чтоб вдруг не стало ложью все при свете…,

Ты не солги, любовь, ты не солги...

 

 

            *   *   *      

 

Слова мучительно искать,

Терзая душу немотою,

Тебя коснувшись, трепетать,

Твоею бредить красотою

 

И пить любовное питье:

Взгляд, запах, голос и дыханье,

И ощутить тепло твое,

Как сокровенное признанье,

 

И рук не в силах разомкнуть,

От губ не смея оторваться,

Навстречу медленно шагнуть

И в бездну, падая, сорваться,

 

И сердцем, телом, и душой

Вдруг с обостренностью щемящей

Сродниться, слиться вновь с тобой

В огне любви животворящей…

 

И все из памяти стереть.

И жизнь мгновением измерить.

И от любви вновь умереть,

Чтобы в нее, как в жизнь, поверить!

 

 

                                                          *   *   *

Прости за то, что я опять тоскую,

С тревогой вновь гляжу тебе во след.

Прости за то, что я тебя ревную,

Хотя причин для ревности и нет.

 

К чужим рукам ревную или взглядам,

Ко всем, с кем хоть на миг тебя делю,

И к прошлым встречам, и к былым разладам,

И снова душу ревностью гублю.

 

К делам твоим ревную и заботам,

К тому, что разделить нам не дано.

Ревную к поездам и самолетам,

Хоть знаю я, что все это смешно.

 

К тому, что сам порою отдаляюсь,

К тому, что вдруг грозит тебя отнять,

Ревную, хоть в тебе не сомневаюсь,

Боясь тебя однажды потерять.

 

Ревную так порою нестерпимо,

Что эту боль никак не утолю…

Прости за то, что быть хочу любимым,

Прости за то, что так тебя люблю...

 

            ***

Ты прислонись ко мне, родная,

Глаза ресницами прикрой —

И снова радость неземная

Преобразит весь Мир земной.

 

Я обниму тебя за плечи,

Коснусь щеки твоей щекой

И нежность душу мне излечит,

И захлестнет меня волной.

 

И остановится мгновенье,

И мы забудем обо всем, —

Любви высоким измереньем

Другие все перечеркнем.

 

И вновь таинственно и мудро,

Ошеломляя и пьяня,

Перевернет нам душу чудо,

В любви рожденного, огня.

 

О, эта трепетная радость:

Та близость, что дана двоим!

О, как же мало сердцу надо, —

Чтоб билось в такт оно с другим!

 

Ты солнцем мне наполни вены,

Пролейся каплею дождя…

Пусть чувства вырвутся из плена,

Навеки в души к нам войдя,

 

Чтоб ощущать всегда друг друга,

Как в миг сближенья наших тел,

Чтоб в сердце яростную вьюгу

Унять никто из нас не смел!

 

            *  *   *

Не говори мне «никогда».

Не повторяй мне «невозможно».

Твой приговор, как мрак острожный,

Как путь, ведущий в никуда.

 

И опустеют невода,

И станет жутко и тревожно

От этих слов неосторожных,

И упадет с небес звезда;

 

Как будто дикая орда

Набег готовит свой безбожный,

И снова меч покинет ножны,

И станут прахом города.

 

Но, как весталка, ты горда.

С высокомерностью вельможной

Ты говоришь мне «никогда»

И повторяешь «невозможно».

 

А я до Страшного суда

Твердить все буду непреложно:

Не разлюблю я никогда.

Жить без любви мне невозможно!

 

 

Осени щедрой короной увенчана...

(романс)

 

Осени щедрой короной увенчана,

Как же к лицу тебе осени цвет!

Как хороша, как мила ты и женственна:

Так не горюй, ведь вины твоей нет

 

В том, что у глаз затаились морщинки,

Что в волосах седины паутинки,

Что ты грустишь, глядя юности вслед,

Что ты от осени прячешься в плед.

 

Осени щедрой короной увенчана,

Как же к лицу тебе осени цвет!

Как хороша, как мила ты и женственна:

Так не горюй, ведь вины твоей нет

 

В том, что в очах заблестели слезинки

Что колют сердце холодные льдинки,

Что ты устала за тысячи лет,

Что ты с бессонницей вновь тет-а-тет.

 

Осени щедрой короной увенчана,

Как же к лицу тебе осени цвет!

Как хороша, как мила ты и женственна:

Так не горюй, ведь вины твоей нет.

 

Возраст не повод грустить без причины:

Осени краски горят на картине,

Зреет душа, как диковинный плод…

Сколько любви в сердце зрелом живет!

 

Осени щедрой короной увенчана,

Как же к лицу тебе осени цвет!

Как хороша, как мила ты и женственна:

Так не горюй, ведь вины твоей нет.

 


Благослови меня, Господь!

Благослови меня, Господь!

Не призови меня, Господь,
На суд свой праведный до срока:
Я пред твоим предстану оком –
Не торопи меня, погодь!
Пока земли и жизни соки
Меня питают, как листву,
Пока мечтою я живу,
Не будь, судьба, ко мне жестока!
Благослови меня, Господь!

Пусть мне не вырваться из плена
Земных тревог, земных забот:
Дай уберечь, Господь, от тлена
Все, чем душа моя живет,
Чем дорожу на белом свете,
К чему всю жизнь я восхожу... –
Ведь ты слова диктуешь эти,
Я к ним лишь рифму нахожу!

Не призови меня, Господь,
До мне назначенного часа,
Пока душа полна, как чаша,
Крепки мой ум и дух, и плоть,
Пока земли и жизни соки
Меня питают,как листву,
Пока надеждою живу,
Не будь, судьба, ко мне жестока!
Благослови меня, Господь!

Пусть мне не вырваться из плена
Земных тревог, земных забот:
Дай уберечь, Господь, от тлена
Все, чем душа моя живет,
Чем дорожу на белом свете,
К чему всю жизнь я восхожу... –
Ведь ты слова диктуешь эти,
Я к ним лишь рифму нахожу!

Не торопи меня, Господь,
Не обрывай на полу-слове,
Пока мне все на свете внове
И жажду жить я, - ты погодь.
Пока земли и жизни соки
Меня питают,как листву,
Пока любовью я живу,
Не будь, судьба, ко мне жестока!
Благослови меня, Господь!

Пусть мне не вырваться из плена
Земных тревог, земных забот,
Дай уберечь, Господь, от тлена
Все, чем душа моя живет,
Чем дорожу на белом свете,
К чему всю жизнь я восхожу... –
Ведь ты слова диктуешь эти,
Я к ним лишь рифму нахожу...


Душа моя... (цикл стихов)

Душа моя... цикл стихов

* * *
Хочу вернуть значение словам,
Что превратились в мелкую монету.
Хочу вернуть значение словам.
Хочу взвалить на плечи ношу эту.
Мне скажут: «Много на себя берешь», —
А я и взять хочу, представьте, много,
Мне скажут: «Больно сладко ты поешь», —
А я и сладко петь хочу, ей-богу!

Хочу очистить слово от плевел,
Чтобы зерном душе оно явилось.
Хочу очистить слово от плевел,
Чтоб первозданность истины открылась.
Хочу сказать, что я сказать хотел,
Как о весне рассказывают почки.
Хочу сказать, чтоб я сказать успел,
Нам в разговоре рано ставить точки.

Свою превозмогая немоту
И сознавая всю несовершенность,
Хочу воспеть любовь и красоту,
Бессмертьем попирающую тленность.
Хочу рукой стирая пот с лица,
Хотя б всего за миг перед кончиной
Открыть в стихах всю душу до конца…
Скрывать ее не вижу я причины!..


ДУША МОЯ

Она незрима, невесома:
Ее попробуй осязать –
Не обнаружить в хромосомах,
О ней мы можем лишь гадать.
Из-за нее ломают копья,
О ней ведут извечный спор...
Дана ей участь не холопья,
Ведь о душе мой разговор.

А я об этом не гадаю,
Ведь знаю я наверняка,
Что есть душа, — она живая
И бьется жилкой у виска:
То болью в сердце отзовется,
То кружит голову мою…
Скажи мне: как тебе живется,
Душа моя? А я спою.

О, как высоко ты витаешь
На крыльях счастья и мечты!
О, как жестоко их ломаешь,
Упав на землю с высоты!
Сама себя не понимаешь,
Глядясь пытливо в зеркала.
Как много ты в себя вмещаешь
Любви и горя, и тепла.

Как беззащитна и открыта
Ты для злодейства и добра.
И лишь любовь твоя защита,
Лишь добротою ты мудра.
Пока тебе не изменяю,
Пока я чту твои права,
Я вновь ликую и страдаю.
Я жив, покуда ты жива.

В наш век любви рациональной,
Где правят атом с ЭВМ,
Где все так грубо материально,
Порой нам не хватает всем
Того, что так патриархально,
Того, что кто-то не поймет,
Что прозвучат сентиментально…
Но в глубине души живет...


ДУША И ТЕЛО
Душа и тело — вечный спор,
Научная проблема.
Как уживаться им без ссор? —
Вот всем нам теорема:
Душа, как лебедь, рвется ввысь,
Она неудержима,
А тело камнем тянет вниз.
Как быть, скажите, с ними?

Спешим мы телу угодить,
Снося его проказы,
Даем ему и есть, и пить —
Закон его приказы.
А души?.. — Там иной расклад:
Их держим «в черном теле».
С душой опять у нас разлад...
Ну, что мы в самом деле?!

Ну, что нам с вами враждовать,
Душа моя и тело?
Ведь надо жить нам, поживать:
Природа так велела.
Ведь с вами вместе я – одно:
Нельзя нам разлучиться.
Давайте будем заодно,
Попробуем ужиться.

Пусть тело требует свое:
Его не забывайте.
Но души — тоже бытие:
Теплом их согревайте.
И дайте пищу и жилье,
Надежду подарите
И будет славное житье.
Вы душу — возлюбите!

***
Лицом опрокинусь в ромашки и травы,
К ладоням земли припадая шершавым
И душу в объятьях ее успокою,
Земною наполнив ее красотою.
О, тонкая нить, что сродни пуповине,
Та связь, что продолжена матерью в сыне!
Как быстро приходит к нам эта утрата —
Родства и единства со всем, что так свято!

Где это родство, освященное кровью?
Где это родство, что согрето любовью:
С шумящей листвой и с зеленой травою,
С прозрачным ручьем и с рекой голубою,
Со всем, что вокруг, с тем, что живо и суще,
С теленком, у матери вымя сосущим,
С пичугой, букашкой, зарей и закатом,
Ведь были мы с ними едины когда-то…

Как искренне все, неподдельно и просто
В весенних цветах и в осенних погостах,
В распахнутом небе и в рокоте моря,
А мы — диссонансом в их слаженном хоре.

А мы, мы в разладе с собою и Миром
И тратим себя по пустяшным мотивам,
Грешим, суетимся и лжем лицемерно,
Насилуя душу и сердце, и нервы.
Где та чистота, первозданность и сила,
Все то, что в природе светло и красиво?!
Где это служенье извечным канонам?
Мы сами, как волки, себя — вне закона.

Они возвращаются к нам бумерангом
Земли наши слезы и стоны и раны.
Рубя все под корень, мы душу калечим.
Бездушие к боли — ты хуже увечий.

Отравлены воздух, земля, океаны
И воды священные Нила и Ганга.
Горят, как в аду, крематориев печи
И жизни самой задуваем мы свечи…

Как хочется снова с природою слиться
И в теплом дыханьи ее раствориться,
И вновь обрести это чувство живое :
Гармонию духа, единства с собою,
И с отчей землею, с родными корнями,
Со всем, без чего невозможны мы сами,
Вернуться к основам, к истокам, к порогам,
Себя ощутив и песчинкой, и Богом...


МНЕ ЖАЛЬ…
Мне жаль, когда ломают крылья
И ничего нельзя спасти,
Когда мечта не стала былью,
Цветку уже не расцвести,

Когда таланты зарывают,
Любовь затаптывают в грязь,
Когда надежду убивают,
Когда струна оборвалась,

Когда по сердцу, словно бритвой,
И прямо в душу — сапогом,
Когда мольбу, когда молитву
Надменности разящим льдом,

Когда усилья все впустую,
Когда фатально не везет…
Но мне не жаль, — я протестую,
Когда злодейство верх берет!

О, как вы можете так, люди, —
Мир строить на чужих костях,
Жить, предавая как «иуды»,
И сеять ненависть и страх,

И алчно золоту молиться,
И силы власть обожествлять!..
Невинной крови хватит литься!
Довольно злобствовать и лгать!

Что по-людски нам жить мешает?!
Что разделяет род людской?!
Что так глаза нам ослепляет
И мучит душу немотой?!

Стена вражды и отчужденья
И бездна вечной глухоты
Не разделяют нас с рожденья, —
Сжигаем сами мы мосты.

Не надо на того с дубиной,
Кто к вам с открытою душой.
Непониманье — это мина,
Что в клочья рвет весь род людской!

Не проходите молча мимо,
Ведь столько надо нам сказать:
Как это всем необходимо, —
Друг друга, наконец, понять!


Этот наглый «дядя Сэм»

Этот наглый «дядя Сэм»

Этот наглый «дядя Сэм»
Честь и стыд, и совесть пропил
Или спятил он совсем,
Хищный свой являя профиль!

Возомнил, что «полубог»,
Хоть отъявленный безбожник:
(Бьюсь я наспор под залог)
И весь Мир – его заложник!

Если сдуру вдруг взбредет –
Разожжет пожар повсюду:
То ли полный идиот,
То ли это – «чудо-юдо»!

«Мне никто мол не указ –
Это я хозяин в доме:
В рог согну бараний вас
Или просто ввергну в кому»!

Распоясался совсем!
Что нам делать с дебоширом?!
То сулит он нам «Эдем»,
То грозит загробным Миром!

Надоела эта спесь –
Смесь «гоморры и содома»!
Он уже безумный весь:
Кончит бедный «желтым домом»!







Москва никогда не сдается!

Москва никогда не сдается!
(песня о Москве)
Мы имя твое повторяем, любя,
И в радости дни, и в невзгоды.
Но помним, мы помним другою тебя:
Москву сорок первого года.
И сколько тебя ни пытай и ни жги,
К святому приникнешь колодцу... –
Запомнят навеки друзья и враги:
Москва никогда не сдается!

Припев:

Москва сорок первого года:
Здесь наша решалась судьба.
Ты судишь нас всех, как судья,
С высот сорок первого года!

Рубеж наш священный, где каждый боец,
И ярость, и ненависть наша.
В той битве с фашизмом решал не свинец -
Любовь перевесила чашу!
Решала любовь, что с рожденья в крови,
Что в сердце у каждого бьется.
И пусть это помнят друзья и враги:
Москва никогда не сдается!

Припев:
Москва сорок первого года:
Здесь наша решалась судьба.
Ты судишь нас всех, как судья,
С высот сорок первого года!

Ты раны войны залечила, Москва,
Былинную мощь обретаешь!
И пишется Русью иная глава,
Иные ты песни играешь.
Но свята любовь, что с рожденья в крови,
Что в сердце у каждого бьется!
И пусть это помнят друзья и враги:
Москва никогда не сдается!

Припев:
Москва сорок первого года:
Здесь наша решалась судьба.
Ты судишь нас всех, как судья,
С высот сорок первого года!



Это наша победа!

Это наша победа!

Это наша победа над фашистской чумою:
Должен Мир весь склониться пред народом-героем.
От мала до велика - все победу ковали,
И, с ней всех поздравляя, как мы все ликовали!

Припев:
Она одна на всех:
И павших, и живущих.
Она одна на всех:
В прошедшем и грядущем!
Ее нам воспевать,
И чествовать, и холить
И никому отнять
Ее мы не позволим:
Нашу победу,
Нашу победу!


Сколько крови и боли, и смертей и страданий:
Всем хлебнули народом мы, сердца наши ранив:
И какою ценою нам досталась победа,
Знают только отцы наши с вами и деды!

Припев:
Она одна на всех:
И павших, и живущих.
Она одна на всех:
В прошедшем и грядущем!
Ее нам воспевать,
И чествовать, и холить
И никому отнять
Ее мы не позволим:
Нашу победу,
Нашу победу!

Предо мною всплывают гимнастерки и лица:
Я признаюсь, что вами не устану гордиться.
И глаза наполняет вновь соленая влага,
И полощется гордо красный стяг над рейхстагом!

Припев:
Она одна на всех:
И павших, и живущих.
Она одна на всех:
В прошедшем и грядущем!
Ее нам воспевать,
И чествовать, и холить
И никому отнять
Ее мы не позволим:
Нашу победу,
Нашу победу!










Русское воинство

Русское воинство

Он встает предо мной в исполинский свой рост,
Хоть, подчас был он ростом совсем невелик,
Но отвагой в веках воссиял его лик,
Тот, что русский солдат сквозь эпохи пронес.

Припев:
Русское воинство,
Русское воинство,
Честь и достоинство –
Доблести знак!
Ради отчизны,
Ради отчизны
Ценною жизни
Вы сберегли их, как воинский флаг!

И когда чужеземец готовил набег,
И когда били Русь вероломно под дых,
Побеждал русский воин один семерых
И спасал Русь народной любви оберег!



Припев:
Русское воинство,
Русское воинство,
Честь и достоинство –
Доблести знак!
Ради отчизны,
Ради отчизны
Ценною жизни
Вы сберегли их, как воинский флаг!

И в той битве с фашизмом, в смертельном бою,
Ради жизни шел насмерть наш русский солдат,
Ради жизни шел насмерть наш русский солдат
И любви оберег спас отчизну мою!

Припев:
Русское воинство,
Русское воинство,
Честь и достоинство –
Доблести знак!
Ради отчизны,
Ради отчизны
Ценною жизни
Вы сберегли их, как воинский флаг!

И пусть знают враги, свой готовя набег,
И Россию пытаясь ударить под дых:
Победит русский воин один семерых
И спасет Русь народной любви оберег!

Припев:
Русское воинство,
Русское воинство,
Честь и достоинство –
Доблести знак!
Ради отчизны,
Ради отчизны
Ценною жизни
Вы сберегли их, как воинский флаг!




Бродит призрак кровавый фашизма...

Бродит призрак кровавый фашизма:
Стыд и ужас позорнейших вех,
Из кошмарного праха вновь вызрев,
И в наш век совершивший побег.

Бродит призрак фашизма кровавый –
Этот символ вселенской беды,
В тоге белой свободы и права,
Метя кровью и смертью следы!

Бродит призрак кровавый фашизма
И вторгается в день наш и сны...
«Толерантности» хор с пофигизмом
Подпевает адептам войны.

Рвется в раже в эфир и на сцену
Сатана в облаченьи шута
И плодит повсеместно измену
Всем заветам любви и Христа!

Правят бал педофилы и геи,
Нас маньяки ведут на убой
И права человека «лилеют»
Те, чьи души больны глухотой...

Сгинет Мир наш в крови и обмане,
Канет в бездну смертельную тьмы:
Виноватых и правых... не станет...
Если все не опомнимся мы!


Русская душа

Русская душа
(Песня)

Раздувая, – пожар не потушишь,
Тех, кто храбр, нельзя запугать:
Русь, Россию врагам не разрушить,
И слабо ее душу понять!

Мы испытаны стужей и голодом,
Революцией, смутой, войной...
Это в генах у русских и смолоду –
Мы и духом крепки, и душой!
И запомните накрепко, вороги,
Чтоб не быть вам вновь битыми впредь:
Что русскому здорово, что русскому – здорово:
То врагам и всей нечисти – смерть!

Сколько раз вы напрасно пытались
Русь мою победить, одолеть:
Русский дух высекал на скрижалях
Череду наших славных побед!

Мы испытаны стужей и голодом,
Революцией, смутой, войной...
Это в генах у русских и смолоду –
Мы и духом крепки, и душой!
И запомните накрепко, вороги,
Чтоб не быть вам вновь битыми впредь:
Что русскому здорово, что русскому – здорово:
То врагам и всей нечисти – смерть!

Лишь сильнее мы, если нам хуже,
Потому и нельзя нас сломать,
От того-то и все в жизни – сдюжим,
Что Россию мы любим, как мать!

Мы испытаны стужей и голодом,
Революцией, смутой, войной...
Это в генах у русских и смолоду –
Мы и духом крепки, и душой!
И запомните накрепко, вороги,
Чтоб не быть вам вновь битыми впредь:
Что русскому здорово, что русскому – здорово:
То врагам и всей нечисти – смерть!

Если б знали вы сколько сокрыто,
В глубине нашей русской души:
Коль любить – то всем сердцем – досыта!
Коли жить – прыть в узде не держи!


Мы испытаны стужей и голодом,
Революцией, смутой, войной...
Это в генах у русских и смолоду –
Мы и духом крепки, и душой!
И запомните накрепко, вороги,
Чтоб не быть вам вновь битыми впредь:
Что русскому здорово, что русскому – здорово:
То врагам и всей нечисти – смерть!

Раздувая, – пожар не потушишь,
Тех, кто храбр, нельзя запугать:
Русь, Россию врагам не разрушить,
И слабо ее душу понять...



Расстрелянная муза (сонет)

Сонет: «расстрелянная муза»

Меня упрекают: я стал не изящен
И стал мой язык незатейлив, как рашпиль:
Он режет порой ваш изысканный слух...
Но к доводам этим, простите, я – глух.

К какому эстетству возвать могут войны,
Террор, геноцид и кровавая бойня
И эта тотальная наглая ложь,
С которою в сердце вонзается нож???!!!

И трусость и фальшь там – наивность Эзопа,
Где пушки диктуют сюжеты и строфы,
Где правда нужна, а не робкий намек!

Мне важно лишь, чтоб был я правильно понят
И теми, кого вслед обстрелам хоронят,
И теми, кто жмет на взведенный курок,

И будет ли выучен верно урок...


"Великим и свободным" (ответ на стихи А.Дмитрук)

«Великим» и «свободным»
(ответ на стихи Анастасии Дмитрук «Никогда мы не будем братьями» на you tube)


Избави Бог от этаких «свобод»,
Которые в чести на Украине:
Быть может «Град» народу их несет
Или бомбежки славят ее имя?!

Свободы где хоть несколько примет?!
Я их ищу – «свищу» на пепелище...
У вас мозгов и сердца, видно, нет:
Вас ими просто обделил Всевышний!

Гордитесь «славной» долею своей:
Вы просто мясо, мясо, мясо, мясо
Для пушек и для "красных фонарей" –
И только вам самим это не ясно!

И, погружаясь в коллективный бред,
Вы недоумки, «неохунвейбины»
И «бандерлогов» гибельный послед –
Виновны вы в расколе Украины!

Кого вы , зомби, к власти привели?! –
Убийц нацистких, шваль и олигархов,
Что потопили родину в крови!
И кровью вам самим придется харкать!

И «раскатать вам не дадут губы»:
Да Вас «имеют» Штаты и Европа –
За «евро-доллар», правда, не «абы»
По одиночке и все кодло скопом!

Души не троньте русской и святынь:
Не вам – ущербным осуждать Россию!
Вас прокляла «Одесская Хатынь»
И проклянет (прозрев) вас даже Киев!..

Вы – не потомки Киевской Руси:
В вас – волчья кровь и больше никакая.
Вы – мне не братья: Боже упаси! –
Таким родством – себя не запятнаю!

А Украина, к счастью, есть – иная...



Я перед ними голову склоняю...

Я перед ними голову склоняю…

Я перед ними голову склоняю:
Простыми, неприметными людьми…
А смог бы я так?.. Честно? – Я не знаю:
Не убояться смерти и тюрьмы…

Они – смогли и защитили право:
Стеною встать за свой родимый кров
И шли без страха в огненную лаву
Под нож и пули, проливая кровь!

Они достойны оды, как спартанцы,
Что дали бой врагу у Фермопил!
Они в кино ходили и на танцы
С такими я вино и водку пил…

В них никогда б я не признал героев,
Что, не колеблясь, бросятся под танк
И, безрассудно жертвуя собою,
В час Х пойдут решительно ва-банк!

Они достойны славы поименно,
Как в сорок первом дед мой и отец:
Колена преклоните и знамена –
Оплачен жизнью лавровый венец!

Запомнит их Славянск и Мариуполь,
Луганск, Одесса, Харьков и Донецк…
Я превращу себя в гигантский рупор,
Чтоб Мир узнал всю правду, наконец!

Они достойны оды, как спартанцы,
Что дали бой врагу у Фермопил!
У них в глазах горят протуберанцы:
У тех, кто жив, у всех кто не дожил…




Как эта женщина кричала!!!

Как эта женщина кричала…

Как эта женщина кричала,
Когда ее шнуром душили!..
Как эта женщина кричала:
Как током, крики эти били

По всем, кто их невольно слышал!
От них сносило просто крышу!
Они в безумье погружали…
Убийцы руки не дрожали!!!(???)

И оборвались две – (две!!!) жизни...
И оборвались две - две жизни:
Она дитя несла под сердцем…
Она дитя несла под сердцем:

Малютку родом из Одессы!!!
И Молдаванка, и Пересыпь,
Привоз, Примбуль, рыбачка Соня
И Дюк, «япончик» - вор в законе

Не прячьте боли, слез и гнева!!!
Подобно Орлеанской деве,
Одесса всходит на костер…
Одесса всходит на костер!!!

Все: дух, душа ее и слава,
Все, что одним являлось сплавом,
Конгломератом рас и судеб:
Ты прежнею уже не будешь…
Ты прежнею уже не будешь!!!

Не сгладит время эти шрамы,
В душе твоей, Одесса – мама,
И пришвартована к печали
Навечно память, как к причалу:

Как эта женщина кричала!!!
Как, выли ироды и бесы!
В огне, убийцу уличая,
Сгорала прежняя Одесса:
Как эта женщина кричала…


Я выжил... я выжил и я обвиняю!

Я выжил… я выжил и я обвиняю!
(исповедь выжившего в одесской Хатыни)


Я выжил… я выжил в том жутком кошмаре,
Виновны в котором бесовские твари!
И кровь в моих жилах вскипает и стынет
Пред ужасом новой: Одесской Хатыни!

Я выжил… я выжил и я обвиняю
От имени всех без вины убиенных,
От имени мертвых, восставших из тлена,
От имени тех, чьих имен я не знаю…

Я выжил… я выжил и я обвиняю
Участников зверской расправы и бойни,
Дробившим нам головы битой бейсбольной
Я выжил… я выжил и я обвиняю

Сжигавших напалмом, травивших нас газом,
В бреду сатанинском теряющих разум,
Душивших, в упор нам и в спину стрелявших,
Законы людские и божьи поправших!

Я выжил… я выжил и я обвиняю
И тех, кто не прячет преступные лица,
В Европе и США, в украинской столице,
Кто орды убийц, оправдав, поощряет
Я выжил… я выжил и я обвиняю!!!








Сегодня мы все одесситы (песня)

Сегодня мы все одесситы!
(песня)

Ты сегодня скорбишь по погибшим своим,
Ты рыдаешь, Одесса, от горя…
И мешается гарь и удушливый дым
Вместе с запахом Черного моря.

Припев:
Мы все крещены этим адским огнем,
Мы нынче равны все и квиты,
Ведь носим Одессу мы в сердце своем:
Сегодня мы все одесситы!

Что случилось, того не воротишь уже:
Поклонимся ж Одесской Хатыни
И клянемся на страшном святом рубеже:
Нашу вольность никто не отнимет!

Припев:
Мы все крещены этим адским огнем,
Мы нынче равны все и квиты,
Ведь носим Одессу мы в сердце своем:
Сегодня мы все одесситы!

Залечишь, Одесса, ты раны свои
И парус над морем раскроешь:
Ведь дух твой, и юмор, с рожденья в крови
Как Феникс из пепла, ты взмоешь!

Припев:
Мы все крещены этим адским огнем,
Мы нынче равны все и квиты,
Ведь носим Одессу мы в сердце своем:
Сегодня мы все одесситы!

Ты сегодня скорбишь по погибшим своим,
Ты рыдаешь, Одесса, от горя…
И мешается гарь и удушливый дым
Вместе с запахом Черного моря…










Одессу не простим!

Одессу не простим!

Мой разум бессилен в такое поверить:
Что люди страшнее, чем дикие звери,
А тело трясет от рыданий и стресса:
Одесса! Одесса!! Одесса!!! Одесса!!!!

В смертельном огне в муках мечутся тени,
Сгорая живьем в этой адской геене!
Из памяти эту не выжечь картину…
Из памяти эту не выжечь картину!!!

Так бейте в набаты! Так бейте в набаты!!!
Служите молебны и скорбные мессы!
Но в руки берите не крест – автоматы:
Одесса! Одесса!! Одесса!!! Одесса!!!!

С фашизмом в войну ты бесстрашно сражалась
И нынче отринь бесполезную жалость
К врагам, преступившим все божьи каноны,
Поправшим все нормы, права и законы!

Ведь пройдена точка уже невозврата:
Да, правда безжалостна: брат против брата
В смертельную схватку с воскресшим фашизмом,
Спасти, уберечь наши судьбы и жизни!

Служите молебны и скорбные мессы!
Хатынь, Бабий яр, Орадур и … Одесса:
Вздымается к небу удушливый дым…
Мы вас не забудем… Мы вас не простим!!!

И будем судить мы фашистских уродов
Судом справедливым по воле народов!
И божия кара настигнет их тоже:
Ты видишь, ты слышишь нас, праведный Боже?!

Так бейте в набаты! Так бейте в набаты!!!
Служите молебны и скорбные мессы!
Но в руки берите не крест – автоматы:
Одесса! Одесса!! Одесса!!! Одесса!!!!







И нет грехов коварней и гнусней... (триптих)

АЛЧНОСТЬ И ЗАВИСТЬ
Как гниль и черви, точащие завязь,
Они едины в мерзости своей.
И нет грехов коварней и гнусней! —
Их имена известны: алчность, зависть.
Они печати носят первородства
И пирамид египетских древней,
Но только тем опасней и страшней
Для наших душ их подлое уродство!

Мошенники, стяжатели, скупцы
И мелкие, и крупные злодеи,
Вас вскармливают алчности сосцы
И эта пища вам всего милее.
И зависть вас съедает по ночам,
И днем вам не дает на миг покою.
Да, я скорей предамся палачам,
Да, я скорей расстанусь с головою!

О зависти особый разговор, —
Она то и всему первопричина.
Она, как несмываемый позор.
Она — клеймо глупца и мещанина.
Завидовать богатству и уму
И вожделеть супружницу соседа, —
Я это не желаю никому,
От этих зол все подлости и беды.

Они на свой все меряют аршин
И на Земле для них ничто не свято.
Во всем лишь принцип выгоды один
И на кресте все прочие распяты.
Они чинят повсюду свой разбой
И грабят нас на море и на суше,
Как саранча, оставив за собой
Бесплодную и выжженную душу.

Они глаза безумием слепят.
Они ума и совести лишают.
Они, как падаль на лугу, смердят
И, как чума, вокруг все заражают.
Доколе будем мы им потакать?!
Доколе будем с ними мы мириться?!
Их, как врагов, должны мы истреблять,
Чтоб в страшном сне им даже не присниться!


НЕВЕЖДЫ
О том, чего не знают и в помине,
Невежды вновь судачат с умной миной.
Но всем словам цена лишь медный грош,
Ведь в них с огнем ты смысла не найдешь.
Но, не моргнув, без всякого стесненья,
Они читают всем нравоученья.
А почему, позвольте вас спросить?
Кто дал им право всех и вся судить?

Полет ума осмыслить не способны,
Они спешат поднять вновь вой утробный
И не стыдятся злобствовать и лгать,
Чтоб все скорей анафеме предать.
И губят гениальные идеи
Невежды и глупцы, и прохиндеи,
В зародыше стараются убить
Невежество свое пытаясь скрыть.

Невежество и подлость, и злодейство
Вновь черное свое свершают действо.
Их с древности водою не разлить.
Им праведную кровь с себя не смыть!
Они сожгли в костре Джордано Бруно.
Они на скрипке подрезали струны,
Чтоб Паганини помешать играть.
Они Христа осмелились распять.


ХАНЖИ
Они во мне презренье вызывают,
Хотя подчас опасней, чем ножи.
Ведь ханжеством в нас душу убивают
Под флагом ложной святости ханжи.
Они рядятся в тогу добродетели —
Морали самозванные жрецы.
Поменьше б на Земле таких радетелей!
В вас волчья суть, смиренные агнцы.

Нас всех во всех грехах подозревая,
Они бы все хотели запретить.
Для них Венеры красота нагая
Лишь повод, чтоб глумиться и судить.
Они рядятся в тогу добродетели —
Морали самозванные жрецы.
Поменьше б на Земле таких радетелей!
В вас волчья суть, смиренные агнцы.

Вновь яд цинизма в вены нам вливая,
Они все чувства тщатся очернить.
Свои грешки и похоть прикрывая,
Свою мораль стараются привить.
Они рядятся в тогу добродетели —
Морали самозванные жрецы.
Поменьше б на Земле таких радетелей!
В вас волчья суть, смиренные агнцы.

На подлинные страсти не способны,
Как немощные, жалкие скопцы,
Они любовь загнали б в Мир загробный,
Но им заказан путь в ее дворцы!
Они рядятся в тогу добродетели —
Морали самозванные жрецы.
Поменьше б на Земле таких радетелей!
В вас волчья суть, смиренные агнцы.






Поэт (квинтет сонетов)

СОНЕТ 183
Желать несбыточной мечты —
Вот путь и жребий для поэта,
Быть трубадуром красоты
И трубачом добра и света,

Служить глашатаем любви
И двойником у Дон-Кихота,
И петь, как в роще соловьи,
Икаром падать после взлета,

И всем на свете сострадать,
Все к сердцу близко принимая,
И все, что есть в душе, — отдать,
Свечою с двух концов сгорая…

Иной судьбы я не желаю,
Горя, себя я обретаю.


СОНЕТ 182
Я — не поэт, я — только перевозчик
Из Мира слез — в Мир грез и красоты.
Родится мысль, как молний быстрый росчерк,
И я спешу лепить ее черты.

Земли и трав, цветов, набухших почек
Учу с любовью трепетный язык.
Я — не поэт, я — только переводчик
Наречий тех, что сердцем я постиг.

Из грязи, скорби, боли, крови, пота —
Земной любви я извлекаю ноты.
Любовь и жизнь — союз нерасторжим,

Он для меня — спасительный источник.
И жаждой жизни вечною томим,
Я душу всю расплескиваю в строчки!


СОНЕТ 147
Писать стихи — тяжелая работа
Без отпусков, без пауз и суббот.
Так отпускные сердце не берет
И все стучит до рокового счета.

Так труд пчелы, нектар несущей в соты,
К одной лишь цели устремив полет,
Намек метафорический дает,
Как мысль и чувства, нет которым счета,

Душа поэта все в себя вберет.
И красота творения Растрелли,
И боль, и кровь, всех павших на расстреле, —
Весь этот Мир вновь в строках оживет.

Они в стихах бессмертье обретают.
За них сто раз поэты умирают!


Сонет 262
Поэт порою, как дитя,
Но «истина в устах младенца»,
Но божий дар не инфлюэнца...
Пусть с виду он творит ,шутя,

Но за предательство сочтя,
Как шут «выкидывать коленца»,
Поэт не клянчит индульгенций,
За жребий свой сполна платя!

И, может быть, стихи прочтя,
(В заслугу искренность зачтя),
Господь промолвит в оправданье

(Все на весах своих учтя) -
В его стихах – любви дыханье
И весь он – божие дитя...


Сонет 335
Все сказано за тыщи лет назад,
На все лады давно все перепето
И сыграны все сцены и сюжеты,
Поведал Данте все про рай и ад.

Все тривиально: дождь и снегопад,
Тайфуны, смерчи и зима, и лето.
Все пошло: и вопросы, и ответы,
Рожденье, смерть и синтез, и распад...

Но пусть нам все известно наперед,
Пускай любой уже просчитан ход
Времен и судеб, мира, войн, событий,

Пусть вновь любви бросает вызов смерть!..
Но алчет сердце бурь, страстей, наитий...
И есть душа: а ей нельзя не петь!



Стихи нахлынут, как стихия...

Стихи нахлынут, как стихия,
И в душу грянут, как гроза.
Зигзаги молнии косые
Слепят мне вспышками глаза

И нити чистые живые
С небес стекают в желоба.
Стихи спешат ко мне босые
Так неизбежны, как судьба.

И обожжено, отрешенно,
И от волненья не дыша,
Я вновь на Мир смотрю влюбленно
И пробуждается душа.

И, словно струи, строки льются,
И чашу я спешу испить,
Пьянящей влагой захлебнуться…
Но жажду мне не утолить.



косуля

Косуля

Подобно искры грозной силе,
Огнем без промаха разящей,
Она мой взор воспламенила,
Внезапно выбежав из чащи!

И замер я остолбенело,
Дохнуть и двинуться не смея... –
И в жилах кровь моя вскипела,
В лице и сердце пламенея!

Все длилось лишь одно мгновенье
Паренья, бега и полета.
Но предо мной стоит виденье:
Мираж в лесу в пол-оборота...

Деревья головы нагнули,
Пред ней, летящей расступаясь…
И промельк цвета беж: косуля,
В росе и воздухе купаясь!


Я открываюсь

Я открываюсь…

Я набухаю, как почки в апреле…
Я уподобился звонкой капели:
Тают в душе моей колкие льдинки –
Солнце весеннее в каждой кровинке!
Им наполняю и корни, и крону
И примеряю его, как корону…
Я возрождаюсь в прозрачном эфире:
Я открываюсь свободе и Миру!

Я открываюсь – долой все запоры:
Я открываю и душу, и поры.
Я открываю мой разум и сердце,
Я отпираю все двери и дверцы…
Прочь из души все запреты и страхи:
Нет ей нужды ни в броне, ни в рубахе.
Душам не надо ни меха, ни злата:
Знаю я: сказочно души богаты!

Я открываюсь любым переменам:
Я их впускаю в аорту и вены –
Все, что случится (к положенным срокам) –
Все мне послужит и будет уроком.
Все я приму, становясь лишь сильнее:
Станет душа мудрецов всех мудрее.
Нету в душе больше мест укоризне:
Я открываюсь без робости жизни!

Я открываюсь, как лебедю Леда.
Я открываюсь сказаньям и ведам.
И, с любопытством присущим ребенку,
Мир постигаю я: явный и тонкий.
А в нем всего и на всех нам хватает:
«Зло» и «добро» он в монаду сплетает…
Весь он пропитан и потом, и кровью:
Но движется Мир этот только любовью!

Я открываюсь ветрам и теченьям,
Я открываюсь всем тайным влеченьям.
Я открываюсь легко: без надрыва…
Я открываюсь – и без перерыва!
Все приходите – вот вам приглашенье,
Наши раздоры – плоды заблужденья:
Все мы родня по Адаму и Еве –
Всех мать-земля убаюкает в чреве…

Лучше быть преданным, проданным, битым,
Чем сундуком на запоры закрытым,
Где наши чувства живые томятся…
Лучше с нечистою силой якшаться,
Лучше стать нищим, бродягой и вором,
Чем свою душу укрыть за забором!
Я открываюсь (мне выхода нету)
Людям и Миру, свободе и свету…




Апокалипсис (триптих)

Монолог белька

Они пришли – посланцы сатаны
И началась кровавая потеха:
Они алкали смерти – из-за меха
Мы были на нее обречены...

На нас им даже пули было жаль:
И забивали насмерть нас баграми!
И мне казалась милосердней сталь,
Чем люди с их железными сердцами.

Струила кровь из жил смертельный бег
Под синими до боли небесами,
Пятная алым белый-белый снег,
И устилали мы его телами.

И не пытались даже мы спастись:
М ы фаталисты, видимо, с рожденья!
Внушал нам ужас смерти – покорись! –
А человек внушал нам отвращенье...

Забили всех: один я уцелел –
Белек, сиротка, бедный несмышленыш...
Какой-то парень (видно, пожалел)
Сказал другому: пусть живет, детеныш...

Апокалипсис

Волною их швырнуло на песок
И берег их, гостей незванных, встретил...
Алел зарей тревожною восток,
Кричали чайки, бился в скалы ветер...

Гиганты, короли морских пучин,
Как сироты, беспомощные дети,
Как корпуса погибших субмарин, –
Лежат киты... Не мы ль за них в ответе?!

А где-то: на другом краю земли,
На берегу другого океана
Другие беды Мир подстерегли,
Кровоточа, болит, зияет рана:

Чернеет белоснежный альбатрос
Какой-то головешкой обгорелой,
Как символ всех невыплаканных слез,
Как крик души от горя омертвелой:

Апокалипсис: трупы, трупы птиц... –
Им нет числа, ведь счет на миллионы!
Убийца – нефть: «бледнеет» Аушвиц!
Зияет смерть через дыру озона...


Цунами

Вздрогнул Мир от смертельного страха
Пред кошмаром грозящей агонии:
За грехи человечества – плаха!
Апокалипсис – миф?.. А Япония?!
Возомнили воры и «мессии»,
Психопаты, тираны и гении,
Но сотрет в порошок вас стихия!
Что пред ней вы «энштейны» и «ленины»?!
Слезы льем мы теперь покаянные
И взываем все к Господу истово!
Что ж творили мы зло, окаянные?!
Что ж мольбе отвечали мы – выстрелом?!
Что ж мы землю терзали и гробили,
Жгли «напалмами», «диоксинили»?!
Мало было ли нам «чернобылей»
Да чумы лихой с «хиросимами»?!
И, не в силах унять содрогания,
Бьются недры в припадке отчаянья
И душа кровоточит: израненна,
«Геростраты», «иуды» и «каины»!
Переполнилась чаша терпения
И последней достаточно капли:
Капли боли и возмущения!
(Утешались: «над нами не каплет»)...
Мстит земля за свое поругание
И прощает прощением матери...
И к цунами восходит рыдание
О любви, что давно мы утратили...















Я - русский язык! (триптих)

Я – Русский язык! (триптих)

Я – Русский язык!

Я – русский язык, я великий, могучий:
Меня с колыбели все русские учат
И даже и те, для кого я чужой,
Но близок по духу, кто русский душой.

Я – русский язык, я великий могучий,
Но вновь надо мною сгущаются тучи:
Грозят за меня всех отправить в тюрьму!
Чем я виноват: я никак не пойму?!

Но нынче грозит подсудимых скамья
Всем тем, кто бесценная гордость моя!
И в списке люстрации Пушкин сегодня,
Ведь киевской хунте - бандеровцы сводня!

Виновны – мы все: без вины, голословно
В глазах тех, кто русских винит поголовно,
И тех, кто из книг, из сердец и умов
Духовную сущность в раз выжечь готов!

Такое мы раньше уже проходили:
Неужто об этом все в Мире забыли?!
Погромы, костры из сжигаемых книг…
Что было потом: кровоточит мой стих!

Но вновь посягают на наше святое
И свастики тень надо мной, над тобою:
Хотят осквернить тот священный родник,
К которому я вновь губами приник…

Да кто породил вас, «людей антиподы»?!
Язык невозможно отнять у народа:
Как Родины воздух, которым мы дышим,
Как песни, что с детства поем мы и слышим!

И бурю пожнет тот, кто ненависть сеет:
Она же сожжет вас и пепел развеет!
И в прах обратятся все ваши потуги,
А мы чашу дружбы вновь пустим по кругу!



Если в доме пожар…

Если в доме пожар и сосед твой горит,
Если женщина плачет, ребенок кричит,
Если ужас смертельный в глазах их сквозит,
А ты слеп, а ты глух, а ты делаешь вид,

Будто ты не причем, будто ты в стороне,
Ты – жесток и неправ и не раз, а вдвойне:
Если ты не поможешь бороться с огнем,
Запылает в огне твой очаг и твой дом!

Ну, а если и даже тебе повезет,
Пред Всевышним и совестью, как дашь отчет?!
Как же с грузом таким сможешь дальше ты жить?!
Или сможешь ты совесть свою задушить?!

Если так, то тебе волк тамбовский родня
И ты зло сотворишь среди ночи и дня,
И орудием станешь в руках темных сил:
Так опомнись, пока головы не сносил!

Между злом и добром нам дано выбирать:
Для чего в Мире жить, для чего умирать…
Перед каждым стоит тот сакральный вопрос:
До какого ответа, ты, парень, дорос?..


«Сон разума чудовищ порождает»…

«Сон разума чудовищ порождает»
И этот рок «чумой» Мир заражает:
Истории мы забываем уроки
И учит за это она нас жестоко.

Но тех поражает недуг амнезии,
Кто ставит на карту лишь жизни чужие…
А шутки с огнем могут кончиться плохо:
Сгорали на нем племена и эпохи.

И он не щадит ни виновных, ни правых:
Никто на него не отыщет управы!
Но зло и корысть снова Мир заражают:
«Сон разума чудовищ порождает»…





Какая музыка играла!..

Какая музыка играла!
О, как звучал могучий хор!
Казалось звукам зала мало, —
Они стремились на простор.

Им больше впору было б поле
Или Исаакиевский собор.
Они рвались, рвались на волю
Из труб и скрипок, ртов и пор.

Они заполнили пространство
Так плотно, как во время пик,
Простою сутью христианства,
Явив его высокий лик.

И захотелось верить страстно
В любовь и в музыку, в Христа.
А звуки трепетно и властно
Меня ласкали, как уста.

А ты была со мною рядом,
Дрожа, как музыка в струне.
Сплетались пальцы, мысли, взгляды.
Я жил тобой, а ты во мне.

И звуки в нас перетекали,
Как к сердцу кровь бежит, спеша.
И наши судьбы предрекали.
С душой сливалася душа...



Хочу отозваться...

Хочу отозваться...

Вновь пальцы струны осторожно коснутся,
Заставив ее под рукой встрепенуться
И к пальцам прильнуть вдруг со звоном венчальным,
В душе отозвавшись светло и печально...

Отзывчивость струн – это чуткость до боли
И жажда нести эту звонкую долю,
Настроив себя в унисон камертону:
Высокие чувства – высокие тоны!

А струны звенели то соло, то хором
И пальцы летали проворно и споро:
То – трепетность ласки, то – резкость удара
И в пламени страсти лицо и гитара!

А звуки рождались и вновь умирали,
И счастьем, и мукой все громче звучали,
Казалось – не выдержит сердце той муки:
Дышали любовью все ноты и звуки…

Хочу отозваться звенящей струною
И звуком взлететь над скупой немотою:
Откликнуться сердцем пронзительно остро
И душу раскрыть сокровенно и просто...


Из цикла «Европейские эскизы»: Венеция

Сонет 267

Каналов причудливых тонкая вязь
И улочек узких твоих лабиринты
Меня одурманили, как гиацинты...
Венеция, сказка, что с явью слилась,

Как сбывшийся сон, для меня началась
С знакомой мелодии, терции, квинты...
И пил я, хмелея, вновь пинта за пинтой,
Как «Кьянти» твой воздух, а песня лилась:

Ту песню мне пели твои гондольеры!
С тех пор я, как раб, что прикован к галере,
Взываю с мольбою к Всевышнему: Боже!

Позволь возвратиться к «невесте морей»,
На пьяцца Сан-Марко, во двор Дворца дожей:
Там сердце мое... среди стай голубей...




По Нюренбергу вновь бродить вдвоем...

Сонет 234

По Нюренбергу вновь бродить вдвоем
И улететь в Париж или Малагу,
Свободы пить, смеясь хмельную влагу,
Не сожалея больше ни о чем…

Былая боль и радость стали сном,
Строкой легко ложатся на бумагу
И обратится в стих, сонет иль в сагу
Иль в пепел то, что раньше жгло огнем.

Все то, что было, поглотила ночь,
Я растворяюсь в миге настоящем.
Мой дух парит в потоке восходящем,
Земную тяжесть отвергая прочь…

Миг догорит и в вечность обратится.
Душа крылатой в тело возвратится…


Ввысь с Эйфелевой башни

Ввысь с Эйфелевой башни...
(песня)

Давай попробуем вернуть,
Все то, что где-то растеряли,
Куда судьбой «заказан путь»,
Что мы забвению предали...
Билет до станции «L’Amour»
Давай возьмем в ближайшей кассе
И нам напомнит Азнавур
О нашей встрече на террасе
В одном кафе у Тюильри…
О, mon Paris, o, mon Paris!

Ввысь с Эйфелевой башни
В счастливый день вчерашний
Я воспарю бесстрашно –
Ты только позови!
Ведь есть свои резоны
На свете у влюбленных
И город опаленный
Дыханием любви...

Пусть вновь подскажут словари
Все те слова, что мы забыли,
Ведь в том кафе у Тюильри
Их по наитью мы твердили
И не мешал ничуть акцент
Великой тайне пониманья
И опьяняли, как абсент,
Слова наивного признанья!

Ввысь с Эйфелевой башни
В счастливый день вчерашний
Я воспарю бесстрашно –
Ты только позови!
Ведь есть свои резоны
На свете у влюбленных
И город опаленный
Дыханием любви...

Давай попробуем вернуть,
Все то, что где-то растеряли.
Куда судьбой «заказан путь»,
Что мы забвению предали...
Билет до станции «L’ Amour»
Давай возьмем в ближайшей кассе
И нам напомнит Азнавур
О нашей встречи на террасе
В одном кафе у Тюильри…
О, mon Paris, o, mon Paris!






Пряный воздух Парижа

Пряный воздух Парижа…
(песня)
Пряный воздух Парижа
И таинственный флер
Я вдохну и увижу,
Как мираж, Са-Кре-Кер
И сорвется: « о, Боже!»
С уст греховных моих... –
Этот праздник помножим
Мы с тобой на двоих!

Здесь на парижских улочках
Такая кутерьма!
Тут встречу утром в булочной
Бальзака и Дюма,
Отсалютует шпагою
Гасконец Д’Артаньян...
Бокал с искристой влагою
Париж, за наш роман:
Ведь голову вскружишь
Ты в миг, Париж, Париж!

Вдоль полей Елисейских,
Не спеша, я бреду... –
Совращай, лицедействуй,
Мой Париж: я – в бреду!
Пред тобою влюбленно
В Люксембургском саду
Я под звуки шансона
На колени паду...

Паду, как перед самой
Прекраснейшей из дам!
Легенды Нотр-Дама,
Сюжет парижских драм...
И блеск кафешантана,
Чувств брызжущий фонтан,
Загадочно-жеманный
Твой зов: «шерше ля фам»...
Мне голову вскружишь
Ты в миг, Париж, Париж!

Пряный воздух Парижа
И таинственый флер
Я вдохну и увижу,
Как мираж, Са-Кре-Кер
И сорвется: « о, Боже!»
С уст греховных моих... –
Этот праздник помножим
Мы с тобой на двоих!

За каждым переулком –
Истории тома!
И бьется сердце гулко,
Душа парит сама
Над крышами Парижа,
Над Сеной, над Ситэ...
Луч солнца-зайчик рыжий,
Как шут из варьетэ:
Мне голову вскружишь
Ты в миг, Париж, Париж!






Ода органу

Ода органу

О, звука рожденье в горниле органа
И выплеск неистовый: мощь урагана -
Врываясь лавиной мятежною в слух,
Из пут вызволяй на свободу мой дух,

Свой огненный ток устремляя по венам,
Сметай на пути разобщенности стены,
Срывай все покровы, одежды и маски
И чувств обнажай первозданные краски!

Из труб Ерихонских пророчествуй тризну
Всей затхлости, скудости, мерзости жизни
И властвуй нетленностью музыки Баха
Над Миром, над жизнью, над смертью и прахом!

Всей мощью, всей силой, сокрытой во чреве,
Зачни непорочно, сродни святой Деве,
Красы неземной вдохновенный хорал,
Чтоб к душам людским, как Господь, он возвал!

Врачуй и казни, милосердствуй и рань,
Влеки в запредельность – за край и за грань...
Как кровью из горла, из сердца вселенной
Вздымай к небосводу свои кантилены!


Сан-петербурженка...


Cан-петербурженка... девочка...Ольга... –
Женственность, бьющая через край! –
Женственность, жертвенность... – женственности столько:
Хватит и прочим, - хоть отбавляй!

Грация – лебедя, стать – балерины,
Нету точнее эпитета – длинный:
Ноги и руки, стан, скулы и шея... –
Длинные, длинный, длиннее, длиннее... –

Вся устремленная вдаль, вглубь и ввысь:
Тянется, тянется... – выше тянись! –
Шаг переходит во взлет и паренье,
Паренье, предшествующее рожденью:

Из куколки – в бабочку – пе-ре-воплощенье... –
Перевоплощение – во вдохновенье,
А вдохновение – в стихосложенье –
В вос-па-ление во-о-браженья

И в обострение зренья и слуха,
И в воспарение тела и духа.
И восхожденье к высотам души... –
Стихотворение – сложи!–

Выплесни! Вы-ро-ди, словно ребенка! –
Голос! Крик – громкий, отчаянный ломкий,
Хрупкий, как... чувство, надежда, цветок... –
Крови по жилам живительный ток! –

Сердца и разума – вспышка, прозренье ,
Таинство, магия и... откровенье...-
Нет ни ранимей, ни сокровенней,
Нет драгоценней такого мгновенья...

Сан-петербурженка...девочка... Ольга... –
Что же осталось от встречи случайной,
Что же осталось от встречи недолгой... –
Взор, обрученный с загадкой и тайной...

Взор обрученный и обреченный,
Не-вы-разимый, неизреченный,
Взор отрицающий... и отреченный
Взор разлучающий... и разлученный...

Трепет ресниц, словно трепет души...
Мне сохранить этот взор разреши
От опрощения и опошленья,
От беспощадности рока забвенья...

Я им согреюсь: поэт и идальго
За бесконечною дальнею далью,
В сердце его сберегая осколки...
Сан-петербурженка... девочка...Ольга...



Симфония любви

Венок сонетов «неправильный» (с прелюдией вместо магистрала))
СИМФОНИЯ ЛЮБВИ
СОНЕТ-ПРЕЛЮДИЯ

Шекспир, Петрарка, Данте Алигьери —
Каких имен созвездие и цвет!
Вы на века прославили сонет.
В нем заблистал ваш гений в полной мере.

Какие музы вас благословляли!
Какие чувства вам теснили грудь!
Вы красоты постичь стремились суть.
На суд любви себя вы отдавали.

Она тянула руки к изголовью,
Когда вы ею бредили в ночи.
А в темноте мерцал огонь свечи,
Был даже воздух напоен любовью!

И я все те же чувствую приметы,
И потому дерзнул писать сонеты.

СОНЕТ I
Моя богиня, пафос мне прости
И этот стиль эпохи «Возрожденья».
Но слов иных мне просто не найти,
Когда душа и разум мой в смятеньи.

Молю тебя не смейся надо мной
И не считай слова любовным бредом.
Пусть буду я любым подвержен бедам,
Коль я солгу, солгу перед тобой!

О, жалкий век, как скуп на чувства ты!
Как ты привык над святостью смеяться,
А сам смешон кичливой пустотой!

Но нет прекрасней, чем твои черты,
Любимая, позволь тебе признаться,
Позволь тебе молиться, как святой!

СОНЕТ II
Позволь тебе молиться, как святой.
В тебе одной черты узрел я Бога.
Я у тебя прошу совсем немного:
Позволь тебе молиться, как святой.

Язык любви, ты мне не прекословь
И ниспошли на душу вдохновенье!
Ты помоги найти мне выраженье
Кипенью чувств, что гонит к сердцу кровь.

Пусть будешь ты бесхитростен и строг,
Пусть будешь ты восторженно наивен,
Лишь только лгать устам не разреши.

Но ты ищи, родная, между строк,
Как вспышки молний сквозь весенний ливень,
Все те слова, что рвутся из души!

СОНЕТ III
Все те слова, что рвутся из души,
Борясь с уста сомкнувшей немотою,
Все, что во мне, враждуя с суетою,
Меня венчает с вечностью в тиши;

Все дерзкие надежды и мечты,
Что в сердце пробуждают дух Икара,
Все звуки, что рождаясь в миг удара,
Из муки лепят музыки черты;

Всех запахов тончайших колорит,
Что передать не в силах обонянье,
Все краски, что заря позолотит,

И жизнь, и смерть, и тайна вдохновенья —
На всем любви печать и откровенье.
Всему, родная, ты дала названье.

СОНЕТ IV
Всему, родная, ты дала названье.
Я вижу мир через твои черты.
Ведь ты — частица вечной красоты.
Она, как жизнь, в основе мирозданья.

Преображая небо, море, сушу,
Творит она свой пир в пыли веков
Единства сути, формы и цветов,
В свои творенья вкладывая душу.

Весны узоры — шелк и бархат платья
И по подолу яркая канва…
О, мать-природа, ты всегда права.
Как ты прекрасна в таинстве зачатья!

И, возрождаясь в мире вновь и вновь,
Нам в красоте являет лик любовь.

СОНЕТ V
Нам в красоте являет лик любовь.
Мы б без нее остались звездной пылью.
Любовь всему земному дарит крылья,
А губит все на свете нелюбовь.

Даря надеждой, счастьем и тоской,
Она владела Рафаэля кистью.
Ноктюрн Шопена и этюды Листа —
Любовь коснулась их своей рукой.

Петрарка кем бы без Лауры стал,
Кем Данте б был, когда б не Беатриче! —
Любовь им всем воздвигла пьедестал.
Служить любви — вершина всех отличий!

Ведь за любовь, Христос, ты принял муки…
Любимая, твои целую руки....

СОНЕТ VI
Любимая, твои целую руки.
Тебя целуя, чту я женщин всех.
И вам любовь молва вменяла в грех?!
И за нее вы принимали муки?!

Вы не колеблясь жертвовали всем,
Сжигало пламя вас высокой страсти
И шли на смерть ее покорны власти,
Ведь без любви стал адом бы Эдем!

О, сколько слез вы пролили в ночи:
Хватило б их на тридцать три потопа.
О, дев и жен, и вдов скорбящих ропот —
Как ваши слезы горько горячи!

Пусть надо мной, судьба, грохочут грозы.
Лишь только б милой мне не видеть слезы!

СОНЕТ VII
Лишь только б милой мне не видеть слезы.
Лишь только б мне не стать причиной им.
Люблю тебя, тобою я любим,
И в жизни нет ни горестей, ни прозы.

О, если б все и вправду было так
И сон любви нам безмятежно снился,
Я б за тебя, родная, не страшился,
И я во всем бы видел добрый знак.

Но знаю я, как мир порой жесток,
Как беспощадно жизнь и время судят
И как судьба умеет отрезвлять.

И я молю: храни влюбленных, Бог!
Ведь нет страшнее для того, кто любит,
Чем вдруг любовь навеки потерять!

СОНЕТ VIII
Чем вдруг любовь навеки потерять,
Мне легче с жизнью было бы расстаться.
Тебе хочу, любимая, признаться,
Хоть в том тебя не стану уверять.

Ведь я так долго-долго ждал тебя,
Ведь так непросто было в счастье верить.
Как пережить мне боль такой потери:
Терять любовь, отчаянно любя!

Любовь — отдача полностью себя
Лишь той одной, с ума чей сводит голос,
Чьи всех родней глаза, улыбка, руки…

Я не отдам, любимая, тебя
Ни пустоте, ни горю, ни разлуке.
Не смей, судьба, любимой тронуть волос!

СОНЕТ IX
Не смей, судьба, любимой тронуть волос!
Ее от всех тревог убереги.
И сохранить любовь нам помоги,
Взрастив ее, как взращивают колос.

Как терпеливо яблоню растят,
Водой живою корни поливая,
Пока настанет время урожая,
Пока плоды на ветках заблестят,

Так и, любовь, судьба твоя такая:
Ты вечный труд для любящей души
И лишь того венчаешь ты в тиши,
Кто жив тобой, любви все отдавая.

Служить любви — пусть станет вам наказом,
О, сердце, слух, глаза, душа и разум!

СОНЕТ X
О, сердце, слух, глаза, душа и разум,
К вам обращаюсь я с мольбой смиренной:
Вы, как молитву, хором неизменно
Всегда одну мне повторяйте фразу:

Что милая — та часть моей души,
Та половинка разума и тела,
К которой я стремился без предела,
С которой жаждал слиться я в тиши.

Ведь без нее я жил осиротело
И не в ладах с удачей и судьбой,
Ведь без нее не стал бы я собой.
Так пусть не будет вам другого дела

И мой язык твердит за вами вслед:
Я только тень. Любимая — мой свет.

СОНЕТ XI
Я только тень. Любимая — мой свет.
Как усомниться в этом ты посмела?!
Жизнь без тебя и смысла не имела.
Я так и жил без света много лет.

Я чад свечи за солнце принимал
И поддавался действию обмана,
Не замечая в зрении изъяна,
Хотя о нем давно подозревал.

Я жаждал света, жаждал всей душой,
Но я блуждал в потемках днем и ночью.
Мне солнца свет твои пролили очи, —
Мои мольбы услышаны судьбой!

Мне глаз моих назойливость прости…
Как от тебя мне взор свой отвести?!

СОНЕТ ХII
Как от тебя мне взор свой отвести?!
В твое лицо я всматриваюсь снова
И не могу вновь вымолвить ни слова.
Ты немоту мне уст моих прости.

Прости меня, — еще я не привык
К твоим рукам, губам твоим и взорам.
Внимая глаз безмолвным разговорам,
Своей любви я постигаю лик.

Улыбки луч и прядь твоих волос
И возле глаз мазки и стрелки грима…
Как просто все и как непостижимо!
Как близко мне и дорого до слез!

Я по крупице всю тебя вбираю…
Я от любви вновь голову теряю.

СОНЕТ ХIII
Я от любви вновь голову теряю.
Как я могу ее не потерять,
Когда тебя так жажду я обнять,
Когда пьянея, запах твой вдыхаю,

Когда твой пульс в моей ладони бьется,
Когда родное чувствую тепло…
Как на душе мятежно и светло!
Каким пожаром кровь моя займется!

Так помоги, дай высказаться, сердце!
Рассудок прочь, сейчас не твой черед!
Пусть омут чувств с тобой нас увлечет,
Ведь никуда от них уже не деться.

Замри, душа, молчите, соловьи…
Звучит для нас симфония любви.

СОНЕТ ХIV
Звучит во мне симфония любви, —
Я слышу флейты, скрипки и гобои.
Еe сейчас мы сотворим с тобою
На зависть Гайдну, Глюку и Люлли.

Один в любви и музыке закон:
В слезах, улыбке, шепоте и стоне —
Одна основа: таинство гармоний
И свойство душ сливаться в унисон.

Но только тем познать его дано
Здесь на Земле, под звездной сенью неба,
Кому любовь дороже звезд и хлеба,
Тем, для кого в ней все заключено.

К высокой тайне тот лишь приобщится,
Кто весь в любви сумеет раствориться!



Две даты

Венок сонетов («зеркальный»)

Две даты...

Сонет 1

Две даты: смерти и рожденья,
Начало- черточка- итог...
Их в книге судеб вывел Бог
И не обжаловать решенья.

Родиться – редкое везенье
И шанс... и кто им пренебрег,
Кто чашу жизни не сберег, -
Достоин,право, осужденья!

Ведь надо жить еще за тех,
Кто, не дожив, сомкнул ресницы,
Кто в этот Мир не смог явиться,
Жить, не смиряя дух и бег,

Жить, совершая восхожденье...-
Вот жизни смысл и назначенье!


Сонет 2

Вот жизни смысл и назначенье:
Зерно родит в июле колос
И соловей вплетает голос
В симфоний майских наважденье;

Возник огонь усильем тренья,
След на снегу оставил полоз
И стал уздечкой конский волос-
Фрагмент нехитрого плетенья...-

Во всем продуманный сценарий
От монологов и до арий,
Всему своя стезя и роль:

Кому – сума, кому – корона...
Но будь ты нищий иль король,-
Чти суть верховного закона!

Сонет 3

Чти суть верховного закона:
Его диктует жизнь сама
И сотен тысяч книг тома
Не отменят его канона.

И знают корни, знает крона
Все, что не знал Прутков Козьма
И свет тех тайн познала тьма,
Что гений не постиг Платона.

О, жалкий разум человека!-
Напрасно тщился ты от века
Ответить на один вопрос,

Хоть, в общем, мучился резонно:
Как жить нам в мире грез и слез
Под синью звездной небосклона?..


Сонет 4

Под синью звездной небосклона
Есть место травам и зверью:
Стрекозы вторят соловью,
Ромашка шепчется с пионом...

Диктует время стиль сезона
Расцветке, ткани и шитью,
Земному вторя бытию,
Трубит весна в свои тромбоны...

Бог вдохновенно жизнь ваял,
Но жалкий прах за материал
Взял для созданья человека -

И вышло странное творенье...
Но, сморщив в изумленьи веко,
Создатель дал благословенье.





Сонет 5

Создатель дал благословенье
На жизнь, на добрые дела,
Но, закусивши удила,
Творят безумцы преступленья!

Лютует дьявол в иступленьи
И замкнут круг порочный зла,-
Не разрубить сего узла,
Не разорвать цепи той звенья!

И торжествует вновь Ваал,
И правит ненависть свой бал,
Себе наметив жертву вновь...

(Ей незнакомо снисхожденье)
И что спасет нас?! – Лишь любовь
И покаянье, и прощенье...


Сонет 6

И покаянье, и прощенье,
И лишь забвение обид...-
Чтоб был топор войны зарыт,
Мир, отрекись от жажды мщенья!-

Другое летоисчисленье,
Иная жизнь вокруг и вид –
Прах лишь смертельный яд таит:
Его тревожить – заблужденье!

Века раздоров и вражды,
Войн, мятежей...- века беды,
Потоки слез и реки крови...-

На всех нас – метка прокаженных!
Господь, кошмар останови!
Молюсь с душою обоженной...





Сонет 7

Молюсь с душою обожженной
О жертвах, о невинно павших.
Молюсь о без вести пропавших,
О всех убитых и соженных

На инквизиции кострах,
В печах Дахау, в Хиросиме...
К живым взывает мертвых прах
И боли нет невыносимей!

Да был ли день такой?!- Едва ли,
Когда б людей не убивали...
Во имя веры, из коварства,

Поставив жизни вне закона,
Во имя «блага государства»!
Колоколов стенают звоны...


Сонет 8

Колоколов стенают звоны
И полнит землю скорбный плач...
И изощренней, чем палач,
Пытает память мозг бессонно...-

Иерусалим и Рамаллах...
В Бали, Багдаде и Нью-йорке...-
Людские слезы равно горьки
И равно дорог близких прах!

Молясь, рыдая, проклиная,
Мы к небесам опять взываем:
Иисус, Иегова, Магомет,

Где справедливость?! Где спасенье?!
Но медлит Бог нам дать ответ...
И торжествуют смерть и тленье...





Сонет 9

И торжествуют смерть и тленье -
Который год, который век!
Бузумен, страшен человек,
В своем упорствуя стремленьи

К богатству, к власти над людьми,
Во власти алчности и злобы!..-
И дух, потворствуя утробе,
Бичует сам себя плетьми!

И все, что разум создавал,
И возвеличивал во благо –
Сапог фашистский растоптал
Перемолол молох Гулага...

О, как ужасно пепелище!
Но строят новые жилища...


Сонет 10

Но строят новые жилища
Бобер и аист, и скворец;
Гнездо, лачугу и дворец
И добывают корм и пищу... –

Жизнь продолжается: и нищий,
Бродяга, праведник,подлец...-
Жить каждый хочет, наконец,
И плодоносят снова вишни...

И лечит время наши раны,
Но безобразят душу шрамы
И всех невинных жертв не счесть!..

И делят жены долю вдовью,
И зреют ненависть , и месть...
И кровь, и слезы гасят кровью...






Сонет 11

И кровь, и слезы гасят кровью
И тонут в море новых слез...-
Террор – страшнее нет угроз -
К смертям тотальным предисловье!

И люди – пешки лишь в игре
Имперских и иных амбиций,
Соревнованья амуниций:
В тридцать девятом, в сентябре

И в сентябре в две тыщи первом...
Террор – обличье диктатур –
От беса, а не от кутюр –
Мир захлебнулся в «круге первом»,

Презрев рассудок, стыд и честь...
А люди ждут Благую весть...


Сонет 12

А люди ждут Благую весть
И терпят войны, клики, хунты.
А люди затевают бунты... –
А людям просто дайте есть!

Не разбирая стар ли молод,
В Гвинее, Гане, Эритрее,
В Лаосе, Северной Корее... –
Их косит беспощадно голод!

И в мегаполисах, в столицах
Фасад скрывает нищету,
Цинизм властей и их тщету...-
И вижу я несчастных лица...-

Их – миллионов сотни, тыщи!
И люди в муках мрут без пищи...




Сонет 13

И люди... в муках... мрут без пищи!!!
Их косит рак, инфаркт и спид...
«Сезон охот» - всегда открыт:
Их истребляют враг и хищник,

В могилу сводят героин,
Марихуана, грипп и пьянка,
(«Гримасы жизни» и изнанка)
И губят стресс и никотин...

И сеют смерть землетрясенья,
Тайфуны, смерчи, наводненья...-
И правит рок неотвратимо,

И смерть плюет на мзду и лесть...
Мы – смертны... – мысль невыносима!..
Где ж состраданье?! Жалость ль есть?!


Сонет 14

Где ж состраданье... жалость ль есть
К живому, к сущему и к людям?!
Мы на корню преступно губим
То, что едва смогло расцвесть.!

И в наш – такой короткий век
Дела ли добрые свершаем?..
Мы жизнь саму не уважаем!..
Как стыдно!... – Не подъемлю век...

Что мы оставим – «геростраты»
С девизом «после – хоть потоп»:
Сожженный храм, погост, утраты...

И урну с пеплом или гроб,
И жуткий бред, как послесловье...
Помянет ль кто-то нас с любовью?..





Магистрал

Вот жизни смысл и назначенье:
Чти суть верховного закона.
Под синью звездной небосклона
Создатель дал благословенье

И покаянье, и прощенье...-
Молюсь с душою обожженной,
Колоколов стенают звоны
И торжествуют смерть и тленье...

Но строят новые жилища
И кровь, и слезы гасят кровью...
А люди ждут Благую весть,
.
А люди в муках мрут без пищи!!!
Где ж состраданье?! Жалость ль есть?!
Помянет ль кто-то нас с любовью?..





Лики ночи


ЛИКИ НОЧИ
(октет сонетов)

СОНЕТ I
День догорел в костре заката
И ночь наметила черты:
Искрятся в небе звезд караты.
Луна, как парусник мечты.

Окутал мрак стволы и ветки,
Вновь вечной тьмой Земле грозя,
И фонари из черной клетки
Таращат желтые глаза.

Но ночь не вечна: миг рассвета
Уже настал по всем приметам
И краски нежные зари,

Последний след смывая ночи,
Затмили светом фонари
И утра зазвучали ноты...

СОНЕТ II
Ночь надела черный фрак,
Роль играя дирижера:
Для любовников и вора
Лучший фон кромешный мрак.

И не дремлет ночью враг,
Любит нечисть эту пору
И игрушка все запоры
Для влюбленных и бродяг.

Ночью каждый гол и наг
Перед этой черной бездной,
Что с улыбкою скабрезной
Ворожит, как черный маг.

Только тех она не губит,
Кто творит, врачует, любит...

СОНЕТ III
Ночь — бродячий скоморох
Завела свою шарманку,
Всех сзывая на гулянку:
Пьяный выкрик, шепот, вздох…

Сыплет жемчуг, как горох,
Неба звездная огранка:
Черноглаза, как цыганка,
Пляшет ночь, не чуя ног.

Что за странные напасти? —
Обнажает шут ночной
Все, что свет скрывал дневной:
Как с цепи, сорвались страсти!

Щедро льют вино и кровь...
Но царица здесь любовь!

СОНЕТ IV
Ночь простерлась над Землею
С благородством Дон-Кихота,
Стерла с лиц людских заботы
Материнскою рукою.

С бесшабашностью ковбоя,
На скаку ловя джек-поты,
День мелькнул в трудах и поте
И сгорел под звук гобоя.

И, отринув все плохое,
Как одним движеньем бритвы,
Возношу свои молитвы
Перед ночи аналоем

И подол целую платья…
Я усну в твоих объятьях!

СОНЕТ V
Ночь закуталась в мантилью,
Звезды вышли на парад
И веселый маскарад
Закружил, как вихрь, Севилью.

Болеро и сегидилья.
Каблучки, как в сердце яд.
У испанок жгучий взгляд.
Где красотка Инезилья?

Вот окно и балюстрада,
Бьют часы полночный бой:
Полон страстной я тоской!
Стража ждет, крепка ограда.

Но уже зажглась лампада…
Для любви смешна преграда.

СОНЕТ VI
Внезапно подкралась тьма
Аллеей, тропинкой сада
И ночь простотой наряда
Свела меня вновь с ума.

И мрак поглотил дома:
Мерцает лишь звезд плеяда.
День — ночь: вот и вся монада,
В ней жизни самой тома.

А ночь свой берет оброк.
А ночь раздает награды.
Для тех она хуже ада,
Кто в эту ночь одинок.

О, как же душа ранима!
Но ночь я делю с любимой...

СОНЕТ VII
Ночь расстелит мне постель
И обнимет тишиною,
И склонится надо мною,
И качает колыбель.

Красок нежная пастель:
Полу-тени, полу-тоны
И на черном небосклоне
Лунный свет, как акварель.

Ах, как звездная свирель
Мне сонатой душу нежит!
Скоро сон мне веки смежит
И усну я... как форель...

Но успею помолиться:
Пусть любимая мне снится...

СОНЕТ VIII
Как в бездну, я проваливаюсь в сон
И разрываю связь с реальным Миром.
И хоть персидским был бы ты эмиром,
Но надо всеми ночью властет он.

Уснул беспечно богатырь Самсон,
Далилы страстным утомленный пиром.
Кто ей врагом был, а врагам кумиром,
Тот был волос коварною лишен.

Во сне мы все, как дети, беззащитны.
Шутя, любой он поколеблет трон.
Во сне дурнушки даже аппетитны
И злой насмешник жалок и смешон.

Сон — повелитель, врач и либерал,
Ведь он в правах всех в Мире уравнял.



И день прожить...


Венок сонетов («зеркальный»)
И ДЕНЬ ПРОЖИТЬ…

СОНЕТ I
Земли целительная сила,
Я уповаю на тебя.
Как ввысь меня ты возносила! —
Я обретаю вновь себя,

Ступив босой ногой на травы,
Твой дух блаженно ощутив…
Какое счастье, Боже правый,
Что я еще на свете жив,

Что я дышу, что снова вижу
Все то, что щедро даришь ты,
Что тварь земную не обижу,
Твоей исполнен доброты!

Тебя целую, как причастье:
И день прожить — большое счастье!

СОНЕТ II
И день прожить — большое счастье
В заботах, поте и труде,
В сомненьях, дружбе и вражде,
День, полный солнца и ненастья,

В слезах, с улыбкой, в буйной страсти
И в муках горьких, и в нужде,
В надежде, радости, в беде,
Костя, кляня свои напасти,

И сделав ход с козырной масти,
Поставив все на этот кон,
В везенье веря, как в закон,
Сорвать весь куш и в одночасье

Познать падение и взлет…
И верить в завтрашний восход!

СОНЕТ III
И верить в завтрашний восход,
В пучины погружаясь ночи,
Когда усталость смежит очи
И сон, как смерть, к тебе придет,

И до рассвета все умрет,
Как будто, мозг твой обесточат,
Как будто, жизнь твою отсрочат…
Но солнце вновь ее вернет

И тьмы оковы разомкнет:
И засияет Мир, как прежде.
И будешь шить мечтам одежды.
И в плен любовь тебя возьмет!

За ночью — день, за годом — год:
Свершает жизнь круговорот...

СОНЕТ IV
Свершает жизнь круговорот,
Диктуя вечные законы.
Ее незыблемы каноны,
А время свой итожит счет.

Людской самонадеян род:
Бьет алчным идолам поклоны
И на песке возводит троны,
Но прах и тлен безумцев ждет.

О, лицемерные жрецы
Законов общества, морали!
Лишь власть всегда вы защищали,
Мы ж — для заклания агнцы.

Власть без любви — для всех несчастье!..
В любви и мудрость, и участье.

СОНЕТ V
В любви и мудрость, и участье.
Она любой рассеет мрак.
И никакой колдун и маг
Не обладает большей властью.

Свои расставив нам тенета,
Любовь захватит вновь врасплох.
И был влюблен, наверно, Бог,
Когда творил в шесть дней планету.

Чужда ей разница сословий:
С ней шут богаче, чем король.
В ней даже маленькую роль
Готов сыграть я без условий,

Свою судьбу благословляя…
В любви себя я обретаю.

СОНЕТ VI
В любви себя я обретаю.
Что я на свете без нее?!
Любовь — призвание мое.
Ей каждой строчкой присягаю.

В глубинах сердца их рождая,
Любовь диктует мне слова.
Я свято чту ее права
И жизнь я ей свою вверяю.

Тристан, Ромео и Петрарка
И славный рыцарь Дон-Кихот, —
Ваш дух в груди моей живет,
В крови моей пылает жарко.

Любви я снова слышу зов
Сквозь боль потерь, сквозь груз годов...

СОНЕТ VII
Сквозь боль потерь, сквозь груз годов
Нести высокое призванье…
Поэт — не титул и не званье,
А вечный плен любви оков:

Любви к цветку, к травинке, к людям
И к жизни, бьющей через край,
Любви, в которой ад и рай,
К загадке женщины, чьи груди, —

Неповторимые овалы,
Ваял достойнейший резец,
Любви, которая венец
Всему, чего душа алкала,

В которой корень всех основ…
Я для любви на все готов.

СОНЕТ VIII
Я для любви на все готов.
Мне больше нечего добавить.
Любовь всегда готов я славить,
Но ей не нужно громких слов.

И потому я умолкаю,
Пусть говорит со взором взор;
Душе с душою разговор
И телу с телом уступаю.

О, эта тайна пониманья!.. —
Цветок - луч солнца, дождь - листва;
Упругий лук и тетива… —
На языке им нет названья!

Тебя, как жизнь, я ощущаю.
Любовь и жизнь не разделяю.

СОНЕТ IX
Любовь и жизнь не разделяю:
Они по сути есмъ — одно.
Вращает жизнь веретено,
Любовь ткет шелк, не уставая.

Всему живому угождая,
Вновь жизнь качает колыбель,
Любви волшебная свирель
Звучит, нам душу услаждая,

И серенады распевает
Лесной маэстро соловей...
Любовь всей сущностью своей
Законы жизни утверждает!

И от любви безумной тая,
В хор жизни голос я вплетаю.

СОНЕТ X
В хор жизни голос я вплетаю:
Он никогда в нем не был лишним.
Ведь этот дар мне дан Всевышним:
Пишу, как воздух я вдыхаю,

Взрываюсь, как весною почка,
Зеленый выбросив листок:
Во мне боль Мира и восторг
И нет невыстраданной строчки!

Пою, кричу до хрипоты,
Пытаясь к людям достучаться... —
Все на замке, не докричаться
До царства вечной глухоты

От Антарктиды до Аляски…
А я пою, жгу нервы, связки!

СОНЕТ XI
А я пою, жгу нервы, связки,
Священной жаждою горю.
Раз голос дан, — я говорю
И чувства предаю огласке.

Дубленой кожей носорога
Я никогда не обладал.
Я душу ранил, жег и рвал
И вновь с мольбой взываю к Богу:

Не дай шагреневою кожей
С годами съежиться душе.
Хоть мудрым быть пора уже,
Душа стать куклою не может.

И в сумасшедшей жизни пляске
Душа — Аленушка из сказки!

СОНЕТ XII
Душа — Аленушка из сказки:
Добра, доверчива, нежна.
Любовь, как воздух, ей нужна,
А не кольчуга или каска.

А Мир порочен и жесток
И в нем не в моде сантименты.
Но над душой эксперименты
Не допускает даже Бог.

Ни на засов, ни на замок
Своей души не запираю.
Всем, чем живу, ее питаю.
Добром она ответит в срок.

Ей безраздельно доверяю:
С душой судьбу свою сверяю...

СОНЕТ XIII
С душой судьбу свою сверяю.
Она — мой компас в этом Мире!
Когда с душой своей я в мире,
Покой блаженный обретаю...

Но сам себя я околпачу,
Предамся в руки палачу,
Союз с «нечистым» заключу,
Слезами горькими заплачу

И жизнь я попусту растрачу,
И перестану быть собой,
Коль оскудею я душой
Иль изменю ей вдруг тем паче.

С душой убогой — жизнь убога.
Она во мне, как образ Бога...

СОНЕТ XIV
Она во мне, как образ Бога, —
Моя бессмертная душа.
Хоть за душою ни гроша,
Она юна и босонога.

В ней поселился дух бунтарский
И мне его не истребить.
Решая: «быть или не быть»,
Душа, как принц ответит датский,

Ведь жребий ей достался царский.
Но с бесшабашностью гусарской
В ней часто спорит мудрость йога....

На пир души, на жизни пир
Меня влечет безумно Мир!
Звезда восходит над дорогой....


Магистрал

И день прожить – большое счастье,
И верить в завтрашний восход..
Свершает жизнь круговорот:
В любви и мудрость, и участье.

В любви себя я обретаю
Сквозь боль потерь, сквозь груз годов.
Я для любви на все готов:
Любовь и жизнь не разделяю.

В хор жизни голос я вплетаю,
А я пою, жгу нервы, связки:
Душа – Аленушка из сказки,
С душой судьбу свою сверяю:

Она во мне, как образ Бога!
Звезда восходит над дорогой....



О, магия божественного дара!..



Сонет 1

О, праздник жизни... – вечный полонез!.. -
Открыть глаза, проснувшись на рассвете...
Неважно где, но где-то на планете,
Сказав себе: я жив, я есмъ – о, йес!

О, да, я жив и я богат, «как Крез»
(Что беден я – лишь подлые наветы)
Ведь все, что есть на этом белом свете:
Что для меня имеет в жизни вес –

Мне, как и всем живым принадлежит!
И, как струна, вибрируя дрожит,
Моя душа сдержать не может дрожь,

Вновь покоряясь властным жизни чарам...
Энштейн и Моцарт, нищий, шут и дож...-
Все служат ей, трубя в ее фанфары!


Сонет 2

Все служат ей, трубя в ее фанфары.
Напиток жизни... – как он горячит!
Как голову хмельную вновь кружит
Ее мотив – бессмертный... юный... старый!

В корнях и кронах дуба и анчара
И в травах, разрывающих гранит,
И в Арктике, где стужа леденит, -
Закваска жизни, - как ты бродишь яро!

И непомерной ношей муравей,
И трелями искусник- соловей,
Кузнечик и пчела, и светлячок... –

Все славят жизнь – поэты и клошары,
И клавиши, и струны, и смычок...
Танцовщицы Дега или Бежара!



Сонет 3

Танцовщицы Дега или Бежара,
Чайковский, Джотто, Шуберт, Рафаэль,
Эдит Пиаф, Карузо и Жак Брель,
Кино Феллини, Пырьева, Годара

И муза Данте, Пушкина, Ронсара...
И Бах... – имен и судеб карусель... –
Крестила их священная купель
И закаляла – сплавом льда и жара,

Чтоб творчества высокое горенье
Запечатлело вечность и мгновенье,
Иных эпох являя лик и срез

И пробуждая в нас святые чувства... –
О, сила величайшая искусства:
Власть цвета, слов и музыка... небес!


Сонет 4

Власть цвета, слов и музыка... небес... –
О, как ты завораживаешь душу! –
Я жажду видеть, чувствовать и слушать:
Меня снедает к жизни интерес!

Сильней, чем жаждал золота Кортес,
Чем Магеллан открыть стремился сушу,
Чем альпинисты рвутся к Гиндукушу, -
Зов красоты... – пьянит он, как «шартрез»!

Я верю: красота не только красит, -
Ей Мир спасти пророчил как-то классик.
И я служить всей жизнью ей стремился

И мой порыв с годами не исчез:
Я к красоте навеки причастился... –
О, творчества таинственный процесс!


Сонет 5

О, творчества таинственный процесс!... –
О, как творил уже глухой Бетховен!
Как Гендель в час, что мрачен и неровен,
В «Кочерто гроссо» к жизни вновь воскрес!

Таланта, страсти, мудрости замес,
Паренье духа, чей язык условен... –
Вы выше всех суждений и злословий
Суть творчества: познанье и эксцесс...

Судьба певца, поэта, музыканта... –
«На раз» чистейшим спетая бельканто,
Его души трагедия и пир...

Творит творец не ради гонорара,
Тебе бросая вызов, век-вампир!
О, магия божественного дара!


Сонет 6

О,магия божественного дара,
Что осеняет Мир подлунный свыше!
Она во всем живом и сущем дышит:
В узоре листьев, в мраморе Каррары...

Трель соловья и хриплый крик гагары
И шелест трав, и шум дождя по крыше... –
Коль их душа Художника услышит,
Преобразятся в рокот Ниагары!

И творчества мучительные роды –
Лишь подражанье гению природы
И, в общем-то, почти что плагиат,

И за грехи пленительная кара... –
Благословенна будь она стократ! –
Гори, свеча! Пылай, душа, пожаром!


Сонет 7

Гори, свеча! Пылай, душа, пожаром!
Добавьте свеч – стань ночь светлее дня!
Седлайте, мысли, резвого коня,
Пусть затмевает разум чувств угаром!

И пусть разит вновь винным перегаром,
Но даже, пьяно голову клоня,
Поэт, себя с досады вновь кляня,
Самосожженью предает недаром!

И дна достигнув в грязи кабака,
Вновь воспаряют души в облака,
Своей исконной следуя природе.

И вам не свергнуть души их с небес:
Иосифа, Сергея и Володи!... –
Дерзай, Певец, ведь времени в обрез!


Сонет 8

Дерзай, Певец, ведь времени в обрез!
Пишите Моцарт, Лермонтов, Беллини,
Шопен и Пушкин, Шуберт, Паганини! –
Ведь дьявол вам спешит наперерез

И ждет вас смерть с косой наперевес,
Под ноги рок толпе глумливой кинет! –
Отпущен век вам яркий, но не длинный,
Ведь прямо в сердце целится «Дантес»!

Не пощадят холера и чахотка
И сгубят вас наркотик или водка
Иль вам в бокал подсыплет яду кто-то,

Иль вдруг судьба собьет жестоко с ног,
Иль станете вы жертвою сексота...
Ведь за талант сполна платить оброк!


Сонет 9

Ведь за талант сполна платить оброк
И никому он легкой не был ношей,
Ведь дан он вам Всевышним вместе с дошей,
Как жизнь сама, лишь временно, на срок

И под процент высокий и залог:
В уплату жизнь берется, а не гроши!
А жить в грехе вам и не стать святошей
И, врядли, в рай вас пустят на порог.

Ведь жизни вы должны познать изнанку
И, ей предав высокую огранку,
Явить ее в гротескном виде Миру

И совершенству возвести чертог:
Ведь для того вам краски, холст и лира
И вдохновенья сладостный глоток!


Сонет 10

И вдохновенья сладостный глоток,
И аромат магнолии и мирта,
И клавикорды, скрипка или цитра:
Венец терновый-лавровый венок... –

И ты дрожишь от головы до ног
От созерцанья старого пюпитра,
Смешенья чувств и красок на палитре,
Что вновь ввергают в творческий амок!

Ведь не прощает творчество измен –
И свой Париж бросает вдруг Гоген,
Предпочитая хижинам простым... –

Тюрьма для духа тесные квартиры!
И лишь свободы горьковатый дым:
Он слаще меда, сахара и мирры!


Сонет 11

Он слаще меда, сахара и мирры
Упорный ваш и неустанный труд.
И, как огонь вновь разжигает трут,
Так терпеливо к цели шли кумиры!

Гуляки, Дон-жуаны и задиры,
Как кирасир, штурмующий редут,
Как кузнецы, что в кузнице куют,
Как ток кипучий вод Гвадалквивира, -

Штрихом, мазком – все на одном дыханьи
Вы красоты творили изваянья,
Неся себя ей в жертву на закланье,

Сбивая душу в кровь, как пальцы ног...
И чем без вас бы было мирозданье?!
Но как, Творец, ты в Мире одинок!..


Сонет 12

Но как, Творец, ты в Мире одинок!
Ведь твой удел один: непониманье.
Тебе не скинуть это одеянье,
Не отряхнуть, как пыль с твоих сапог.

Вся жизнь твоя, как некий экивок,
Как догм и норм привычных отрицанье
И клевета, хула, и порицанье,
Как тень твоя, мессия и пророк!

Непониманье душит, словно смог:
И умирал непонятым Ван-Гог,
Провал «Кармен» - и гений занемог... –

И принял душу Бог «в обход ОВИРа»,
И в славы вечной мантию облек...
Тебе ль алкать шальной победы Пирра?!


Сонет 13

Тебе ль алкать шальной победы Пирра,
Поэт-бродяга, острослов Вийон:
Тому Париж свидетель и Лион,
Хоть сосчитать в кармане трудно дыры.

Коврижка хлеба и немного сыра,
А к ним «Бордо» хотя б один галон...
И не прельстил бы злата галеон
Ни Беранже, ни Бернса, ни Кабира!

Роман, картина, опера, скульптура... –
Не на богатых зиждется культура,
Хоть, право, грех не оценить таланта:

Богатства красок, звуков пир и слог... –
Талант и дома в роли эмигранта... –
Нести свой крест тебе доверил Бог!


Сонет 14

Нести свой крест тебе доверил Бог
И потому удвой, Художник, рвенье:
Рисуй, твори вплоть до самозабвенья
И, может быть, в тебе родится Блок!

И даже если телом занемог
(Души бы лишь бы не коснулось тленье)
Не предавай высокого служенья:
Ведь на него ты сам себя обрек!

Ведь Мир погряз во лжи, в крови, в растленьи!
Кто, как не ты поможет пробужденью
Души и духа, и любви и веры,

Кто вскроет зла губительный абсцесс?!
К сердцам взывая, восклицай без меры:
О, праздник жизни... – вечный полонез!



Магистрал

О, праздник жизни... – вечный полонез! –
Все служат ей, трубя в ее фанфары:
Танцовщицы Дега или Бежара,
Власть цвета, слов, бемоля и диез...

О, творчества таинственный процесс!
О, магия божественного дара!
Гори, свеча! Пылай, душа, пожаром!
Дерзай, Певец, ведь времени в обрез!

Ведь за талант сполна платить оброк!
И вдохновенья сладостный глоток –
Он слаще меда, сахара и мирры!

Но как, Творец, ты в Мире одинок!..
Тебе ль алкать шальной победы Пирра?! –
Нести свой крест тебе доверил Бог!


Учусь любви


Венок сонетов («зеркальный»)
Учусь любви…

Сонет 1

Есть для всего масштабы измеренья.
Есть мера силы, веса и длины.
Мир красоты – иной величины.
Она вся - тайна, чудо, восхищенье.

И странны мне такие ухищренья:
Измерить грезы, волшебство и сны?..
Попытки эти попросту смешны,
Ведь красоты божественно явленье.

Напрасный труд - исчислить вдохновенье
И на слога дробить стихотворенье… -
Так клад бесценный на гроши меняют,

Так гасят чувств безумство и азарт,
Так формализмом душу убивают!…
Несовместимы гений и стандарт!


Сонет 2

Несовместимы гений и стандарт!
Бездарности, завистники, кастраты,
Ваш суд всегда сродни суду Пилата, -
Вам по зубам лишь кич или поп-арт.

А за окном опять колдует март,
Съедая снег, как сахарную вату,
И вновь весна манит в свои палаты,–
Я воспевать спешу ее, как бард.

Цветов и линий внутренняя связь,
Гармонии причудливая вязь… –
Она с рожденьем Мира родилась:

Она сама и суть, и часть природы.
Она, как в храме музыка лилась… –
Стихия чувств – требует свободы!


Сонет 3

Стихия чувства – требует свободы.
Поэзия – родной ее язык.
Лишь ею жить и мыслить я привык,
Петь песнь ее под сенью небосвода.

И не тщеславью жалкому в угоду,
Не потому, что тайну рифм постиг… –
Моя душа сдержать не может крик
И не могу не петь любви я оду!

О, вдохновенье! – Сладостней нет плена!
Да, не коснется уст моих измена!
Да, буду я к себе и слову строг
И не подвластен всем капризам моды!

И нотой счастья, боли и тревог
Пусть прозвучит восторженная ода!


Сонет 4

Пусть прозвучит восторженная ода!
И хоть меня сошлите в Салехард,
Я буду петь во славу всех «Астарт»,
Служа любви усердней год от года.

Она красавцем сделает урода.
Ее не купишь и за миллиард.
Под звуки труб, гитары и петард
Она царит на жизни хороводе.

Она во всем и всюду в подоплеке,
О ней мольбы, ей гимны и упреки,
Ее рабов и жертв я не исчислю –

Она дворцов хозяйка и мансард…
Я без нее и дня прожить не мыслю… –
Все о любви и Гайдн, и «авангард»!


Сонет 5

Все о любви и Гайдн, и «авангард»!
Поэты, трубадуры, менестрели,
Как вы в веках любовь и страсть воспели!
Пастух и князь, цыган, кавалергард… -

Любовь манила вас, как Сен-Готард,
Как Шамбала, как пики Эвереста…
И билось сердце в диком ритме престо,
И был опасен каждый шаг и ярд…

Вы затевали войны и дуэли,
Вы шли на все, но те лишь преуспели,
Но только тем судьба благоволила,
Кто за любовь был жизнь отдать готов!

О, если б в каждый дом она входила –
Любовь, любовь, - хозяйка грез и снов!..


Сонет 6

Любовь, любовь, - хозяйка грез и снов!..
Кто избежать сумел безумства страсти,
Кого минуют все ее напасти –
Святоша, Бог иль худший из ослов,

И разрушитель главной из основ,
Ослушник самой высшей в мире власти,
И дезертир, сбежавший вдруг из части,
Предавший всех – родных, друзей и кров!

Уж лучше быть последним из плебеев,
Уж лучше слыть презреннейшим из геев,
Чем голос чувства в сердце задушить

И неизвестно стать какого рода…
Чем без любви хотя бы день прожить!
Любви лишиться – горше нет невзгоды.


Сонет7

Любви лишиться - горше нет невзгоды!
Тот подтвердит, кто знает боль потерь.
Кто не терял, терявшему – поверь,
Чтоб не прийти к печальному исходу.

Спроси о том калеку в переходе,
Слепца, глухого – горе их измерь
И с сиротой, вдовцом и нищим сверь –
И все сложи… нет, этот путь не годен!

Беспечный разум глух и нем и слеп.
Что может сытость знать про черствый хлеб?!
Чужой совет – сомнительный урок:

Как вы монашке объясните роды?..
Сторонний опыт – никому не впрок.
Как уберечь нам в сердце чувства всходы?..


Сонет 8

Как уберечь нам в сердце чувства всходы?! –
Ты не проси совет у мудреца.
Пускай подскажут сами нам сердца,
Ведь мудрость их особенного рода.

Кичливый ум – подобье бубенца
На колпаке шута и скомороха.
Пусть им гордятся гений и пройдоха,
Но ум в любви беспомощней скопца.

Рассудок с чувством вечно не в ладу.
Пусть может чувство принести беду,
Но погасить в груди любовный пыл?!

Землею стать, застывшей в царстве льдов?!
Чем мир подлунный без любви бы был?! –
Любить, любить – на тысячи ладов…


Сонет 9

Любить, любить на тысячи ладов!
Пою любовь – я не могу иначе.
Мне этот жребий свыше предназначен,
Любовных мне не разорвать оков.

И сил покинуть нет ее альков,
И не сбежать ни в Осло, ни в Карачи.
Ликует сердце и болит, и плачет.
Душа парит, парит средь облаков.

Пою любовь, как в роще соловей.
И шелест трав, зеленый шум ветвей
Моим словам в согласье вторят хором... –

Их голосам внимал в тиши Ронсар,
Вивальди их подслушал разговоры…
Услышать сердцем – это высший дар!


Сонет 10

Услышать сердцем – это высший дар
И передать услышанное в звуках!
Родится слово в радости и муках –
Не на размен годится и базар.

Его свечной забрызгивал нагар
И., как ребенка, пестовали руки.
Оно рождалось вовсе не от скуки –
Оно сжигало душу, как пожар!

Вот так мазок на свежий холст ложится,
Вот также в сердце музыка родится...
Художники, поэты, музыканты... -

Любовных чар вкусили вы отвар:
Достойней – нет напитка для таланта –
Его не купишь в лавке, как товар...


Сонет 11

Его не купишь в лавке, как товар... -
Талант дается свыше нам – от Бога –
Самой судьбой дарованная тога,
Тернистый путь, где вечный ты школяр.

Твоя душа – всевидящий радар
Вберет в себя все боли и тревоги –
И буря чувств обрящет форму в слоге…
Чайковский, Пушкин, Гейне, Ренуар,

Петрарка, Моцарт, Верди, Паганини,
Ван Гог, Гоген, Бетховен, Брамс, Россини… -
В твореньях ваших, словно в зеркалах,
Своей души вы отразили грани:

Так попирает гений смерть и прах!..
Вновь Бах хорал играет на органе…


Сонет 12

Вновь Бах хорал играет на органе… –
Несутся звуки, как лавина с гор!
И вторит в кирхе им могучий хор,
И подпевают тихо прихожане…

Католики, буддисты, мусульмане!
О чем ведете вы бесплодный спор?!
Причина ль это для кровавых ссор –
Несовпаденья в Торе и в Коране?!

Кошмар Варфоломеевской ночи
И World Trade Center - скорби две свечи … -
Неужто это святости примеры,

И верный путь в божественный чертог,
И тайный смысл религии и веры?!
Великий Бах и всемогущий Бог!


Сонет 13

Великий Бах и всемогущий Бог!.. –
Ищу у вас в смятении ответа,
Читаю строки нового завета,
Пытаюсь суть осмыслить между строк.

И вопрошаю Запад и Восток,
Буддийский храм и стены Минарета… …
Неужто впрямь сошла с ума планета
И правит Миром ненависти рок?!

С чем мы вступили в двадцать первый век?! –
Не прячу слезы под крылами век.
Иисус, Иегова, Будда, Магомет,

Когда конец кровавой этой бане?!
Любовью зло поставьте под запрет!
В земной любви я растворяюсь пране…


Сонет 14

В земной любви я растворяюсь пране…
Я ее полон, полон до краев,
А сердце то скакнет до облаков,
То с горки вниз летит на тобоггане.

Узор листвы и блеск свечей каштана
И колокольчик, и болиголов,
И безупречность всех земных цветов… -
Что перед ней пейзаж с холста Сезанна?!

Что изощренность слов пред тишиной?!
Что Рафаэль пред красотой живой,
Что поразит во встречной вдруг мадонне

И совершенством в миг сшибает с ног?!
Я к красоте взываю, как к иконе.
Учусь любви, твержу ее урок…


Магистрал

Несовместимы гений и стандарт! –
Стихия чувства требует свободы.
Пусть прозвучит восторженная ода –
Все о любви и Гайдн, и «авангард»!

Любовь, любовь, – хозяйка грез и снов...
Ее лишиться – горше нет невзгоды!
Как уберечь нам в сердце чувства всходы?! –
Любить, любить на тысячи ладов

И слышать сердцем… – это высший дар!
Его не купишь в лавке, как товар.
…Вновь Бах хорал играет на органе…

Великий Бах и всемогущий Бог! –
В земной любви я растворяюсь пране:
Учусь любви, твержу ее урок…






О,женщины!..

Венок сонетов
О, женщины!...
Сонет 1

О, женщины!..– От Евы и Лилит
До наших дней... – листаю я странницы:
Передо мной проходят вереницы...
О, как Ваш горд и неприступен вид!

О, сколько тайн улыбка утаит!..–
Вся мудрость Мира в глубине хранится,
Вся Ваша сущность из очей струится:
С Джокондой Вас столь многое роднит!

И гений величайший Леонардо,
И муза Данте, Гете, Леопарди
Бессильны Вас воспеть, изобразить!

Сапфирам, бриллиантам, изумрудам
Блеск Ваших глаз вовеки не затмить! –
Талант любить дарован Вам, как чудо!


Сонет 2

Талант любить дарован Вам, как чудо!
Вы все с избытком им наделены!
И в этом Вашей вовсе нет вины,
Что зачастую он у Вас под спудом.

И золото – металла просто груда,
Алмазы – просто камешки они,
Коль ювелиром не огранены,
Фарфор – лишь просто глина для посуды.

Любая ценность будет под вопросом,
Коль эта ценность не имеет спроса. –
Тому дарить бесценный сердца жар,

Кто жить привык довольствуясь лишь блудом?! –
Испепелит самих Вас чувств пожар!
Какие страсти спят в груди покуда!..



Сонет 3



Какие страсти спят в груди покуда
В девичьих снах и грезах, и мечтах!..
И вновь витают где-то в облаках
Жаннет, Татьяна, Мэри и Гертруда.

В «Горыныча» влюбившись чудо-юдо,
Распустит сладко слюни на губах,
Но жизнь мечты жестоко ввергнет в прах
И обернется хищной «барракудой»:

Катюшу сгубит граф Толстой (Нехлюдов),
«Горыныч» - змей окажется занудой
И Дон-Жуан погубит донну Анну,

И Гретхен Фауст вновь не пощадит...
И лишь Людмиле повезет с Русланом.
Пусть небо Вас божественных хранит!


Сонет 4

Пусть небо Вас божественных хранит!
Судьбой пусть будет долгий век отмерен,
Отелло пусть не будет легковерен,
Пусть посланный к Ромео поспешит,

Бог от соблазна Гретхен оградит,
Пускай Алеко будет нож потерян,
Пусть Баттерфляй любимый будет верен
И грудь Кармен кинжал не поразит!

Перепишите заново сюжеты!
Верните жизнь Изольде и Джульетте,
Земфире, Джильде, Тоске, Дездемоне... –

Да не коснется тлен пусть их ланит!
Они, как звезды, у любви в короне.
Пусть путь земной любовь всем освятит!



Сонет 5

Пусть путь земной любовь всем освятит!
Мир задохнется без любви во мраке,
Подобен станет бешенной собаке:
Кошмаром этим завтра нам грозит!

И каждый день угрозы вновь таит,
Из прошлого взывает Нагасаки!.. –
Там быть беде, войне, убийству, драке,
Где ненависть неправый суд творит,

Где фанатизм снова строит козни,
Где на врагов людей поделят розни,
Где нет конца опять борьбе за власть,

Где не в чести Христос и «робин-гуды»,
Где алчность передергивает масть!
Где нет любви – жди не добра, а худа!


Сонет 6

Где нет любви – жди не добра, а худа!
Там кажет зло звериный свой оскал,
Влагая в руку Макбета кинжал,
И подстрекая Бута к самосуду,

С пути сметая стены и запруды,
И нарастает, как девятый вал! –
Там королеву предает вассал,,
«Каллигулы» плодятся и «иуды»,

Там дьяволу «выкидывать коленца»,
Там убивают матери младенцев,
Коррупция там правят и разврат,

Там донимает подлость хуже зуда
И криком боли жертвы рот разъят!–
И леденеют сердце и рассудок...





Сонет 7

И леденеют сердце и рассудок:
Вновь вижу я: Ромео входит в склеп...
Уж лучше бы он в тот же миг ослеп,
Чем выпил яд смертельный из сосуда!

Вендетта... – О, жестокий предрассудок!
К ней повод был скорей всего нелеп.
Но кровь для жгучей ненависти хлеб
И жизнь дешевле лиры и эскудо!

Любовь и жизнь увяли в миг во цвете... –
«Нет повести печальнее на свете»!
И ревность, что со злобою в родстве,

Свой скорый суд в безумии творит,
И потакает смерти в сватовстве,
И кровь невинных землю вновь кропит...


Сонет 8

И кровь невинных землю вновь кропит!
Невинной жертвой пала Дездемона,
Хоть в подозреньях не было резона,
Но гнев ревнивцу вновь глаза слепит!

А Яго был, на грех, «не лыком шит»
И сеть на мавра ставил изощренно.
И умерла без стона белла донна,
Но был коварный замысел раскрыт.

Кто виноват?– Проделаем опрос:
Конечно, Яго – этот подлый пес,
Но во стократ виновнее Отелло!

Как мог жену он зря подозревать?!
Как мог терзать возлюбленной он тело?!
Кто право дал : любви не доверять?!





Сонет 9

Кто право дал: любви не доверять?!
Любовь должна быть выше подозрений!
Тот, кто любим, не знает пусть сомнений,
Ведь это грех: любимых ревновать!

Любовь – свободна, цепью не сковать,
Свободна для высоких воспарений,
Чужда равно хулы и восхвалений
И крылья ей не стоит подрезать!

О том Кармен поет нам в «Хабанере»,
Но верят люди сладостной химере
И требуют, и ждут любви «до гроба»,

Как будто можно чувству приказать... –
И в сущности обманывают оба...
О, как легко любовь вдруг потерять!..


Сонет 10

О, как легко любовь вдруг потерять,
Предать ее безудержной растрате:
Несметное богатство Сарасате
На «Мурку» на блатную променять!

И не на кого будет нам пенять,
Что на парчу не ставятся заплаты,
Что за ошибки следует расплата,
Что на разбитой скрипке не сыграть,

Что понапрасну склеивать осколки,
Что в сене не отыщется иголка...-
И расстаются близкие по духу,

И пропивают голос виртуозы,
И обрекают душу на разруху...
Но режут по живому... без наркоза!





Сонет 11

Но режут по живому... без наркоза:
И безутешен в замке Иф Эдмон,
И Роми Шнайдер губит вновь Делон,
Кэт – жертва родов, Пат – туберкулеза...

И источают боль и горе – слезы,
И мучим вновь раскаяньем Жермон,
И Д’Артаньян сдержать не может стон,
И безнадежны вдовий лик и поза... –

Любовь всегда и всюду под угрозой:
Жесток к ней Мир, жестока жизни проза.
И ставят ей ловушки и капканы,

Не уставая лгать, хитрить, ловчить...
И любящим сердцам наносят раны,
Влюбленных снова силясь разлучить!


Сонет12

Влюбленных снова силясь разлучить,
И в наше время средств не выбирают.
И от любви сегодня умирают,
И без нее и ныне не прожить.

Но что с постылым заставляло жить,
Кров и постель гадливо разделяя?!
Чужих что вновь в обьятия бросает,-
Толкает ль рок их две судьбы сложить?!

И мучают опять всю жизнь друг друга
Заклятых два, нелюбящих супруга...
И вновь страдают Эмма Бовари

И Анна от душевного некроза,
И не смыкают глаз вновь до зари...
Но вновь любви звучит каприччиозо!





Сонет 13

Но вновь любви звучит каприччиозо
Среди всеобщей скуки и тоски,
Забот и тягот, давящих виски,
Слез, скорби, крови, грязи и навоза,

Средь отморозков по шкале Ламброзо,
Средь подлецов, чьи помыслы низки,
Средь недоумков, взгляды чьи узки,
Среди тотальных страха и невроза...

Любви упрямо тянутся ростки:
Она проложит меж двоих мостки,
Вонзая в сердце сладкую занозу

И побуждая чувствовать и жить,
И верить слепо вновь любовным грезам
С одной мольбой: любить, любить, любить!


Сонет 14

С одной мольбой: любить, любить, любить
Я снова в сон, как в омут, погружаюсь,
С надеждой этой утром пробуждаюсь... –
Ее во мне ничем не истребить!

Любовной жажды мне не утолить
И я напрасно даже не пытаюсь:
Ее сберечь – напротив я стараюсь
И до безумной страсти распалить!

Вы для меня Сирены и Цирцеи... –
Пусть разглядит в Вас каждый Дульцинею,
Лауру, Мону Лизу и Джульетту.

Пусть Дон-Жуан Вам верность всем хранит!
Мне славить Вас – влюбленному поэту,
О, женщины, - от Евы и Лилит!..





Магистрал

О, женщины!... – От Евы и Лилит
Талант любить – дарован Вам, как чудо!
Какие страсти спят в груди покуда!...
Пусть небо Вас божественных хранит!

Пусть путь земной любовь всем освятит:
Где нет любви – жди не добра, а худа!
И леденеют сердце и рассудок,
И кровь невинных землю вновь кропит!

Кто право дал: любви не доверять?!
О, как легко любовь вдруг потерять!..
Но режут по живому... без наркоза,

Влюбленных снова силясь разлучить...
Но вновь любви звучит каприччиозо
С одной мольбой: любить, любить, любить!


Танцуй, танцовщица!




Танцуй , танцовщица, танцуй!..


Танцуй, танцовщица, танцуй
И жизнь, и смерть , и Воскресенье –
Воспламеняй воображенье,
Восторгом страстным грудь волнуй!

О, чаровница, о-ча-руй
Жеманной женственности жестом,
Летучей легкостью колдуй,
Изломом рук и стана – резким,

Черти таинственный чертеж –
Tempo allegro статью гордой...
Воруй мой взор! О, как ты жжешь
Мне сердце магиею черной:

Зрачков черноты, четки кос... –
Катарсис, транс, апофеоз!
Долой слова! Дай слово телу,
Чтобы оно, как струны, пело!

Цари и царствуй гимн движенью!
Пусть он послужит постиженью –
Себя – случайным соучастьем,
Спонтанным взрывом слез и счастья

Достигнет дна моей души... –
Движенью дань! Танцуй-дыши
Самосожженьем,
Восславив красоты рожденье!




Поэзия, ты...

Поэзия, - ты просто мишура,
Пустое времяпровожденье,
Забава, прихоть, детская игра,
Коль не доводишь чувство до кипенья,
Не отрезвляешь, как рассол с утра,
Коль никуда не манишь, не зовешь,
Коль с кровью с глаз повязку не сорвешь!..


сонет 254


Сонет 254
Вновь окунусь в кипящую волну,
Она меня осыплет звездной пеной:
И мне уже не вырваться из плена –
Влечет меня волна на глубину.

И я в стихию буйную нырну:
Хмельному мне и море по колено!
Мне глас его, как пение сирены, -
Я с ним сравню Поэзию – одну.

О, вдохновенья сладостный дурман!
Я полон им и беспробудно пьян.
Я в нем тону, горю, как в лихорадке...

И мозг и сердце, зрение и слух –
Все в напряженье, в чувственном припадке!
Но без него я нем и слеп, и глух…


сонет 235



Сонет 235 (из цикла «Страсть)
О, сжалься, страсть, сними с меня заклятье!
О, нет! Продли, продли еще свой плен!
Я дни и ночи у твоих колен:
Едва дышу, стал тесен Мир, как платье!

И заключаю вечность я в объятье:
Обычный смертный – попираю тлен,
Схожу с ума, покоен и блажен:
Что будет завтра - не хочу и знать я,

Живу мгновеньем, растворяясь в нем,
Дрожу в ознобе и горю огнем
И, как безумец, верю миражу,

Но сам и вздохом не посмею лгать я
И каждым словом к чувству восхожу!
И все, кто любит, - сестры мне и братья...


сонет 232


Сонет 232

С годами в бочке старится вино
И обретает вкус неповторимый.
И чертит время след неизгладимый:
Его изгладить смертным не дано.

Румянит юность щеки, заодно
Нам дарит жизни жар неукротимый.
Но блеск ума, лишь зрелостью даримый,
Ей обрести, увы, не суждено.

Для пешки путь всегда извилист в дамки.
Алмаз бесценный – камень без огранки.
Века с полотен краски не стирают:

Шедевр столетний во сто крат нетленней.
С годами чувства зрелость обретают:
Черты любви…- нет в Мире совершенней!


Ведь ты судьбой и Богом мне дана




Ведь ты судьбой и Богом мне дана…
(песня)

Я расстался с отчизной своей:
Нам разлуку судьба нагадала.
От мостов до своих кораблей –
Все в запале я сжег у причала.
И из памяти вновь вытравлял
Все, что душу мою обжигало,
И себе в исступлении лгал,
Но любовь в мое сердце стучала!

Припев:
Где б ни был я: в Париже ли, Майями,
Какую б чашу не пришлось испить,
С тобой, Россия, связан я корнями,
Не суждено тебя мне разлюбить:
Ведь ты судьбой и Богом мне дана…
За Русь святую жизнь свою – до дна!

Сколько лет я твой воздух вдыхал
И топтал вновь твои мостовые,
И грехи все твои разделял,
И твой рок проклинал я, Россия!..
Надо было тебя потерять
И с тобою на годы расстаться,
Чтобы слово «Отчизна» понять
И навеки в любви к ней признаться!

Припев.

Я расстался с отчизной своей:
Нам разлуку судьба нагадала.
Но прописан душою я в ней,
Но любовь адрес свой не меняла.
И назло беспощадности лет,
И любым вопреки расстояньям
Я домой покупаю билет:
Здравствуй, край мой родной... со свиданьем!

Припев:
Где б ни был я: в Париже ли, Майями,
Какую б чашу не пришлось испить,
С тобой, Россия, связан я корнями,
Не суждено тебя мне разлюбить:
Ведь ты судьбой и Богом мне дана…
За Русь святую жизнь свою – до дна!
А воздух твой пьянит сильней вина...



Я не страдаю ностальгией...



Я не страдаю ностальгией...
(романс)
Я не страдаю ностальгией -
Я сжег безжалостно мосты.
Картины, прежде дорогие,
Как пожелтевшие листы.
Срывает время их, как ветер,
Но, глядя вслед, я лишь молчу.
Тоски, расставившей мне сети,
В угаре водкой не лечу...

Я не страдаю ностальгией
И зря не рву души и жил.
И вызывает аллергию
Все то, чем прежде дорожил.
Я не страдаю ностальгией:
Раз с глаз долой, из сердца – вон!
Пейзажи дивные России,
Вы для меня теперь – лишь сон.


Я не страдаю ностальгией:
Я дал себе такой зарок.
Прибегнув к срочной хирургии,
Я все болевшее отсек.
Я не страдаю ностальгией,
Меня душившей и во сне…
Я не страдаю ностальгией…
Но я прошу… не верьте мне!


сонет 268


Сонет 268

Паденье нравов – это страшный бич, -
Как твердый шанкр, он душу разъедает!
И сколько пальцем в грудь себя не тычь,
Но вся Россия от него страдает!

От той напасти рухнул древний Рим
И ты шагнула сходу в эту бездну!
И грош цена усилиям твоим,
И все твои потуги – бесполезны,

Пока себе не скажешь – «Возлюби...»,
На пепелище не посадишь тополь
И не взойдут пока ростки любви… -
Ты будешь, Русь, - один, сплошной некрополь!

«Ведь свято место не бывает пусто»...
Где нет любви – там ненависти сгусток!


Пушкину (акростих)

А.С. ПУШКИНУ (АКРОСТИХ)
Поэзии чистейший аромат
Узнает всяк легко по первым строкам.
Шутя, писал по детски рифме рад.
Как бил фонтан из рифм —
сплошным потоком!
И был Всевышним дар поэту дан.
Но пуля, как турецкий ятаган…
Ушел он в вечность босиком по строфам.