Николай Горячев


Женщина осенью

В кронах жаркого спектра

Сонный сад сентября.

Ваша песенка спета,

Дразнит кореш тебя.


Вытри с губ этот лепет,

Малахольный. Ку-ку!

В пору бабьего лета

Бабы в самом соку!


Городская метель.

Гремели кровли, как литавры

Аккомпанируя метели.

Она над городом летала

Как Маргарита на метле.


В междомье рыскала упруго

И окончательно дурея,

Срывала шапки, как ворюга

Ломала судьбы и деревья.


Желток луны из силикона,

Метель качала словно лампу.

И вот затихла благосклонно,

И улеглась, как пёс под лавкой.




Грачи прилетели.

Горят декорации

Зимних мистерий. 

Хохма дурацкая,

Грачи прилетели.


Аулы мигрируют,

Кряхтят чинодралы.

Привет, пилигримы

С весной в чемоданах!


В глазницы коровников

И колоколен,

Закапайте солнца ,

Как сок каланхоэ.


Окна откроем

Откинув портьеры,

Хлопотно в кронах ,

Грачи прилетели!


Ностальгия

Как знамение, как проклятье

Заявилась вульгарно весьма,

Оккупанткой с сиреневой прядью

Атлантическая весна.


Осквернила оторва лампады

Небывалых ещё алтарей. -

Всюду гроздьями , как опята

Банки с биржами и ломбарды

Пошлый в дребезги трафарет!


Вырываюсь  из  душегубки ,

На-ка выкуси супостат!-

Там где зонтики из Шербурга,

Рандеву Адамо в снегопад,

Голубь с веточкою весны

Обживает высокую синь*.


Шелестящий ментоловый ливень

Мимолётно сады причесал,

И земля словно после молитвы,

Как весталка светла и чиста.


Копошились шмели и балконы,

Соловьи вдруг сорвались с цепи.

Наши девочки в модных "болоньях"

Как в плену целлофана цветы. 




Жёлтые волны.

Под скрип корабельный
В чащах таёжных,
Как скарабеи
Пыхтят китаёзы.

Мир хвор и продажен,
Не верю в катарсис.
На всякий пожарный
Учите китайский.

Шатры поднебесной
Как тучи кочуют.
Лекарство от бедствий
Копьё и кольчуга.

Реальность, как мина
И кукиш потомкам.
Сотрёт наше имя
Ползучим потопом.



Поэт

Дамы в модных "боливарах",
В репродукторах трень-брень!
Опрокинуты бульвары
В соловьиную сирень.

Бледный баловень богемы,
После зимних летаргий,
Популярнее Габена
В окружении богинь.

В пику певчим оппонентам,
Ка'к мерзавец засвистал!
Вот что делает с поэтом
Беспардонная весна!?



Армения

Судьбы твоей скорбный орнамент
Спеть не'мощен скромный глагол.
Как набожноокой армянкой
Брела ты дорогой голгоф.

Киликия. Вопль холокоста,
Плеск молний, разверзшийся ад.
Двуперстие католикоса
Целует безмолвье лампад.

Бессонные выжжены вежды
Слезами как пеклом кислот.
Но вера твоя не одежда,
А кожа живая и плоть

И кровь если хлынула горлом
Смывая забвенья недуг.
Над площадью чёрной от горя
Сердца разрывает дудук.