Катерина Большова


баррикадница

умирать за Францию
а жить на чаевые

так крикнул Жанне повар Симон
когда она позвала его на защиту отечества

это из пьсы Бертольда Брехта
а может и не из его пьсы
неважно

своим друзьям я однажды сказала
что за жирные задницы
на баррикадах умирать не буду

и в августе 91 они меня на баррикады не позвали
правда и сами не пошли

только собрались
а тут звонок в дверь
нетерпеливый
тревожный

открыли

на пороге стоял их хороший знакомый
депутат
демократ
и прочее
в руках он держал бутылку водки

вы куда собрались
спросил он их

на баррикаду к Белому дому
ответили они ему

пошли с нами

нет!
решительно махнул он рукой
я
трибун
а не боец
мое место на трибуне
а не на баррикаде
и давайте лучше выпьем
за наших баррикадников

и они выпили
и сбегали за второй
и третьей
одним словом
напились

хорошо что я с ними не была
по пьяни бываю отчаянно глупа
непременно уговорила бы их
сходить на баррикаду

хороши бы мы там были
и уж
точно
выкрикнула

неуместное
что за жирные задницы
умирать не буду


Не люблю алгебру чувств

Новый цикл из старых стихов
Всем трейдерам посвящаю

*

усердно так
до слез
из глаз
что выдуем на этот раз
весенней чепухой дыша
свистулька
дудочка
душа

*

с вечностью рассоримся
ну и по домам
русская бессонница
двести триста грамм

надвое не колется
совесть и любовь
ну и с колоколенки
чтоб уж точно в кровь

не дождетесь сволочи
я не разобьюсь
вместе с этой полночью
утром похмелюсь

*

кто званый
кто
из ванны
да пусть себе кричат
две мышки за диваном
газетами шуршат

и наплевать кто первый
не всё ли нам равно
нальем себе портвейна
откроем в ночь окно

веселое похмелье
хороший портвешок
и я в улыбке млею
всё
сляпала стишок


*

сдуру вдруг сочинила
будто бы Бога нет
выцветшие чернила
сумерек
Божий свет
и тишина такая
Боже
такая вдруг!
ангелы здесь не летают?
что не летают
врут

две редакции одного и того же стишка

первая

ночь и небо словно вата
старый стеганный халат
я ни в чем не виновата
и никто не виноват
только в этом мало толка
я-то знаю что к чему
и под сердцем как ребенка
жизни свою
сквозь мрак и тьму

вторая

снег как елочная вата
смертный холод от стекла
я ни в чем не виновата
если тем
что я жила

жизнь и смерть на коромысле
чтоб ровней по тропке шла
и ловлю себя на мысли
что давно я умерла

и хочу к отцу и к маме
но они меня не ждут
и зима в оконной раме
без истерик и причуд

*

всё на этом Свете нелепо
и всего мне дороже
перекличка осеннего неба
с бездорожьем

тушь размажу по роже
не от слез солона та водичка
и до судорог
Господи
Боже
душ родных перекличка

*

бессонницы стоячая вода
не переплыть одной
но я упряма
мне ночь всего до Страшного Суда
уж как-нибудь сама
без Мандельштама

0да ХХ веку

он еще неуклюж
но уже без корсета
век прогресса
курсисток и керосинок
рвется в небо
на своей нелепой фанере
но луна уже на ущербе
"Ich sterbe..."

он еще натворит
напридумает лихо
век прогресса
тотальное гетто
слава Богу
рай
пока что
на небе
и луна на ущербе
"Ich sterbe..."
"Ich sterbe..."

"Ich sterbe..."

*

я с других площадей
где в каре не стоят и не вешают
я веселых кровей
но во мне столько слез понамешано
что мне горько и тяжко
ненавижу
прощаю
мы не чужие
я всего лишь дворняжка
твоих подворотен Россия

я блокадного хлеба
последняя крошка
ответчица
я ушедшее в небо
горьким дымом Отечество
и люблю всех безумно
и это не лечится

*

нам так легко сойти с ума
тифозный век
тифозная зима
Веселый брадобрей
с чугун-н-н-ными глазами.
душа воробушком вспорхнет
за нами?
воробушком и упорхнет.
ведь смерти нет!

легкое дыхание

на морозном стекле
протает к людям
слово дурацкое
любим
и чуть пониже
сердитое слово
Бунин
и сердце червонной масти
гимназисточек глупое счастье

вот ведь какую ерунду
надышат
обо всем остальном
читайте выше

*

не люблю алгебру
чувств
сигареты Мальборо
Альберта
и прочую чушь

а геометрию
еще пуще
треугольники
квадраты
и круги
под глазами


Ода ХХ веку

Написала ролик Ода ХХ веку.
Кому интересно, вот ссылка на него:
http://video.mail.ru/list/klonnist/12/13.html


бессонницы стоячая вода

моя жизнь

мелочевки
звенящая медь
что бросаю
в небесную бездну
почему я должна умереть
и зачем я воскресну?

*

да простят меня
в горечи
да простят меня

в радости
и шепчу я
Господи
Господи
ты пошли мне
по-
боль-
ше
гадости

*

сдуру вдруг сочинила
будто бы Бога нет
выцветшие чернила
сумерек
Божий свет
и тишина такая
Боже
такая вдруг!
ангелы здесь не летают?
что не летают
врут

*

тишине поет сверчок за печкою
ходики
Бог знает
для кого идут

ой
тоска моя
горючая
заплечная
ты не знаешь
для чего с тобой
мы тут?

*

никуда уже не торопится
моя глупая птица
душа
и стою я над гулкою
пропастью
вот куда я сегодня
ушла

*

под днищем серых облаков
хоть воздух сумерек летален
так детством тянет от купален
что в детство кувырком с мостков

*

что слаще
свобода
или воля
я выбираю волю
и как волчица вою
на тюремную луну

две редакции одного и того же стишка

первая

ночь и небо словно вата
старый стеганный халат
я ни в чем не виновата
и никто не виноват
только в этом мало толка
я-то знаю что к чему
и под сердцем как ребенка
жизни свою
сквозь мрак и тьму


вторая

снег как елочная вата
смертный холод от стекла
я ни в чем не виновата
если тем
что я жила

жизнь и смерть на коромысле
чтоб ровней по тропке шла
и ловлю себя на мысли
что давно я умерла

и хочу к отцу и к маме
но они меня не ждут
и зима в оконной раме
без истерик и причуд

*

всё на этом Свете нелепо
и всего мне дороже
перекличка осеннего неба
с бездорожьем

тушь размажу по роже
не от слез солона та водичка
и до судорог
Господи
Боже
душ родных перекличка

*

бессонницы стоячая вода
не переплыть одной
но я упряма
мне ночь всего до Страшного Суда
уж как-нибудь сама
без Мандельштама.

*

мне эта жизнь дана была на вырост
и чем еще переболеть
чтоб не рассчитывать на чью-то милость
и от любви не околеть?


я с других площадей

Бедная Россия. Незачем скрывать - есть в ней какой-то подлый слой. Вот те, страшные, наполняющие сегодня театры битком. Да, битком сидят на "Маскараде" в Имп. театре, пришли ведь отовсюду пешком (иных сообщений нет), любуются Юрьевым и постановкой
Мейерхольда - один просцениум стоил 18 тысяч. А вдоль Невского стрекочут пулеметы. В это же время (знаю от очевидца) шальная пуля застигла студента, покупавшего билет у барышника. Историческая картина!
Гиппиус З. Н. Дневники. – М., 200


1

бабы пьяные бузят
просят хлеба
а над Охтою закат
на полнеба
лихо шпарит пулемет
вдоль проспекта
кто нас дураков поймет
в петлю
в пекло

ради красного словца
ради денег
ради думца-подлеца
Манек
Стенек
и уже гуляет март
не до хлеба
и кровавый Маскарад
во все небо

2

я с других площадей
где в каре не стоят и не вешают
я веселых кровей
но во мне столько слез понамешано
что мне горько и тяжко
ненавижу
прощаю
мы не чужие
я всего лишь дворняжка
твоих подворотен Россия

я блокадного хлеба
последняя крошка
ответчица
я ушедшее в небо
горьким дымом Отечество
и люблю всех безумно
и это не лечится


Заставка к своему роману "Сгинул век"

век пятнадцатый
век тишайших молитв во грехе раскаявшихся
неспешно и несуетно летописцы повествуют о нём
всё больше уставом
ладно буковки выписаны
киноварью искусно изукрашены
да и не буковки это вовсе
маковки церквей
и титла над ними что кресты золотые
и вьются над ними птицы Божьи
сияют звезды горние
и свод летописный что свод небесный
запрокидывай голову и смотри на свет прошедшего немеркнущий
вечный
благостный
только обман всё это
век пятнадцатый поднятым на рогатины медведем ревет
зазеваешься
он не кожу а мясо сдерет
не тело а душу заломает
и не киноварью буковки изукрашены
кровью
впрочем обман и это
сгинул век
толкуй о нём так и этак
всё будет ложь
всё будет правда


четыре моих частушки и одна песенка

*

Говорил милёнок мне,
что я дура дурою.
Не сошлась я с ним в цене -
не беру натурою.


*

Правый берег, левый берег -
посередочке река.
Не за мной мальчонка бегал -
я и спрыгнула с мостка.

*

У меня есть ожерелье,
ниточка жемчужная.
Хош, тебя я пожалею,
мальчика замужнего

*

спрячу я под белой блузкой
два заплаканных платка
семечки мои не лузгай
мне с тобою
ох
тоска

и повела я плечиком

Лейтенантик мой молоденький
беломорину все мял
словно ягоду-смородину
ах смородинный дурман
и с другого будто берега
он смотрел всё на меня
и летели гуси-лебеди
с четверга четыре дня

Припев:
и повела я плечиком
и скинула шинель
дурак он а не лечится
такая канитель

Говорят что это к дождику
а быть может и к дождю
может сына может доченьку
лейтенанту подарю
только ниточкой непрочною
ох любовь у нас была
ничего помимо прочего
я ему не отдала


сколько весит небо

*

ухожу от себя
как уходят из дома
ухожу от себя
как выходят из комы
ухожу от себя
выгребаюсь из ада
ухожу от себя
а мне это надо?

*

как порох
въедается в кожу сквозь поры
так время въедается в душу сквозь сердце
а я вышиваю гладью узоры
от скуки
от смерти
верное средство

счастье моё

поблазнило попугало и ушло
слава Богу
мне и с горем хорошо

*

как странно что мы с тобой разминулись
но наши объятия не разомкнулись
и я в пустоту разрыдаюсь вдруг смехом
и память о нас
стихающих эхом

*

золотая на небе зола
горизонта серый суглинок
это я там сгорела дотла
вырубаю рубильник

*

нежно медленно
но
ухожу из твоих снов
ты прости
я бессонницей
теперь буду твоей
беспощадной
безрассудной
окаянной
бесстыдной
любовницей

не надеясь на
это
но хватит с нас
этих снов

*

я ещё не ушла
а уже побережье ветром продуло
и осеннее небо на землю снегом легло
вот такие дела
я сама себя обманула
золотая зола
золотушное наше тепло

*

две тысячи лет до нашей эры
две тысячи лет до нашей любви
накрапывает дождик серый
мычат коровы
молчат рабы
не так и долго ждать
две тысячи лет
терпи

*

окрик сиплый
тепловоза
ну уж нет
сумерек блаженный воздух
дальний детства свет

*

умереть нам никогда не поздно
ведь и там мы врозь
раскачу стихотворенье
словно поезд
под откос
и на утренней веранде
пахнущей росой
буду есть одна варенье
как тогда с тобой

*

собственно
это всё
собственно
это там
собственно
говоря
это
воздушный
или земной
или неба шар
или шрам
от любви
по моему лицу
одним словом
лечу
потому что легче воздуха я
и тяжелей
вот такая неэвклидова
геометрия
жизни моей

P. S.

небо весит ровно столько
сколько весят облака
только это мне без толку
измеряю небо болью
собственной
и вот на столько
вешу больше
всем пока


осеннего мрамора утро

*

осеннего мрамора утро
ушедшего лета ломоть
как странно
как горько
как мудро
нарезал нам неба
Господь


Стихи из Альбома 21 веку оргазному

*

чужая боль
потёмки
ну значит
так
ба-бах
ау
ау
потомки
я здесь
я в двух шагах


*

Сдуру вдруг сочинила,
Будто бы Бога нет.
Выцветшие чернила
Сумерек -
Божий свет.

И тишина такая,
Боже, такая вдруг!
Ангелы здесь не летают?
Знаю, летают.
Врут.

*

вот и всё
ударят об косяк
и поволокут по снегу белому
где я
что я
у кого в гостях
не ответят
будто не было

вечно так со мной
и поделом
кровь свою отхаркивая
на крыло Архангела
отвечать на зло добром

*

Нам так легко сойти с ума.
Тифозный век -
тифозная зима.
Веселый брадобрей
с чугун-н-н-ными глазами.
Душа воробушком вспорхнет:
- За нами?
Воробушком и упорхнет.
Ведь смерти нет!

5
------------------------вместо эпиграфа ссылочка
----http://www.deafnet.ru/forum/dmess.phtml?cid=871

девочка с пирсингом
девочка с персингом
девочка с персиками
жизнь не такое еще нашекспирит
и нашинкует
только душа почему-то тоскует
сходит по ссылочке
глянет с обложечки
девочкой из-под-тан-цо-воч-ки
девочка с пирсингом
девочка с персингом
девочка с персиками
девочка девочка

ода 20 веку

он еще неуклюж
но уже без корсета
век прогресса
курсисток и керосинок
рвется в небо
на своей нелепой фанере
но луна уже на ущербе
"Ich sterbe..."

он еще натворит
напридумает лихо
век прогресса
тотальное гетто
слава Богу
рай
пока что
на небе
и луна на ущербе
"Ich sterbe..."
"Ich sterbe..."
"Ich sterbe..."

А. П. Чехов

легкое дыхание

на морозном стекле
протает к людям
слово дурацкое
любим
и чуть пониже
сердитое слово
Бунин
и сердце червонной масти
гимназисточек глупое счастье

вот ведь какую ерунду
надышат
обо всем остальном
читайте выше


*

хорошо-то как
под гитару
со слезой да с надрывом
струна
уходили в загул комиссары
ах гражданка
с...ка
война
боже мой как мы праведно ржали
рвали глотки горланя стихи
о Великой нашей Державе
ты прости нас за это прости

*

с вечностью рассоримся
ну и по домам
русская бессонница
двести триста грамм

надвое не колется
совесть и любовь
ну и с колоколенки
чтоб уж точно в кровь

не дождетесь сволочи
я не разобьюсь
вместе с этой полночью
утром похмелюсь

*

кто званый
кто
из ванны
да пусть себе кричат
две мышки за диваном
газетами шуршат

и наплевать кто первый
не всё ли нам равно
нальем себе портвейна
откроем в ночь окно

веселое похмелье
хороший портвешок
и я в улыбке млею
всё
сляпала стишок

*

папка пьет запойно
мамка ест от пуза
тихо и спокойно
в городочке Руза

с тишиною вровень
жить наверно счастье
редко здесь хоронят
умирают чаще

*

под рогожей
на телеге
провожу в последний путь
и в канаву сброшу
будь

*

не имеем привилегий
ни на смерть
ни на жизнь

*

плиз

*

то ли горло простужено
то ли что-то ещё
покатилась жемчужина
по моей золотушной щеке
то ли небо сегодня такое
то ли что-то ещё
не дает мне покоя
перстенек на вдовьей руке


*

не люблю алгебру
чувств
сигареты Мальборо
Альберта
и прочую чушь

а геометрию
еще пуще
треугольники
квадраты
и круги
под глазами

песня в один куплет

ночная снайперша
беда
не фраернуться б
нам с тобой
под током
только провода
что толку-то
а как с судьбой

припев

вырубим рубильник
намертво
под скрипочку
под флетойточку
почти что шепотом
камерно
камерно
камерно
пока не выгорело
в нас всё
не всё расплавлено


*

усердно так
до слез
из глаз
что выдуем на этот раз
весенней чепухой дыша
свистулька
дудочка
душа

*

я дудочка
и да простят меня
но честное даю всем слово
что музыкой своей маня
я утоплю себя
и Крысолова


*

мы уже три столетья за это все платим
это с Нарвы как гром покатилось
мужика нарядили в немецкое платье
и обрили боярские лица
и не сваи вбивали в подножье столицы
это в души вбивали державно
не за сирых за сильных молиться
за великих молиться подавно
и не медь колокольную переливали
благовест перелили в салюты
это нас отливали в державные сваи
чтоб стояли крепко и люто

*

внебрачные сыны России
что ж
вы
с мамкой своей
сотворили
принесла она
вас в подоле
но рожала-то
в русском поле
ох
горька
ты наша доля
мужиков
настоящих
не было
что ли

*

между адом и раем
есть выбор
Бог не фраер
нам
с вещами
на выход


*

хочешь разлюблю
чтоб мне верили
открываю шлюз
вверх
по времени

знаю не вернусь
не гляди растерянно
открываю шлюз
здесь я
временно

открываю шлюз
вверх
по времени
там я долюблю
там мне смерть
намеряли

*

мы заблуждаемся
что Бог сущесвует для нас
а мы для Бога

*

мы живем для самих себя
и деревья растут для самих себя
и стихи мы пишем для самих себя
на языке летальном
потому что другого языка просто нет
что же касается исповеди
то ведь это грех
называть ее искусством или молитвой


Ничего нет летальней,
чем Слово,
что было в начале.


что ты тащишь в высоку гору

1

письма скорбные с Понта
пеплом в сарматской печи
чужбина до горизонта
попробуй перекричи

2

да кто я такая
меня окликают
береза
дорога
за горизонт
Родину не выбирают
она выбирает
Овидий. Скорбные письма.
Понт.

3

а в мареве стылом
чужбина чужие
и скифское небо
и звездная тьма
но в люльке качает
Время Россию
качает и сходит с ума

и прошлое петлей
татарским арканом
удавкой на шее
степных кобылиц
и Время сочится кровью из раны
а небо на землю
падает ниц

4

кукушечка кукушечка
в лесу кукует
по малым своим деточкам
видать тоскует

из-под высока бережка
ей эхом отвечают
то ль камыши
то ль уточка

5

что ты тащишь в высоку гору
что ты тащишь
что руки к горлу
что ты тащишь так
смертельно

крестик медный
медный
нательный


там воздух намолен серебряным веком

*

здесь меня рисовал Модильяни бездельник
здесь с рязанским акцентом водитель такси
здесь ни дня не прожить без любви и без денег
здесь сто лет умирать мне от русской тоски

*

там воздух намолен серебряным веком
там море намолено нашей любовью
но прошлое в клочья разодрано болью
как парус как небо разодраны ветром

*

я небо себе положу в изголовье
я воздух согрею в ладонях дыханьем
я море наполню нашей любовью
и я научусь...

*

крюк в Елабуге
вздох в Елабуге
ох и всласть накричусь я в Елабуге
в лопухах за церковной оградой схоронена
Родина

*

это запах глухой
богаделен
это времени сквозняки
это вход или выход в бессмертье?
нет прости это просто стихи


поколение Х

1

поколение Х
от оргазма и спермы
нервы прыщавые мальчики
нервы

2

в белых трусиках в белой маечке
ты молилась ли на ночь Манечка
или водочкой душу глушила
и на всё так сказать положила

грех наш Господи первородный
трое драли её в подворотне
и пошла по рукам наша Манечка
в белых трусиках в белой маечке

ты молилась ли на ночь Манечка?

3

скину драную кофту
голой девкой взойду на Голгофу
ну всех к черту

4

под рогожей
на телеге
провожу в последний путь
и в канаву сброшу
будь

5

плиз

6

две тысячи лет до нашей эры
две тысячи лет до нашей любви
накрапывает дождик серый
мычат коровы
молчат рабы
не так и долго ждать
две тысячи лет
терпи

7

я шампунем вымою голову
голой девкой взойду на Галгофу
грех наш Господи первородный

трое драли ее в подворотне
а потом она водку глушила
и на всё так сказать положила

8 вольный первод с португальского

одна из тех
кто в никуда
а он все вверх
где ночь звезда
где инвалид
его костыль
где медь молитв
монетой в пыль
где боль не в крик
а в немоту
ну что старик
начистоту

мы все за всех
ветвями вверх
корнями вниз
врастаем в жизнь

9

плиз

10

патологоанатом Михаил
со знанием дела Манечку любил
на свете нету счастья горше
чем счастье Мани-стриптизерши

11

опустошительно живу
себе самой всегда переча
не мять
не убивать
траву
чужой лишь болью душу лечат

12

ну что мой мил-дружок
по махонькой
и в койку
подсыплет порошок
и хрясть
паскуду
в стойку

и простынь под себя
туда
а он от-ту-да
эх видимо
судьба
чужую бить посуду

весь век бы с ним жила
будь он
ну как...
конечно
но больно зеркала
уж смотрят безутешно